Я шла вперед по вымощенной тротуарной плитке дорожке, слушая приятное цоканье собачьих когтей. Холодный свет от уличных фонарей, ледяной воздух, что резал легкие изнутри, дыхание, что вырывалось изо рта и тут же переходило в пар, да мерный стук каблуков создавал ощущение чего-то опасного.

— Помогите, крадут, — послышался женский крик, а впереди замаячил силуэт упавшей женщины, у которой кто-то пытался вырвать сумку, — помогите!

Наклонившись, отстегнула поводки от ошейников доберманов и, удобно сложив их в руке, потрепала между ушей.

— Взять, — прозвучало короткое, словно приговор, слово. Не более секунды потребовалось собакам на осознание ситуации, поэтому, спустя мгновение уже летели комья земли из-под их лап, так как они сошли с дорожки. Молниеносно они догнали преступника, что сорвался с места и завалили его на землю, рыча каждый раз, когда он пытался встать.

— Почему они его не рвут? — спросил Хан, а я, медленно идя к упавшей тёте Зине, которая прекрасно знала моего отца, так как жила неподалеку, пояснила:

— Команда «взять» отличается от команды «фас». Это как задержать или убить, — пожала я плечами и помогла подняться упавшей женщине.

— Ох, Сашенька, — обняла она меня. Тетя Зина была немного грузной женщиной, упитанной, с возрастом у нее появились проблемы с ногами, — шоб я без тебя делала! Как отблагодарить даже и не знаю!

— Мне не нужна благодарность, вы же знаете, — усмехнулась я и, подойдя к нападавшему, отобрала сумку, — вы главное здесь поменьше ходите. Ладно, давайте, идите домой, вам же не далеко здесь.

— Саша, не надо, он дурак, но не надо, — проговорила Зинаида, знавшая о моих особенностях психики, — Сашенька, а пойдем ко мне, чайку попьем?

— В другой раз, теть Зин, — улыбнулась я, — даю честное слово, что не убью его и не покалечу. Просто проведу воспитательную беседу!

— А поприсутствовать можно? — спросила она.

— Теть Зин, вы — человек интеллигентный, поэтому не стоит. Обещаю, ничего с ним не случится, вы идите, я сегодня добрая, — улыбаюсь и толкаю тетю Зину по направлению к ее дому. Нехотя, но женщина все равно пошла, взяв с меня обещание, что я ничего ему не сделаю. Я честно пообещала, что жертва будет жива и не покалечена.

Чуть отогнав собак, достала заточку из туфли и приставила к горлу пацана лет 19, может даже чуть больше. Хан стоял рядом и с интересом за этим наблюдал.

— Твое счастье, что я дала обещание и что мнение теть Зины для меня очень важно, — проговорила я с расстановкой, от чего кадык жертвы дернулся, — и я дала слово тебя не убивать и не калечить, даже при помощи своих девочек. Отнюдь, я не обещала, что ты будешь полностью здоров, так? Так, — кивнула я, не дождавшись ответа от пацана. Усмехнувшись, всадила заточку ему в плечо, от чего он вскрикнул.

— А-а-а, я понял, — послышался наконец его голос. Реально подросток, надо же.

— В этом районе не воровать. Передай это своим дружкам, если они у тебя есть. Теть Зину за километр обходить, ясно? — жертва активно закивала, зажимая рану на плече, а я невольно улыбнулась. Вот так вот становятся психами, — узнаю, что продолжил — выслежу и грохну. Поверь, пара надрезов и ты истечешь кровью. Есть вариант тебя вырубить и кислотой полить, тогда труп вообще не опознают, есть вариант тебя где-нибудь по-тихому расчленить, а есть мой любимый — вывезти тебя куда-нибудь и вскрыть. На живую. Поверь, это очень интересно. Заспиртованное сердце все-таки не живое бьющееся, — усмехнулась я и встала, — беги, что лежишь?

Трясясь, парень встал и, то и дело запинаясь и падая, побежал прочь.

— Надеюсь, про вскрытие была шутка? — спросил Хан, а я рассмеялась.

— Нет, с чего ты взял? Это мой излюбленный способ убийства, но для этого нужно тихо и укромное место. Пока такого нет, можешь особо не переживать, — пожала я плечами и, протерев влажной салфеткой заточку от крови, засунула ее обратно в обувь, а салфетку засунула к себе в карман. Незачем оставлять свои следы, еще вдруг в полицию пойдет…

— Господи, какая же ты жуткая, — усмехнулся Хан, а я отзеркалила его усмешку.

— Мия, Лия, домой, — отдала я команду и собаки послушно пошли в обратном направлении, а я за ними, искренне надеясь, что Хан потеряется по пути из-за топографического кретинизма высшей степени. Но, увы, моим мечтам сбыться было не суждено.

Открыв дверь в квартиру, запустила сначала собак, потом уже Костерова, а после зашла сама и закрыла дверь. Вздохнув, снова насыпала проголодавшимся собакам корм, накрасилась в еще более яркий макияж — алые, почти бордовые губы, черные тени и матовое бледное лицо — ненавижу румяна. А после, сменив пальто на куртку-косуху черного цвета, взяла в руки сумку, кинула туда телефон, паспорт, 15 тысяч наличными, карандаш для губ в цвет помады, айпад, блокнот и ручку с ключами.

— И куда же ты собираешься в 21:32? — просил Хан, а я снова пожала плечами.

— В бар к Никите, у него сегодня смена, да и он меня хочет со своей девушкой познакомить из Академии, мол у них там любовь-морковь, или пока что просто романтик. Полезное знакомство, такая же отбитая, как и мы, — пожимаю плечами и, подойдя к входной двери, говорю, — из квартиры выметайся и езжай домой.

Из квартиры Хан вышел безропотно, по вот когда я, спустившись на первый этаж, повернула в другую от парковки сторону, он пошел за мной. Ничего не говорил, шел чуть позади, просто наблюдал.

— Что тебе надо? — не выдержала я на середине пути, — Екарный писец, мне ж завтра к институту на такси! — взвыла я из-за того, что по вине это идиота моя машина осталась на парковке ВУЗа.

— Мне? Мне просто интересно за тобой наблюдать, — послышался голос, а я, остановившись и развернувшись на 180 градусов, зашипела.

— Я что, зверушка в зоопарке, чтобы за мной наблюдать? А? Может пояснишь? Или ты думаешь, что угроза на счет почки не осуществима, а все остальные мои заскоки — это так, чистой воды блеф? Ты еще жив и здоров лишь потому, что важен для Князя, — вскрикнула я, но мне нагло заткнули рот поцелуем. Что ж, целуется он отменно, это мы уже выяснили.

Обменявшись со мной слюнями в достаточном количестве, Хан наконец оторвался, заглянув в моих глаза.

— Такое ощущение, что ты пытаешься что-то проверить, но что — не понятно, — скривилась я, с вызовом посмотрев ему в глаза.

— Ты вообще ничего не чувствуешь? — спросил он, а я удивленно на него посмотрела.

— А должна? — теперь я реально недоумевала, — Ты вообще о чем? Если скажешь, что влюбился, то это только твои проблемы, меня это не касается, — пояснила я на всякий пожарный случай. Проходящие мимо прохожие уже с интересом на нас поглядывали.

— Нет, я просто сначала не понял, почему Снежка, потом до меня дошло, что это сокращение от Снежной Королевы, и я решил проверить, почему именно это прозвище. Тебя легко вывести на раздражение и гнев, правда чаще всего они превращаются для тебя в этакую игру, в которой ты манипулируешь жертвой, а если не получается, то ты бесишься, очень сильно. И я решил проверить, что ты можешь чувствовать еще. Печаль — возможно, едва уловимая. Желание заботиться и оберегать — тоже есть. Но вот с остальным глухо. Я поцеловал тебя при всех в аудитории — ты ударила меня лишь потому, что у тебя типа есть муж, не более, — я скривилась, потому что он попал в точку, — подумал, может что-то почувствовала. Поцеловал тебя после дважды в шею, слегка даже прикусил, помогал тебе, оказывал знаки внимания весь день, но ты либо их не воспринимала, либо вообще не поняла, что они были. Сейчас я тебя поцеловал. Ты ответила. Но ощущение, как будто тебе плевать. Может объяснишь?

— Хорошо целуешься, почему бы не ответить. А на остальное — я действительно ничего не поняла, я не эмпатична. Лишь то, что тебе что-то от меня надо просекла. И мои эмоции тебя не касаются. Это раз. Второе — считай, что положительных у меня нет, а все, что связано с любовью — не существует для меня. Привязаться — возможно, заботиться — только если ты мне очень близок. Ни о какой любви речи просто нет, — проговорила я с расстановкой и с ненавистью посмотрела на Хана.

— И почему же нет?

— А по балде не хочешь, а? — спросила я, — Просто нет и все. Психопат. Не знающий, что такое эмпатия. Сгинь, — бросила я и пошла к бару. Почему нет любви? Да по кочану и по капусте! Просто нет, закончилась, а пока что еще не подвозили! Израсходовала на тех, кто умер!

Так, все, Александра, успокойся! Они не виноваты в своей смерти, они не специально тебя бросили! Их всех убили, и ты обязательно выяснишь, кто! Найдешь убийц отца, брата и деда и сожжешь заживо, а с насильником Яры ты сделаешь что-то поинтереснее. Придумаешь.

С этими мыслями дошла до бара и, распахнув дверь, ворвалась как торнадо в помещение, которое окинула цепким взглядом. Он сказал, узнаю сразу… Хах, он прав.

Перед баркой стойкой с бокалом виски сидела блондинка с кипельно белыми волосами, алой помадой на тонких красивых губах, в красном коктейльном платье и в красных туфлях на высокой шпильке. Светлая, словно снег кожа, на которой четко выделялись вены, немного грустные серо-зеленые глаза. Назвала бы ее фарфоровой куклой, настолько хрупкой и не настоящей она казалась.

— А где Никита? — спросила я у девушки, чтобы завязать разговор. На меня уставились злобные глаза.

— А зачем он тебе? — поинтересовалась она, прищурившись, и снова отхлебнув из бокала.

— Я так понимаю, что ждешь ты Александру, — девушка кивнула, с интересом осмотрев меня с ног до головы. Поняла без продолжения. Редко таких людей встретишь, — Прости, а ты красишь волосы?

— Я альбинос, — пожала она плечами, а у меня глаза на лоб полезли, — что-то не так?

— Нет, просто удивлена, впервые вижу подобную генетическую мутацию воочию, — приветливо улыбнулась.

— Вообще-то мне Никита рассказывал, что немного долбанутая, так что веди себя как обычно. И не обижайся, я просто слишком прямолинейная. Отец научил, — задумчиво проговорила она, посмотрев через бокал на светомузыку.

— Хорошо, тогда где этот боров? — спросила я, а он нарисовался тут как тут.

— Ну что, давайте знакомиться! — радостно проговорил он, — Саша, это — Светлана Рощина, Света, это — Александра Горбунова, — представил он нас друг другу, а мы, нехотя, но пожали руки. Сотрудничать все-таки, — скажу по секрету, у этой девушки немного нестандартная семья…

— Так говоришь, как будто у меня родители не той ориентации. Захлопнись, в кои-то веки и дай все объяснить самой, — сказала Света и вернулась ко мне, но ее прервал голос Хана.

— А вы очень похожи, — усмехнулся он, взгромоздившись на стул за мной. Просто класс!