Покидаю квартиру дочери в мрачном настроении, размышляя о том, что я многое упустила в воспитании детей. Неправильно расставила приоритеты, своим примером не показала, что забота о близких — это важно. Но учить их теперь поздно, жизнь научит. Или вылечит.

Завожу машину и еду за город, на дачу. По дороге заезжаю в супермаркет купить продукты, а заодно проверяю баланс на карте. Не так много, как хотелось бы, но на первое время хватит.

Завтра подумаю, что делать с деньгами, разводом и со своей жизнью. А пока сворачиваю в дачный поселок, который расположился в тридцати километрах от города.

Я была здесь летом, нанимала рабочих починить крыльцо. Теперь, зимой, все выглядит иначе.

Дом со стороны смотрится большим из-за светлого сайдинга и пристройки под санузел. На самом деле в нем всего шестьдесят квадратов полезной площади. На первом этаже застекленная и утепленная веранда, где находится кухня, она же столовая, здесь же лестница на второй этаж. С веранды можно попасть в небольшую гостиную с печью и в спальню родителей. А в мансарде моя комната.

Дом встречает темнотой и стужей. Но проводка в порядке, отец все делал на совесть. Когда у нас с мужем появились деньги, мы подвели к даче газ и сделали отопление. В свое время я перекрасила гостиную в белый цвет, стилизовав под шведский стиль и выдержав немало баталий с отцом. И переделала санузел: бледные розы на темно-зеленом фоне и такого же цвета деревянные плашки внизу очень нравились маме. А ванна на львиных лапах, которую кто-то выбросил на помойку, а я подобрала, отмыла и покрасила, — вызывала восторг у детей. Нефункционально для дачи, зато красиво. Другие комнаты остались в первозданном виде. И, конечно же, как и у многих людей родом из СССР, здесь находится старая мебель. Немецкий сервант, который я первым отреставрировала, круглый стол из темного дерева, венские стулья, диван и кресла из шестидесятых с новой обивкой. Я не могу выбрасывать старые вещи: в них живут детские воспоминания и память прежних поколений, в них есть особый шарм.

На веранде пахнет деревом и сушеными травами. Мама всегда оставляла небольшие букетики в вазочках, и я сохранила эту традицию. Меня окутывает тишина, только мерный стук стрелок часов говорит о том, что дом жив.

Первым делом включаю газовый котел и растапливаю печь. Не раздеваясь, сажусь на корточки возле огня и слушаю, как потрескивают поленья.

Я прохожу по комнатам, глажу стены, рассматриваю книги, которые привезла сюда из квартиры родителей. Улыбаюсь фотографиям, расставленным на комоде в гостиной. Все это — огромный пласт моей жизни.

Сажусь на диван в гостиной, жду, когда прогреется дом, и думаю.

Маша была права в одном: я действительно ничего не добилась с точки зрения общества потребления. Но все свое время я отдавала мужу и детям. Я не вижу ничего в этом плохого. Кому-то важна карьера, для меня всегда на первом месте была семья. И почему многие думают, что раз ты не работаешь, то ничего не делаешь? Уборка дома занимает уйму времени, а еще нужно приготовить еду, сделать с детьми уроки, если ты хочешь, чтобы они что-то усвоили, а не просто списали. Кто-то должен возить детей на кружки и секции, по врачам, в театры и музеи. Мы живем в коттеджном поселке рядом с городом, но все равно дорога отнимает время. Кто все это будет делать? Нанятый водитель или нянечки? Не смешите мои тапки! Ни один человек не будет заниматься чужими детьми как своими. А если у тебя двое детей, то на водителях и нянечках можно разориться.

Мои родители, увы, мне не сильно помогали. Скорее, это я разрывалась между детьми и больницами, в которых почти три года провела мама. И раз в неделю навещала папу, обосновавшегося на даче. Свекровь всю жизнь занималась собой — она даже дни рождения внуков не помнит! Да и муж не долларовый миллионер, чтобы оплачивать большой штат прислуги. Я не уменьшаю заслуг Макса: он действительно много работал и добился всего сам. Но в этом есть и моя роль! Я тот самый тыл, который поддержит, поймет и прикроет. Именно я контролировала строительство коттеджа и занималась интерьером, искала путевки, покупала мебель, одежду, продукты...

Устало прикрываю глаза. Я словно подвожу баланс, и я в глубоком минусе. Дети выросли, муж нашел мне замену. Никому моя забота больше не нужна. Я осталась ни с чем. Или все еще наладится?..

Опять звонит телефон. Это Макс. Наверное, переживает, что я не вернулась домой. Решаю ответить и тут же жалею.

— Лен, ты чего творишь?! — строго спрашивает он. — Где ты шляешься? Ужин не готов! Костюм с рубашками из химчистки не забрала, а у меня завтра деловая встреча...

— Макс, — говорю я тихо, — пошел к черту.

Я сбрасываю звонок и чувствую, как внутри все обрывается.

Он переживает не за меня. Вот и ответ на мой вопрос: ничего не наладится. Как прежде уже не будет. Завтра же найду адвоката и подам на развод.