Коэн

Мамочка проснулась.

Мне было очень страшно, но я вёл себя как большой мальчик и никому не говорил. Не хотел, чтобы кто-то знал.

Я использовал свою магию и пел мамочке её песню — и это сработало. Сработало!

Теперь пора использовать магию на моих девочках.

Я точно знаю, что это тоже сработает, потому что мои девочки знают. Знают, что я их старший брат и никогда-никогда не позволю ничему их обидеть.

— Папочка. Мне нужно увидеть моих девочек сейчас. Пора.

Папочка смотрит на меня с очень смешным лицом. Я никогда не видел у него такого лица, но оно очень смешное. Такое лицо дядя Аксель всегда делает, когда Дилберт бегает в тех очень высоких туфлях, которые носит тётя Ди. Выглядит, будто они очень болят, но Дилберт всегда бегает, как смешной человек. Дядя Аксель делает такое лицо, как будто проглотил муху и не знает, как её вытащить.

— Папочка. Нам нужно идти сейчас.

Он снова смотрит на мамочку, потом на Мэддокса Локка, прежде чем вернуть взгляд на меня.

— Прямо сейчас, Си-Мэн?

— Да, папочка. Сию же минуту.

— Хорошо. Пойдём, попробуем уговорить их открыть для тебя дверь.

Мне не нравится, как это звучит. Я больше не хочу смотреть сквозь дверь. Хочу прикоснуться к своим сёстрам, чтобы они почувствовали мою магию, но, наверное, я придумаю другой способ.

Я спрыгиваю с папочкиных колен и протягиваю ему руку. Он качает головой, и я улыбаюсь, когда он берёт мою руку, встаёт и готовится уйти.

— Найдёшь меня, если она проснётся раньше, чем мы вернёмся? — спрашивает он Мэддокса Локка.

— Ага.

Я оборачиваюсь и смотрю на Мэддокса Локка; он широко улыбается и подмигивает мне. Я улыбаюсь в ответ очень широко, потому что Мэддокс Локк не часто улыбается, но когда делает это, все выглядит очень круто.

* * *

— Коэн, что мы делаем?

Я заканчиваю развязывать плащ на шее. Он не такой, как мой старый, но я знаю, что на нём есть моя магия, потому что я ни разу его не снимал с тех пор, как Мэддокс Локк завязал его у меня на плечах.

— Я собираюсь починить моих сестёр.

Знаю, папочка не понимает, но я просто улыбаюсь и протягиваю ему свой плащ.

— Эм, хорошо? — он смотрит на меня сверху вниз. Его лицо снова смешное. А потом он смотрит на мой плащ в своей огромной руке. — Что ты хочешь, чтобы я с ним сделал, приятель?

— Моим девочкам он нужен. Но ты должен сказать им, что это от их старшего брата. Они должны знать, что это от меня, иначе магия не сработает.

— Коэн, сынок… мне нужно, чтобы ты пояснил, потому что я немного запутался.

— Папочка, ты должен быть со мной заодно. — Он смеётся, но я продолжаю. Это важно. — Тебе нужно занести туда мою магию! Мои девочки в своей коробке, и им нужна моя магия!

Почему он не понимает? Если бы я мог войти туда и сделать это сам, я бы сделал, но меня туда не пускают. Говорят, я должен оставаться снаружи, потому что на мне могут быть микробы.

— Ладно, Коэн… дай посмотреть, что можно сделать. — Он подзывает ту милую медсестру, которая всегда мне улыбается. Я не слышу, о чём они говорят, когда она выходит из комнаты, где мои девочки, но мне очень не нравится её смешное лицо.

Мне хочется закричать, когда папочка отдаёт ей мой плащ, но я молчу и смотрю, как она возвращается в комнату. Я вижу, как мои девочки спят в одной коробке. Ненавижу, что они в этой стеклянной коробке.

Он поднимает меня и держит высоко, чтобы я мог немного лучше видеть комнату. Я продолжаю наблюдать, как медсестра пробирается между всякими штуками, пока не добирается до моих девочек.

Медсестра смотрит на нас и снова улыбается. Я задерживаю дыхание, когда она берёт мой плащ и накрывает им стеклянную коробку моих девочек. Она снова улыбается, машет и показывает мне большой палец вверх.

Я смотрю на папочку. Его лицо снова смешное, но на этот раз глаза у него мокрые. Ничего, я никому не расскажу, что он плакал. Я снова улыбаюсь, потому что теперь знаю — всё будет просто идеально.