— Историки? — почесал Ликург лысую макушку. — Не знайт такой профессий у тизон. Смотрейт назад не быть в почёт тут. Прошлое забирайт боги.

— Неужели никто не записывает события? — поразился Игорь. — Тут ведь была письменность ещё до Милославского! До Кир-Кира, — исправился он.

— Писайт важный! — кивнул Ликург. — Писайт, что любят боги. Писайт планы. Писайт соглашений с другие племена.

— Так, стой. А как определяют, что любят боги?

— Боги выражайт гнев — тогда искайт причина, — пояснил Ликург тоном, каким деткам растолковывают, что огонь — это горячо. — Тизон засевайт поля семена из далёких краёв, но бог дождей Тарамбан гноить урожай. Не рад этот плод в наша земля. Записайт в его летопись, — привёл пример он.

— Так-так, — оживился агент, — и кто отслеживает гнев богов?

Ликург задумался, подбирая подходящее русскоязычное слово.

— Тотемное управлений, — наконец назвал он. — Ты хотейт туда ходить?

— Да, — кивнул Игорь, и тут за их спинами раздался отчётливый стук, но не несколько ударов, как обычно, а целая череда.

— Это я, управляющий Даган, — привычно объявил служащий и перешёл на тизонское наречье: — Вам удалось подготовить материалы по нашему уточнённому запросу, агент Игорь? — тревожно спросил он. — Предыдущий визитёр принёс не совсем то, а вопрос безотлагательный.

— Вот.

Игорь положил брошюры, схему и учебник, выданные инструктором, на уже поставленный на мостовую чемоданчик.

— Благодарю, — как-то на редкость мрачно отметил посыльный.

— Что происходит? — перевёл Толмач вопрос Ликурга на местном языке.

— Паровой коллектор электростанции гудит и вибрирует, — закусил губу Даган, — манометры показывают скачки давления. После изучения материалов по прошлому запросу есть подозрение на микротрещину или расслоение в одном из сварных швов — но снаружи всё выглядит целым. Разбирать нельзя: это займёт месяц, а подача энергии сойдёт к минимуму и остановятся все процессы, — стремительно проговорил посланец управления, а потом опомнился и погрозил Ликургу кулаком, как не имеющему прав на пустые вопросы. — Мне нужно поскорее доставить инженерам эти материалы.

— При такой ситуации вы не успевание, — перевёл Толмач. — Нужно останавливать работу, не то взорвётся.

— Тотальное обесточивание Кирбурга, — простонал посыльный.

Ликург быстро глянул на Игоря и перешёл на русский:

— Ваш агент расказывайт, женщина, что носит в животе дитя, на Земле ходийт к врач, который смотреть внутрь, касаясь кожа снаружи. Бывайт прибор, что так смотреть внутрь работающего котла? Увидит трещина или проблема?

— Я не технарь… но, наверное, бывает, — наморщил лоб Игорь.

— Большой просьба, агент Игорь, — серьёзно и убедительно продолжил Ликург. — Город на порог катастрофа, возвращайся сейчас, найди прибор и приноси его аватар для диагностика котлов коллектора. Я ждайт тут. В современный город Земля быстро достайт прибор. Ты звонийт свои друзья, кто понимайт как это работа. Кто нас консультировайт. Потом ходить Тотемный управлений, отвечайт на вопрос. Я предупредийть, собрайт всех, чтобы ждали.

— Но я только что погрузился… — пробормотал Игорь.

— Агент Игорь, чрезвычайный ситуаций, — строже сказал Ликург. — Объясняйт свой экзаменатор. Умный человек — понять.

Игорь был в этом совсем не уверен, но скрепя сердце вдохнул антидот. И открыл глаза, лёжа на четырёх сиденьях микроавтобуса, пристёгнутый ремнями.

Инструктор что-то читал в телефоне. И так-то не особенно следил за удобным положением тела в пути! Игорь успел отдавить руку, и шея ныла.

— Эй, — присел он. — ЧП. Срочно требуют какое-то оборудование, чтобы диагностировать внутреннюю трещину в паровом котле.

Инструктор непечатно выругался и закатил глаза.

— Да ну сколько можно?! — свирепствовал он. — Они ещё начнут агентов из испытаний высылать?! Совсем оборзели! До вечера оно прям не терпело?!

— Говорят, может взорваться котёл основного генератора и обесточить город, — пояснил Игорь. — Ну как-то странно было отморозиться и продолжить расспрашивать о челе, пропавшем два десятка лет назад, ради галочки в табели перевода, — съязвил он.

— Как-то странно на голову садиться, — проворчал инструктор и начал куда-то звонить. — Юра! — крикнул он водителю. — Юра! Тормози и запаркуйся, сейчас, скорее всего, назад поедем.

— У меня смена через полтора часа кончается, — ожидаемо развонялся Юра.

— У меня вообще сегодня днюха, — огрызнулся инструктор. — К доброму самаритянину вопросы.

— С днём рождения, — проворчал Игорь и взялся опускать окно, чтобы покурить.

Через сорок минут звонков и уточнений оказалось, что нужен ультразвуковой дефектоскоп стоимостью в пару лямов. Инструктор плевался ядом, нагнув админов подотдела по связям с тизонами экстренно договориться о суточной аренде, чтобы провести устройство через точку входа и получить аватар.

— Вот будешь там сидеть, пока они всё не починят, — ядовито объявил он. — Второй раз мы этой хераборой страдать не будем, так и передай! Всажу тебе катетер, калоприёмник, питательную капельницу и уё по барам, раз такой ты отзывчивый. И объясни популярно, что мы сотрудничаем по оговорённому алгоритму, мы не стол заказов русского радио. Вообще охренели фиолетовомордые, бля.

Игорь злился. Сообразуясь с давней мудростью, инициатива вознамерилась вовсю сношать инициатора. И что? Надо было, чтобы там всё рвануло? Офигенское сотрудничество. День рождения у него, ну прикиньте, какое великое дело. Отгул надо было брать, а не мозги править. Катетерами он тут будет угрожать, садист хренов, пидор латентный, а может, и активный…

Внезапно позвонила Арина, сбивая зашкал агрессии.

— Тут просто изумительно красиво, Игорь! — восторженно затараторила она. — Холодно — писец, но просто как в сказке! Староверы — вообще не дикие, у них даже пылесосы есть и электричество! Меня поселили у такой замечательной семьи! Мне очень, очень тут нравится! Мобильная связь берёт только на территории местной школы. Мы сюда добирались вертолётами, в три партии. Здешние думают, что мы из какого-то исследовательского подотдела МВД. Завтра первый поход в леса, в направлении множественных исчезновений, я в группе! Ты как там? Строчишь выводы? Ну не молчи, я не сержусь уже. Почти. Я, может, тут такие открытия сделаю, что и меня все в Бюро будут знать по имени. Милкина маман — просто бешеная оторва! Она — мой куратор, начальник экспедиции первого звена. Надеюсь, я буду такая же в старости. Ну что ты отмалчиваешься как всегда?

— Я еду на точку входа к тизонам, не могу много тут говорить, — приглушённо сообщил Игорь и приметил в зеркале заднего вида, какую рожу состроил водила.

— Ну я не смогу тебе часто звонить, — проворчала Арина. — Ладно, я понимаю. Мы вернёмся через неделю, не теряй меня. Тут восемнадцать человек пропало, из одного этого поселения, представляешь? Если найдём аномальную точку входа…

— Ты там осторожнее, пожалуйста. И если найдёте и засосёт — сразу на выход, без самодеятельности, — напомнил Игорь недовольно.

— Да-да, куда мне. Не волнуйся, у нас всё по уставу и продумано. Перемещаемся только с системой карабинов. Лариса Леонидовна суперпрофи. Ты знаешь, что она была в экспедиции, обнаружившей точку входа в Мурманской области в 2017 году? Та, что за Полярным кругом, где был сквозной портал в Блаёварз? Его закрыли только в 2022-м, столько тел вывезли…

— Сильно не хотелось бы, чтобы тебя тоже откуда-то вывезли в виде тела.

— У нас всё на высшем уровне! — заверила Арина. — Лучше пожелай мне найти прорыв. Блин, Игорь! Я так хочу, чтобы тут реально был прорыв…

Из офиса, под которым припарковался микроавтобус, показались сварливый мудень-инструктор и какой-то мужик. Пришлось обрывать связь и старательно слушать вводный курс об эксплуатации дорогого профессионального прибора.

Инструктор, которому теперь предстояло ещё и завезти устройство обратно арендодателю, гундел всю дорогу хором с водителем. И к тизонам Игорь вернулся с трещащей головой. Учитывая, что на разъезды и волокиту ушло почти четыре с половиной часа, навряд ли стоит сильно рассчитывать на визиты к тизонским историкам. Похоже, будет быстрее самому помочь с обнаружением неполадки, чем объяснять тамошним, как работает современная техника.

— Какой маленький, — поразился Ликург, оценив похожее на чемоданчик устройство у Игоря в руках. — А я подогнайт тележка для транспортировка. Мы сейчас идти главная электростанция, обучайт инженер. Потом — Тотемное управлений. Давай скоро идти! — поторопил он.

На окраине Кирбурга, в противоположном направлении от вонючего храма божеств, среди холмов высился комплекс из четырёх приземистых корпусов красного кирпича. Над крышей возвышались дымовые трубы, но валил оттуда влажный и горячий пар. От здания по засыпанной гравием территории бежали в сторону жилых кварталов и производственных зданий паропроводы. Все постройки были окутаны белёсой пеленой.

Ликург совершенно утратил свою привычную болтливость и страсть славить Кир-Кира на каждом шагу, вдаваясь в пространные лекции о модернизации. Он только постоянно поторапливал и без того почти бегущего Игоря.

В нужном огромном зале было пять здоровенных, подпирающих потолок цилиндрических ёмкостей из толстого кованого железа, соединённых сетью труб. На боках выпирали приборчики с чёрными стрелками, термометры в латунных оправах, предохранительные клапаны, из которых вырывался сердитый горячий пар. Он же шипел из некоторых стыков труб и вентиляционных решёток. Горели газовые фонари.

Пахло накалённым металлом, горячей сыростью, как в подвалах старых многоэтажек зимой, какими-то смазочными составами, а ещё — сероводородом геотермального источника, дававшего пар для не особо понятного Игорю термодинамического цикла, о который часто восхвалял Ликург.

Слова почти заглушали равномерный гул турбин, шипение пара, стук клапанов, лязг металлических лестниц и окрики рабочих. Тут все были очень взволнованы. Но даже в такой ситуации не преминули почти по команде замахать кулаками, завидев бедолагу-Ликурга.

Центральный котёл — или что там это такое? — выглядел внешне целым, но выдавал тревожные признаки: низкий, вибрирующий гул, периодически переходящий в дребезжащий металлический звон — как будто внутри что‑то билось о стенки. Корпус мелко дрожал. Стрелки непонятных приборов скакали на красных отметках, то и дело резко падая, но потом возвращались рывком в опасную зону. И откуда-то сочился тонкий шипящий пар. На металле блестели влажные следы конденсата с ржавыми разводами.

Игорь поставил дефектоскоп на прикаченную каким-то тизоном тумбу и старательно подключил по памяти и русскоязычной инструкции, которая прилагалась к прибору. Дисплей загорелся тусклым зелёным светом, высветив меню: «Режим: сканирование», «Калибровка: сталь 20», «Чувствительность: 75 %». Ликург маячил рядом, остальные работники опасливо отстранились к стене, только один непрерывно следил за датчиками, то и дело охая. Многие делали странные движения, обращаясь к разным богам.

— Нужно натереть обшивку гелем, — распорядился Игорь, старательно артикулируя, и передал Ликургу запаянное ведёрко.

Затем натянул защитные очки и предупредил всех отвернуться. Тизоны приволокли лестницу. Водить датчиком следовало медленно, не отрывая его от поверхности. И второй рукой, опирающейся о защитную обшивку котла, Игорь чувствовал непрерывную пульсацию, особенно у шва около основания. А сам думал, что если эта штука успеет рвануть, в его памяти останутся незабываемые ощущения от опыта быть сваренным заживо.

На дисплее бежали ровные волны с редкими небольшими всплесками. В зоне стыка двух листов почти над полом экран тревожно вспыхнул красным и раздался пронзительный писк, из-за которого рабочие снова поповорачивались от стены. На графике зигзагообразная линия убежала резко вниз.

— Здесь. Глубина — двенадцать миллиметров, длина — около восьми сантиметров, — проартикулировал Игорь и пластина во рту озвучила с повышением громкости, словно агент кричал.

— Похоже на расслоение! — перевёл Толмач в ухе слова одного из рабочих.

— Перекрыть подачу пара к секции номер шесть! — распоряжался кто-то другой. — Перенаправить для разгерметизации и замены!

— Так его не придётся совсем отрубать? — невольно восхитился Игорь.

— Здесь герметичные модули — зная, где проблема, мы устраним её сравнительно легко, — пояснил один из взмокших тизонов-работников. — Спасибо, агент! Да пребудет с тобой сила бурлящей воды! Ты можешь оставить нам устройство до конца визита и объяснить принцип работы, чтобы мы проверили остальные котлы тут и в других залах?

— Без проблем, — кивнул Игорь.

— Хорошо бы нам собрайт такое устройство, — отметил Ликург. — Дай заявка на детальный описаний принцип работа, — попросил он.

Игорь кивнул, вытирая липкие от геля руки о штанины полотняного комбинезона. Он сильно сомневался, что тут смогут собрать что-то, что стоит несколько миллионов за одну единицу.

С повсеместным запахом перегретого масла смешался душок озона от работающего прибора.

Кто-то гулко постучал по чугунной колоне, и все обернулись на звук. Запыхавшийся тизон, которого Игорь в клубах пара и толкучке рабочих не признал, скороговоркой выпалил по-русски:

— Это я, управляющий Даган. — И тут же перешёл на родной язык: — Пропустил вас у приёмника, уже весь извёлся. Спасибо, подсказали, что вы отбыли на электростанцию. Ну что тут? — тревожно спросил он, блестя глазами.

— Порядок. Нашли внутреннюю трещину, вроде ваши могут её заменить без отключения, — поделился успехами Игорь.

Низкорослый тизон просиял.

— Агент Игорь! Колоссальное вам спасибо! — с бьющим через края облегчением выдохнул он. — А я уж представил… Да мы переход на аварийную систему везде обсуждали. А если бы взрыв? Как мы можем вас лично отблагодарить за столь своевременную помощь?

— Дать собрать инфу для экзамена, чтобы день не пропал. Я надеялся уже завтра писать выводы, — проартикулировал Игорь, который тут, на электростанции, вернул в рот пластину Толмача.

— Вы такой скромный! — поразился управляющий. — Не хотите торжественных угощений?

На секунду Игорь представил, как можно затусить с тизонами, но всё-таки отмёл эту идею. И так могут приколупаться за несанкционированный выход, ещё и инструктор как пить дать накапает.

— Надеюсь, Ликург сможет меня проводить в Тотемное управление или к его сотрудникам, если там вдруг уже закрыто, — попросил агент вслух.

— Конечно! Конечно, он всё для вас сделает! — снова просиял управляющий и погрозил Ликургу кулаком, хотя именно тот додумался запросить прибор и даже ультразвуковую составляющую просёк по аналогии. — Я передам вождю лично, как вы помогли, и он отметит вас перед главой агентов, которые постоянно работают на континенте.

— Это лишнее, — искренне возразил Игорь.

Управляющий ушёл чрезвычайно довольный, почти что пританцовывая в пару.

— Тизон с большой сердце, — отметил Ликург по пути в Тотемное управление. — О своя семья думайт не так, как о город и развитие. Я его такой счастливый и не видел никогда!

— Это у него просто велосипеда не было, — пошутил Игорь, вспомнив любимую присказку управляющего, заученную на русском языке для вежливости. Дагана он уже давно мысленно окрестил тизонским Печкиным.

Ликург от души засмеялся и пару раз кивнул. А потом принялся за своё: к нему вернулась страсть нахваливать изобретения:

— Температур подземный источник под электростанций — почти двести градус, греть кровь Шикана в земля, скалы не пускайт свобода. Мы бурить скалы много труб. Делайт турбины. С один конца турбины — горячий пар под высокий давлений, с другой конца — холодный под низкий давлений. Прибор Кир-Кир отработанный пар подавайт в железный ящик, иметь имя «конденсатор». По ящик пропущены трубы, несут холодный вода в себе. Ещё время Кир-Кир подводийт холодные речные воды по — деревянный тогда, чугунный уже — жёлоба в труба. Такие усмиряйт пар Шикана, холодийт его и сжимайт. Пар превращайтся вода, создавайт вакуум — мощность турбина растёт многа раз. Большой гений Кир-Кир! А на валу турбины вертейтся генератор, ток даёт. Много энергия, главный источник город, — ворковал он.

Оба прошли ещё шагов двадцать, прежде чем Игоря вдруг прошиб холодный пот, и понадобилось приложить все силы, чтобы просто продолжить шагать за сопровождающим.

В голове что-то щёлкнуло, вздыбив волосы на руках под полотняным комбинезоном. Сердце провалилось куда-то в недра, а в горле мигом пересохло. И даже цвета вокруг словно бы стали ярче.

Не подавать вида. Шаг одной ногой. Второй ногой. Просто идти.

Просто идти.

Неужели такое возможно?..

Игорю надо было подумать. Срочно отделаться от Ликурга и подумать, а ещё — прийти в себя.