– Нас точно выгонят, – шмыгаю носом и никак не могу прекратить плакать. Соседка снизу уже успела позвонить Алле Аркадьевне и рассказать о масштабе бедствия.
Обои во всех комнатах вздулись, ковры хлюпают под ногами, а кровати и диван напоминают мини-бассейны. В воздухе стоит запах сырости, и от него хочется съёжиться, а лучше – где-нибудь спрятаться. Оказалось, мужчина, который живёт этажом выше, уехал на море и оставил ключи брату, живущему по соседству. Слава всем богам, что хоть он был дома. Но к тому моменту, пока мы попали внутрь, весь пол уже был залит по щиколотку.
Вот вам и расплата за волшебство. Говорю же: везунчик по жизни!
– Всё будет хорошо. Переодевайся, бери Рыжего и пошли ко мне. – Богдан не оставил меня разбираться одну. Взял на себя общение с соседями, как настоящий мужчина. А после помог убрать всю воду с пола.
Очень ему благодарна, потому что я вряд ли могла бы членораздельно излагать мысли. От испуга до сих пор ощущаю дрожь во всём теле. Смотрю в сторону гардероба и надеюсь, что хотя бы вещи остались сухими. А то зимой в шортах разгуливать холодно.
– У вас же режим. Я, наверное, буду мешать настраиваться на игру. – Мне, безусловно, хочется принять приглашение Богдана, но он же живёт не один. Вдруг Илья с Артёмом будут против моего присутствия? – Я могу переночевать в гостинице, а завтра заняться уборкой после института. Конспекты!
Новая порция слёз подкатывает к глазам, но не успеваю поддаться отчаянию. Акимов поднимает со стола пакет с моими тетрадками, которые каким-то чудом успел спрятать. Истеричный смешок слетает с губ, а перед глазами начинает всё плыть от пелены влаги. Ужас просто, в каком виде стою перед Богданом! Совсем раскисла. Нужно срочно брать себя в руки, но сделать это очень трудно.
– Окей! Беру сборы на себя, Снежка. Сейчас выберу, во что тебя одеть. – Он усмехается, подходит к шкафу-купе и принимается перебирать мои вещи. – Во-оу! Это точно берём!
Подцепляет ту самую комбинацию, которую я хотела надеть вчера. Ярко-красное кружево со вставками шёлка – выглядит очень откровенно. Не знаю, зачем купила, но Ангелина, когда увидела меня в нём, не дала возможности вернуть безумно дорогие лоскутки обратно. Пришлось брать. Улыбка Богдана становится ещё шире, а глаза наполняются озорством, в то время как мои щёки вспыхивают жаром смущения.
– Я лучше сама подберу. – В секунду оказываюсь около Богдана, пытаюсь забрать своё нижнее бельё. Но ничего не получается. Он прячет его себе за спину.
– Пожалуй, мы всё же возьмём его с собой, – играет он бровями.
Засранец!
– Ты фетишист? – Прыгаю рядом со скалой в метр девяносто, и появляется желание ущипнуть его за бок. Да побольнее.
– Классно прыгаешь, мне нравится. – Богдана явно веселит происходящее. – Видишь, ты уже не плачешь.
Фыркаю, приняв поражение, и принимаюсь доставать сухие тёплые вещи. К счастью, шкаф оказался качественным – одежда осталась в целости и сохранности. Чего не скажешь о моём настроении. Мягкое худи, спортивные штаны цвета тиффани, белая футболка и запасной пуховик, который остался с того года. Держу всё перечисленное в руках и не знаю, куда положить.
– Выйди, переоденусь. – Жду, но Богдан не покидает мою спальню. Только наклоняет голову набок и с интересом наблюдает за мной. – Хорошо-о.
В эту игру можно играть вдвоём. Заодно подниму себе настроение, а Богдану – что-то другое. Сам виноват! Пробегаюсь взглядом по влажной футболке, которая прилипла к его животу. Тёмные пряди волос зачёсаны назад, а сложенные руки на груди прекрасно демонстрируют накачанные бицепсы. Весь вид Богдана источает уверенность, непоколебимость. Он разглядывает меня с ног до головы, довольно прикусывая нижнюю губу.
Ладно. Соблазнительный засранец.
– Я предлагала выйти! Теперь предупреждаю: смотреть можно, трогать нельзя.
Вручаю ему охапку одежды, чтобы не распускал руки, и принимаюсь снимать с себя влажный домашний костюм.
Стягиваю топик со встроенным лифчиком, и он грациозно отправляется на постель. А я остаюсь перед Богданом в одних шортиках. Его кадык дёргается, а ладони что есть силы сжимают мой бедный пуховик. Потемневшие зелёные глаза изучают обнажённые полушария грудей, и я практически ощущаю прикосновения на коже.
– Лучше бы я вышел. – Хриплый шёпот Богдана вызывает усмешку.
– Одежда ни в чём не виновата. Сам отказался.
Облизываю пересохшие губы, и мне кажется, что Богдан уже близок к тому, чтобы швырнуть вещи на пол и уложить меня на мокрую кровать. Поворачиваюсь спиной, стягиваю шорты, продолжая игру. Нарочито медленно, скользя ладонями по ногам, выпячиваю ягодицы.
На мне остаются трусики. Единственный сухой элемент одежды, поэтому подбираю лифчик нужного оттенка и неспешно одеваюсь. Вокруг повисает тишина, в которой отчётливо слышу собственное сердцебиение. Мне нравится, какой я становлюсь рядом с Богданом. Открываю себя с новых сторон и из вечно стеснительной и забитой заучки превращаюсь в раскрепощённую девушку. Неподъёмная гора комплексов становится меньше, хочется скинуть их, становясь свободной. Именно свободу я ощущаю рядом с Богданом. Будто открываю мир заново и влюбляюсь в него с каждым днём всё сильнее.
В мир, а не в Богдана. Хотя скоро, возможно, и в него тоже влюблюсь. Глупо отрицать, что испытываю симпатию к этому парню. Даже больше, чем симпатию.
Как всё же удобно, что он живёт рядом! Если недавно я была этим шокирована, то сейчас несказанно рада. Оказалось, его куртка вся намокла, поэтому нам пришлось бежать через двор, чтобы Богдан не успел замёрзнуть. Хотя после моего показательного выступления в нижнем белье у него чуть ли не пар шёл из ушей. А приподнятое настроение было заметно и через толстую ткань джинсов.
Мы заходим в лифт, который, к слову, в несколько раз больше, чем в нашем доме, и Богдан нажимает на кнопку с цифрой восемь. На большом табло высвечивается нужный этаж, и кабина плавно начинает подниматься. Оборачиваюсь к противоположной стене от дверей, рассматриваю своё отражение в огромном зеркале. На мгновение словно наблюдаю за нами со стороны. И мне нравится открывшийся вид. Мы хорошо смотримся друг с другом, и даже мой внутренний скептик сидит тихо и помалкивает. Не мешает наслаждаться мгновениями счастья.
– Я думала, что этот дом такой же, как у нас по планировке.
Поворачиваюсь лицом к Богдану.
– Нет. Эта многоэтажка единственная в комплексе, которая отличается. И ты сейчас поймёшь, чем именно. – Он договаривает как раз в то время, когда раздаётся сигнал лифта и перед нами открываются двери. – Сейчас увидишь квартиру трёх холостяков.
Лестничная клетка напоминает больше холл гостиницы класса люкс с высокими потолками, яркими светильниками. Пол отполирован до блеска. Удивительно, что нас не встречают лакеи или дворецкий. Не думала, что напротив меня находится такой пафосный дом. Здесь даже пахнет дорогими духами вперемешку с деревом и полиролью.
– Только одно правило для временных жильцов. – Богдан усмехается, останавливается и, прежде чем открыть дверь, спрашивает: – Ты сделаешь нам завтрак? А то омлет каждый день от Артёма уже не лезет.
– Договорились.
– А, ещё одно правило забыл. Самое важное! Массаж перед сном.
Он приподнимает бровь и выжидающе смотрит.
– Не наглей, Тигрёнок! А то я пойду ночевать к Игорю. Если его, конечно, тоже не затопило.
Нужно будет непременно написать другу, а то вдруг он где-то далеко и не знает, что в его квартире потоп.
– Кто бы тебя ещё отпустил! – хмыкает Богдан, а после мы заходим в огромную светлую гостиную с внушительной кухонной зоной.
Вот, значит, что из себя представляет квартира трёх хоккеистов? Боже праведный, да это просто целое поле! Причём двухъярусное. В дальнем углу комнаты я замечаю лестницу, ведущую на второй этаж, и буквально теряю дар речи. Телевизор минимум с сотой диагональю, большой П-образный диван и кухонный гарнитур со всей необходимой техникой. Наша квартира тоже обставлена шикарно и со вкусом, но ни в какое сравнение не идёт с этой.
– У вас как в музее. – Шокированно оглядываюсь по сторонам. Опускаю переноску с котёнком на пол и боюсь его выпускать. Пространство незнакомое и слишком просторное. Вдруг кроха потеряется или залезет куда-нибудь?
– Так же красиво?
– Так же светло и пафосно. – Показываю язык, переминаясь с ноги на ногу. – Что-то мне не хочется, чтобы Тигр потерялся в ваших владениях.
Богдан подхватывает все мои вещи, переноску и провожает на второй этаж. Здесь потолки значительно ниже и дизайн интерьера отличается цветовой гаммой. Больше уюта и тепла, чем внизу. Из просторного коридора четыре двери ведут в спальни. Богдан показывает на дальние. Это комнаты Ильи и Артёма. Следующая пустая. Они её используют для гостей, и мы решаем разместить котёнка именно здесь. Устанавливаем всё необходимое и собираемся пойти в спальню Богдана.
– Думаю, в небольшом пространстве ему будет комфортно. Если захочешь, можешь спать тут. – Богдан на мгновение замолкает, а потом продолжает: – Или со мной.
Совершенно не знаю, как правильно поступить. Если бы Ангелина могла дать мне сейчас совет, то я бы уже лежала в кровати. Богдана. В том самом порочном комплекте.
– Срочно переодевайся и принимай горячий душ, а то можешь простыть. Между прочим, тебе нельзя болеть, а то как фанатки будут жить дальше?
Вспоминаю, как к нам в кафе подходили три девушки. Таких поклонниц у Богдана, наверное, целая толпа. Зачем только я это сказала вслух? Необходимо срочно научиться сначала думать, а уже после излагать свои мысли. Теперь я выгляжу в его глазах не только нытиком, но ещё и ревнивицей.
Замечательно!
– Я говорил, что ты безумно сексуально ревнуешь? Предлагаю остаться в моей кровати на ночь, а ты вспоминаешь фанаток. Здесь только ты и я! – На этих словах внизу раздаётся крик, затем ещё один. Илья с Артёмом вернулись домой и ещё не знают о госте в моём лице. – Ну не совсем одни, но их не берём в расчёт. Кстати, тебе тоже нужно принять душ. Составишь мне компанию, и мы могли бы продолжить то, что не успели перед началом потопа.
Богдан стирает расстояние между нами. Завораживающий зелёный практически полностью уступает черноте зрачков. Они поглощают своей темнотой, и от этого взгляд кажется ещё более бездонным. Можно бесконечно падать, наслаждаясь полётом, и не задумываться, что в конце падения всегда лишь боль. Но я очень надеюсь, что Богдан убережёт меня и не даст разбиться.
– Не думаю, что это хорошая идея. Вдруг кто-то решит зайти? – Сомневаюсь, что Илья знает, что такое приличие. Этому парню точно чужды хорошие манеры. Облапать девушку друга при первой встрече не очень правильно.
– Он знает, что я оторву ему голову, если завалится без спроса, – шепчет Богдан, покрывая поцелуями моё лицо.
Оставляет влажную дорожку от челюсти к виску, заставляет отбросить все отговорки и просто наслаждаться ласками. Горячая ладонь забирается под ткань худи и футболку, пробираясь сразу к застёжке бюстгальтера. Осторожные прикосновения сильных рук контрастируют с жадными поцелуями. Ощущаю себя невероятно желанной.
– Пошли в мою комнату, Снежка. – Прикусывает кожу на моей шее и вырывает лёгкий стон. – Меня нужно срочно согреться, чтобы я не заболел.
Кроет моим же недавним предложением и использует его в своих интересах. Душ с горячим хоккеистом я ещё никогда не принимала. Сомневаюсь, что Богдан намерен мне просто потереть спинку. И снова воображение рисует большой томик «Советы от Ангелины для её неопытной подруги Саши». Там точно должно где-то говориться о подобном моменте. И звучать примерно так:
«Совет номер 123. Если сексуальный хоккеист предлагает принять вместе душ, то у тебя не должно возникнуть сомнений, соглашаться или нет. Ты должна лишь спросить, какой аромат геля для душа ему больше нравится, чтобы потом было приятно тебя целовать. Для приличия можно отказаться от полотенца и предложить слизать все капельки самостоятельно».
От переизбытка подобной чуши в голове я закатываю глаза, совершенно забыв, что Богдан ждёт ответа.
– Если ты считаешь, что я слишком тороплюсь, можешь подождать здесь.
Невесомо касается моих губ своими, опаляя их горячим дыханием.
– Нет-нет, пойдём. Я тоже хочу согреться.
Оглядываюсь на всякий случай, чтобы удостовериться, что Тигрёнок в полной безопасности, и, увидев его, мирно спящего на кресле, тяну Богдана к двери.
Проходим по коридору в сторону лестницы. Помещение достаточно просторное. Кроме дверей, ведущих в спальни, замечаю большой стеклянный стеллаж с кубками, медалями и шайбами. Обязательно потом рассмотрю.
Чем ближе подхожу к комнате Богдана, тем жарче становится. Пламя растекается под кожей, заставляя шею и щёки гореть. Наши пальцы переплетены, и впервые за долгое время мне не хочется сбежать от предстоящей близости. Хотя весь прошедший год, когда выдавалась возможность отдохнуть с друзьями и кто-то хотел пообщаться со мной наедине, я сразу же спасалась бегством. Но сейчас волнение связано со страхом сделать что-то не так. Не могу похвастаться большим опытом. В моём списке сексуальных партнёров только Игорь, которого я знаю всю жизнь. И зачастую наш секс напоминал комедийный сериал, когда мы по очереди подкалывали друг друга. Не думаю, что Богдан оценит мой юмор во время процесса.
Срочно необходимо расслабиться и вести себя непринуждённо. Сама уже показала Богдану больше, чем следовало, а теперь вздумала волноваться. Если Ангелине нужно выпустить сборник советов об отношениях, то мой явно будет называться: «Сборник нелогичных поступков и их последствия».
Богдан тянет за ручку двери, всё так же держа в другой ладони мою. Заносит ногу, чтобы войти в спальню. Вдруг со стороны лестницы неожиданно раздаётся звук приближающихся тяжёлых шагов. А после знакомый громкий голос Ильи:
– Сашка! Привет! Наш Тигрёнок решил тебя спрятать, – смеётся он, хватает меня за свободную руку и тянет в свою сторону. – Пошли, нам с Тёмычем срочно необходим судья.
Богдан с недовольным лицом выглядывает из-за дверного косяка, пытаясь убить друга взглядом. Таким точно можно превратить в пепел. Но Илья делает вид, что ничего не замечает.
– Ты ничего не перепутал? Может, ты сам разберёшься без участия Саши?
Богдан не выпускает мою ладонь из своей хватки.
– Нет, без Сашки никак!
Между ними словно происходит какой-то немой диалог, о котором я ничего не знаю. Только им одним известны причины такого поведения Ильи. И, на удивление, Богдан отпускает меня, делает шаг назад, заходя в комнату. Но всем своим видом показывает, что ему не нравится происходящее. На лице лёгкая улыбка, мимика расслабленная, только вот кулаки сжаты до побелевших костяшек. На руках выступают вены, и мне становится не по себе. Не люблю находиться в эпицентре бури. Даже когда родители в детстве ругались, я пряталась под подушкой, чтобы убежать от переживаний.
– Снежка, я скоро приду. Только переоденусь, и к тебе, – ласково говорит Богдан и уходит в ванную комнату.
Ничего не понимаю. Чувствую себя очень странно, будто все вокруг знают какую-то тайну, но не хотят меня в неё посвящать. В груди зарождается нотка волнения, которая ничем не подкреплена, но имеет право на существование. Очень надеюсь, что вскоре она исчезнет и беспокойства окажутся беспочвенными.