Моя рука все еще находилась в захвате, который с каждой секундой становился все сильнее, а взгляд Хана темнел, в попытке прибить меня к полу. Я же играла в Кполунепримого монаха, одним взглядом делая ему Цудзигири. В конце концов он сжал мою рук так, что я пискнула и зашипела.

— Руку убери, — потребовала я, брезгливо осмотрев его с ног до головы. На стуле висел предварительно снятый тренч, который я до этого не заметила, на самом же Хане оказался черный костюм-тройка, который идеально сидел по фигуре, столь же черный галстук и начищенные до блеска ботинки; в такой одежде я разбиралась не ахти, но туфли были явно от Ассанте. Как бы то ни было, вкус у него явно неплохой, да и денег куры не клюют, раз он может себе позволить туфли за 2 тысячи баксов. Носить каждый день. На его лице расцвела снисходительная улыбка, как будто он немножко мне сочувствует и вообще ни за что не волнуется; в глазах заплясали смешинки.

Ну здрасьте, господин Трент!

— А что будет, если не отпущу? — расплылся он в улыбке. Вай, какая обаятельная скотина!

— А простреленного колена тебе не хватило? — томно прошептала я. За нами наблюдали уже почти все с плохо скрываемым интересом. Усмехнувшись, он молниеносно прижал меня к себе и поцеловал. Красиво, чувственно, нагло, резко скользнув в рот языком. Конечно, я не была спецом в поцелуях, но это что-то с чем-то. Он вел, а я… подчинялась и отвечала. А что, почему нет? Мужик классно целуется, я сама давно этим не занималась, так что все нормально. Вскоре поцелуй прекратился и на меня посмотрели с нескрываемым превосходством.

Усмехнувшись, врезала ему кулаком в нос, от чего он пошатнулся и, в попытке сохранить равновесие, отступил на пару шагов по инерции. Прислонив руку к носу, он постоял какое-то время с запрокинутой головой. Проморгавшись, отдернул слегка окрашенную в красный руку и, усмехнувшись, отступил на пару шагов назад в проход и продемонстрировал мне мой телефон.

— Эй, — скривилась я, — верни, — вытянув руку над ступеньками, он демонстративно ослабил хватку, от чего телефон слегка съехал вниз, норовя упасть вниз, — рискни, — я смерила Хана взглядом из-под полуопущенных ресниц, — как думаешь, что я за это сделаю?

— Даже не знаю, — рассмеялся он немного хрипло, а потом выпустил телефон и руки. С характерным звуком бьющегося стекла мой шестилетний агрегат медленно заскакал по ступенькам, на последней разлетевшись вдребезги.

— Хорошо, — протянула я и резко схватила со стола его дипломант и свой рюкзак.

— Положи на место, — зашипел он, направляясь ко мне; только сейчас заметила, что он слегка прихрамывает. Улыбка невольно расцвела на губах, — я сказал: положи.

— А что будет, если не положу? — усмехнулась я и направилась к ближайшему окну. Ну ничего, сейчас я тебе устрою! Хан явно не успевал за мной, здоровой и прыткой, поэтому, взобравшись на подоконник окна высотой в две меня, распахнула его настежь и, раскрыв дипломат, вывалила все в пруд внизу. Новенький айфон, который, как оказалось, лежал среди тетрадей, учебников, ручек и инструментов, сделав громкий «бултых!», стремительно пошел ко дну искусственного водоема, — треш, я только что всю свою зарплату утопила, — рассмеялась я, заправив локон парика за ухо и наблюдая за расходящимися кругами и плавающими тетрадями.

— Я тебя сейчас убью, — усмехнулся Хан, немного жутковато, и потянулся к моей ноге рукой. Взвизгнув, ударила его его же дипломатом по конечности.

— Свали от меня, зомби, — выкинув кейс в окно к остальным предметам и, нацепив на спину рюкзак, я, схватившись за лепнину, выползла наружу, благо архитектурные излишества института позволяли, — ух, - выдохнула я. Пиздец как высоко! Подо мной было метров пятнадцать и пруд два с половиной. Физик, конечно, из меня никакой, но что-то мне подсказывает, что я нахрен разобьюсь, если прыгну! Я не лейтенант Чиссов!

Ветер трепал мои накладные волосы и морозил покрытую холодным потом кожу, развевал полы медицинского халата и неслабо пугал. Разжав пальцы, что от эпинефрина, в простонародье адреналина, сейчас задеревенели и вцепились в завитушку, я перевернулась и оказалась лицом к стене, которое тут же повернула к окну. Довольный Хан сейчас сидел на подоконнике и ожидал, пока я вернусь, спокойно затягиваясь сигаретой.

— Привет, Александрочка, — блин, почему он произносит мое имя так, как его произносил дедушка? Мне это не нравится! Козел, сволочь, ненавижу! — Как тебе там, удобно? — он выдохнул дым от сигарет так, чтобы он достиг меня. Приятный запах никотина защекотал нос.

— Вполне, — усмехнулась я, мысленно хорошо так заматерившись. Я только курить бросила, сволочь! Тварь недоразвитая! — Господи, да прекрати ты! — заскулила я. Во рту инстинктивно стала собираться слюна, а зубы свело.

— Ты заходи, у меня еще есть, — усмехнулся он и щелчком выкинул сигарету в окно, как это делаю я. Блин, эти совпадения меня еще больше из колеи выбивают. Не удивлюсь, если мы родились в один день, — я тебя даже не трону, пока ты куришь. Покурить — дело святое.

— Вообще-то я собиралась бросить и продержалась две с половиной недели, — усмешка вновь украсила мое лицо, а я вновь развернулась лицом к городу, попой к кирпичам, — хаха, походу ты прав, и я действительно сейчас свалю отсюда, — Хан скептически поднял левую бровь, — похоже, пережившая революцию лепнина меня не переживет. Я разрушительнее, — инстинктивно снова заправила локон за ухо. Дурацкая привычка, появляется тогда, когда я одеваю этот, заплетенный в косу парик.

— Хм, — хмыкнул он, озорно взглянув на меня, — ну, тогда залезай. Давай, я тебя не съем, — а ведь так хотелось поддаться, реально зайти обратно, потому что лепнина активно крошилась под моими ногами, а у Хана обалденная харизма, — давай же, тебе ничего не будет!

— Ни диплома, ни жизни нормальной? — буркнула я и тут же скривилась, увидев приближающуюся Софи. Что за имя дурацкое?

— Судя по твоему взгляду, у меня за спиной чупакабра? — хмыкнул он и, развернувшись на половину, смерил взглядом рыжую зеленоглазую девушку, — да, так и есть.

— Я, вообще-то, могу тебе помочь, — усмехнулась она, стоя рядом с подоконником со скрещенными на груди руками, — тоже ненавижу эту мымру.

— Ну, во-первых: с чего ты взяла, что она — мымра, во-вторых: с чего ты взяла, что я ее ненавижу? Я разве говорил об этом? — парень хищно склонил голову набок и, прищурившись, посмотрел на него.

— После ее взглядов твои мне не страшны, — усмехнулась она и, зацокав маленькими каблучками, пошла обратно.

— Короче, надело мне тут куковать, — усмехнулась я и, медленно сев, перевесилась через то, на чем стояла. Зацепилась за финтифлюшку снизу и переползла ниже. Каменный цветок вроде выдерживает…

— Сорвешься, — хмыкнул Хан, вытянув шею и смотря на мои потуги. Выдохнув, покрепче схватилась левой, а правой рукой, подняв ее над головой показала ему фак. Не оглядываясь, поползла вниз.

Стоило стать ногой на тонкую кромку земли возле стены, что отделала пруд от здания, я побежала в сторону дверей универа. Мне надо забрать симку, хоть кровь из носу!

Хана ни оказалось ни в окне, ни в холле притихшего университета, по которому я шла, словно вампир, скрываясь в тени колонн. Вскоре разъяренный хромающий… Константин пронесся мимо на выход, и я спокойно пошла в аудиторию. Стояла мертвая тишина, пока я тупо выуживала симку из фрагментов телефона, а потом удалялась. Ну нафиг эти пары!

Выскочила из-за угла слишком спокойная, поэтому меня застали врасплох. Прижав нож мне к горлу, Хан завел меня за одну из колонн коридора и, зашипев, выдал:

— Мне просто интересно, как ты расплачиваться будешь?

— Придумаю что-нибудь, — пискнула я, когда меня, спрятав нож, грубо поволокли за собой на выход из универа. Хваталась за все подряд, но мои руки нагло отцепляли от спасительных поверхностей и волокли сначала на выход, а потом к парковке, под мои визги: «Отпусти!», — Охренеть! — выдала я, когда меня подвели к черной Ламборгини Авентадор.

— Что не так? — спросил он, нагло запихнув меня в машину и заблокировав двери, пока ее обходил. Да, это не те тупые сериалы, где главная героиня спокойно сидит в машине, пока похититель ее обходит, — Не нравится? — добавил он, сев в машину и усмехнувшись.

— Наоборот, — выдала я, спокойно выдохнув. Вроде, убивать, судя по тону, меня не собираются, — я обожаю эту машину. Суперкар, выпускавшийся компанией Lamborghini с 2011 по 2021 год. Aventador пришёл на смену Lamborghini Murciélago и оснащался 6,5-литровым V-образным 12-цилиндровым двигателем мощностью от 700 до 780 л. с. в зависимости от модификации. Дизайн был разработан Фелиппо Перини, тащусь по этим итальянцам.

— Кто ты вообще такая? — нахмурился он и осмотрел меня с ног до головы. Не дожидаясь ответа, так как вопрос, скорее всего был риторический, он завел этот агрегат.

— Куда поедем? — спросила я обреченно. Нет, теперь я точно не сбегу, пока не покатаюсь на этой машине!

— В больницу. У тебя швы разошлись, — головой он указал на окровавленный пояс брюк, — есть что добавить?

— Писец, — мрачно выдала я, — давай ко мне, я сама.

— Так, патологоанатом, сиди на жопе ровно, — усмехнулся он и вбил в навигатор «ближайшая больница».