Помню, что Богдан не любит, когда кто-то опаздывает, поэтому приехала к на– значенному месту заранее и ни капельки не пожалела. Стою и как заворожённая смотрю на сотни сверкающих огней, нитями расходящихся в стороны от главной новогодней ёлки Мурманска. По традиции она находится на площади Пяти углов и завораживает своей красотой. На фоне ночного неба гирлянды ещё ярче сверкают и переливаются нежным серебряным светом. Словно тысячи звёзд нанизали на нити и растянули над головами.
Решаю попытать удачу и снова загадать желание, глядя на символ праздника. В голове крутится только одна просьба: чтобы наши отношения с Богданом переросли во что-то светлое и серьёзное. Хочется верить, что с окончанием выходных волшебство не закончится. Что после возвращения Богдана с турнира мы продолжим общаться.
Но стоит шёпотом произнести желание, как вся округа на долгие несколько минут погружается в темноту. Музыка перестаёт играть, с разных сторон раздается детский плач. Видимо, испугались такого сюрприза. Сказать честно, мне самой не по себе, но я стараюсь не паниковать и ждать решения проблемы. Остаётся нехороший осадок от такого совпадения. Он неприятно бередит душу и острыми крупинками царапает уверенность. Решаю не обращать внимания, потому что всякое случается с техникой. В конце концов, это может быть простое совпадение.
Правда же?
Когда снова зажигаются огни, мир оживает, дети успокаиваются и у меня на душе становится немного легче. Подхожу к ограждению, стоящему вокруг ёлки, и неотрывно наблюдаю за огромными светящимися снежинками, висящими на пушистых ветках. Радует, что в последние годы ставят искусственные ели. Они такие же красивые, и живые остаются в лесу нетронутыми, их не приходится выкидывать после месяца праздников. Слишком жестоко – ради удовольствия губить живое.
– Привет, – неожиданно раздаётся рядом голос Богдана. – Я тебя увидел, ещё стоя через дорогу от площади. Но внезапно отключили свет.
Он обнимает меня за талию, разворачивает к себе лицом и накрывает мои губы своими, окончательно прогоняя плохое предчувствие. Разве что-то может разрушить такое волшебство? Буду надеяться, что нет. Это наша третья встреча, но количество поцелуев уже сложно сосчитать. Я всегда считала себя тактильным человеком, но Богдан удивляет своим желанием постоянно меня касаться. А я не против. Слишком приятно ощущать его тепло.
– А ты веришь, что желания, загаданные в новогодние праздники, сбываются? – не зная почему, спрашиваю. Возможно, хочу услышать, что не я одна теперь верю в сказки.
После моего вопроса следует требовательный поцелуй. Он обжигает губы и заставляет сердце замереть, пропуская удары. Мимо проходящие женщины даже что-то говорят о нашем неприличном поведении. Но это только смешит, потому что нам с Богданом сейчас абсолютно всё равно на остальной мир.
– Теперь верю. После нашего разговора в новогоднюю ночь больше всего на свете хотел увидеть тебя. Моё желание сбылось, Снежка. А сейчас мы идём в одно классное место.
И мы ходим и ходим. По разным красивым улочкам, по кафе с вкусными десертами. А завершающим пунктом становится мой личный рай. Лишь пара человек знает, насколько сильно я люблю мармелад, – мама и Ангелина. Но они не могли подсказать Богдану, поэтому подобный сюрприз становится неожиданным.
«Сокровищница дракона» – самый крупный магазин форменного мармелада в нашем городе. Он оформлен в пиратском стиле. Повсюду стоят сундуки и бочки, доверху наполненные сладостями. Небольшие окна украшены чёрными флагами с белым черепом, а касса на вид – настоящий штурвал корабля. Воздух пропитан фруктовым ароматом, таким аппетитным, что рот непроизвольно наполняется слюной.
– Да как ты всё угадываешь? Признавайся! Кто тебе сливает информацию? – Богдан переплетает наши пальцы, а у меня глаза разбегаются от обилия сладостей. – Если начну выбирать, то не смогу остановиться. Я мармеладный наркоман.
Бархатистый смех Богдана заставляет забыть даже про мармелад. Его счастливая улыбка, блеск в глазах – всё обращено ко мне. В последние дни с его появления я будто смогла шагнуть дальше, закрывая за собой старую дверь и открывая новую. Общение с Игорем тоже наладилось. Теперь при встрече мы не изображаем незнакомцев, а общаемся по-дружески. Если бы кто-то сказал, что скоро моя жизнь так кардинально изменится, я бы не поверила.
– Выбирай, какие тебе нравятся, но мне нужны глаза. Подброшу в чай Илье с Артёмом.
Магазин пустой, и нам никто не мешает. Вскоре мой бумажный мешочек наполняется доверху: мишками, сердечками, червячками, скелетами и даже маленькими милыми корги. Также беру на пробу лакричные палочки, которые на слуху из-за фильмов о Гарри Поттере. Наконец-то смогу попробовать и понять, почему они такие известные. Хотя их чёрный цвет немного смущает.
– А теперь можно ехать ко мне смотреть фильм. – Счастливая выхожу из магазина с целыми двумя пакетами сладостей. Пока разглядывала каждый вид, Богдан тоже не стоял сложа руки.
Надеюсь, мы найдём в себе силы, чтобы ограничиться только просмотром фильма. Я ничего не имею против близости, но всё же хочется получше узнать друг друга. К тому же разговор с Мариной никак не желает стираться из памяти. Она говорила так уверенно, что у меня закрались сомнения. Вдруг это правда и они больше, чем просто друзья.
За моей спиной закрываются двери лифта, и мы остаёмся в тесной кабине. Ещё никогда она не казалась настолько маленькой. Широкие плечи Богдана и его внушительный рост заставляют чувствовать себя рядом с ним совсем миниатюрной. От одной мысли, что мы остались наедине, дыхание учащается от волнения, а мужской парфюм только усложняет ситуацию. Мои нервы оголены, органы чувств ярко реагируют на близость Акимова, заставляя плавиться под его внимательным взглядом.
– О чём думаешь? – Кабинка практически бесшумно поднимает нас на нужный этаж, и Богдан, словно невзначай, задевает мою ладонь своей. – Минуту назад улыбалась, а сейчас стала серьёзной.
Пожимаю плечами, не желая рассказывать о сомнениях, касающихся Марины. Мало того что она поселилась в мыслях, не допущу, чтобы эта девушка стала ещё и предметом нашего разговора. К тому же в голове каруселью кружатся совсем не целомудренные планы о нас с Богданом.
– Всё хорошо. – Двери разъезжаются в разные стороны. Как же вовремя! Смогу избежать дальнейших расспросов. – Любишь попкорн? Потому что какое кино может быть без попкорна?
– Я за.
Было бы забавно, если бы сейчас из квартиры напротив вышел Игорь. До сих пор помню, какое у Акимова было недовольное лицо, когда он его увидел. Но, к счастью, мы проходим незамеченными.
Включаю в прихожей тёплый свет, и он моментально наполняет пространство уютом. Люблю возвращаться домой. А за пять лет уже уверенно могу называть эту квартиру своим домом. Только в этот раз ещё испытываю волнение, понравится Богдану у нас или нет. Стягиваю объёмный пуховик и сапоги на каблуках, от которых ноги уже устали. Верхнюю одежду – мою и Богдана – убираю в шкаф-купе. Мельком смотрю на отражение в зеркале и пытаюсь пригладить растрёпанные волосы. А после мы проходим в кухню-гостиную, в которой ждёт Тигр. При виде меня он подпрыгивает на лапки и бежит встречать.
– Тигр, знакомься, это Тигрёнок. – Беру кроху на руки и целую в пушистый лоб. – Ничего не натворил?
– Я Тигр, а он Тигрёнок, надеюсь? – Богдан обнимает меня за талию, притягивая спиной к своей груди. – По-другому не согласен.
Горячее дыхание опаляет шею, а большие ладони осторожно исследуют моё тело. Скользят по изгибам, гладят по животу, не переходя границы допустимого. Он целует меня в чувствительное место за ушком, но вместо трепета я снова вспоминаю слова Марины. Интересно, что она имела в виду, спрашивая, нравится ли мне, когда со мной играют?
– Боюсь тебя огорчить, но Тигр не ты. – Выпутываюсь из крепких объятий и отправляюсь готовить всё для просмотра фильма. Опускаю котёнка на пол, поглаживаю по спинке, пытаясь сделать непринуждённый вид. – Какое кино будем смотреть?
Богдан строит недовольное лицо, опускаясь на стул рядом с кухонным столом. Пока не знает, что выбор фильма – настоящая проверка. Если он и в этот раз умудрится отгадать мой любимый, то я признаю, что Дед Мороз существует, и буду каждый год класть под ёлку подношения в виде шоколадного печенья и стакана молока. Постукиваю пальцами по деревянной поверхности, затаив дыхание, жду ответа.
– Давай на твой вкус, – пытается увильнуть он, но как бы не так. Я не была бы Козерогом, если бы не упрямство.
Тонкий трикотаж чёрного джемпера обтягивает бицепсы и накачанную грудь Акимова. Но меня этим не сбить. Только вот он улавливает, на чём сосредоточен мой взгляд, выгибает бровь, вновь одерживая победу над моим самообладанием.
– Нет, хочу, чтобы ты выбрал. Отгадай мой любимый фильм, тогда я тебя поцелую, – ухмыляюсь, а на лице Богдана появляется хитрющая улыбка.
Он встаёт, огибает стол, подходя вплотную ко мне. Ставит ладони на столешницу по обе стороны от меня, заключая в капкан рук.
– Я тебя и так поцелую, Саша, – наклоняется он, чтобы продемонстрировать серьёзность намерений, но в последнее мгновение я отворачиваюсь, подставляя щёку. – Упрямая?
– Просто не представляешь насколько!
– Тогда давай посмотрим комедию «Как пережить Рождество». Но сначала…
Он берёт мой подбородок, разворачивает в свою сторону и сразу же накрывает мои губы своими.
Горячий поцелуй кружит голову, а напор Богдана не оставляет возможности противостоять. Мой рот наполняется его вкусом, неповторимым и пьянящим. Каждый наш поцелуй – как цунами из огромной волны эмоций. Хочется вдохнуть как можно глубже, прежде чем утянет с головой, но не получается. Лишь рвано втягиваю воздух через нос, отдаваясь во власть стихии. Богдан так близко, что не могу удержаться. Скольжу ладонями по его груди и завожу их под мягкую ткань джемпера. Касаюсь рельефа пресса, слегка царапая кожу ногтями. Изо рта Акимова вырывается тихий рык, а в следующее мгновение он подхватывает меня под ягодицы и сажает на столешницу.
– А как же фильм? – спрашиваю, но тут же сама прижимаюсь к его губам.
За окном слышен звук взрывающегося салюта. За стеной в соседней квартире звучит музыка, а мы наслаждаемся друг другом, даря нежность и тепло. Языки сплетаются в сумасшедшем танце. Пальцы Богдана запутываются в моих волосах, сжимая их у корней. Хочется хныкать от того, как мне хорошо. Я оживаю рядом с ним каждой клеточкой, возрождаюсь, желая большего.
Гораздо большего.
– Сейчас будем смотреть, – шепчет, лаская губами мою шею. Спускается к ключице, прикусывая её и посылая табун мурашек по телу. Оставляет влажную дорожку поцелуев, возвращаясь к чувствительному местечку за ушком. Прикусывает мочку, свободной рукой раздвигает мне ноги и устраивается между моих бёдер. – Не очень хорошая идея была пригласить меня к себе в гости.
– А по-моему, замечательная. – Ударил бы меня кто-нибудь по рукам и остановил, но, к сожалению, некому. – Или тебе не нравится?
Отстраняюсь, пытаясь спуститься на пол, но не получается. Богдан одной рукой удерживает меня за бедро, а второй обхватывает мою ладонь, ведёт ею между нашими телами, накрывая свою внушительную эрекцию, выпирающую сквозь ткань джинсов. Не могу сдержать стон, который тут же заглушаю, утыкаясь в изгиб его шеи. Желание отдать себя без остатка окончательно заглушает внутренний голос. Остаются только инстинкты, которым хочется следовать. И которые, я уверена, приведут нас обоих за грань реальности. А мне так хочется хотя бы ненадолго потеряться с ним и замкнуться в нашей личной вселенной. Так сильно, что даже поджимаются пальцы на ногах, а волоски по всему телу встают дыбом.
– До сих пор считаешь, что мне не нравится? Останови меня, если считаешь, что мы торопимся. Сделай это сейчас, потому что ещё чуть-чуть – и ничто не сможет меня прервать, Снежка.
В его глазах отчётливо читаются голод и желание. Чёрные зрачки практически полностью поглотили зелень радужек, делая взгляд завораживающе-пугающим.
Но мы и правда слишком торопимся, словно мчимся по ускоренной программе. Боюсь, с таким темпом можем упустить всё самое интересное. Или, получив меня полностью, Богдан потеряет интерес. Наиграется и пропадёт.
Не успеваю ответить – звук входящего звонка застаёт нас врасплох. Телефон Богдана лежит на столе, всего в метре от меня, и я отчётливо вижу, что звонит та самая, чтоб её, Марина. Делаю вид, что не замечаю, хотя внутри всё сжимается от злости. Возбуждение сменяется ревностью, которая ещё чуть-чуть – и вырвется наружу. Зачем Марине вообще потребовалось звонить ему? И что самое главное, Богдан не игнорирует, а оставляет меня, чтобы ответить. Он отстраняется, забирая с собой всё тепло, лишая меня опоры, отчего по позвоночнику пробегает мерзкий холодок, заставляющий ёжиться.
– Сейчас отвечу и вернусь.
Он оставляет меня одну, а сам выходит в коридор.
Меня переполняет злость. Кислотой прожигает нутро. Приходится прикладывать титанические усилия, чтобы во время их разговора не включить ревнивую сумасшедшую. Ведь сама говорила, что ещё рано вешать на нас ярлык парочки. Но в то же время появляется желание забрать у Богдана телефон и сказать его «подруге», чтобы больше не звонила.
Ужас! До чего я докатилась!
Мерзкий укол по самолюбию заставляет поморщиться. Марина словно знала, в какой момент нужно нас прервать. Но самое главное, что Богдану оказалось важнее ответить ей, чем продолжить то, чем мы занимались. А я ведь была на грани и не стала бы его останавливать. Переступила бы через все дурацкие барьеры и разрешила бы себе не задумываться о последствиях. Готова была просто получать удовольствие.
Получила удовольствие. Аж на стену хочется лезть от таких неповторимых ощущений.
Чтобы занять себя, я приступаю к готовке попкорна. Насыпаю мармелад в пиалу, а чайник ставлю на варочную панель. Но мысленно прокручиваю момент поцелуя. Мы буквально сгорали рядом друг с другом, чтобы потом отдалиться. Со злостью отправляю в рот мармеладного мишку и начинаю его разжевывать, вымещая злость на бедняге.
Не замечаю, как Богдан возвращается в комнату. Слишком сильно увлекаюсь истреблением расы мармеладных медведей. И судя по их количеству в пиале, этот вид можно смело заносить в Красную книгу.
– Прости, что пришлось прерваться.
Он обнимает меня со спины, оставляя лёгкий поцелуй на шее. Бабочки на мгновение оживают, но тут же рассыпаются в пепел, от следующей фразы:
– Мне нужно уехать, чтобы помочь другу, но потом я вернусь.
Богдан трётся носом о мою щеку, а я еле сдерживаюсь, чтобы не высказать мысли, которые крутятся в голове.
Помочь «другу»? Ха!
Чем же он собирается помогать Марине? Снять нижнее бельё или почитать сказку перед сном, чтобы лучше спалось?
Терпеть не могу, когда мой молодой человек ставит кого-то выше меня. Да, возможно, это эгоистично, но отношения с Игорем научили, что я должна быть всегда в приоритете у парня. Он никогда не заставлял себя ревновать, и я не давала повода в ответ. Именно поэтому это отвратительное чувство сейчас выворачивает наизнанку. Оно кажется чуждым.
– Да, конечно, – вопреки внутреннему раздраю произношу я совершенно спокойным голосом, не давая и намёка, что мне непри– ятно.
Самый большой мой недостаток после упрямства – не люблю показывать обиду другим. Если человек сам не понимает, что его действия или поступки могут быть неприятны, значит, я не облегчу ему задачу. Пусть шевелит мозгами и догадывается сам.
Вот и первый минус в последних волшебных днях.
– Я недолго. Точно всё хорошо? – Богдан целует меня в висок и отправляется в прихожую одеваться. – Вернусь, и мы продолжим.
Очень смешно! Сомневаюсь, что я потом захочу продолжения. Даже если между ними ничего нет, он всё равно выбирает не меня, а её!
Ставлю на поднос попкорн, две чашки горячего шоколада, который успела приготовить, и сладости. Подхватываю его двумя руками и, сунув ноги в мягкие тапочки, направляюсь к выходу.
– А ты куда? – Богдан удивлённо разглядывает моё отстранённое лицо.
На что я только хмыкаю и выхожу в подъезд.
– Игорь хотел показать мне какой-то новый фильм. Поэтому можешь не торопиться. Пару часов я точно буду занята.
Закрываю входную дверь и подхожу к квартире напротив, находящейся в каких-то метрах от моей. Глаза Богдана расширяются от удивления, а на челюсти перекатываются желваки. С трудом сдерживаю победную улыбку.
– Иди, тебя ждут, – говорю и одновременно нажимаю на звонок, поддерживая поднос ногой.
– Я недолго, – повторяет и быстро спускается по лестнице, не дожидаясь лифта.
Раздаётся щелчок, и передо мной оказывается растрёпанный Игорь в одних пижамных штанах, с полотенцем на плече.
– Занят? – Невинно улыбаюсь, демонстрируя поднос с едой. – Посмотрим твоего любимого «Железного человека». Можно все части подряд.
Игорь приподнимает бровь, зная, что я не особо люблю эти фильмы. Отступает вглубь прихожей, пропуская меня в квартиру. Не задаёт вопросы. Как всегда, читает меня, словно открытую книгу. А мне сейчас как раз это и нужно.
– Проходи в гостиную. Сейчас позвоню парням и скажу, чтобы не ждали.
Он подхватывает мобильный и сразу же начинает набирать номер.
Не слушаю разговор. Прохожу к дивану, дрожащими руками ставлю поднос на журнальный столик и в очередной раз понимаю, что если человеку важно быть рядом, то он откажется от всего остального. Значит, Богдану не так хотелось остаться со мной. Сглатываю ком, подступающий к горлу, а жар в груди только сильнее разъедает нутро. Как я могла за какие-то дни поверить в волшебство? И неужели за такой короткий промежуток времени начала влюбляться? Позволила сердцу учащённо биться, а бабочкам вновь оживать, порхая в животе.
Глупая-глупая Саша!