Московский полис

Белый город

Кабинет графа Овчинникова

Раннее утро давно перешло в день, и Белый город за высокими окнами жил своей привычной, выверенной жизнью. Даже свет уличных фонарей по ночам здесь казался подчёркнуто спокойным и благородным. Словно сам воздух здесь был особенным, созданным специально для легких благородных семейств. Однако, в кабинете графа Фёдора Григорьевича Овчинникова сегодня спокойствия не наблюдалось, оно разбивалось о тяжёлую, почти осязаемую напряжённость, исходившую от хозяина этого шикарного особняка.

Граф стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на далёкую границу защитного купола, будто пытался среди вспыхивающих искорок далёкого сражения с иномирными монстрами рассмотреть там решение своей проблемы.

— Строгин поступил как идиот, — произнёс он негромко, но в этих словах не было ни раздражения, ни злости, лишь холодное презрение человека, привыкшего оценивать поступки с позиции силы и опыта.

Пауза затянулась, и только после неё граф медленно провёл ладонью по окладистой бороде, в которой, несмотря на почтенный возраст, не было ни одного седого волоса.

— Он получил именно то, что заслужил, — добавил он уже тише. — Хотя… ему еще повезло, если говорить откровенно. Я бы уничтожил весь его род полностью, чтобы впредь этим «диким» неповадно было… Возомнили себя ровней нам, высшим родам, на плечах которых держится вся безопасность столичного полиса! Если бы не Горюнов…

Позади него, почти сливаясь с тенью, стоял невысокий мужчина, неопределённого возраста. Темные длинные волосы завязаны в хвост. На гладко, до синевы, выбритом лице с острыми скулами, расположены большие, как для мужчины, карие глаза. Молчаливый человек сейчас внимательно и с изрядной долей почтения наблюдал за графом. Этого человека звали Аристарх.

Он был самым сильным рунником рода Овчинниковых, лучшим боевым псом графа, который всегда выполнял волю «хозяина». Рунник не шевелился, не пытался перебить или уточнить, он знал цену словам своего господина и понимал, что сейчас его сюзерену нужен не диалог, а просто рассуждения вслух, в течение которых граф, обычно, находит решение любой проблемы.

— Потерять надел… — продолжил граф, медленно разворачиваясь. — Потерять людей… допустить прорыв тварей… а затем, вместо того чтобы склонить голову и просить милости, начать торговаться…

Он слегка прищурился.

— Торговаться тем, о чём он даже понятия не имеет!

Граф прошёлся по кабинету, не спеша, продолжая машинально оглаживать бороду.

— Кристалл класса В… — произнёс он, словно пробуя слова на вкус. — Или выше… Идиот даже не понял, что нашел.

Он остановился и посмотрел на Аристарха.

— Все сейчас уверены, что речь идёт именно о таком уровне. И все, как один, решили, что могут его найти раньше остальных, — в уголках его губ мелькнула тень усмешки. — Поразительное единодушие.

Наконец, рунник позволил себе ответить. Он говорил тихо и почтительно.

— Наш отряд неожиданно столкнулся с сопротивлением. И это были не твари, это была засада вольных.

Граф кивнул, словно подтверждая собственные мысли.

— Вольная шваль… значит, информация уже пошла по рукам, — сказал он спокойно. — И пошла далеко. Никто из высших не стал бы связываться с этой мразью, видимо, кто-то из нищебродов решил повторить судьбу Строгина…

Он на мгновение замолчал, а затем добавил:

— Или, всё-таки связались?

Аристарх чуть наклонил голову.

— Мы пока не смогли установить заказчика.

— Разумеется, — без тени сомнения ответил граф. — Если бы смогли, я бы уже знал.

Он остановился у стола и опёрся на него ладонями, слегка наклонившись вперёд.

— Ни на кого нельзя положиться.

Фраза прозвучала негромко, но в ней чувствовалась и усталость и раздражение человека, который привык к точности и результату, а не к оправданиям.

— Ни на союзников, ни на наёмников, ни даже на собственных родичей, — продолжил он. — Все играют в свою игру и считают, что делают это незаметно, — граф выпрямился и, неожиданно, улыбнулся. — И все ошибаются.

Фёдор Григорьевич перевёл взгляд на один из артефактов, висящий на стене, напоминающий большую звезду из множества мелких кристаллов и отраженный в кристаллах свет, на мгновение отразился в его глазах, придавая им холодный, почти стеклянный блеск.

— Император не должен ничего знать.

Эта фраза прозвучала уже иначе, уже не как размышление, а как чётко сформулированное правило, которое не подлежит обсуждению. И это на самом деле было так. Этого правила придерживались все высшие роды, играя в свои собственные игры и плетя интриги. Да, Небесный остров мог видеть далеко, но всё же он не был всемогущим, а некоторые… гхм… осколки силы, так или иначе, задерживались в полисе, усиливая тот или иной род.

Аристарх коротко кивнул.

— Я всё понимаю, ваше сиятельство, — кивнул он.

— Но я лучше еще раз напомню, — спокойно ответил граф.

Он снова начал медленно ходить по кабинету, выстраивая в голове последовательность будущих действий.

— Все великие рода сейчас ищут кристалл, — произнёс он. — Все отправляют людей и все тратят ресурсы. Все надеются, что именно им повезёт.

Он остановился и посмотрел прямо на рунника.

— Но везение здесь ни при чём.

Короткая пауза.

— Здесь важна скорость. И точность.

Аристарх молчал, слушая господина.

— Основные силы возвращаем в город, — сказал граф. — Пусть другие ищут наугад.

— Уже отдан приказ, — ответил рунник. — Но что именно мы будем делать дальше?

Граф подошёл ближе, и теперь между ними оставалось всего несколько шагов.

— Завтра выдвигайся сам и бери лучших людей.

Аристарх чуть приподнял голову.

— Лично?

— Лично, — подтвердил Овчинников. — Мне нужен результат.

Он сделал короткую паузу, затем добавил, уже почти без интонации:

— Вот только сначала заскочи по адресу: Гончарная улица, дом 12. И захвати там младших Строгиных. Уверен, они должны что-то знать.

— Но… Горюновы… Ваше сиятельство! — слегка опешил рунник.

Взгляд главы рода Овчинниковых стал жёстче.

— Людей Горюновых завтра там не будет. Это моя проблема, а ты — найди кристалл! — граф мгновение помолчал и всё же добавил. — Любой ценой!

* * *

— Похоже, у вас сегодня тяжёлый день, господа, — с издевательским участием, произнёс командующий силами великого рода Овчинниковых в текущей операции. Потом виконт повернулся к стоявшему поодаль офицеру гвардии и повелительно бросил. — Собирай всех. Двадцатиминутная готовность. И труп той твари огненной сюда притащите.

— Проверкой завоняло… — прокомментировал ситуацию Михалыч. Правда, сделал это завхоз так, что его услышали только свои. — Задницу будет прикрывать.

О нас на некоторое время забыли, а минут через тридцать, когда подчинённые Островского притащили в разрушенный лагерь вольных труп убитого нами Иссушителя, вдали послышался рёв моторов. Виконт придирчиво осмотрел труп и ударил по куче дохлых щупалец парой воздушных лезвий, чтобы оставить лично свой след.

Остальные делали вид, что ничего не видят. Это был единственный вариант не только выжить в вооружённых силах великого рода, но и как-то продвинуться вверх по карьерной лестнице. Если бы не чудовищное превосходство в запасах энергии, качестве снаряжения и количестве, то вольные уже бы давно раскатали войска правителей полиса. Когда живёшь в обнимку с оружием и от качества твоих навыков напрямую зависит продолжительность жизни — иначе начинаешь относиться к своей подготовке.

По основной дороге, на бешеной скорости, к нам неслись три внедорожника. Машины были из тех, которые внешне смотрятся максимально брутально и будто созданы для работы за пределами куполов. Вот только по факту это были красивые конфетки, которые нужно было холить и лелеять.

— Гадство! — чуть заметно поморщился я, когда из головной машины лихо выпрыгнул парень в цветастой кожаной куртке с парой непомерно длинных мечей за спиной. И как он только ехал с ними в машине? А главное зачем⁈

— Знакомый? — тут же проницательно посмотрел на меня Мастер. После ситуации со взрывом Иссушителя, я постоянно ловил на себе взгляды командира. А ещё на меня поглядывала Ульяна. Ощущение было такое, будто девушка хотела что-то спросить, но не решалась. И я отчётливо понимал, что это не в её характере. Но что останавливает полукровку пока не разобрался.

— Видел его сегодня, — коротко кивнул я. Сложить два плюс два сумел бы любой человек. Островский, сколько бы он не строил из себя важную шишку, был прилипалой великого рода. Скорее всего, третий-четвёртый сын какого-то заштатного вассала главы рода Овчинниковых. При этом парень с мечами носил фамилию великого рода и точно был прямым родственником. Если добавить к этому недавний разговор текущего командира сводного отряда, то его злорадная гримаса становилась окончательно понятной. — Кто-то из рода Овчинниковых. Крайне заносчивый и высокомерный тип. Хотел сегодня нанять отряд… гхм… «отбросов» в управлении.

— Исчерпывающе, — не поворачиваясь ко мне, благодарно кивнул командир Святых и Саныч охотно подтвердил мои слова.

— Добро пожаловать во временное расположение экспедиционной части великого рода Овчинниковых, ваше благородие! — поспешил навстречу парню Островский. На лице виконта играла подобострастная улыбка и выглядел он так, будто наконец-то дождался дорогого гостя. — Прошу прощения за некоторые беспорядок. Мы только из боя, да и стоянка вынужденная, можно сказать…

— Кто-то посмел вынудить гвардейцев моего рода прекратить выполнение своей миссии? — демонстративно поднял бровь Овчинников. — Весьма прискорбно, Пётр Константинович. Весьма прискорбно. Не зря глава рода попросил меня лично заняться этим вопросом. Что это?

— Добыча с этого боя, — делано безразлично ответил Островский. — Тварь четвёртого класса с огненных пустошей. Решила поджарить моих людей, пока предатели из Вольных отвлекали наше внимание. Я и мои рунники решили эту проблему во славу рода Овчинниковых.

— Неплохо-неплохо… — чуть иначе посмотрел на виконта Виктор. — Что ж, хоть у меня и были другие планы, но я готов вам помочь. Какова обстановка, Пётр Константинович?

— Его сиятельство велел мне возвращаться с добычей в город, — всем своим видом показывая, что это противоречит его желаниям, сообщил виконт. В этот момент я услышал, как неразборчиво матерится себе под нос Ульяна. Если даже с текущим командиром было сложно, то член великого рода вообще мог стать сплошной проблемой. — Моим людям требуется небольшой отдых, но вы можете использовать городских дружинников и силы управления дальнего поиска. Они в вашем полном распоряжении.

— Вы хотите, чтобы я продолжил выполнение ВАШЕГО задания с кучкой клерков и бездельниками из ополчения, виконт? — растянул губы в улыбке Овчинников. — Этот балласт даже перевозить не на чем. Как вы предлагаете мне выполнить волю главы рода? Может быть мне просто сообщить Фёдору Григорьевичу, что вы провалили своё задание?

— Это было бы не совсем верно, ваше благородие, — бледно улыбнулся виконт. — Но мы можем поступить иначе. Я обязуюсь лично сообщить Фёдору Григорьевичу, что дальнейшее выполнение поставленной задачи осложнено мощным сопротивлением Вольных и появлением в окрестностях города монстров выше ожидаемого класса. Подтверждения по обеим причинам у меня на руках. Вам останется только скорым маршем дойти до финальной точки маршрута и вернутся назад. Несколько часов в дороге и благодарность главы рода гарантирована.

— Забавно, — негромко хмыкнул я. — Все же понимают, что они прямо на глазах у кучи людей договариваются о том, как обмануть главу своего рода? А что если кто-то из нас сообщит об этом графу?

— Насмешил, — фыркнул Михалыч. — Это же аристократы. Ты ещё попробуй вообще с ними заговори без разрешения, Свят! Мигом к позорному столбу улетишь. А о спорах и говорить нечего. Тут твоё слово против слова дворянина.

— Мы для них никто, — угрюмо прогудел Бугурт. — Поэтому эти двое ведут себя так, будто они беседуют наедине.

— Это неправильно, — хмуро произнёс я.

— Может, ты будешь поступать иначе, когда станешь аристократом, — тихо рассмеялся Михалыч, а Мастер задумчиво посмотрел на меня. — Я бы точно не отказался от знакомого барона, который не смотрит на своих людей, как на мусор! Или лучше графа! Точно?

— Точно, — хмыкнул Олег. — Только что-то за пять лет никого такого не попалось ни разу.

— Пять лет? — удивлённо посмотрел я на Факела. — Ты уже почти отработал полный контракт?

— Мы все, — взглядом обвёл отряд Олег. — Но это не тема для разговора здесь и сейчас. Да и «почти» не считается.

— Такой вариант меня устраивает, — после непродолжительного и довольно мелочного в некоторых моментах торга, кивнул Виктор. Островский радостно улыбнулся и, повинуясь его жесту, весь сводный отряд принялся спешно собираться.

Гвардейцы великого рода Овчинниковых торопливо грузили на одну из машин тушу Иссушителя, городские дружинники строились в колонну для обратной дороги, а следом за ними собирались в отдельную группу сотрудники управления.

— Ни пуха, парни, — перед тем, как уйти, пожал нам руки Саныч. — Совет капитанов узнает о происходящем, как только я вернусь в полис. Постарайтесь не сдохнуть до этого. Маршрут я примерный знаю и попробую кого-нибудь направить вам на помощь.

— Спасибо, — ответил Мастер. — Это точно не будет лишним.

Перед нами, подняв облако пыли, резко остановился чуть живой броневик. Из него выскочил тот самый офицер, с которым повздорила Ульяна, и, мазнув па нам ненавидящим взглядом, убежал к основной колонне.

— Так… Вы ещё на мою голову… — глядя на наш отряд, поморщился виконт Овчинников. Взгляд парня ненадолго задержался на Ульяне, и девушка тут же набычилась, будто её ментально облапали.

— Отряд управления дальнего поиска… — начал было Мастер, но договорить не успел.

— Я тебя о чём-то спрашивал, скаут? — процедил виконт. — Грузитесь в машину и вперёд по дороге. Будете ехать в пятиста метрах впереди моих машин. На случай мин или других сюрпризов. Едем до Чёрного поля, а там я скажу, что вам делать дальше.

Мастер медленно кивнул, но было заметно, что обращение Овчинникова его задело. Тем не менее, мы погрузились в машину. Саня сел за руль и транспорт покатил по дороге в указанном направлении.

— Козёл… — высказался наконец командир отряда и это будто прорвало плотину. Минут двадцать все дружно матерились, пока накал эмоций не пошёл на спад. Вскоре стало понятно, что обиженный гвардеец что-то испортил и машина сдохла за километр до конечной точки. До чётко видимой линии совершенно чёрной земли пришлось идти пешком.

Я, как и все остановился на самом краю. Некоторое время всматривался в землю под ногами, пытаясь понять, что именно меня беспокоит. Потом пнул горку песка и ни одна пылинка не долетела до чёрной, словно спекшейся от жара земли.

— Этот ущерб будет вычтен из вашего контракта, — даже не соизволив вылезти из машины, бросил Мастеру виконт Овчинников. Остальных он демонстративно игнорировал. — Теперь топайте дальше ещё пять километров. Потом назад и доложите, что видели. Шагайте!

— Нет, — негромко и очень спокойно произнёс я. Все уставились на меня так, будто внезапно заговорило одно из искорёженных деревьев, которые мы видели по пути. — Мы никуда не пойдём.