3 месяца спустя (Рождество)

Грег

— Папочка! Папочка! ПАПОЧКА! — тёплое дыхание Коэна ударяет мне в ухо, а его шёпот достаточно громок, чтобы поднять мёртвых.

Я стону, понимая, что Коэн ни за что не уснёт в ближайшее время. Кажется, я заснул секунду назад, что недалеко от истины.

— Си-Мэн, почему ты не спишь?

— У меня есть дела, папочка! — Боже, он с каждым днём всё больше становится похож на Мэддокса. С тех пор, как они сблизились, когда девочки были в больнице, мне кажется, мой сын превращается в клон Локка.

— Сынок.

— Папочка.

Мелисса хихикает рядом со мной, и я знаю, её забавляет, что наш четырёхлетка превращается в какого-то миниатюрного альфа-самца.

— Коэн, почему бы нам не поспать ещё несколько минут? — Или часов, — мысленно добавляю я.

— Нельзя.

— И почему же мы не можем этого сделать? — наконец я приоткрываю глаза и вздрагиваю, поняв, насколько близко он к моему лицу. — Боже, сынок, обязательно так подкрадываться?

Он тихо хихикает.

— Я не подкрадывался. Просто разговаривал с тобой, папочка. Нам нужно идти… идти сейчас!

— Ладно, ладно. — Я сбрасываю одеяло, вспоминая с запозданием на секунду, что всё ещё голый после того, как провёл время с Мелиссой всего несколько часов назад.

— ХА! У папочки кольца на пиписке! Папочка, твоя пиписка смешно выглядит с мамиными серёжками! — он начинает танцевать по комнате, скандируя о моих чёртовых кольцах на пиписке.

Мелисса садится и начинает неудержимо смеяться. Я смотрю на неё и замечаю, что простыня собралась у неё на талии примерно в тот же момент, что и Коэн. Я задерживаю дыхание… жду этого.

— Мамочка! Сиськи! У мамочки есть сиськи. Сиськи. Сиськи! Ха-ха-ха! Я хочу Lucky Charms на завтрак! Пошли! Я пойду за своими девочками!

Теперь моя очередь смеяться. Мелисса краснеет на десять оттенков, а я стою посреди спальни голый, как в день рождения, и смеюсь над своей женой.

Каким бы сумасшедшим ни была моя жизнь между Коэном и всеми его безумными выходками, двумя малышками, которые, кажется, только просыпаются, едят и немного спят, и полной занятостью на работе, именно такие моменты заставляют меня осознавать, насколько мы счастливы и благословлены тем, что имеем здесь.

Было нелегко. Мелиссе пришлось оставаться в больнице две недели после того, как она очнулась. Врачи хотели убедиться, что она полностью здорова, прежде чем выписать, и я был согласен.

Лилиан смогла поехать домой с Мелиссой ровно через месяц после рождения. Она такая сильная девочка. Возвращение домой с Мелиссой и Лилиан было горько-сладким. С одной стороны, было так здорово, что они дома, но, думаю, мы все чувствовали пустоту от того, что Линдси не было с нами.

Почти три недели ежедневных визитов в больницу спустя мы смогли забрать Линдси домой. У неё были проблемы с рефлюксом, которые постоянно сдерживали нас, но наконец, почти через два месяца после рождения, мы смогли привезти её домой и пополнить семью Кейдж.

Коэн мгновенно принял своих сестёр. Он помогает во всём, что может. Держит бутылочки, когда мы кормим их; разговаривает и поёт им. И каждый вечер рассказывает им всё, чему научит, когда они подрастут.

Я обожаю наблюдать за их общением. Мысль о том, что он чувствует необходимость защищать сестёр, заставляет меня улыбаться. Бедным девочкам понравится, когда они вырастут, и у них появятся две тени над головой. Ни Коэн, ни я ни за что не позволим что-либо случиться с нашими двумя принцессами.

Мелиссе наконец сняли гипс с руки и ноги около месяца назад. У неё были проблемы с полным восстановлением, но она упорно занимается физиотерапией, полная решимости выздороветь.

Время было не самым лёгким, но мы вместе, и я в любой день выберу ухабистую дорогу вместо альтернативы.

Мы с Мелиссой собираемся в комфортном молчании, слушая через радионяню, как Коэн болтает в комнате девочек.

— Пошли, мой Зверь. Давай уберём этого сумасшедшего мальчишку из детской, прежде чем он разбудит девочек. Хорошо, что они могут спать при любом шуме.

Она выходит из комнаты, лишь слегка прихрамывая, и у меня слюнки текут, когда я вижу, как лосины, облегающие её идеальную попу, повторяют каждую линию.

С тех пор, как врачи дали добро, мы стали почти ненасытны. Не нужно быть врачом, чтобы понять, что я направляю свой страх в секс, из-за того, что почти потерял её. Мелисса не жалуется. Если моё ежедневное погружение в её сладкое тело приносит моему разуму покой, она более чем счастлива помочь.

Мне требуется несколько минут, чтобы успокоиться, прежде чем я могу последовать за ней. Достаточно одного взгляда на её подтянутое тело — и я готов запереть дверь и швырнуть её обратно на кровать.

— Пошли, Коэн. Дай девочкам поспать ещё. — Я улыбаюсь, когда её голос доносится через радионяню, и наконец выхожу из спальни вниз на кухню готовить завтрак.

Они следуют за мной вскоре после того, как я начал готовить, и хотя Коэн начинает капризничать из-за Lucky Charms, он быстро съедает яичницу, бекон и блинчики, а затем просит добавки.

— Папочка! Ты видел? Я смотрел в своё окно сегодня утром, а там огромный батут! Санта принёс его. Я знал, что он принесёт! А я могу получить мотоцикл, когда вырасту? У Мэддокса Локка есть мотоцикл!

Боже, иногда так трудно уследить за ходом его мыслей.

— Почему бы нам не поговорить об этом, когда ты подрастёшь?

— Ладно. А мне уже можно кольца на пиписку?

Мелисса фыркает со смехом, похожим на хрюканье. Конечно, ответ она оставляет мне.

— Коэн, мы говорили об этом в прошлый раз, когда ты спрашивал про… кольца на пиписку. Давай подождём, пока ты станешь старше — намного старше, — прежде, чем обсуждать это, хорошо?

— Хорошо. А можно мне обезьянку?

— Как насчёт того, чтобы начать с батута, прежде чем заводить животных из зоопарка?

— Хорошо. А мы можем разбудить моих девочек сейчас, чтобы открыть подарки? — он буквально подпрыгивает на стуле.

— Как насчёт такого? Девочки ещё такие маленькие, что ничего не пропустят, если ты начнёшь, а они присоединятся, когда проснутся. Может, пойдём откроем несколько твоих подарков или хотя бы посмотрим, что принёс Санта, прежде чем будить их?

Он хмурит бровки, наклоняет голову набок и говорит:

— Зачем мне это? Мои девочки должны быть со мной. Я могу подождать.

Как мне так повезло?

— Ты потрясающий старший брат, знаешь об этом?

— Ага!

Мы заканчиваем завтрак. Коэн помогает Мелиссе убрать посуду, а я иду проверить девочек. Уже почти переступаю порог их комнаты, когда слышу звонок своего телефона из кабинета в конце коридора.

Зная, что это либо по работе, либо один из парней, я кряхчу и направляюсь в кабинет.

— Кейдж, — бросаю я в трубку.

— Ого, какое же ты счастливое утро, — смеётся в трубке Аксель.

— Попробуй сам завести двух новорождённых и ребёнка, который считает, что вставать до петухов — блестящая идея.

— Да, у меня такой есть. Нейт встал сегодня в пять утра. Он даже недостаточно взрослый, чтобы понимать, что происходит, но, клянусь, этот малыш влетел прямо в гостиную и начал рвать всё на части.

Мы смеёмся и продолжаем разговаривать несколько минут, прежде чем он замолкает.

— Так… Иззи подарила мне мой подарок.

— Да?

— Да… — он замолкает, и я не совсем уверен, что должен сказать. Очевидно, он звонит, потому что хочет рассказать, что она ему подарила, но не знаю, что это могло бы быть, чтобы звонить в семь утра.

— Полагаю, в следующем году я познакомлюсь с рано встающим ребёнком, пытаясь убаюкать младенца.

Ещё рано, но не настолько, чтобы я не понял его намёк.

— Без шуток? Поздравляю, брат! Ещё один маленький Рейд, да?

— Лучшее чувство на свете, Грег. Как только Иззи подержала на руках твоих маленьких ангелов, она притащила меня домой и заявила, что хочет ещё одного ребёнка немедленно. Так что, думаю, каким-то странным образом я должен сказать спасибо за то, что превратил мою жену в одержимую сексом и младенцами маньячку.

— Ха! Что же, рад, что смог помочь.

— Да, да. Приятное чувство, знаешь? Когда наши дети растут так близко. Будущее обещает быть чертовски интересным, когда эти дети будут расти вместе.

— Пока ты будешь напоминать Нейту держаться подальше от моих девочек, у нас всё будет просто замечательно.

Мы подшучиваем друг над другом, прежде чем повесить трубку. Я возвращаюсь по коридору в спальню девочек. Заглядываю в кроватку, которую они всё ещё делят. Вижу одинаково прекрасные личики, смотрящие на меня. От этого сердце пропускает удар, а на губах появляется улыбка.

— Доброе утро, мои прелестные маленькие леди! Я только что говорил с вашим дядей Акселем, но не волнуйтесь. Я напомнил ему, что вы никогда не будете ходить на свидания, так что уверен, он прямо сейчас говорит об этом с Нейтом.

Они продолжают смотреть на меня, и я улыбаюсь, гладя их по головкам, прежде чем приступить к нашему ритуалу. У меня уходит больше времени, чем у Мелиссы, в основном потому, что у меня нет того волшебного прикосновения, которым, кажется, обладают только матери. Я продолжаю напоминать им, что они никогда не будут ходить на свидания и останутся папочкиными маленькими девочками до конца жизни.

Только позже той ночью я думаю о новом малыше Акселя и Иззи и улыбаюсь, размышляя о шансах, что у них родится девочка. Зная Акселя и его крайнюю собственническую натуру по отношению к Иззи, будет чертовски смешно наблюдать за ним с дочерью.

— Ты готов ко сну? — Мелисса опускается рядом со мной и тянется выключить новости.

— Красавица, если ты идёшь со мной, тогда чёрт возьми, да. Насколько я понимаю, у меня есть часа два, прежде чем кто-то проснётся за новой порцией еды. Это много времени, чтобы провести между этими ногами.

Она шлёпает меня по руке, но не теряет ни секунды, вскакивая и мчась в спальню.

В ту ночь мне не досталось двух часов. Нет, мои девочки решают поспать подольше. Я провожу следующие четыре часа, поклоняясь своей жене и каждый раз вспоминая, как же мне повезло…

15 лет спустя

Коэн

— Не могу поверить, что ты уезжаешь завтра. По крайней мере, Лин и Лайла уже водят, так что будет не так уж плохо остаться без твоих поездок. — Даниэль смотрит на меня с другого конца дивана, тихонько посмеиваясь и прекрасно зная, что будет скучать не только по моей роли водителя.

Я бросаю игровой контроллер рядом с собой и смотрю на неё. Боже, она и правда прекрасна. Мне должно быть стыдно за такие мысли. Она — лучшая подруга моих младших сестёр, практически член семьи. Чёрт, её брат — мой лучший друг. Это черта, через которую мне нельзя переступать. Господи, от этого чувствуешь себя извращенцем. Кажется, в последнее время я только и делаю, что напоминаю себе: не следует желать её. Ей скоро исполнится пятнадцать, а я уезжаю на первый курс в университет Джорджии.

Но сколько ни отрицай — между нами всегда была связь, желанная или нет.

То, что я чувствую к Даниэль Рид, — ненормально.

— Так это всё, чем я для тебя был? А, Дэни? Просто перевозкой из пункта А в пункт Б?

Она краснеет, и я клянусь, что чувствую это всем телом. Мне должно быть стыдно за эти мысли. За то, как сильно я жажду эту девчонку. Мне бы следовало гулять по городу и проводить время со всеми теми, кто хочет проводить меня в колледж как следует.

Чёрт, я не святой, и от этого кажется, что я никогда не буду достаточно хорош для Дэни.

Плюс, её отец прикончит меня.

Не просто прикончит. Он убьёт меня, и моя семья никогда не найдёт тело.

Да, Аксель Рид — из тех, кто, я знал всегда, разорвёт любого, кто посмеет тронуть его дочь.

— Нет, Ко… Ты для меня больше. Намного больше. — Она снова краснеет и быстро отводит взгляд.

Э-э, что сказала?

— Дэни? Я не умею читать между строк. У меня две младшие сестры, но, к сожалению, они мало чему научили меня в том, как работает ваш женский ум.

Она смотрит на меня, её зелёные глаза яркие от эмоций. Она несколько раз прокашливается, откидывая длинные чёрные, как вороново крыло, волосы за уши, прежде чем заговорить. Я вижу, как нервозность исходит от её хрупкого тела.

— Можно, я буду с тобой честна, Коэн?

— Конечно, Дэни. Ты же знаешь.

Её глаза расширяются, когда она слышит, как мои сёстры кричат сверху. Пройдёт совсем немного времени, и они слетят вниз по лестнице в подвал, где мы сидим, как два смерча дерзости.

— Если не хочешь, чтобы эти двое подслушали, сейчас самое время, Дэни.

Она краснеет ещё сильнее.

— Я буду скучать по тебе, Коэн. Знаю, ты не смотришь на меня так, как я на тебя, но однажды ты вернёшься, а я всё ещё буду ждать тебя. Ждать, когда ты увидишь меня так, как я вижу тебя. Запомни мои слова, Коэн Кейдж. Когда-нибудь ты будешь моим. А до тех пор, пока ты не готов… я буду здесь. Я буду ждать.

Не успеваю я даже вдохнуть, чтобы ответить, как в комнату вбегают эти две юлы, говорящие бог знает о чём. Я просто застываю с разинутым ртом, не отрывая глаз от Дэни. Не успеваю опомниться, как они уже стаскивают Дэни с дивана и выбегают через заднюю дверь.

Что, чёрт возьми, только что произошло?