Не выходи из комнаты; считай, что тебя продуло.

Что интересней на свете стены и стула?

Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером

таким же, каким ты был, тем более — изувеченным?

Шумную гримерку, в которой температура уже давно перевалила за 40 градусов из-за количества девушек, не спасали даже два кондиционера и вентилятор. Но, несмотря на это, здесь не стоял застарелый запах пота, не воняло другими человеческими отходами и так далее. Лишь сладковатый запах помады, однотипных духов и новой кожи, из которой нам пошили черные платья, витал в воздухе, забивая собой рецепторы носа.

Еще раз подняв голову, посмотрела через зеркало на всю эту бегающую ораву девушек в однотипных платьях, и, вздохнув, встала со своего удобного стула. Звук моих шагов, пусть их и мало, был отчетливо слышен, я единственная, кто носил туфли со шпильками еще до того, как надо выходить на сцену. Привычка, всегда быть готовой.

— Так, давайте ещё раз все повторим для новеньких! — хлопнула я в ладоши в унисон с дверью, — Здравствуйте, Ирина Олеговна! — улыбнулась я зашедшей в гримерную красивой женщине 40 лет, единственной, кому удалось тут удачно выскочить замуж. За нашего главного — Князя. Но она ему походит, да и грех ей завидовать — ее муж навсегда прикован к инвалидному креслу, пусть он и невероятно богат. Да и сама Ирина Олеговна прекрасна — брюнетка, умная, ноги длинные, есть вкус, есть все данные для работы в модельном агентстве, но выбрала танцевать тут. И нашла любовь всей своей жизни.

— Добрый, — кивнула она в ответ, — девочки, новое правило, — послышался недовольный ропот, а я, скептически подняв бровь, посмотрела на нее. Куда еще правило? Впрочем, одним больше, одним меньше, — не отсвечивать. Вы не должны выделяться. Все как одна, простые танцовщицы. Один в один, — Киса испуганно потрогала свои сиреневые волосы, — нет, не в этом плане. Не быть такой, как Александра, — все согласно закивали. Ну да, я действительно не похожа на остальных! Сумасшедшая в депрессии! Но странно, что все, даже новенькие, посмотрели на меня и закивали, как болванчики, даже не зная, чем я отличаюсь от остальных!

— А в связи с чем это связано? И, в каком плане? — поинтересовалась я. Не, а с каких пор Александра в не закона?!

— К нам приехал Хан, — а, ну ясно. Чекнутый братец нашего начальника! Милота, два сумасшедших на одном периметре! Впрочем, мне пофиг.

— Блин, вот кошмар, мало того, что спать с мажорами нельзя, начальник — инвалид, а еще... - начала новенькая, но договорить я ей не дала.

— Ты уволена, — сказала я будничным тоном. Охренеть, сто штук в месяц получает, еще и возмущается! Мы танцуем только по субботам и воскресеньям, причем даже не стриптиз, а она... Только уже бывшая новенькая хотела открыть рот, как я продолжила, — за оскорбление начальства. Кира, знамени, — шикарная местная Круэлла (она покрасила волосы так же) изящно встала и поманила новенькую, а потом расстегнула платье и переоделась с лёгкой улыбкой на изящных губах. Вот и все. Хорошо, что танец разучивают все без исключения.

Насупившись, новенькая, имя которой я так и не запомнила, как и псевдоним, вышла из помещения через задний выход, хлопнув дверью. Ну вот и все, нет больше зайчика-попрыгайчика!

— Так причем тут я? — вырвалось у меня. Почему поведение Александры вне закона? — что я делаю не так?

— Снежка, — обратилась ко мне Ирина Олеговна, назвав по псевдониму, — он выискивает девушек с делинквентным, отклоняющимся поведением, а потом использует для своих целей. И почему-то часто девушки после его интереса пропадают. И кольцо на пальце тебе не поможет.

— Ну тогда, если что, опасаться надо ему, — выдохнула я и, взглянув на часы, кивнула девушкам, чтобы выходили. Семеня на шпильках в 10 см, они очень хотели материться, но было запрещено. Правда, ни у кого не возникало желание уволиться. Резко, когда я проходила мимо, Ирина Олеговна схватила меня за руку и произнесла:

— Князь очень любит Хана, он не простит тебе, если ты ему хоть как-то навредишь, — в ответ я лишь кивнула и, вздохнув, натянула фальшивую улыбку. Сейчас я — Снежка, директор танцевальной группы, лучшая из лучших. А остальное потом.

Поэтому я, ни капельки не сомневаясь, вышла на сцену под громкие апплодисменты зрителей-мажоров. Все поражаюсь, как ему удалось создатьэто?! Мы лишь танцуем и никто не смеет даже предложить нам переспать, подкатить или же нарушить правила, не заплатить за приватный танец, который мы танцуем в одежде! Напоминает чудо.

И вот свет софитов направлен на нас, хлопки стихли и на волю вырвались первые ноты песни. Подошедшие к этому времени парни стали позади нас, обхватив руками талии. А дальше уже по-настоящему грянула музыка, песня Полины Гагариной "Вода". Разворот, прыжок, выдох, вдох, переворот, переступить... Все делалось настолько синхронно, что порой стук шпилек заглушал саму музыку... Но я не обращала внимание на это, моей задачей было лишь увидеть новое лицо, того самого Хана.