КО ВРЕМЕНИ, КОГДА Александр Жарков добрался до своего стола в 8:00 утра, доклад из Санкт-Петербурга уже лежал в его входящих. Его внимание отвлёк небольшой кризис в Дамаске тем утром, так что он смог открыть документ только после полудня. Сопроводительная записка резюмировала сырые разведданные и ссылалась как на источник информации, так и на некоторые из наиболее значимых документов, извлечённых с жёсткого диска субъекта.
Светлана показала себя блестяще, как он и знал. Российские разведывательные службы были лучшими в мире, когда дело доходило до манипуляции субъектами с помощью секса, и психологический анализ Оливера Грея оказался в точку. Александр поднял всю информацию на Грея, восходящую к оригинальным бумажным файлам, когда он был впервые замечен, оценён и разработан ещё ГРУ советской эпохи до его вербовки покойным Василием Андреновым. Александру всегда было забавно видеть государственные документы, помеченные звёздами, серпами и молотами, — псевдорелигиозными символами коммунизма.
При перепроверке записей Грея психоаналитическая группа СВР пришла к дополнительному диагнозу, который шёл глубже очевидных «отцовских» проблем. В результате отсутствия отца и его конечного ухода мать Грея переусердствовала и невольно создала нездоровые отношения со своим сыном. Он был неспособен находить общий язык с женщинами своего возраста или младше, потому что глубоко внутри всё ещё жаждал матери. Светлана преуспела, завоевав доверие Грея и вытащив на поверхность его подавленную геронтофилию.
Александр ввёл Светлану, один из своих самых опытных активов, в дело отца более десяти лет назад, и с тех пор она стабильно снабжала его точными, своевременными и уместными обновлениями о деятельности его отца и братьев. Он дважды щёлкнул по файлу PowerPoint с названием «OPORD Монтана» и начал пробегать страницы глазами. Он быстро понял, что операция, о которой шла речь, уже была приведена в действие.
Он пролистал до профилей целей. Имя лейтенант-коммандера Джеймса Риса, ВМС США (в отставке) он узнал мгновенно благодаря широкому освещению в СМИ его атаки на группу заговорщиков, ответственных за гибель его семьи и подчинённых ему «тюленей». На самом деле СВР пыталась найти Риса после его исчезновения, чтобы попытаться завербовать его и предложить ему возможность дезертировать, но не смогла выследить его. Александр также знал, что Риса подозревают в причастности к смерти бывшего чиновника российской разведки Василия Андренова, хотя ничего доказано не было. Из пакета разведывательной информации было ясно, что новый агент его отца организовал ударную группу братвы для убийства Джеймса Риса либо в отместку за убийство Андренова, либо до того, как Рис начнёт своё собственное наступление против Грея.
Вторая цель была более загадочной. Рейф Гастингс, также отставной офицер SEAL, проживал в западной Монтане. Уроженец Африки Гастингс владел аутфиттерским бизнесом и сделал себе имя как изготовитель прекрасных заказных охотничьих винтовок. По-видимому, он был женат на дочери нефтяного и газового миллиардера, который ранее служил в Конгрессе США.
Неужели это он?
Александр, вечный охотник, был заядлым читателем outdoor-журналов, издаваемых по всему миру. Он стал слегка одержим колумнистом, который время от времени писал под псевдонимом «С. Рейнсфорд», что было отсылкой к протагонисту рассказа Ричарда Коннелла 1924 года «Самая опасная дичь». Колонки были сообщениями автора от первого лица о его одиночных охотах в бэккантри Монтаны, описанных в блестящих деталях. В отличие от большей части прославляющей рекламы, которая сходила за outdoor-журналистику в наши дни, кем бы ни был «Рейнсфорд», он был охотником.
Александр поднял проверку биографии по российским разведывательным каналам, которую запрашивал несколько месяцев назад. Им не удалось идентифицировать «С. Рейнсфорда», но они составили список из двадцати четырёх возможных лиц. Производитель винтовок и охотничий аутфиттер Рейф Гастингс был в этом списке.
Александр откинулся в кресле и запрокинул голову к потолку.
Александру однажды удалось привлечь одного знаменитого охотника из Штатов поохотиться с ним на бурого медведя на полуострове Камчатка. Несмотря на то, как его изображали в его статьях и телесериалах, без гида этот человек был совершенно безнадёжен. Когда Александр поменял роли и сделал его добычей, тот рыдал и умолял, прежде чем отчаянно заблудиться. Его некомпетентность и отсутствие духа лишили охоту почти всякого удовольствия; Александр видел лучшее лесное мастерство от московских проституток, чем от этого упитанного американца.
Рейнсфорд и лейтенант-коммандер Рис будут бойцами.
Александр принял решение. Он вытащил из ящика стола старую бумажную картотеку и поискал номер, на который не звонил целую вечность.