Утро началось с уже привычного громкого «Подъем!». Вот чего я вчера жаловалась? Так ведь хорошо поспать было. Выходили на разминку вяло, но архимаг в конце снова устроил полушуточный бой против всех нас, и азарт сделал свое дело. Я была несколько рассеяна, постоянно возвращаясь мыслями ко вчерашнему дню. Нет, не к балу, хотя мне и понравились танцы с эльфами, а к странному острову посреди озера. Меня неудержимо тянуло туда, и не было никакой возможности уйти, ничего не объясняя остальным.

Маг завтракал неспешно. Это было так непривычно, что мы смотрели на него как на чудо природы.

— Что? — наконец не выдержал Элтар.

— Ты такой расслабленный и не спешишь, -пояснила я. — Необычно

— А я вам не сказал?

— Не сказал что? — почти хором насторожились мы.

— С утра все отдыхают после бала, во дворце почти никого сейчас нет, и занятия у юного повелителя тоже сегодня только после обеда.

— Так зачем ты нас в такую рань поднял⁈ — возмутилась я.

— Да? — почему-то обрадовался Марек и дальше все стало ясно: — А можно мы тогда в школу гвардейцев сходим на их тренировку посмотреть? Нас вчера Агир приглашал, он там учится. Вообще-то у них тоже сейчас каникулы, но некоторые остались в казармах и тренируются. Они ведь только немного старше нас, а еще там полоса препятствий есть, и он сказал, что попросит, чтобы нам ее пройти дали и…

— Все-все, я уже понял, — прервал этот фонтан разрозненной информации архимаг. — Идите, если хотите.

— Только туда девчонок не пускают. Совсем, — виновато посмотрел на нас мальчишка.

— Почему? — удивилась Рами.

— Не знаю.

— И что же мне делать? — расстроилась малышка.

— Пойдем со мной к ректору. Он хотел проверить у тебя баланс силы и уровня и снять рисунок ауры, — предложил маг.

— А это не больно? — испуганно посмотрела на него наша общая любимица.

— Ни капельки. И я же с тобой буду, я тебя в обиду не дам.

— Тогда пойдем, — девочке явно нравилось такое внимание к ее способностям.

— Таль, ты не обидишься? Найдешь чем заняться? — на всякий случай уточнил Элтар, хотя все уже все для себя решили.

— Все нормально. Я погуляю пойду, если вы не против.

Конечно же, они не были против. Даже если кому-то взрослому с медальоном архимага и не понравилась моя идея, он предпочел помолчать, после того как меня все бросили. Я быстро собралась и ушла первой.

Вчера от дома я брела, не выбирая дорогу, а возвращалась, не запоминая ее и просто двигаясь к центру города. В результате сегодня я очень смутно представляла, как найти заветное озеро, а спрашивать боялась из-за предупреждения Тэля. Но озеро — это все же не колодец, так что, даже примерно двигаясь в нужную сторону, я к нему вышла, хоть и в другом месте. Берег прошлый раз был заметно ближе.

Главная проблема заключалась в том, что каменную дорожку и так нелегко найти, а если начинать искать где попало, можно не найти совсем. Пройдя вдоль городской черты и постояв у двух соседних одинаково показавшихся мне знакомыми проходов, я двинулась к берегу. Разувшись и закатав штаны, зашла на три шага в воду и начала внимательно ощупывать дно босыми стопами, медленно продвигаясь вперед. Когда вода дошла уже до колена, и я думала поворачивать обратно, дно начало повышаться и еще через несколько шагов под ногами оказалась знакомая твердость присыпанного песком камня. Дорожка вела в обе стороны, так что с проходом я не угадала.

Оглянувшись на город, запомнила свое расположение и пошла вперед. Ноги старалась ставить осторожно — повторять вчерашнее купание в одежде не хотелось. Остров встретил меня шелестом листвы и теплым порывом ветра. Знакомая тропинка ожидаемо вывела на поляну с небольшим водопадом. Тэль сидел все на том же камне, но на этот раз лицом ко мне.

И только увидев его, я вдруг осознала, что меня сюда никто не звал. Более того, вчера мне прямым текстом сказали, что сюда никто не ходит. Я замерла на краю поляны, не зная как быть.

— Я рад, что ты пришла, — значительно окрепшим голосом поприветствовал меня эльф. — И ты замечательно танцевала вчера.

— Так все же это ты был на балконе, — обрадовалась я не столько подтверждению догадки, сколько тому, что меня не прогнали.

— Да. Но откуда ты знаешь? Ты не могла меня видеть, я был под заклинанием, а разница в уровнях слишком велика.

— Я сама не знаю, что я видела. Просто какое-то движение, как будто мелькнул темный балахон.

Тэль задумался, чуть склонив голову на бок.

— Понял — занавесь, — через несколько минут сообщил он.

— Какая занавесь? — опешила я.

— На балконе проходы завешаны темной тканью. Вот ее движение ты и увидела, когда я уходил. Невидимость ведь не делает меня бесплотным. Но все же приятно, что ты подумала обо мне.

— Да я все время о тебе думала, пока танцевала. Это ведь ты меня научил. А невидимость — это какого уровня заклинание?

— Шестнадцатого.

— Ого! — выпучила глаза я. — А какой же у тебя уровень?

— Восемнадцатый.

— А резерв?

— Тебе зачем? — подозрительно поинтересовался эльф.

— Сравню с Элтаром и буду знать, к чему стремиться.

— Не скажу. Стремись к недостижимому, а мне лучше расскажи, понравился ли тебе бал.

— Понравился. Особенно когда я сообразила, что на два танца можно к фуршетному столу прятаться. А то у меня уже фантазии не хватало, чтобы господам эльфам отказывать так, чтобы и не обидеть, и не признаться, что только первый танец знаю.

— Будем учить второй?

— А можно?

Тэль встал и протянул мне руку.

— Этот танец сложнее, но можем попробовать.

— У него тоже есть какой-то смысл?

— Конечно. Инавар — танец жизни, с ее разлуками и встречами, радостями и печалями, взлетами и падениями. Каждый думает о чем-то своем, и у каждого этот танец получается чуть по-разному, хотя канва у всех одна. Нельзя прожить чужую жизнь, прочитав о ней в книге, но и твою жизнь не может прожить кто-то другой.

— Этот танец тоже нужно чувствовать, а не просто танцевать, да?

— Да. Можно и просто танцевать, но это будет не совсем тот танец.

— Я уже поняла это.

Мы снова стояли в центре поляны, и на этот раз Тэль показывал и рассказывал значительно больше про каждый элемент. Прежде чем пытаться сделать его, мне предлагалось вспомнить что-то, вызывающее определенные эмоции: тревогу, разочарование, душевный подъем, радость, страх, печаль и множество других. Когда мне казалось, что я нашла подходящее воспоминание из своей жизни, я пыталась исполнить элемент. Иногда Тэль меня останавливал, говоря, что это не то. Иногда приходилось повторять множество раз одно и то же, добиваясь совпадения физических движений с духовным наполнением. Эльф считал, что этот танец будет тяжело даваться мне из-за небольшого пока жизненного опыта.

Когда нужно было вспомнить самый страшный момент, я задумалась. Мастера Кайдена и нападение Лэйра отвергла сразу. Первого я уже давно не боялась, в чем-то даже уважая, а второго не успела толком напугаться и скорее презирала. То, что меня собирались отчислить из академии, затерлось воспоминаниями о хороших отношениях с ректором и его доверии. Нападение в ночном лесу? Да, оно было страшным, но я смогла дать отпор даже тогда, а сейчас смогла бы и подавно. И тогда я вспомнила, как вампир принес умирающего Элтара, а я ничем не могла помочь другу.

Шаг назад, руки скрещиваются ладонями перед лицом, и я смотрю поверх них на Тэля, а вижу своего израненного друга.

— Что же ты пережила, девочка? — удивленный и растерянный эльф подошел и, обхватив своими руками мои ладони, опустил их так на уровень груди.

— Беспомощность.

— Так вот чего ты боишься. Это правильный страх для мага. Так должно быть, — с минуту он стоял рядом и продолжал удерживать мои руки, прежде чем предложил: — Продолжим?

Следующее затруднение вызвал у меня самый счастливый момент в жизни.

— Тэль, а это обязательно момент во времени должен быть или просто что угодно, просто чтобы я от этого была счастлива?

— В принципе, что угодно. Расскажешь?

— То, что я в этом мире.

— В смысле то, что ты вообще родилась? — не понял эльф.

— Нет. То, что меня сюда заклинанием затянуло. Мне даже представить страшно, что я могла остаться в своем мире и никогда не стать магом. То, что я попала сюда, то, что мне разрешили поступить в магическую академию, то, что с нами возится Элтар и даже моя вражда с завучем, это не просто счастье — это чудо, на которое я не могла даже надеяться.

— Ты не из этого мира? — недоверчиво уточнил Тэль.

— Да. Это плохо?

— Нет, это замечательно! — подозрительно сильно обрадовался мой знакомый. — То есть это для меня очень важно. Извини, я не хотел бы пока об этом рассказывать.

— Ну не хочешь и не надо. Если интересно, могу про свой мир рассказать. Надо же мне тебя хоть как-то отблагодарить.

— Устала? Может перерыв сделать?

— Нет, давай сначала с танцем закончим.

— Давай. Опустишь в воду ноги, и пока она снимает усталость, расскажешь мне что-нибудь.

Мы разучивали танец еще часа полтора. Я под конец действительно сильно устала и не только физически, но и эмоционально. Благоприобретенная упертость не позволяла отступить, так что Тэль сам решил, что на сегодня хватит и увел меня отмокать в водной чаше. Для удобства сидения на берегу он наколдовал что-то вроде полупрозрачного кресла, заслужив мою искреннюю благодарность.

— Так про что тебе рассказать?

— А что ты знаешь? — встречно поинтересовался эльф.

— Поверхностно — очень многое. У нас там были телевизоры. Это такие приспособления, которые показывают что-то, что происходит далеко.

— Магия? А почему ты не могла стать магом?

— Нет, — покачала я головой, — это не магия, это техника. В одном месте человек при помощи устройства записывает на накопитель информации то, что происходит вокруг. Потом этот накопитель вставляют в еще одно специальное устройство, и оно передает изображение на приемники — те самые телевизоры.

— Но ведь это и есть магия.

— Нет. Там без устройств в принципе нельзя, а магия — это вот как ты мне кресло сделал — только собственными усилиями.

— Хм, — задумался Тэль. — А можешь мне показать свой мир?

— Как?

— Иллюзию создай.

— Я еще не умею, но обязательно научусь и потом покажу.

Тэль сидел на камне и молча смотрел на меня, опершись подбородком на переплетенные пальцы рук и о чем-то глубоко задумавшись.

— Мне, наверное, пора, — осторожно намекнула я.

— Да, скоро уже обед. Вы опять с юным повелителем на занятия пойдете?

— Да, а ты откуда знаешь?

— Я все знаю.

— Ты случаем не бог?

— Кто? — заинтересовался Тэль.

— В другой раз расскажу. Спасибо за танец и за то, что не прогнал. У тебя замечательный остров.

Он снова остался стоять у кромки деревьев, а я ушла по каменной дорожке, не оглядываясь.

В обед мальчишки прямо-таки захлебывались новыми впечатлениями, так им понравилось на полосе препятствий, хотя они ее и не сумели пройти до конца. Элтар тоже остался доволен результатами первой половины дня, а Рами просто нравилось везде ходить с архимагом. Ей еще и надавали целую кучу лакомств, которыми она теперь гордо делилась с остальными.

Я тоже сообщила всем, что отлично погуляла, только ноги немного устали. Хотя, к моему удивлению, большую часть усталости вода в каменной чаше действительно сняла.

Занятия у нас с юным повелителем были теперь каждый день одни и те же, отличаясь только порядком. Сегодня первой шла история, за ней магия и в конце фехтование. Мальчишки уговорили Тара, чтобы он завтра после обеда сводил нас уже полным составом на полосу препятствий в школу гвардейцев. Юный повелитель так загорелся этой идеей, что сразу стало ясно — сам тоже туда полезет.

Ужинали мы на кухне у тетушки Лиры, умудрившись всемером под одобрительными взглядами поваров съесть двух куриц и целый тазик вкусного овощного салата. Да уж, на аппетит юные маги не жалуются. Разбалуемся здесь, как потом в академии выживать будем — не понятно.

После ужина снова пошли к лошадям, позвав Элира открыто идти рядом.

— Мое присутствие не мешает вам, юный повелитель? — на всякий случай уточнил тот.

— Нет. С чего ты это взял?

— Многие не любят видеть свою охрану.

— Но я же все равно знаю, что ты рядом, — откровенно удивился Тар. — Если хочешь, можешь просто с нами ходить и не прятаться. Или у вас так положено?

— Это не определено, но мы стараемся не досаждать присутствием охраняемым. Если вы позволите открыто находиться рядом, это значительно облегчит мою работу.

— Значит договорились, — подвел итог Тар. — А не знаешь где в городе пряники купить можно?

— Сейчас?

— Через пару часов.

— Хорошие — так поздно нигде, проще будет вернуться во дворец и на кухне взять.

— Кстати о пряниках и эльфах, которые знают где их брать, — воспользовалась подходящим моментом я. — Лиса завтра с собой на полосу препятствий позовем?

— А как же! Не одному же мне позориться, — решил Тар.

Ради пряников, а точнее похода к дядюшке Борху, для которого и понадобилось угощение, тренировку по верховой езде мы сегодня значительно сократили. Однако, результаты все равно радовали — шагом проехаться могли уже все. Рамина и Эрин при этом довольно уверенно держались на пони, остальные пытались как-то договориться с полноразмерными лошадьми.

К домику сторожа подошли уже в сумерках, постучали и замерли в ожидании. Открывший дверь дядюшка Борх был немало удивлен нашим поздним появлением, но одновременно и рад гостям. Достать чашки и поставить чайник ему помог Элир. Рамина тоже рвалась поучаствовать, и ей с самым серьезным видом поручили выкладывать пряники на большую тарелку.

Сегодняшний рассказ сторожа был о более древней битве, когда эльфы сражались с вампирами. Случилась она примерно два тысячелетия назад. По его словам выходило, что мира между этими расами не может быть никогда. Молодые вампиры убивали эльфов, эльфы убивали агрессоров и мстили вампирским кланам. Злоба и ненависть копились столетиями, пока не пролились на землю кровью воинов. В той войне погибли очень многие, и был заключен мир, и были назначены охотники из числа обеих рас.

Это были те, кто карал своих же сородичей, преступивших черту. Тех вампиров, что шли убивать эльфов, выпивая их досуха, и тех эльфов, что никак не могли насытиться старой местью, продолжая разжигать ненависть. Эльфы-охотники не убивали вампиров, вампиры-охотники не убивали эльфов, они следили только за своими. И постепенно вражда начала стихать. Она не исчезла, тлея в душах долгоживущих рас, но выражалась уже в нежелании общаться, а не в желании уничтожать. Это были странные истории о сильных воинах и диких традициях.

— А говорят, у черного доктора в предках вампир был, поэтому у него волосы черные, — заговорщицким тоном сообщил Тар.

— Может и был, — пожал плечами Борх.

— Да кто ж в это поверит, если такая вражда была? — усомнился юный повелитель в только что выдвинутой им же версии.

— А если бы тебе месяц назад сказали, что ты мне пряники носить будешь и в компании с людьми истории всякие слушать, поверил бы?

Тар подумал и отрицательно покачал головой.

— Про пряники, может еще и мог бы, но про людей — точно нет. Ведь столько лет их сюда не пускали.

— То-то и оно. А в жизни всякое бывает. Не расскажете мне, как получилось, что вы в Мириндиэль попали?

И мы рассказали еще и ему. А заодно Элир узнал, насколько случайным было его спасение, и поклялся поставить бутылку хорошего вина разговорчивому стражу из оцепления. В общем, довольны остались все. Точнее все, кроме Элтара, который зло посмотрел на нас по приходу домой и ткнул пальцем в часы, на которых было уже четырнадцать.

— Простите, это я их позвал к сторожу сходить. Мне очень понравилось, как он рассказывает, — виновато понурился Тар.

— У них своя голова на плечах есть. А вас, юный повелитель, я могу лишь благодарить за то, что уделяете им свое время, — архимаг повернулся к нам и уже без почтения, с которым отвечал эльфу, велел: — Быстро в постели! Завтра чтобы ни одной жалобы не слышал, что вы не выспались.

Нас как ветром сдуло, Тара на всякий случай тоже. Все-таки грозный у нас архимаг.