— Кого надо? — открыла дверь непрезентабельного, но все же двухэтажного дома неприветливая толстая тетка.

— А м-мастер Альвир здесь живет? — неуверенно поинтересовалась я.

Дверь молча захлопнули. Я еще раз сверилась с написанным завучем адресом — вроде ничего не напутала. И что теперь делать? Пока я мучилась этим извечным вопросом, дверь снова открылась, и на этот раз на пороге дома стоял мастер Альвир.

— Что тебе здесь нужно? — хмуро поинтересовался он.

— Мастер Кайден велел передать, что через час после обеда у четвертого курса боевая подготовка совместно с нами и что вам нужно к этому времени быть на полигоне, — выпалила я на одном дыхании, опасаясь, что тот снова захлопнет дверь, так и не дослушав. — Фу-у-ух.

— Нет у них на сегодня никаких занятий, — еще больше нахмурился мужчина. — Я вчера специально проверял.

— Его только сегодня назначили, — опустила я взгляд. — Это из-за нас, в смысле из-за турнира. Извините, что испортили вам выходной.

— Ладно, жди здесь.

Дверь снова захлопнулась, но теперь я совершенно не переживала по этому поводу. Послание передала, а дальше пускай мастер сам с завучем разбирается.

Довольно быстро Альвир вышел из дома переодетым и кивнул мне в сторону центральной улицы. Минут пять мы шли молча, после чего мастер неожиданно заговорил первым:

— Ты извини, что в дом не пригласил. Я ведь только комнату снимаю, а хозяйка, если девушку на пороге увидит, сразу вопить начинает как потерпевшая, что у нее не бордель и мои девки ей в доме не нужны. Как будто по делу ко мне только мужчины могут прийти.

Я понимающе усмехнулась.

— Ничего, главное, что позвала вас, а то я аж растерялась, когда она дверь захлопнула. Мастер, можно вопрос?

Альвир удивленно покосился на меня, но кивнул.

— Что такое нашествие первой категории?

Мужчина споткнулся и на миг замер на месте, внимательно глядя на меня.

— Если не хотите, не отвечайте, — пошла я на попятную. — Мне просто интересно.

— Есть хочешь? — неожиданно поинтересовался мастер.

— Ну… да, — растерялась я. — Обед же скоро. Сейчас в академию придем и в столовую пойду.

— Пошли поговорим, — продолжил удивлять меня Альвир и свернул на боковую улицу.

Ни в какие подозрительные проулки мастер завести меня не пытался, но куда мы идем, я поняла только когда мы туда пришли. Это была вторая городская корчма. Альвир подошел к стойке, негромко переговорил с хозяином, положил на прилавок перед ним монету и получил что-то взамен. Я все это время переминалась с ноги на ногу у входа, не зная как себя вести. У Шрама везде были чистота и порядок, хотя и без изысков, а это место больше напоминало притон. Мастер вернулся ко мне и кивнул на боковую лестницу, ведущую на второй этаж.

Отперев дверь одной из комнат, он первым вошел внутрь, а я застыла на пороге, не понимая, что происходит. Почти половину тесного помещения занимала полутораметровой ширины кровать, перед которой стоял массивный сундук с лежащим на нем запирающим амулетом. Возле окна ютился небольшой столик с двумя стульями.

— Заходи, сейчас еду принесут. — Мастер уселся на один из имеющихся стульев, жестом приглашая меня занять второй.

— И зачем мы сюда пришли? — поинтересовалась я, нервно косясь на кровать.

— Поговорить. — Мастер проследил за моим взглядом и предложил: — Располагайся, если хочешь.

— Спасибо, я лучше на стульчике.

Альвир удивился моей реакции, но комментировать не стал.

— Я рад, что ты сама заговорила об этом. Мастер Кайден советовал мне рассказать тебе о том, что произошло, а я как-то не особо представлял себе подобный разговор, тем более что сам не понимаю, зачем это нужно. Но он очень настаивал…

Мужчина умолк, а я предположила:

— Может, считает, что я смогу чем-то помочь. Он думает, что я королевский соглядатай.

Альвир отшатнулся, взгляд его стал настолько испуганным, что я поспешила заверить:

— Он ошибается, но доказать я ничего не могу. Голову ж я ему свою не приставлю.

И только произнеся это вслух, я поняла, что не права. То есть голову, конечно же, приставить нельзя, но показал же он мне свои ощущения после лечения. Нужно расспросить Кайдена об этом заклинании, а то как бы он меня со своей идеей фикс в крупные неприятности не втянул. Мне и мелких хватает, в которые я самостоятельно влипаю.

Мастер довольно долго молчал, сомневаясь, стоит ли продолжать разговор в свете последней информации. Но я ведь и не просила его о себе рассказывать, просто хотела понять, что это за нашествие такое.

— А нашествие это страшнее, чем несколько тысяч гоулов? — попробовала я найти точку соприкосновения с собственным опытом в этом мире.

Альвир растерянно посмотрел на меня и ответил вопросом на вопрос:

— Это правда, что все, кто дрался против меня на уроке в тот раз, маги-практики или мастер Кайден решил так мое самолюбие пощадить?

— Чтобы Кайден и чье-то самолюбие щадить стал⁈ Вы сами-то в это верите? — поинтересовалась я. Мастер неопределенно дернул плечом в ответ. — Я точно не знаю насчет магов-практиков, но нам так архимаг Элтар сказал. Еще у эльфов, когда после боя всем было не по себе.

— То есть вы действительно участвовали в бою вместе с эльфами? — уточнил мужчина.

— Да. И нас за это даже наградили. А еще Повелитель эльфов сказал, что это сыграло ключевую роль в победе.

Альвир так недоверчиво посмотрел на меня, что я поспешно пояснила:

— Не в смысле наших магических возможностей, мы тут почти ничего не сделали. Но видя, что в бой идут люди, более того — дети, пришло очень много ополченцев и это стало решающим фактором. Хотя мне еще и спасение их Владыки до кучи приписали. Говорят, со стороны геройски выглядело, а в действительности я просто подумать, перед тем как на выручку бросилась, не успела, и эльфы меня саму спасали. Ну, так что, расскажете про нашествие? Можно не про то, в котором сами побывали, если вам про него вспоминать неприятно, просто в общих чертах.

— Значит, правду говорят, что ты призванная? — снова не ответил он на мой вопрос и пояснил: — Раз вообще про нашествия не знаешь.

Я кивнула. В этот момент в дверь постучали и после разрешения входить расставили на столе тарелки с едой и две кружки с горячим отваром.

Готовили здесь иначе, чем у Шрама, но не сказать, чтобы плохо. Еда была более жирной и без специй, хлеб из муки более грубого помола, но свежий, овощи нарезаны не в виде салата, а просто крупными дольками. Все это мне что-то неуловимо напоминало, но я никак не могла понять, что именно.

— Расскажешь про свой мир? — прервал молчание Альвир, когда мы уже съели примерно половину содержимого тарелок.

Я хотела спросить, что именно его интересует, но передумала.

— Не-а, теперь ваша очередь. Я вам про эльфов уже рассказала, а вы мне про нашествие нет.

— Да тут и рассказывать по сути не о чем. Что такое нестихийная угроза знаешь?

Я отрицательно помотала головой, поскольку рот в это время был занят.

— Вся опасность, исходящая от живых существ. То есть даже взбесившая кошка или собака, напавшая на человека, тоже сюда относится.

— А если человек на человека нападет?

— К разумным расам применяются не классификации, а законы.

— Ясно.

— Так вот, нестихийная угроза есть всегда и везде, где можно встретить что-то живое. Но если живое агрессивно, то это уже опасность, и места, где агрессивные животные встречаются довольно часто, отнесены к опасным зонам. Это все земли за границей обжитых земель и некоторые очаги в Остии.

— Например, Острый хребет?

Мастер вздрогнул, но все же ответил:

— Да.

— Извините, я молчать буду, вы только дальше рассказывайте.

— Ты знала, что я служил у Острого хребта? — поинтересовался мастер.

Я отрицательно помотала головой и пояснила:

— О нем наемники говорили в корчме, а я слышала.

— Да, там промышляют несколько групп, — подтвердил Альвир, — только рисковое это дело без мага.

Я хотела спросить ходит ли он с какой-то группой, но вовремя прикусила язык — обещала же молчать.

— Так вот, опасная зона — это место, где довольно высок риск в любой момент столкнуться с агрессивно настроенным живым существом. Во время нашествия же этот риск перерастает в неизбежность. Если на один квадратный километр приходится не более одной агрессивной особи — это третья категория, если от двух до пяти — вторая, а если больше — первая. Площадь, которую покрывает нашествие, тоже бывает разной.

— А что такое волны? — спросила я, поняв, что мастер закончил рассказ.

— Разные животные двигаются с разной скоростью и постепенно разбиваются на несколько групп, между которым образуется затишье. Для нашествия первой категории затишье — это аналог третьей категории. И в нем последней волной идут бестелесные, от которых невозможно укрыться. Говорят, от них даже абсолютник не спасает.

Я открыла рот, чтобы задать еще один вопрос и молча закрыла — не стоит бередить человеку рану.

— Хочешь еще что-то спросить? — понял Альвир.

— Да, — призналась я. — Но это уже про ваше прошлое, так что вы, наверное, не захотите отвечать. Вы знали, что попали в первую категорию?

— Да.

— Тогда какой смысл был прятаться в пещерах?

— Там можно забаррикадироваться и переждать первые волны.

— А какой смысл пережидать первые, если нельзя спастись от последней?

— Это шанс дождаться помощи.

— Если она знает, где искать, — пробормотала я, понимая, что Альвир был абсолютно прав, уйдя за спасательной группой. — Погодите-ка, а что вообще можно сделать, если от этих, которые бестелесные, даже абсолютник не помогает?

— В спасательной группе два телепортиста уровнем не ниже магистра, задача остальных довести их до места, а они открывают разовый портал и всех эвакуируют.

На какое-то время я задумалась, после чего нашла еще одну нестыковку.

— А у вас телепортационного амулета не было?

— Скажешь тоже. Хотя ты же, наверное, не знаешь, что я в разведывательно-добывающей группе служил. Амулетов только на группы зачистки хватает. Когда есть возможность, еще боевым выдают, но не чаще одного раза в год. А наше дело смотреть, подбирать по дороге все полезное и ни во что не ввязываться.

— Странно. Мастер Кайден считает вас хорошим боевым магом. Я думала, вы в каком-нибудь спецподразделении служили.

Альвир рассмеялся.

— Нет ничего странного, я же только три года прослужил.

— И что? — не уловила я взаимосвязи.

— Первые пять лет все боевые маги служат в таких отрядах, а после тех, кто хорошо себя зарекомендовал, разбирают командиры боевых групп. В группу зачистки сразу после пятилетки попасть практически нереально — там такие требования по боевому опыту, что нужно что-то особо выдающееся совершить, чтобы тебя сразу после РДГ забрали.

Я не сразу сообразила, что это сокращение от разведывательно-добывающей группы.

— Мастер, а группа из скольких магов состоит?

— Из двух магов и командира-гвардейца. Но второй маг или травник или алхимик. Его задача — собирательство, моя — разведка и безопасность группы, а командир составляет график выходов, намечает маршрут и принимает решения в зависимости от результатов разведки. — Альвир на миг умолк. — Для гвардейцев, как и для нас, это что-то вроде производственной практики.

Я помотала головой — вот же у меня переводится иногда.

— Ладно, я уже запуталась. Доучусь — узнаю. Так что вы хотели спросить о моем мире?

— У вас там все летают так, как вы на турнире?

— С чего вы это взяли? — удивилась я.

— Моя группа подошла к Эрху после окончания и попросила с ними дополнительно позаниматься. У них последний год левитация, как отдельный урок, а они предпоследнее место заняли. Он сказал, что это ты ребят так летать научила, и рекомендовал к тебе обратиться.

Судя по тому, как замялся мужчина, вид у меня был очень удивленный. Ну, Эрх, ну учудил.

— В мое мире вообще не было магии. А летать я случайно научилась сама, и это оказалось немного не так, как обычно учили.

— Немного? — скептически хмыкнул мастер.

— Да. Я ведь летаю далеко не так хорошо, как Эрин, то есть основы я показать могу, но это не дает явного преимущества. Дальше каждый сам должен почувствовать полет.

— Ясно. Глупо было надеяться, что кто-то поделится такими знаниями.

Я вздохнула и решила не упираться. Покажу разок, а дальше смогут — полетят, не смогут — их проблемы. Заодно ребята с горки покатаются.

— Ладно, давайте после боев сегодня на левитационной площадке потренируемся. Только мне ваша помощь понадобится.

— Вряд ли я смогу помочь, — отвел взгляд мужчина и признался: — У меня проблемы с левитацией.

— Но закончили же вы как-то академию, — растерялась я.

Альвир на миг зажмурился, было видно, что ему не по себе. Я уже хотела пояснить, что от него летать не потребуется, когда он заговорил:

— Я действительно виноват в гибели группы. Меня не спрашивали на допросах, почему задержался в пути, и я не говорил. Никому не говорил до этого момента, даже Кайдену. Особенно ему — он в меня поверил, от смертного приговора спас. Я старался делать все, чтобы оправдать его надежды, и чтобы больше никто и никогда не платил за мои ошибки своей жизнью. Но теперь, когда от меня зависят эти ребята… Я не представлял, как смогу быть куратором такой группы, но они сами пошли мне навстречу и я не хочу, чтобы у них были проблемы.

Вот спрашивается, кто меня за язык тянул с этими нашествиями? У Элтара потом спросить не могла? Теперь сижу и слушаю откровения боевого мага. Вроде и в исповедники не нанималась, но и обрывать теперь как-то… А мастер тоже хорош, поверил на слово, что я не соглядатай и душу изливать принялся. Доверчивый сверх всякой меры, да еще и легко внушаемый судя по всему. Однако вслух я ничего этого не сказала.

— Влип я по дороге здорово, — продолжил Альвир, — заглоту попался. Сам-то заглот не проблема, канительно только, но пока возился, пара ревунов на меня вышла, тут уж туго пришлось. Потрепали меня знатно, пришлось несколько часов в овраге под регенерацией отлеживаться. Пока более-менее в себя пришел звезды уже показываться начали, я и решил по темноте верхами пролететь, чтобы быстрее было, время-то потерял, пока отлеживался, того и гляди вторая волна пойти должна. Дурацкая идея была. На руха я нарвался. Последнее, что помню, как падаю вниз и пытаюсь его веером смерти ударить, а он на меня сверху пикирует. Очнулся — уже светло. Руха плетуны на деревьях жрут, а мне даже дышать больно — еле смог на себя обезболивающее кинуть. Когда отпустило, осмотрелся и понял, что бывают чудеса на свете — мало того что я на молодую паутину попал, которая порвалась, падение затормозив, так еще и на брошенный муравейник приземлился. До чистой зоны добрался через полдня. Это ее в гарнизоне так называют. Там речка небольшая петлю вокруг него километрах в десяти делает, и до этой речки постоянно разные отряды ходят, так что там ничего серьезного уже не встречается, так, мелочевка шальная. В этой зоне новичков натаскивают, да собиратели иногда приезжают. Переправа через речку в одном месте есть, но обычно все просто перелетают. Пока над водой летел, все нормально было, но со стороны гарнизона берег и так крутой, а на нем еще кусты. Я даже представить себе не мог, что так бывает, но как только выше метра поднимаюсь, летунец просто исчезает. Вот и летаю я теперь над самой землей — не боевой маг, а сплошное недоразумение.

Я честно попыталась вспомнить, на какой высоте он летал в нашем бою, но не смогла — не до этого в тот момент было.

— И вы вините себя в гибели группы из-за того, что разучились летать и не могли выбраться из реки? Вы до переправы добирались?

— Да. — Альвир хмуро разглядывал пустую тарелку.

— Но после всего случившегося вы все равно пошли со спасательной группой?

— Я что, их бросить должен был? — вскинулся мужчина.

Какое-то время я смотрела на него, обдумывая ответ.

— Знаете, мастер, я не могу говорить за других людей, но могу сказать за себя. И если бы я попала с вами под нашествие, и вы пошли за помощью… — на миг я умолкла, не будучи уверенной, что имею право говорить ему это, но если уж начала, то нужно идти до конца, — я бы вас не бросила и мы прорвались бы к гарнизону вместе.

Судя по тому, как застыл в немом изумлении Альвир, с этой стороны он на ситуацию никогда не смотрел.

— А если бы на моем месте был Кайден? — неожиданно спросил мужчина.

— Тем более, — улыбнулась я. — Он хоть и вредный тип, но наш. Я с вами драться полезла, ради того чтобы он в академии остался, а до этого с королевским архимагом поругалась, когда Кайдена из-за моего ожога выгнать собирались. — Я хитро прищурилась и добавила: — С Лисандром страшнее было.

— Кайден из-за этого тебе разрешает себя просто по имени называть?

— Не то чтобы он разрешает, просто не всегда одергивает. Я ведь не хочу его этим оскорбить или как-то унизить, просто путаюсь. Причем на уроках не путаюсь, а в остальное время — когда как. Он же и дома у Элтара бывает и на бал мы с ним ходили, в общем, у меня в голове сплошная каша….

— Что у тебя в голове? — удивился мужчина.

— Не важно. Пойдемте лучше в академию, а то мне совершенно не хочется объяснять мастеру Кайдену где нас двоих демоны носят.

Альвир усмехнулся и, поднявшись, кивнул на дверь. Когда спустились вниз, он снова подошел к корчмарю, возвращая ключ от комнаты.

— Что-то вы сегодня быстро, — подмигнул тот.

— Ты меня не видел.

— Как скажете, — согласился хозяин заведения.

Альвир оглянулся на меня и добавил:

— Ее тоже.

— Мало ли какие девушки заходят отвару попить, всех не упомнишь.

А я, глядя на обедающих в углу крестьян, наконец, поняла, что мне напоминала еда — летнюю практику. Именно так нас кормили в деревнях. И тут я заметила еще одну странную вещь — ни одно из пятен на столах не накладывалось на другое. Чтобы за много лет, да на то же место что-то не пролили? Вот это маркетинговый ход! Корчмарь специально создавал имидж «дешевой забегаловки», рассчитывая на приезжих селян, которые надеялись, что в таком заведении будет действительно дешевле.

— Ты что тут увидела? — поинтересовался подошедший Альвир, осмотрев столешницу и не найдя в ней ничего интересного.

— Ничего, просто вас жду, — решила я не заморачивать ему голову, и мы отправились в академию.