В сонном Елизаветином царстве были гости. Вениамин в камуфляже песчаного цвета сидел на крыльце, как брошенный пес под дверью.

— Привет, — Лиза выглянула из двери. — А чего тебе у себя не спится?

— Да вот, заснул и опять тут, как и не уходил. Хорошо, хоть сегодня в приличном виде. Выйти пробовал, но до калитки дойти не получается, а в дом коза не пускает.

— Я сейчас выйду, через минутку. Только Милку проверю, — поспешила обратно Лиза.

Рогатая подруга опять лежала на кровати, тяжело дышала и выглядела еще более уставшей, чем в прошлый раз. Лиза погладила свою защитницу.

— Что ж с тобой делать, хорошая моя? Как тебе помочь? Водички хочешь?

Ведро стояло нетронутым, как и березовый веник. Лиза взбила подушки, подоткнула под сонную питомицу. Та благодарно со вздохом ткнула мордой в бедро, требуя ласки. Так и просидели бы до утра, но осторожный стук в дверь напомнил, что гость так никуда и не ушел.

— Давай я тебя по-быстрому провожу и по делам побегу, хорошо?

— Только обратно в больницу не надо.

— Ну, это твой сон, не мне решать. Не дергайся. Если опять кошмар, то вернешься. Лучше здесь до утра подождать. Там чего-нибудь придумаем.

Очередное бабушкино предупреждение сработало, говорила же:

— Не оставляй людей в своем сне. Возвращай, где взяла.

— А я, растяпа, хотя куда его обратно было тащить? — с досадой думала Лиза. Тревога за питомицу все нарастала, и Вениаминовы дела были только помехой в планах. Подошла к калитке и, подхватив под локоть Веню, шагнула с трапа военного самолета на занесенный песком асфальт аэродрома.

— Похоже, прибыли, — оглядываясь по сторонам, проговорила Лиза. Кругом была суета, кто-то разгружал зеленые коробки из трюма. Рядом стояли заведенные грузовики и какие-то военные машины. Поднимался ветер с мелким песком.

— Да, я этот сон знаю, мне часто здешние места снятся, — Вениамин сливался в своем камуфляже с другими такими же товарищами, помогающими разгрузить борт.

— Подожди секунду, — придержал за руку явно спешащую девушку. — Ты читала бумаги, что я выслал?

— Нет, — смутилась Лиза. — Не до почты было. Давай чуть попозже?

— Посмотри тогда, как сможешь. Там, правда, хороший парень пропадает. Он уже готов любые деньги отдать за то, чтоб от этих кошмаров избавиться. Напиши или позвони, что надумаешь.

— Хорошо, хорошо. Побежала я. Почитаю обязательно.

Ночь коротка, а надо успеть к бабе Миле. Может, она знает, что с козой такое творится. Сжала в руке часики, пробегая по деревенским мосткам, и быстрее в бабушкин дом. Только дверь хлопнула.

— Чего опять у тебя, заполошная, случилось? Кого в этот раз притащила?

— Доброго сна, бабуль, — ткнулась Лиза в родное плечо. — Коза наша заболела, похоже. Спит и спит. Днем сонная и во сне тоже не встает. Чего с ней такое? Доктор вчера приходил, говорит, все в норме.

— Ну в норме, и хорошо. Ест, пьет вдоволь? Детям молока хватает? Уши трогала? А вымя не горячее ли? Копыта смотрела, гнили нет? Гадит катушками?

Лизу засыпали вопросами, она только и успевала, что качать или трясти головой. Наконец, Маланья постановила:

— Не пойму, с чего переполох развела? Ну привыкает она хранительницей быть. Кровь-то уже, смотри, в каком поколении разбавлена. Надо время ей дать пообвыкнуться. Раньше ей простые козьи сны снились, а теперь не пойми чьи. Поди, дом на себе держать сил-то поболее надо, чем о сене да комбикорме думать. А что доктор анализы возьмет, то большой беды нет. Пусть проверит, да козлят больше месяца у титьки не держи. Баловство это. — продолжала ворчать бабушка, поглаживая Лизоньку по плечу. — Не переживай, детка, все у твоей козы хорошо будет. Порода ее сильная, справится как-нибудь. — Отодвинула от себя и строго спросила:

— Урок мой выучила?

— Учу, — потупилась Лиза. — Сложные для меня эти рецепты, не понимаю ничего.

— А тебе понимать не надо. Надо чтоб ты каждую страничку наизусть знала, чтоб с яви в сон могла в свою тетрадь перенести. А потом уже и понимание придёт. Иди уже, учи да не ленись. Помни, каждую страничку. Потом спасибо скажешь за науку.

И подпихнула к двери.