— ...и в итоге отцу пришлось полдня отмывать потолок от этих вьюнков, ругаясь на чем свет стоит, а мама просто сидела рядом и смеялась до слез, — закончила я, с улыбкой глядя на Кайдена.

Его губы дрогнули, словно он действительно собирался улыбнуться в ответ этой нелепой семейной истории, но внезапно воздух в спальне изменился.

Это не было звуком в привычном понимании. Скорее, резким перепадом давления, от которого заложило уши. Пространство вокруг нас неуловимо завибрировало, а по полу скользнула холодная, колючая волна. Волоски на моих руках встали дыбом. Словно где-то глубоко под нами лопнула гигантская, туго натянутая струна.

Я испуганно осеклась, инстинктивно прижимая к груди остывающую кружку, и вопросительно посмотрела на наставника.

Кайден мгновенно подобрался. Вся его недавняя расслабленность испарилась, стертая многолетними инстинктами выживания. Он замер, чуть склонив голову, словно прислушиваясь к чему-то, доступному лишь ему одному. Его ноздри хищно расширились, а зрачки затопила тьма.

— Проклятье, — выдохнул он сквозь стиснутые зубы. Одно короткое слово хлестнуло по нервам хуже удара плетью.

— Что случилось? — мой голос предательски дрогнул. — Наставник?

Кайден резко поставил свою чашку на тумбочку, глина жалобно звякнула о дерево, и попытался встать, но со стоном осел обратно на смятые простыни. Его дыхание снова стало прерывистым.

— Защитные контуры башни взломаны, — глухо произнес он, обхватив правой рукой свое больное левое предплечье, на котором скверна пульсировала, словно в ответ на внешнюю угрозу. — Двери не просто открыли, они сорвали печати. Сюда идет Инквизиция. И они поднимаются по лестнице прямо сейчас.

— Инквизиция?! — я задохнулась от ужаса, вскакивая на ноги. Кружка выпала из моих ослабевших пальцев, глухо ударившись о толстый ковер, и остатки травяного чая растеклись темным пятном. — Но почему именно сейчас? Утром?!

— Похоже лорд Вейн не умеет проигрывать, — процедил Кайден. Его лицо стало пепельно-серым. — Он ударил исподтишка. Отвлек меня вчерашней жалобой ректору, а сам отправил вестника напрямую в Службу Искоренения. Я чувствую Око...

— Око?

— Артефакт абсолютного поиска, — он закрыл глаза, на скулах заходили желваки. — Он реагирует на малейшие эманации Бездны. И он фонит так сильно, что у меня зудят кости.

Меня обдало ледяным ужасом. Я посмотрела на его левую руку. Черные, уродливые вены, не скрытые сейчас ни рубашкой, ни иллюзией, были видны как на ладони. В комнате буквально пахло озоном и жженой плотью - верными спутниками темной магии.

— Накиньте маскировку! — в панике зашептала я, бросаясь к его шкафу в поисках хотя бы плотного камзола. — Иллюзию! Что угодно!

— Я пуст, Элиана, — его голос звучал пугающе ровно, голосом человека, который смотрит в лицо неминуемой казни. — Этот ночной приступ... он сожрал все мои резервы до капли. Я не смогу сплести даже простейший морок, не говоря уже о щите, способном обмануть Око. Они войдут сюда через минуту. Артефакт вспыхнет. И на этом всё закончится.

— Нет! — отрезала я.

Паника, сковавшая меня секунду назад, внезапно отступила, смытая горячей, пульсирующей волной моей собственной магии. Магии Жизни, которая всегда была абсолютным, полярным антиподом Бездны.

В коридоре послышался грохот тяжелых кованых сапог. Они уже были на нашем этаже. Лязгнул замок внешней двери гостиной - они даже не стучали, они выжигали замки магией.

— Элиана, отойди от меня, — приказал Кайден, пытаясь отодвинуться к изголовью кровати. — Если они увидят нас вместе...

— Заткнитесь и не дергайтесь! — рявкнула я с такой силой, что он от неожиданности замер.

Я не стала раздумывать. Шагнув вперед, я забралась коленями прямо на постель, оказавшись вплотную к нему.

— Что ты творишь?! — прошипел Кайден, когда я нависла над ним.

— Прячу вас!

Я с силой толкнула его в грудь, заставляя откинуться на подушки, и мгновенно подалась следом, полностью накрывая его своим телом. Мои руки скользнули по его напряженным плечам, пальцы зарылись в волосы на затылке. Я прижалась щекой к его шее, прямо к тому месту, где вздулась черная вена, и крепко, до хруста в собственных ребрах, обняла его, прижимаясь всем телом.

Он был ледяным, напряженным как струна, и пах горькой полынью. Я чувствовала, как под моей грудью бешено колотится его сердце.

— Откройся мне, — зашептала я ему прямо в ухо, закрывая глаза и собирая всю свою силу в один сияющий комок. — Уберите свои остатки щитов! Пустите мою магию!

Он не успел ответить.

Дверь в спальню распахнулась с оглушительным треском, ударившись о стену.

— Именем Инквизиции! Ни с места! — рявкнул грубый, прокуренный бас.

В этот же миг я отпустила свою магию с поводка.

Она хлынула из меня не зелеными лозами, а чистым, слепящим светом весеннего солнца. Золотисто-зеленая аура абсолютной, первозданной Жизни вспыхнула вокруг нас плотным, непроницаемым коконом. Я буквально укутала Кайдена в свою энергию, вливая её в его кожу, растворяя его ледяной мрак в своем обжигающем тепле. Наши ауры сплелись в такой тугой узел, что я перестала понимать, где заканчиваюсь я и начинается он.

В комнату ворвались трое. Инспектор в сером плаще с серебряным шитьем Инквизиции и пара храмовников за его спиной. В высоко поднятой руке инспектора пульсировал прозрачный кристалл размером с кулак - наверное то самое Око.

Но вместо того чтобы налиться багровым цветом Бездны, кристалл отреагировал на мой выброс магии. Он вспыхнул ослепительным, чистейшим золотым светом Жизни, заливая комнату сиянием, от которого инспектор инстинктивно зажмурился и отшатнулся назад, едва не сбив своих же людей.

— Какого дьявола... — ослеплено пробормотал инспектор, пытаясь проморгаться и вглядываясь в полумрак спальни.

То, что он увидел, когда его глаза привыкли к свету, заставило его подавиться собственными словами.

Огромная, смятая кровать. И на ней - грозный, внушающий ужас всей Империи наследник Де Валь, придавленный к подушкам взлохмаченной, тяжело дышащей девчонкой. Моя мантия сбилась, обнажая плечо, руки намертво обвивали его шею, а наши лица были так близко, что со стороны это выглядело как прерванный на самом интересном месте страстный, дикий поцелуй. Более того, воздух в комнате буквально гудел от зашкаливающей энергетики, которую любой неопытный маг принял бы за чистую, концентрированную страсть.

Пальцы Кайдена, секунду назад безвольно лежавшие на простынях, внезапно ожили. Его правая рука собственнически, жестко легла мне на талию, прижимая еще ближе к себе.

— Вы бессмертный, инспектор? — голос Кайдена прозвучал низко, хрипло и настолько угрожающе, что даже я вздрогнула. Это был идеальный, безупречный тон разъяренного хищника, которому помешали.

Инспектор Инквизиции, суровый мужик со шрамом на щеке, внезапно покрылся густым, пунцовым румянцем. Он опустил свой бесполезно сияющий золотом кристалл и нервно сглотнул, переводя взгляд с перекошенного от гнева лица магистра на мою пылающую щеку.

— Магистр Де Валь... — пробормотал инспектор, пятясь к выходу. Вся его инквизиторская спесь улетучилась, сметенная неловкостью ситуации и угрозой в голосе аристократа. — Приношу... глубочайшие извинения. У нас был анонимный донос о всплеске энтропии в вашей башне. Но Око... Око показывает лишь аномально высокий фон магии Жизни.

— Вы врываетесь в мою личную спальню на рассвете, выламываете двери, чтобы сообщить мне, что в моей башне слишком много магии? — Кайден приподнял бровь, и его пальцы на моей талии сжались сильнее, посылая по моему позвоночнику электрический разряд. — Или вы хотели лично свечку подержать?

Храмовники за спиной инспектора смущенно опустили глаза в пол.

— Ради всех богов, простите, магистр! — инспектор начал торопливо кланяться, отступая в коридор. — Произошла чудовищная ошибка. Мы немедленно покинем башню. Возместим ущерб за дверь, мы... мы выпишем чек. Еще раз простите!

Дверь захлопнулась с такой поспешностью, словно за ними гнались демоны. Послышался торопливый, удаляющийся топот сапог, а затем всё стихло.

Мы остались одни.

Я всё еще лежала на нем, вжимаясь в его грудь. Мое сердце билось где-то в горле, дыхание сбилось, а магия, всё еще окутывающая нас обоих золотистым сиянием, медленно затухала, втягиваясь обратно под кожу.

Только сейчас, когда адреналин начал отступать, я в полной мере осознала весь масштаб катастрофы. Я сидела верхом на своем строгом, смертельно опасном наставнике, прижимаясь к нему так тесно, что чувствовала каждый изгиб его твердого тела под тонкой тканью брюк. Его лицо находилось в жалких сантиметрах от моего. Я чувствовала на своих губах тепло его сбитого дыхания.

Его рука всё еще лежала на моей талии. Горячая, сильная, она обжигала даже сквозь ткань мантии.

Я попыталась отстраниться, мои щеки вспыхнули ярче любого Ока Инквизиции.

— Они... они ушли, — прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза, и уперлась ладонями в его грудь, чтобы подняться.

Но Кайден не отпустил.

Его пальцы на моей талии скользнули чуть выше, удерживая меня на месте. Я замерла, вскинув на него испуганный взгляд.