В Заключении сформулируем выводы, продиктованные рассмотренным материалом. Надо отметить прежде всего значение тирании для исторической реализации человеческой личности, какие бы уродливые черты временами не приобретала эта реализация. Как бы то ни было, в фигурах Писистрата и Гиерона, Ясона Ферского и Филомела Фокидского, а также Дионисия Сиракузского с необыкновенной полнотой воплотились возможности и свершения той реальной индивидуальности, рождением которой, по мнению Гегеля, было отмечено становление греческой цивилизации.

Далее надо подчеркнуть значение ситуационного момента среди факторов, вызвавших к жизни явление тирании. Последняя рождается в условиях общественного кризиса, из недр нездорового общества. Поэтому было бы неверно искать корень тирании в интересах или инициативе какого-либо конкретного класса или социальной группировки.

Затем, внимания заслуживает сам путь так называемой сильной личности к тиранической власти, значение таких элементов в политике рвущегося к власти честолюбца, как демагогия, то есть эксплуатация популярных идей перед народной массой, реальное использование патриотической темы для увлечения общества в русло нового режима, опора на узкий круг личных друзей и, наконец, привлечение иностранных наемников взамен гражданского ополчения. Сочетание этих элементов в политике таких честолюбцев, как Дионисий Старший, стало образцом для последующих политиков, как реальных, так и созданных воображением писателей нового времени. Здесь можно вспомнить о трактате Макиавелли «Государь», а также о героях Брехта и Уайлдера. Этим определяется типологическое значение древнегреческой тирании — образцовость ее примера для последующих режимов личной власти, начиная уже с эпохи римского принципата.