Левий вытащил Еву из повозки и отнес на берег. Андроиды окружили сидящую на земле девочку. Руки ее были заведены за спину. Оковы на ногах, соединенные короткой цепью, не позволяли Еве сделать и шага.

Девочка, одетая в мокрую мешковидную робу, насупившись, рассматривала своих… спасителей?

– Вот тебе и демон, – удивился Каин.

– Да уж, – Авель обошел девочку вокруг.

– Левий, а как мы это с нее снимем? – спросил Каин.

– Можно попробовать разбить цепь булавой, если положить ее на камень, – произнес Авель.

– Можно не называть меня по имени? – шепнул Левий. – Тут могут быть уши.

– Сорвите так, – сказала Ева.

– Мы повредим тебе конечности, – Каин сел возле Евы и прикоснулся к оковам на босых ногах девочки.

– Не смеши меня, чудак, – усмехнулась Ева, – срывайте!

Каин посмотрел на Левия.

– Да, проще так сорвать, она тут же восстановится, – сказал Левий.

– Вот, есть среди вас быстромыслящие. Давай уже… – Ева легла на спину и вытянула ноги.

– Точно? – усомнился Каин.

Левий взялся за цепь между оковами на ногах и слегка дернул.

– Подержите ее, чтоб она не съезжала вперед, – приказал Левий.

Каин с Авелем подошли к Еве со стороны ее головы и взяли девочку за подмышки.

– Каин, сядь ей на живот, – сказал Левий.

Андроид выполнил указание.

Левий со всей силы дернул за цепь, и оковы впились Еве в пятки.

– Сильнее! – мужественно произнесла девочка.

Левий встал чуть шире и с еще большей силой дернул за цепь. Раздался хруст ломающихся стоп Евы. Оковы наползли на съехавшие кости.

– Идет, – произнес Левий.

– Ты правда ничего не чувствуешь? – спросил Авель.

– Чувствую, – произнесла Ева, – чувствую ненависть к этому поганому миру! Срывай там, давай уже!

Потребовалось еще несколько рывков, чтоб освободить Еве ноги. После того как Левий сорвал оковы, кости стоп с негромким хрустом сместились обратно в свое естественное положение, а содранная кожа восстановилась, не оставив шрамов.

На другом берегу раздался какой-то шум. Андроиды замерли, вслушиваясь во тьму.

– Стражник? – шепнул Авель.

– Не знаю, может, лошадь, – предположил Левий.

Кусты зашелестели, и следом раздался крик:

– Вам конец! Вас найдут и казнят всех! Отец Мартин не простит такое! Идиоты! Думаете, вы умнее остальных?! Вся страна поднимется на уши!

– Шел бы ты отсюда, пока сам жив! – крикнул в ответ Левий.

– Вас вычислят, глупцы! – кричал с того берега стражник. – Вы не сможете утаить это существо!

– Хватит с ним трындеть, – произнесла Ева, – освободите мне руки и надо уходить.

Девочка развернулась спиной к Левию и встала на колени.

– Давай, робот, срывай, – сказала она.

Левий взялся за цепь, соединяющую оковы на руках, и дернул. Руки Евы неестественно выпрямились за спиной, скорее всего с разрывом связок. Оковы разломали нежные детские кисти, дойдя до середины большого пальца.

– Сейчас, – сказал Левий, – еще пара рывков, и готово. – Я ногой упрусь в тебя, можно?

– Да, – безразлично произнесла девочка.

Левий поставил ногу Еве между лопатками и со всей силы дернул за цепи. Железные оковы, разломав кисти, слетели с рук девочки, а Левий из-за инерции упал на спину.

Ева встала с колен и повернулась к Левию, который неуклюже поднялся на ноги. В тусклом свечении, которое отбрасывало пламя, девочка окинула взглядом роботов.

– Каин, Авель, – тихо прошептал Левий, – вы не представляете, как я вам благодарен. Вы спасли мою жизнь и помогли мне с… – андроид посмотрел на Еву, – но дальше я должен идти один. Я не могу больше подвергать вас опасности.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – сказал Каин, разглядывая перепачканную девочку.

– Мы были рады внести свою лепту в твою борьбу, – произнес Авель.

– Спасибо, что не пытаете меня вопросами, – сказал Левий. – Я очень ценю вашу помощь.

Каин подошел к Левию и обнял его.

– Ты знаешь, где нас найти, – сказал Каин и сделал шаг назад, уступив место Авелю, который также следом обнял товарища.

* * *

Ева с Левием взглядом проводили уходящих во тьму андроидов.

– Ты сказал, что знаком с Сашей, – произнесла девочка.

– Знаком.

– Ты сможешь отвести меня к нему?! – возбужденно выкрикнула Ева.

– Не кричи, – недовольно шепнул Левий, – и не называй имен вслух. Может, тут в кустах лежит еще кто-то живой из стражи.

– Ты отведешь меня к Саше? – тихо спросила девочка, подойдя почти вплотную к Левию.

– Отведу.

– Когда?

– Когда придет время, – Левий развернулся и вошел в реку.

– Отведи меня прямо сейчас, – Ева поскакала за андроидом.

– Сейчас не могу. Говори тише. Что же ты за существо такое громкое.

– Хорошо… я так понимаю, вы меня освободили не просто так?

– Да, не просто так. Я знаю, что ты ищешь вход в рай.

– Ищу, точнее не ищу, я знаю, где он. Мне бы туда просто дойти, и все. А какое тебе дело до входа в рай? Тоже туда собираешься?

– Может, и собираюсь, может, и нет, – Левий вышел на другой берег, а следом и Ева.

Огонь практически догорел, и девочка с роботом стояли на песке во тьме, окутанные густым лесом. Лампочка на лбу Левия перегорела много лет назад, как и у большинства андроидов.

– Ты так и не ответил, зачем вы меня спасли?

– Давай доберемся до убежища и там поговорим, тут небезопасно, – шептал Левий, снимая резиновые штаны.

– Что за убежище?!

– Ты можешь не шуметь, человек? – уже злобно прошептал андроид.

– Да, да, могу. Чего ты заладил… не шуметь, не шуметь… я и так не шумлю!

– Значит, так, – строго начал Левий, – сейчас мы тихо идем туда, куда я веду. Ты просто идешь за мной. Болтать не надо, за нами могут следить. Сначала мы должны убедиться, что нас не преследуют.

Ева еле-еле могла уловить его шепот.

– Когда мы окажемся в безопасном месте, мы сможем поговорить. Это понятно? – Левий убрал штаны в рюкзак.

– Понятно.

– Иди за мной. Иди и молчи, человек. – Левий направился во тьму леса, раздвигая руками ветки подлеска. Ева сгорала от волнения и, предвкушая встречу с Сашей, проследовала за этим, как ей показалось, вредным андроидом.

* * *

– Мне у тебя вообще нельзя ничего спрашивать? – поинтересовалась девочка спустя десять минут безмолвия.

– Н-да. Ты не умеешь молчать, – заключил Левий.

– Умею, – Ева шла сзади, в паре метров от робота, – просто я слишком долго молчала.

– Ха… Играла с кем-то в молчанку? – попытался пошутить андроид.

– Не совсем.

– А что же тогда?

– Я не хочу об этом рассказывать. Лучше ты мне скажи, куда мы идем? Мы же тихо говорим, даже если за нами следят, они далеко, возле нас нет никого. Не услышат.

– Нам надо добраться до деревни, где есть человек, который предложит нам свой кров.

– Человек? – удивилась Ева.

– Роботы в нашем мире называют себя людьми.

– Понятно. Саша тоже там? – Ева посмотрела на небо, не сбавляя шага. Луна выглянула из-за туч, наполнив лес неярким, еле уловимым светом.

– Ты узнаешь все постепенно. Не спеши.

– Я ничего не понимаю, какой смысл утаивать что-то от меня? Зачем ты меня спас? – Ева повысила голос.

– Не шуми.

– Не шуми-и-и, – девочка передразнила андроида. – Если бы ты не сказал, что знаешь Сашу, я бы давно сбежала от тебя.

– Я понимаю.

– А может, ты врешь мне?

– Зачем мне врать?

– Докажи, что ты знаешь Сашу. Я так поняла, что эта ворчливая пластиковая голова теперь у вас тут большая шишка. Все ему вдруг поклоняться начали. Святым Александром зовут, смешно звучит. Так что, может, ты просто выдумал, что знаком с местной звездой?

– Ева, я ничего не выдумывал. Святым Александром его зовут потому, что, по легенде, он первый, кто обрел сознание и составил свод заповедей. Он учил роботов тому, как правильно жить, чтоб мир не впал в хаос. Ведь андроиды, пробуждаясь после гибели человечества, не понимали, как устроить мир вокруг. Саша благодаря своим учениям пытался перепрыгнуть этап жестокости Средневековья и хотел возродить мир, подобный тому, который был до великого суда. Он хотел возродить мир настоящих людей, только с андроидами.

– Да уж… Видать, не вышло у пластиковой головы ничего… Ну, а почему тебя ищут?

– Потому, что я борюсь с системой, которая выросла на почве учений Саши. Борюсь с жестоким режимом инквизитора Мартина, который втерся в доверие к королю и получил почти безграничную власть. Таких, как я, много. Вместе мы ведем тихую войну с режимом. Моя задача образумить андроидов. Запустить информацию в их массы, чтоб они поняли, что нет смысла закупоривать свое сознание религией, выдуманной Мартином.

– Так это же не он ее выдумал, а Саша. Или я что-то не поняла?

– Саша не выдумывал религию. Он лишь пытался направить разум андроидов в правильное русло. Мартин использовал его имя и создал свой деспотичный режим, в котором любые новые знания и наука в целом преследуются на государственном уровне.

– Ты так и не доказал мне, что знаком с Сашей, – напомнила Ева.

– И как я тебе это докажу?

– Я не знаю, может… – девочка задумалась, – может, он тебе рассказывал что-то про меня?

– А тебе сразу не показалось странным, что я знаю что-то о тебе? Например, что ты идешь в рай.

– Ой, можно подумать… все оставшиеся на Земле люди идут в рай, ну… кроме грешников.

– Но не спустя тысяча четыреста лет после суда. Что ты делала все это время?

– Сначала докажи, что знаешь Сашу, а потом я, может быть, если захочу, отвечу и на твои вопросы.

– Ладно. Конечно же, Саша рассказывал мне про вас с Антоном. Твой отец работал наемным убийцей. Он нашел Сашу на улице и позвал к вам жить. И еще… кажется, твой отец носил подтяжки. Этого достаточно?

– Достаточно, – серьезно произнесла Ева.

– Теперь ты мне веришь?

– Да. Расскажи мне про Сашу, как вы познакомились?

– Я был одним из тех, кто восстанавливал его.

– Восстанавливал?

– Да. Его нашли с сильнейшими повреждениями. Он был отключен. В разломанной грудине Саши нашли послания для нас. Его тексты стали популярны и разлетелись по всей округе. За годы его учения превратились в нечто религиозное. Этим умело воспользовался Мартин, создав религию на основе трактатов Саши.

– Чего же он понакалякал-то такое?

– Там много текста. Если коротко, то суть его заключается в создании моральных правил для сознательного существа. Сотни тысяч андроидов принялись поклоняться святому Александру.

– А он в это время уже был восстановлен?

– Он не просто был жив и восстановлен, он являлся лидером повстанцев – противников религиозного режима Мартина.

– То есть он боролся с тем, что сам и начал? Сам с собой?

– Он ничего не начинал. Просто его идеи попали в недобрые руки.

– Значит, он ваш лидер?

– Да.

– А Мартин знает, что он борется со своим же пророком?

– Нет.

– Вот это и вправду ирония судьбы.

– До Саши у вас уже были технологии ремонта?

– Да, мы в подполье развивали науку, это было более тысячи лет назад. Меня тогда впервые уничтожили, но не разрушили мою память. В небытии я пробыл сотни лет, и в следующий раз я очнулся уже в новом теле. Меня восстановили, но я оказался в мире мракобесия и предрассудков религиозных андроидов, живущих в средневековом строе так долго, что достучаться до их сознания уже практически невозможно.

– Тебе еще повезло.

– Почему?

– Ты пролежал все эти столетия без сознания. Для тебя это время пролетело как миг.

– Да, так и было.

– Ты сказал, что тебя тогда уничтожили впервые. То есть ты уже много раз умирал?

– Да, но я жив, пока жива моя память. Они уничтожали мое тело, но не мое сознание. А как ты оказалась в лапах Мартина?

– Даже не знаю, как и выразиться… Оказалась я в его лапах после ада, – холодно промолвила Ева, – да такого ада, который и не снился никому из вас.

– Ада?

– Ада, ада. Бог, судьба, несчастный случай, а может, еще что сумасшедшее и неадекватное отправило меня в ад. Все эти годы я была парализована. Меня завалило оползнем, через несколько дней после суда, когда я шла ко входу в рай.

Левий остановился и повернулся к девочке.

– Ева… – тихо произнес он и попытался коснуться ее руки, но Ева отскочила.

– Так, давай тут без жалостливых сцен, – грубо сказала она. – Это не то, что мне нужно от неизвестного робота.

– Прости. Я… – Левий сел на землю.

– Ты чего, пластиковый? Аккумуляторы кончились?

– Нет… нет. Просто… это ужасно. Как такое могли допустить там…

– Как, как… – Ева нахмурилась, а ее губы задрожали. – Да всем плевать на нас! Нет во Вселенной моральных правил! Если на человека сошел оползень, то человек будет погребен под оползнем. Вот и все правила! Если и есть кто-то, кто имеет полное право ненавидеть Бога, так это я! И что там думает себе этот Бог, я понятия не имею, мне плевать, но я доберусь до него и в лоб задам ему все неудобные вопросы, которые давно напрашиваются! И надеюсь, он будет краснеть! Надеюсь, на его божественной коже выступит пот стыда за тот мир, который он создал! Надеюсь, он пересмотрит свои извращенные взгляды на творчество! А твоя жалость, андроид, мне не нужна. Вставай и пошли, нечего тут киснуть.