Остров.

У Старлинг перехватило дыхание. На мостике воцарилась тишина. Остров, здесь, посреди Эмбердарка, рядом с координатами, куда вела карта. Это правда.

Почти сразу в чёрном небе вспыхнули огни, устремившись к ним. Старлинг встала со своего места на мостике и едва не ударилась головой о потолок. Она наклонилась влево, вглядываясь в смотровое окно.

Огни, звёзды в Эмбердарке. Как души…

Они материализовались в пару истребителей, несущихся к их кораблю на перехват.

— Бездна, — сказал Наж. — Скадриальцы нас опередили.

Старлинг выдохнула. Не духи. Не боги. Военные корабли, вооружённые для ближнего боя. MW-232, судя по всему. Они были созданы для космических сражений и в Шейдсмаре не были бы так же маневренны, как в скадриальском стальном поле, но всё равно представляли немалую опасность. Особенно для безоружного грузового судна вроде «Динамика».

— Что ж, — сказала Старлинг, снова садясь, — по крайней мере, это значит, что карта точна, верно?

— Вероятно, — сказал Эд. — Но мальвийские скадриальцы тоже знают об этом месте!

— Нам нужно всего лишь привезти доказательство существования перпендикулярности, — сказала Старлинг. — Нам не обязательно ею владеть. Ксизис пусть сам беспокоится о мальвийцах.

— Э-э… — сказала Леонора с пилотского кресла. — А я вот беспокоюсь о мальвийцах, ага?

— Давайте пока повернём назад, — сказала Старлинг.

— И вы действительно полагаете, — сказал ЗиЦзы, оглядываясь на неё, — что при невероятном открытии неизвестной перпендикулярности добрые души Мальвийской империи просто… позволят нам улететь?

Старлинг не ответила. Мальвийцы были доминирующей силой на планете Скадриаль. Могущественная и агрессивная сила в галактике. Все старались оставить их в покое с их войной, но… ну, у скадриальцев была привычка захватывать земли, рассылать патрули и устанавливать свои собственные правила и порядки. Они патрулировали половину путей между планетами в Шейдсмаре.

Это действительно делало те регионы безопасными. За определённую плату.

У неё, к сожалению, были не самые лучшие отношения со скадриальцами. Её наставника недолюбливали многие из их элиты. Но Леонора была доказательством того, что можно ладить с кем угодно, независимо от происхождения. Так что Старлинг пыталась сохранять позитивный настрой относительно их шансов.

— Остров обитаем, — сказал Наж, вглядываясь в монитор, стоя наполовину в стене справа от ЗиЦзы. — Я насчитал ещё четыре MW-232, приземлившихся там. О, подождите — пять. Вон ещё один у склада снабжения. Что важнее, поднимается один десантный корабль класса «Яркая звезда», наводит на нас орудия. Прелестно.

Старлинг положила руку на плечо Леоноры.

— А что, если мы рванём?

— Ты шутишь, да? — спросил Наж.

— Ха-ха, — ответила Старлинг. — Что, если мы рванём? Леонора, ты увернулась от той сущности. Может, ты сможешь уйти от них, и мы затеряемся в Эмбердарке, а потом вернёмся и соберём данные?

Леонора не ответила. Но она медленно опустила маску на лицо.

Старлинг оглядела маленький мостик. Наж смотрел на неё своим плоским, призрачным взглядом. Эд, казалось, был полон энтузиазма, но это же Эд. И…

Дверь за ними с грохотом закрылась. Кризалис ушла. Она была здесь, наблюдала — но у неё были свои счёты со скадриальцами. Её уход, казалось, о чём-то говорил, подтверждая некоторые подозрения Старлинг.

— Что ж, капитан, — сказал Наж. — Если мы рванём, этот десантный корабль нас собьёт. Если промахнётся, один из истребителей точно добьёт. Они летают на боевых скоростях, а мы — даже в лучшем виде — всё ещё грузовое судно. Они нас догонят, и вы все присоединитесь ко мне в смерти. Это приятно. Кроме той части, где надо быть мёртвым.

— Они требуют, чтобы мы следовали за ними на остров и приземлялись, — сказал ЗиЦзы, следя за каналами связи.

— Леонора, это же твой народ, верно? — сказала Старлинг. — Можешь поговорить с ними? Сказать, что мы просто заблудились?

— О да, — сказала Леонора. — Бойцы Мальвийской Планетарной Гвардии обожают, когда находят таких, как я. Опытные пилоты, дезертировавшие с военной службы? Ушли, нанялись на частный корабль, работают за деньги? Мы их любимчики, капитан.

Старлинг вздохнула, взглянув на Нажа. Он вышел из стены, выпрямившись во весь рост в своём безупречном тёмно-сером костюме с белым жабо. Он встретил её взгляд. Напряжение на мостике можно было резать ножом. «Осколки»… Они правы.

— Следуй за ними, как велят, Леонора, — сказала Старлинг. — Аккуратно и спокойно. Предупреди Адитиль, что происходит, и вызови её сюда, на мостик, чтобы никто не оставался один. Приземляйся, когда скажут, но двери пока не открывай. Тяни время.

— Тянуть время? — Перья на голове ЗиЦзы встали дыбом. — Но…

— Мне нужно поговорить с Кризалис, — сказала Старлинг. — Пусть Наж тянет время со скадриальцами. Он любит такие штуки. Я быстро.

Она не дала им времени на возражения, выскользнув наружу. Она спустилась по правому трапу в медицинский и научный отсек, который находился прямо напротив арканистской мастерской Эда.

Кризалис обернулась, когда Старлинг вошла. Даже с татуировками на лице и тёмной загорелой кожей линии стыков между её различными частями были отчётливо видны. Возможно, если бы вы не были знакомы, вы могли бы принять её за человека со множеством шрамов — но Старлинг была знакома. Некоторые из орд смогли вывести себя до такой степени, что могли сойти за людей. Кризалис не была одной из них.

— Мы садимся, — сказала Старлинг — и почувствовала, как корабль замедлился. — Скадриальцы почти наверняка обыщут корабль. Если тебе есть что мне сказать, сейчас самое время.

— Я… — Кожа Кризалис разошлась по швам в нескольких местах, что, казалось, было признаком стресса. — Мне бы очень хотелось, чтобы вы не говорили им, что я здесь.

— Ты можешь спрятаться? — спросила Старлинг.

— У Хойда есть спрятанный алюминиевый контрабандный отсек, не обнаруживаемый даже современными сканерами, — сказала Кризалис, отворачиваясь от неё. — Я знаю, где он, спрятан глубоко в механизмах корабля. Там исключительно тесно, и нет ни еды, ни воды, не говоря уже о способе избавиться от отходов. Я умру там, если останусь надолго, но я могу спрятаться внутри, когда они будут сканировать корабль. Когда они закончат, я смогу оставаться скрытой среди электрических систем. Я… уже пряталась там от вас всех раньше.

Старлинг глубоко вздохнула.

— Тебе нужно когда-нибудь начать мне доверять, Кризалис.

Кризалис не встретила её взгляд.

— Два года назад, — сказала Старлинг, — Неспящий убил мальвийского имперского премьер-министра и главу партии.

— Я доктор, — сказала Кризалис.

— С отличным знанием анатомии многих разных видов, включая людей.

— Мой вид склонен к таким знаниям.

— Кризалис, — сказала Старлинг. — Ты беглянка?

— Я… — Кризалис наконец встретила её взгляд, и «Осколки»… Её кожа разошлась ещё сильнее, показались крошечные насекомьи ножки, торчащие наружу, шевелящиеся.

С усилием Старлинг подавила отвращение. Неспящие — люди, как и все. Люди, состоящие из роя насекомых. Снующих, дёргающихся, жужжащих насекомых, научившихся создавать оболочки из плоти, чтобы…

Люди, — сказала она себе. — Люди. Может, не такие, как все, но всё же люди. И член моей команды.

— Я дала клятву Первого, — тихо сказала Кризалис. — Хойд помог мне сбежать от жизни, которую я возненавидела. Я никогда больше не причиню вреда другому, клянусь своим словом. Но если они найдут меня, Старлинг, они меня сожгут. Они считают мой вид — невиновных или виновных — мерзостью.

— Хорошо, — сказала Старлинг. — Я сообщу остальной команде, и мы будем молчать о тебе. Но, Кризалис… смотри, чтобы это не вышло нам боком, ладно?

Осколки, — подумала Старлинг. — Неудачный выбор слов, наверно.

Кризалис кивнула и отвернулась.

— Вам лучше идти. Большинство находит моё раздевание тревожным.

Старлинг и правда пора было идти — она почувствовала, что корабль сел. ЗиЦзы всё ещё вызывал Адитиль, а Наж говорил по связи.

— …разумеется, подчинимся инспекционной группе, — говорил он. — Но ради вашей безопасности я должен сначала… — Он увидел её и, когда она кивнула, с облегчением выдохнул. — Неважно. Мы в вашем распоряжении.

— Тогда инспекционная группа скоро прибудет на ваш корабль, — сказал голос на другом конце линии, говорящий на скадриальском мальвийском — языке, который они предполагали, что все остальные будут знать. К сожалению, большинство были вынуждены это делать по этой причине.

— Когда? — спросил Наж.

— Когда мы решим. Не запускайте двигатели. Это будет расценено как угроза, и мы будем вынуждены применить силу, чтобы обеспечить ваше подчинение. — Связь отключилась.

— Отлично, — сказал Наж. — Значит, будем ждать. И после того, как меня отчитали за проволочку…

Старлинг устроилась в своём кресле и тихо щёлкнула кандалами — нервная привычка. Вскоре Наж нарушил тишину, тихо присвистнув от удивления. Он переместился в кресло ЗиЦзы и смотрел на экран, используя телескопические линзы, чтобы сканировать местность. Он мог едва-едва управлять простыми устройствами, прилагая минимальные усилия.

Когда она не отреагировала на первый свист, он свистнул второй раз, громче.

— Как ты это делаешь? — спросила Старлинг. — Без губ?

— Серьёзно? — сказал он. — Столько лет, и ты ни разу не спрашивала, как я говорю без лёгких — а теперь тебе интересно, как я свищу?

— Конечно. Почему бы и нет? Как?

— Так же, как я терплю тебя, Стар. Чистой силой воли.

— Ой, — сказала она. — Не притворяйся, что тебе не нравятся мои вопросы. Они держат тебя в тонусе. На что это мы свистим? На горячую женщину-призрака?

— Ты снова предполагаешь, что мне лучше всего подошла бы другая тень. Как я уже говорил, это предвзято.

— Почему предвзято? Общий опыт и всё такое.

— А ты встречаешься исключительно с невыносимыми оптимистами? Общий опыт и всё такое?

Их взгляды встретились. Наж ухмыльнулся. Она ухмыльнулась в ответ. Они выберутся из этого, как выбирались из всего остального. Хорошо, что он заставляет её говорить.

Наж постучал бесплотным пальцем по видоискателю.

— Эд, тебе стоит на это взглянуть. Оно наблюдает за нами. — Он освободил место для арканиста, который снял шляпу, обнажив курчавые чёрные волосы. Устроился поудобнее, вглядываясь.

Старлинг наклонилась к Леоноре, положив руку на её руку — та крепко сжимала подлокотник, костяшки побелели.

— Ты как?

— Они могут отправить меня обратно, — прошептала Леонора, маска всё ещё опущена. — Меня заочно приговорили военным трибуналом. Я должна отсидеть пятнадцать лет в военной тюрьме на тяжёлых работах. У таких приговоров есть привычка затягиваться, ага?

— Я не дам им тебя забрать. Обещаю.

Но «Осколки»… Сможет ли она сдержать это обещание? Во что она втянула свою команду? Пытаясь их спасти, не загнала ли она их в ещё худшую переделку?

— Капитан? — сказал Эд, кивая на видоискатель. — На это стоит посмотреть. Вы пропустили, когда мы приземлялись, потому что вышли.

— Что? — спросила она.

— Здесь ещё одна.

— Ещё один корабль?

— Нет. Ещё одна сущность.

«Осколки». Она скользнула в кресло ЗиЦзы, когда он освободил место, и наклонилась к экрану. Остров был в основном плоским, но имел отверстие в центре — так что на самом деле он имел форму пончика. В центре этого отверстия был ещё один маленький островок с какими-то чёрными скальными образованиями. И — она прищурилась — может, пещера в центре.

Перпендикулярности действительно часто находились в тенистых, пещеристых областях. Так было, например, на Налтисе. К сожалению, центральный островок-в-острове охраняло нечто: большая светящаяся сущность. Она только что поднялась, что, вероятно, и заставило Нажа свистнуть.

Она имела форму огромного змея. Даже с поднятой головой она продолжала плыть по тамошнему неморю, двигаясь по кругу. К ней присоединялись, казалось, сотни — может, тысячи — более мелких существ, похожих на угрей или змей, только гораздо меньше.

В отличие от той, с которой они столкнулись месяц назад, эта двигалась плавным, волнообразным движением. Никакой отрывистости, никакого стробоскопического эффекта. Просто чудовищный светящийся змей, плавающий по бесконечному кругу.

— Твой родственник, возможно? — легкомысленно спросил Наж.

— Ха-ха, — сказала она. — Почему эта в такой нормальной, в общем-то, форме, Эд?

— Мы не знаем, почему они делают то, что делают, капитан, — ответил он. — Но я бы предположил, что она в такой форме, потому что мы в дроминадовом субстрале. Вот почему эти тренодийские сущности держатся подальше от населённых районов — они могут застрять в определённой форме, если рядом слишком много людей. То, что мы любим, или боимся, или о чём мечтаем… влияет на таких существ.

— Значит, она в ловушке? — спросила она. — Заперта?

— В некотором смысле, но не совсем. Теперь она гигантский змей и не считает себя кем-то другим. — Он пожал плечами. — Однако трудно сказать. Опять же, она может быть в такой форме по совершенно другой причине — ей просто может нравиться быть змеем.

— Эта пещера, — сказал Наж. — Видишь её?

— Ага, — сказала она.

— Это может быть то, что нам нужно. Перпендикулярность.

— Мы не узнаем, пока не подойдём ближе, — сказал Эд. — На самом деле, даже если мы найдём светящийся пруд, нам, вероятно, нужно будет нырнуть и доказать, что он работает для доступа к планете по ту сторону — сомневаюсь, что лорд Ксизис примет что-то другое в качестве подтверждения. — Он помолчал. — Однако то, что здесь есть сущность — хороший знак!

— Ага, — сказала Леонора. — Ты ведёшь себя так, будто нас чуть не убила одна из них пару недель назад.

— Просто сохраняю позитив, как капитан! — сказал он своим жизнерадостным тоном. — Сущности типа 1–6 привлекаются к источникам Инвеституры. Если для тебя это слишком сложно, то само существование здесь земли — ещё лучший знак.

— Потому что это ещё одно доказательство, что мы рядом с Дроминадом? — спросила Старлинг, снова заметив того змея, когда он вынырнул из внутреннего неморя, а затем снова погрузился.

— Ага! Любая земля, особенно такой любопытной формы, — признак того, что рядом есть планета, чьи люди думают и изменяют форму Шейдсмара.

— Разве поверхность здесь не должна быть более похожей на землю, если мы рядом с планетой? — спросила Леонора. — Или чем-то отличаться от неморя? Субстраль Скадриаля — весь туманный, но если попытаться там идти, провалишься.

— Да… субстрали уникальны, на них влияют люди, живущие рядом в Физической реальности. Чаще всего встречаются вариации обсидиановой земли, как на Рошаре, часто перевёрнутой относительно океанов. Это придаёт своеобразие вблизи планеты, но дальше становится стеклянной, безликой равниной, в конце концов уступая место неморю, кроме тех мест, где люди регулярно путешествуют по Шейдсмару. Капитан, позвольте. — Он повернулся и навёл изображение на экране на ближайший каменистый берег.

Старлинг наклонилась, изучая чёрный бугор и неморе сразу за ним. У острова было то же ощущение обсидиана, но больше тёмного камня, чем стекла, как она видела в других местах. Изучая неморе поблизости, она сначала не поняла, что Эд хочет ей показать. Присмотревшись, она различила. Неморе здесь было гуще, более заметно. Тенистое, но… светлее. И не стая ли это рыб плывёт глубоко внизу?

— Сущность неморя здесь больше похожа на океан, — сказала она, когда прибыли ЗиЦзы и Адитиль.

— Каждая планета в Физической реальности оказывает глубокое влияние на Шейдсмар, — сказал Эд. — У Налтиса поверхность раскрашена цветами, влажная от пигмента и цветов, сочащихся чернилами. Рошар? Стеклянные бусины, как самосветы, которые они используют для света, и инвертированы земля и море — что обычно для некоторых регионов, но не для всех.

— А здесь это больше похоже на воду, — сказала Старлинг. — Дроминад — планета-океан, я полагаю?

— Именно, — сказал Эд. — Изменение здесь более тонкое, чем в других местах, но это изменение. Иногда мы видим такие субстрали у мореходных культур, где неморе становится доминирующей чертой, не затвердевая полностью даже для океанов. Возможно, поэтому дроминадову перпендикулярность, несмотря на то, что она меньше месяца пути от важных транспортных магистралей, до сих пор не нашли. Потому что на первый взгляд этот регион кажется просто ещё одной частью бесконечного Эмбердарка. Но эти намёки — доказательство. Мы точно находимся в планетарном субстрале.

Наж тихо свистнул.

— Опять же, нам нужно больше доказательств перпендикулярности, — сказал Эд. — Мы довольно далеко от координат на карте, но это не редкость. Этой карте тысячелетия, а Шейдсмар, конечно, со временем меняется.

— Меняется? — ЗиЦзы устроился в обычном кресле Старлинг. — Почему Шейдсмар меняется?

— О! — сказала Адитиль, поднимая руку из-за его спины, будто на уроке. — Я это знаю! Я учила! Люди думают о пространстве, и чем больше мы о нём думаем, тем больше оно проявляется здесь!

— Именно, — сказал Эд. — Чем больше люди на планете осознают космер, тем больше расстояние между их планетой и другими планетами в Шейдсмаре. Дополнительная реальность просто… проявляется, раздвигая всё, как смятый лист бумаги, который расправляется!

— Это… крайне тревожно, — сказала Леонора, всё ещё сжавшись под маской. — Как ты можешь звучать так взволнованно? Реальность типа… пуф, появляется? Планеты становятся дальше друг от друга?

— Это невероятно интересно, — сказал Эд. — Наше восприятие создаёт Шейдсмар! Хорошо, что люди очень, очень плохо представляют реальные расстояния между планетами, иначе путешествовать здесь было бы не быстрее, чем в Физической реальности! А пока вместо световых лет планеты находятся всего в тысячах и тысячах миль друг от друга. Это здорово!

Старлинг кивнула, потому что это было здорово — хотя Леонора права, и это также было тревожно. Смертные и их умы всё портят…

Теперь, когда все были в сборе, она быстро объяснила, как они собираются спрятать Кризалис, включая контрабандный отсек, о котором никто из них, даже она, не знал. Их легенда будет такой: сейчас на корабле нет доктора, а Леонора, у которой есть кое-какая полевая медицинская подготовка, временно исполняет эти обязанности. Старлинг получила подтверждение от всех, включая неохотное от ЗиЦзы, что они будут придерживаться этой версии.

Закончив, она повернулась к видоискателю, чтобы наблюдать за той странной змееподобной сущностью. Несколько минут спустя она заметила группу скадриальцев — солдат — наконец приближающихся к «Динамику».

— Капитан? — сказала Леонора, проверяя, что маска опущена. — Это инспекционная группа.

— Я с ними поговорю, — сказала Старлинг. Она взглянула на остальных. — Не волнуйтесь так. Всё не так плохо, как кажется. Правда. Даже скадриальцы будут опасаться связываться с драконом, и у них здесь нет никакой реальной власти. Я уверена, что смогу договориться.

Они не выглядели убеждёнными — да и она, честно говоря, тоже. Тем не менее, она встала.

— Ты уверена, что стоит идти одной? — спросила Адитиль.

— Моя работа как капитана — защищать вас всех, — ответила Старлинг. — К тому же я практически неуязвима. Что они мне сделают?

— Свяжут? — предложил Эд. — Собьют наш корабль, чтобы изолировать тебя? Бросят тебя к той сущности, которая может тебе навредить? О! И…

— Я поняла, — сказала Старлинг, всё равно продолжая.

Наж пошёл с ней, присоединившись к ней снаружи у герметичной двери. Он посмотрел на неё взглядом, который говорил: Серьёзно? Одна?

— Если всё пойдёт плохо, — сказала она, — я хочу, чтобы остальные взлетели и уносили ноги. Я попытаюсь их отвлечь.

— Чем?

— …Харизмой? — Она встретила его взгляд. — Всё будет хорошо. Мы найдём выход.

Она приготовилась к тому, что он оспорит это заявление порцией своего безжалостного цинизма. Он кивнул.

— Найдём. — Затем он помолчал. — Пока будешь с ними говорить, присмотрись к симпатичным женщинам-призракам. Мне не помешало бы свидание. — Он подмигнул.

Она ухмыльнулась, глубоко вздохнула, подняла дверь и вышла встречать группу тяжеловооружённых фашистов, стоящих снаружи.