На следующий день у Терренса, Эдварда, Даниэля и Питера запланированы съемки в одном из самых популярных утренних шоу в стране. Поскольку группа очень скоро выпустит свой дебютный альбом, то они почти каждый день посещают телевизионные передачи, дают интервью, рассказывают о работе над музыкой, делятся какими-то впечатлениями и исполняют свой первый сингл.

За кулисами подготовка к очередным съемкам идет полным ходом. Кроме « Against The System » на это шоу приглашены еще многие известные люди. Кто-то известен по всему миру, а кто-то лишь получает свой заветный кусок славы. И пока на съемках шоу заняты одни звезды, другие находятся в своих гримерных комнатах, примеряя разную одежду, обувь и разные аксессуары. А девушки еще и ожидают, когда гримеры сделают им прически и макияж. У операторов, осветителей, продюсеров и других людей, которые работают над съемками шоу, полно работы, и они практически не сидят без дела, кроме тех случаев, когда у них появляется небольшой перерыв.

Участники группы « Against The System » находятся в своей гримерной и разогревают голосовые связки. Правда, готовятся к они не в полном составе. В просторной и светлой гримерной, в которой на полу лежит множество сумок, находятся лишь Даниэль и Питер. Басист и барабанщик не слишком скучают без Терренса и Эдварда, громко распевая песню, которая вышла относительно недавно и стала довольно популярной. Несмотря на то, что Питер – барабанщик, он довольно неплохо играет на гитаре и ничуть не уступает своим приятелям по группе. Сидя в черном крутящемся стуле рядом со столиком, на котором лежит много различных вещей, блондин уверенно играет на гитаре и с удовольствием поет на пару с Даниэлем, удобно устроившегося на мягком кожаном коричневом диване с одной задранной на него ногой и щелкающего пальцами, дабы задать ритм, и качающего головой.

А закончив петь эту песню, Даниэль и Питер решают сделать перерыв и позволить ушам тем людям, которые сидят в соседних гримерных комнатах, отдохнуть от их громкого пения. Пусть даже если оно и невероятно гармоничное.

— Надеюсь, через несколько минут к нам не придет куча людей, которые захотят прибить нас за то, что мы достали их этой песней, — усмехается Даниэль.

— Да уж, а братья МакКлайф будут первыми, кто сделают это, — все еще прижимая гитару к себе, тихо хихикает Питер. — Ведь они ненавидят эту песню из-за того, что мы везде ее поем.

— Они постоянно говорят, что мы им все уши прожужжали этой песней. Хотя лично мне она очень нравится! Такая заводная и классная! Придает мне заряд бодрости и помогает проснуться. Забыть о желании спать.

— Не могу не согласиться. Не удивительно, что она стала такой популярной за считанные дни. Слова легко запоминаются, а музыка очень энергичная. Ее хочется слушать и играть снова и снова. К тому же, она довольно быстро запоминается.

— Уж что, но эта песенка мне никогда не надоест.

— Согласен.

— Только боюсь, что если мы еще раз начнем играть ее, то нас вряд ли пощадят, — тихо смеется Даниэль, слегка одернув свою черную куртку.

— Из-за того, что мы уже достали всех этой песней?

— Типа того.

— Окей. Тогда побережем нервы народа и пока что сделаем перерыв.

С этими словами Питер откладывает гитару в сторону, на соседний черный крутящийся стул, и осматривается вокруг, пока Даниэль быстро прочищает горло и бросает взгляд в сторону.

— Кстати, а куда пошли Терренс и Эдвард? — спрашивает Питер, поправляя свою серую безрукавку. — Нам скоро выходить на сцену, а их где-то носит!

— Насчет Эдварда ничего не могу сказать, а вот Терренс вполне может быть где-то рядом со жрачкой, — задумчиво предполагает Даниэль. — Здесь как раз есть классный буфет, где можно купить кучу всяких вкусностей.

— Надо заранее предупреждать всех, чтобы прятали жратву куда подальше. Ведь если МакКлайф увидит хотя бы один пирожок, то считай, что его уже нет.

— Мне кажется, в последнее время он жрет особенно много.

— Есть такое, — скромно хихикает Питер. — Не уж-то волнуется перед свадьбой?

— О да, тот случай, когда стресс чем-то заедают.

— Когда мы с ним только познакомились, Терри еще как-то держался, то сейчас жрет все что видит.

— Надо признать, он настоящий дьявол , — уверенно говорит Даниэль. — Потому этот петух жрет тоннами, но ни черта не толстеет. И уж точно не знаком с таким понятием, как « диета ».

— Терри сказал бы, что ему не нужны никакие диеты, и он будет шикарным и неотразимым в любом весе.

— Ну да, найдется много желающих потискать его большие щеки, — тихонько хихикает Даниэль.

— И мягкое пузико.

— И, походу, так скоро все и будет, потому что Коннор явно задолбался приносить ему жратву.

— Да… — Питер откидывается на спинку стула и проводит рукой по своему лицу, став немного хмурым. — Блейк Коннор… Наша ходячая беда, которая свалилась на нас как снег на голову.

— Да уж, еще мелкий, а говно из этого чуда так и прет.

— Нам очень сильно не повезло с помощником, — устало говорит Питер, приглаживая свои блондинистые стоячие волосы. — Вот серьезно. Он работает с нами уже пару месяцев, но успел задолбать так, что хочется придушить эту мелкую скотину.

— Согласен, этот парень и меня достает, — соглашается Даниэль, немного разведя ноги в стороны. — Никогда не может нормально ответить даже на самый обычный вопрос! У него всегда найдется причина задеть и унизить нас.

— Самое главное, что никто из нас не делал ему ничего плохого. А он ведет себя так, словно мы сделали ему кучу гадостей… Даже Джорджу ничего не удается сделать с ним…

— Я не понимаю, неужели у Смита не было кого получше? Нашел нам какого-то прыщавого сопляка, от которого толку никакого! Что есть у нас помощник, что нет – разницы никакой!

— После такого не раз пожалеешь о том, что когда-то мы считали Джорджа ужасным человеком.

— Это точно! — Даниэль резко выдыхает и на секунду бросает взгляд куда-то в сторону. — Я думал, что Джордж – бессердечный козел, который думал лишь о деньгах. Но когда мы познакомились с Блейком, то мое мнение изменилось, ибо Джордж – просто невинный ангел, в отличие от этой зануды.

— Скорее бы найти этому сопляку замену… Знаешь, с каким бы удовольствием я бы сказал ему о том, что он уволен.

— Жду не дождусь этого дня! — хитро улыбается Даниэль. — Охота радостно помахать Коннору ручкой и приказать валить на все четыре стороны.

— Если не найдут нам, то будем искать сами.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, которая нарушается негромким смехом Даниэля и Питера. А затем они слышат чей-то женский голос, который оповещает всех о том, что до выхода эфира с « Against The System » осталось ровно сорок минут. Немного занервничавшие парни быстро осматриваются по сторонам, поправляют свою одежду с прическами и что-то стряхивают со своих черных и темно-синих джинсов.

— О, отлично! — восклицает Даниэль. — До эфира осталось сорок минут, а мы до сих пор не знаем, куда испарились Эдвард с Терренсом.

— Да ладно, чувак! — по-доброму усмехается Питер. — Куда они денутся! Объявятся как миленькие! И лидер группы, и наш маленький моторчик!

— Ну не знаю… Если они увидели что-то вкусное, то точно застрянут в буфете надолго. А если МакКлайфам еще и пособачиться захочется, то их можно будет привести в чувство, если огреть каждого гитарой по башке.

— Окей, тогда давай пройдемся и поищем их?

— Хорошо, что они уже успели переодеться, а стилисты уложили их гривы.

— Согласен. Не придется тащить их на сцену в одних труселях.

— Пф, МакКлайф-старший будет только рад еще раз показать себя во всей красе, — громко усмехается Даниэль.

— Чувствую, что и младшенький не прочь. Раз он заявил, что был бы тоже не прочь сняться в постельной сцене и побегать голышом перед камерой.

— Повторяется за своим братцем.

— Жаль, что подражает не в самых удачных ситуациях.

Тихонько усмехнувшись, Питер и Даниэль медленно встают и решают пройтись по студии. Правда, стоит друзьям подойти к выходу из гримерной, как вдруг дверь неожиданно распахивается, а на пороге показывается молодой парень лет восемнадцати-девятнадцати с волосами оттенка грязный блонд, рваной челкой, холодными серыми глазами и ухмылкой на лице, в некоторых местах покрытое мелкими прыщами. Ростом он намного ниже Даниэля и Питера, у которых практически одинаковый рост с разницей в половину сантиметра или один, а также очень худой и явно не обладает великолепной физической формой. Увидев друзей перед собой, этот парень, жующий жевательную резинку и негромко чавкающий, тихо усмехается с долей презрения в голосе. Пока Питер и Даниэль, которые не слишком рады видеть этого человека, закатывают глаза и мысленно стонут.

— О, привет, клоуны! — громко, с насмешкой произносит парень. — Так и знал, что найду вас здесь!

— Уйди с дороги, Коннор! — прочистив горло, сухо отвечает Даниэль. — У нас нет времени разговаривать с тобой и слушать твой бред.

Даниэль и Питер собираются уйти из гримерной, однако этот парень не дает им пройти, перегородив собой вход.

— Вы ищете МакКлайфа и его братика? — с хитрой улыбкой спрашивает парень. — Так ведь?

— Не твое дело, Блейк! — холодно говорит Питер. — Вали отсюда, пока у тебя есть такой шанс!

— А то что? Что вы мне сделайте?

— Слушай, прыщавый сопляк, ты лучше не мешай нам. Через сорок минут нам с парнями надо выходить сцену, и мы не хотим портить свой настрой из-за тебя и твоих словечек.

— Спокойно, Роуз, не надо переходить на оскорбления, — уверенно говорит Блейк. — А то я точно выскажу абсолютно все, что думаю о тебе. И не только о тебе. Но и о всей твоей жалкой банде.

— Не выводи нас на эмоции, — грубо бросает Даниэль. — Или ты уходишь по-хорошему, или мы применяем силу!

— А мне сейчас нечего делать! Я уже сделал все, о чем меня попросил один гордый павлин и его жалкая свита. По крайней мере, скоро вы уж точно нажретесь до отвала.

— Вот и прекрасно! Тогда проваливай отсюда!

— Черт, ну и грубияны вы!

— Мы не желаем тратить на тебя время, Коннор! — уверенно заявляет Питер. — У нас и так дел по горло! Подвинься и дай нам пройти!

— Да ладно вам, парни, — с усмешкой произносит Блейк, расставив руки в бока и с презрением осмотрев Даниэля и Питера с головы до ног. — Хорош уже строить из себя королей.

— Ты слышал, что мы тебе сказали? Или ты тупой? Глухой?

— В ближайшее время вы меня не отделайтесь, потому что сегодня у вас очень насыщенный день. Съемки одного шоу, интервью, парочка фотосессий и встреча с менеджерами, на которой будут решаться некоторые вопросы.

— А то мы не знали! — закатывает глаза Даниэль. — Какая, блять, неожиданность!

— Так что, ребятки, и вам придется меня терпеть, и я вынужден видеть ваши рожи, от которых меня уже тошнит.

С этими словами Блейк хлопает Даниэля и Питера по плечу, но те очень быстро убирают ее резким движением руки.

— Слушай, сопляк, что тебе от нас надо? — резко выдохнув, сухо спрашивает Даниэль. — Чего ты сюда приперся? Чтобы испортить нам настроение? В очередной раз! Показать свою тупость?

— Ну да! — презренно ухмыляется Блейк. — Я бы еще поспорил, кто здесь тупой.

— Не нарывайся на неприятности, Коннор, — крепко сжимает руку в кулак Даниэль.

— Спокойно, Перкинс, не надо показывать зубы. Фу, песик! Фу! Нельзя!

— Слушай, мудак, вали-ка отсюда по-хорошему и делай ту работу, который ты должен делать, — грубо требует Питер. — Ты – ассистент группы! Вот и занимайся тем, чем тебе положено, вместо того чтобы паясничать и оскорблять нас при каждом удобном случае.

— О, Питер… Я еще даже не начинал. Но если начну, то с большим удовольствием напомню вам четверым о ваших грешках. И напомню, что вы как были жалким дерьмом, так им и останетесь.

— Все, довольно, ты нас уже задолбал! — резко бросает Даниэль и указывает пальцем на дверь. — Разворот на сто восемьдесят и шагом марш к выходу! Сейчас же!

— Ах, ребята, ребята… — с хитрой улыбкой качает головой Блейк. — Как же сильно вы не хотите посмотреть правде в глаза. Признать, кто вы есть на самом деле.

— Ты слышал, что тебе сказал Даниэль? — грубо спрашивает Питер. — Вали отсюда! Делай свою долбанную работу!

— Слушайте, парни… — Блейк с гордо поднятой головой медленным шагом проходит в саму гримерную, растолкав Питера и Даниэля, которые переглядываются между собой и закатывают глаза. — Давайте будем откровенны . Может быть, у вас и есть малюсенький талант, и вы его неплохо используйте. У вас хватает мозгов на то, чтобы воспользоваться его долей. Однако ваша группа популярна лишь по одной простой причине, о которой вы прекрасно знайте.

— Да-да, ты опять скажешь пару гадостей в наш адрес только потому, что ты нам завидуешь, — закатывает глаза Даниэль.

— Завидовать ? — удивляется Блейк. — Чему, Перкинс? Тому, что у вашей группы больше половины фанаток – девочки-подростки, которые до сих пор сохнут по МакКлайфу-старшему?

— Фанаты есть не только у Терренса, но и у нас тоже, — спокойно говорит Питер, скрестив руки на груди. — Да, у него их больше, потому что он – известный человек. Но нам от этого не становится хуже. У нас тоже есть свои поклонники, которые любят каждого из нас. К твоему разочарованию.

— Вот именно, что он – известный человек! А вот вы двое и еще одна присоска МакКлайфа – никому не известные людишки. Если бы Терренс не захотел создать группу и не предложил вас присоединиться к ней, вы бы так и сидели где-нибудь в пыльном гараже, играли на гитарках и мечтали стать известными на весь мир.

— Значит, мы, по-твоему, пользуемся славой Терренса? — качает головой и скрещивает руки на груди Даниэль.

— Молодец, Перкинс! Оказывается, ты не такой уж и тупой, как я думал.

— Вообще-то мы много работали, чтобы добиться того, что имеем, — уверенно заявляет Питер. — И поверь мне, это еще не предел.

— Ну да… Снимать видео и выкладывать их в Интернет с надеждой, что вас заметят, – это такая трудная работа. Вы, бедненькие, не слишком сильно переутомились? Может, стоит сделать перерыв?

— Прекращать заниматься нашим любимым делом только ради того, чтобы угодить Твоему Величеству? — округляет глаза Даниэль. — Да ни за что на свете!

— Из-за таких, как ты, мы будем работать еще усерднее и докажем всему миру, что способны на гораздо большее, чем все думают, — с гордо поднятой головой заявляет Питер.

— Ладно-ладно, я сделаю вид, что поверю в вашу кропотливую работу, — презренно рассмеявшись, с холодом в голосе говорит Блейк. — Однако факт остается фактом: без Терренса вы трое – никто . И я совсем не удивлюсь, если для всех вы так и останетесь еще одной группой, по участникам которой девочки-подростки пускают слюни и сходят с ума. Сколько уже артистов и групп были обречены на подобную судьбу!

— Не поверишь, Коннор, но некоторым взрослым людям тоже нравится наша музыка, — уверенно говорит Даниэль.

— Не утешай себя, Перкинс. Единственные взрослые люди, которым может понравиться ваша дерьмовая музычка, – это ваши мамочки с папочками. — Блейк замолкает на пару секунд и хитро улыбается, приложив палец к губе. — Ах да, я забыл! Вы же оба сироты . У вас нет родителей. У одного они погибли сами. А второй не был нужен ни своему папаше, которого у него не было, ни своей мамаше-алкоголичке.

— Ты сейчас договоришься, прыщавый мудак! — едва держа себя в руках, громко восклицает Питер. — Еще одно слово – и ты пожалеешь об этом!

— Воу-воу, успокойся, Роуз, успокойся , — ехидно хихикает Блейк, приподняв руки перед собой. — Ты не один сирота. Вот твой дружок тоже остался без родителей. Уж не знаю, боготворили ли его, или же презирали так же, как тебя, но факт – есть факт. Только лишь МакКлайфам повезло, ибо пока что у них есть оба родителя.

— Слушай, ты что решил сделать все, чтобы мы, твою мать, опозорились перед публикой и не смогли нормально выступить? — грубо спрашивает Даниэль. — Из-за того, что один прыщавый мелкий ублюдок решил испортить нам настроение и вывести из себя.

— Поверь мне, очень скоро все это закончится. Готов поспорить, что после нескольких песенок или альбомов ваша карьера пойдет на спад. Люди со временем забывают даже самых знаменитых и любимых звезд. Даже после их смерти великих в лучшем случае вспоминают раз-два в год. А вы не сделайте ничего такого, чтобы о вас вспоминали многие годы спустя.

— Мечтай сколько хочешь, парень! — уверенно говорит Питер. — На зло таким завистникам, как ты, наша группа еще очень многого добьется и не остановится на достигнутом.

— У нас огромные планы на будущее, — заявляет Даниэль. — Так что постарайся не задохнуться от зависти, которая будет одержима тобой, когда ты поймешь, что зря желал, чтобы наша карьера пошла ко дну.

— Посмотрим, ребята, посмотрим, — ехидно усмехается Блейк. — Слишком огромная самоуверенность еще никому не приносила ничего хорошего. И вам тоже не принесет.

Спустя несколько секунд в гримерную, где сейчас находятся Питер, Блейк и Даниэль заходит Эдвард, который поправляет плечи на черной жилетке и расправляет рукава серой футболки.

— Блять, чертов сопляк… — устало стонет Эдвард, когда видит Блейка перед собой. — Я только отделался от тебя пять минут назад!

— О, а вот и главная присоска МакКлайфа! — развернувшись к Эдварду и скрестив руки на груди, со злостным смешком восклицает Блейк.

— О, а вот и главный « поклонник » группы « Against The System »! — изображает кавычки Эдвард.

— Слышь, сопливый мальчик, а куда же подевался твой братик? Или же он в который раз ушел жрать, а свою жалкую свиту не позвал с собой?

— Тебе-то какое собачье дело? — грубо бросает Эдвард.

— Хотя он и сам и ногтя не стоит. Жалкий бездарный актеришка, которого уже никто давно не помнит. Хотя он мнит себя королем, которому все обязаны поклоняться.

— Слушай, Коннор, ты можешь не портить нам настроение своим присутствием и грязным языком? Нам надо готовиться к выступлению, а ты нам мешаешь!

— Ой, да чего вам готовиться! Все равно облажайтесь! А куча малолеток сделает вид, что не замечает ваших косяков.

— Пф, а ты не лезь в дела, в которых ни черта не разбираешься! Лучше иди найди какую-нибудь девушку и соблазни ее! Или же ты уже зажал по углам абсолютно всех девушек, что больше кандидатур нет? Некого больше оттрахать? Поэтому ты болтаешься здесь без дела? Если так, то я найду для тебя работу!

— Спокойно, МакКлайф, я знаю, что твой грязный язык слишком длинный, но не надо строить из себя крутого так же, как и эти два болвана.

— От тебя не требуется ничего сложного, — вмешивается Даниэль. — Просто не путайся у нас под ногами и дай спокойно подготовиться к выступлению.

— Ладно-ладно, раз вам нравится быть присосками такого известного человека, как Терренс МакКлайф, то можете продолжать в том же духе. Только запомните, что ваше дерьмо, которое вы скоро собирайтесь выпустить, будут слушать только девочки-подростки, фанатки МакКлайфа.

— Просто заткнись и вали отсюда! — чуть громче говорит Питер, указывая на дверь.

— Окей, белобрысый, я уйду. Однако мы еще встретимся. Раз уж вы где-то потеряли своего повелителя, то пойду поброжу по студии и найду его. И скажу, что покорные собачки уже заждались его.

Блейк с презрительным смехом открывает дверь и покидает гримерную, оставляя Даниэля, Питера и Эдварда одних. После этого первый прикладывает руку ко лбу и берет гитару со стула, второй – громко выдыхает, крепко вцепившись пальцами в волосы, а третий раздраженно рычит.

— Ох, если бы он подействовал нам на нервы еще минуту или две, то я бы точно взял гитару и огрел его по башке, — устало говорит Даниэль. — Ну или швырнул бы в него барабанную палочку.

— Ненавижу этого прыщавого крысеныша, — сухо бросает Эдвард. — Только подумал, что отвязался от него, как он опять приперся сюда и начал выносить мозг.

— Когда-нибудь этот мудак точно напросится на неприятности, и я точно придушу его голыми руками, — уверенно заявляет Питер.

— Согласен. Ох… — Эдвард, тихо выдыхая, устало присаживается на крутящийся стул, пока Даниэль остается стоять там, где он стоит, а Питер подходит к зеркалу и слегка поправляет свои волосы. — У него потрясающая способность высасывать из тебя всю энергию и желание что-то делать.

— Да уж, как дементор из Азкабана… — задумчиво отвечает Питер. — Этот парень заставляет чувствовать себя полностью опустошенным, стоит только заговорить с ним.

— До сих пор не понимаю, почему он ведет себя? Что мы такого ему сделали, раз Коннор так грубо обращается с нами? Он должен радоваться , что мы все еще терпим его и не собираемся увольнять до тех пор, пока не найдется замена!

— Да он просто завидует! — прочистив горло, уверенно предполагает Даниэль. — Мы добились такого потрясающего успеха, а ему за все свои годы удалось научиться лишь трахаться с девчонками и грубить.

— Вот честно, мне жаль его родителей, у которых вырос такой монстр, — признается Питер и засовывает руки в задние карманы джинсов.

— А еще мне жаль всех, кто с ним дружит.

— Ха, да какие могут быть друзья у такого эгоиста? — громко ухмыляется Эдвард. — Коннор никого не любит! Сомневаюсь, что кто-то захотел бы дружить с таким подонком, который запросто может подставить и унизить. Даже бешеные бабки не помогли бы ему.

— В этом никто не сомневается, — соглашается Питер.

— А еще чем больше он называет нас присосками или кем-то вроде, намекая, что мы хотим стать известными за счет Терренса, тем больше мне хочется придушить его, — хмуро говорит Эдвард.

— Но мы же знаем, что никто из нас не общается с Терренсом ради какой-то выгоды, — отмечает Даниэль, кладет гитару на небольшой диванчик и расставляет руки в бока. — Нас объединяет общее дело, которое мы любим.

— Да он как все: если кто-то легко стал известным, то народ говорит, что этот человек с кем-то переспал, кому-то заплатил и тому подобное, — отвечает Питер, активно жестикулируя. — Никому не приходит в голову, что можно добиться успеха с помощью своего таланта, даже если у тебя есть знаменитые друзья или родственники.

— Увы, но это никому не объяснишь, — устало вздыхает Эдвард, приглаживая свои стоячие невероятно мягкие на ощупь волосы. — Особенно вот этому чертову сопляку!

— Мне тоже очень неприятно, что он позволяет себе говорить такие вещи, но… — уверенно говорит Даниэль и окидывает Эдварда и Питера взглядом. — Парни… Какого черта мы оправдываемся и пытаемся что-то ему доказать? Коннор – один из ненавистников нашей группы. Мы не должны сдаваться из-за какого-то жалкого девятнадцатилетнего парня, который злится на нас неизвестно почему!

— Да, но знаешь, как он бесит меня! Даже Терренс не раздражает меня так, как этот мелкий ублюдок. Хотя братец обожает играть на моих нервах.

— Рано или поздно у нас появится прекрасный помощник. А пока что давайте забудем про него и вспомним, что мы должны делать. И радуйтесь, что нас поддерживают наши милые девушки, родственники и преданные поклонники. Наш контингент – не только юные девчонки, сходящие с ума по Терренсу, как хочет думать Коннор. Нас любят много более взрослых людей. Так что, давайте стараться ради них. Ради тех, кто ждет от нас хорошей музыки.

Даниэль говорит настолько уверенно, что это вселяет в Эдварда и Питера веру в себя и заставляет улыбнуться.

— Хорошие слова, Даниэль! — с легкой улыбкой соглашается Питер. — Давайте просто делать то, что нам нравится и постараемся не обращать на Коннора внимания, даже если это будет очень трудно.

— Да, вы правы, парни, — уверенно говорит Эдвард. — Это будет очень трудно, ибо Коннор просто невыносим. Но если мы хотим стать еще более известными, то надо засунуть все сомнения и страхи куда подальше.

— Что-то типа того, — кивает Даниэль. — Надо двигаться дальше даже с такой больной занозой в заднице, как этот прыщавый крысеныш.

— В таком случае предлагаю сосредоточиться на делах группы, — предлагает Питер. — На нашем предстоящем выступлении.

— Только сначала неплохо бы найти Терренса. — задумчиво говорит Эдвард. — Я что-то нигде не могу его найти. Он будто растворился в воздухе.

— А ты разве не был с ним? — спрашивает Даниэль.

— Мы вместе пошли в кафетерии, чтобы съесть что-нибудь. А потом мне пришлось отойти, чтобы ответить на звонок. Ну я и потерял своего братца. Спросил парочку людей, которые сказали мне, что Терренс уже давно вышел из кафетерия.

— Надеюсь, ты не решил снова втянуть свою семейку в какие-нибудь разборки? — неуверенно спрашивает Питер. — Мы же знаем, что ты не можешь спокойно усидеть на месте. И твоему братцу приходиться притормаживать тебя.

— Спокойно, блондин, ничего криминального! Это по поводу свадебных приготовлений. Просто попросили кое-что уточнить.

— О, я смотрю, вы с Наталией, Терренсом и Ракель активно готовитесь к свадьбе, — с легкой улыбкой отмечает Даниэль. — Как будто она будет сегодня-завтра.

— Нет-нет, точно не завтра и не сегодня, — дружелюбно смеется Эдвард. — Однако готовиться начинаем заранее. Кто знает, с чем нам придется столкнуться в процессе. Не зря ведь люди начинают готовиться к свадьбе за несколько месяцев до нее. Тем более, что мы женимся в один день. А это куда более сложная задача.

— В любом случае у вас есть мы с Перкинсом, — задумчиво говорит Питер. — Как шаферы женихов, мы готовы помочь. И мы будем помогать всем, чем только сможем.

— Я знаю, ребята. Ваша помощь нам будет очень кстати.

Разговор Эдварда, Даниэля и Питера прерывается женским голосом, который объявляет о том, что до выхода « Against The System » в эфир осталось всего двадцать пять минут.

— Двадцать пять минут ? — удивляется Эдвард. — Не фига себе как время летит!

— Так, братцы, давайте-ка мы потом поговорим о свадьбе, — тараторит Питер. — Сейчас нужно найти МакКлайфа.

— Мне казалось, что он должен искать нас, — скрещивает руки на груди Даниэль. — Лидер группы, твою мать.

— Ладно, пошли уже, — спокойно говорит Эдвард. — Не будем терять время.

Эдвард, Даниэль и Питер разворачиваются и по одному покидают гримерную. А по дороге парни продолжают свой разговор, шагая по длинным коридорам, в котором полно открытых и закрытых дверей и чем-то занятых людей.

— Кстати, мне показалось, что он какой-то невыспавшийся, — задумчиво говорит Эдвард. — И даже слегка рассеянный.

— Правда? — слегка хмурится Даниэль.

— Да. Как бы он не облажался во время выступления. А то мне приходилось пару раз что-то повторять, когда мы были в кафетерии.

— Не думаю, что это случится, — качает головой Питер. — Как ни как, Терренс – очень ответственный человек и никогда не станет подводить тех, кому обязан.

— Это точно! — соглашается Даниэль. — Группа для него очень важна.

— В любом случае готовьтесь к тому, что сегодня нам, возможно, придется иногда выводить его из транса, — предупреждает Эдвард.

— Вообще-то, мы всегда делаем это с тобой. Ибо ты у нас вечно о чем-то мечтаешь и летаешь в облаках.

— Ну а в этот раз все будет иначе.

Даниэль и Питер ничего не говорят и лишь пожимают плечами. А затем в воздухе воцаряется пауза, во время которой молодые люди спокойно идут по длинным, хорошо освещенным коридорам, где находятся еще много людей, так или иначе имеющие отношение к съемкам шоу. Правда через какое-то время друзья слышат голос Блейка, стоящий где-то недалеко от них и что-то рассматривающий в телефоне.

— Эй, клоуны! — громко восклицает Блейк. — Если вы все еще ищете МакКлайфа, то он решил вздремнуть на диване в комнате отдыха. Я нашел его там несколько минут назад!

— Опять этот сопляк! — раздраженно рычит Эдвард.

— Дать бы ему в морду, — хмуро бросает Питер. — Чтобы больше не лез туда, куда не надо.

— Спокойно, братцы, не обращайте на него внимания, — спокойно говорит Даниэль, подталкивая Питера и Эдварда в спину. — Мы потратим еще кучу времени, если начнем собачиться с ним.

Эдвард и Питер все-таки прислушиваются к Даниэлю и решают не тратить время на своего помощника, продолжая спокойно идти по коридору. Блейк же несколько удивляется, когда никто из парней даже не попытался огрызнуться ему в ответ, округлив глаза, которые он уставляет на игнорирующих его участников « Against The System ».

— Ну и ладно! — громко ухмыляется Блейк. — Я хотел помочь вам, а вы…

Блейк бубнит себе под нос что-то еще и снова уставляет свой взгляд в телефон, пока Эдвард, Даниэль и Питер продолжают идти по длинным коридорам. Ну а через какое-то время все трое подходят к той самой комнате, о которой говорил молодой парень.

— Слушайте, что-то мне подсказывает, что нам стоит проверить эту комнату, — задумчиво говорит Питер. — Хоть Коннор уже задолбал всех нас, все-таки вынужден признать, что иногда от него есть какая-то польза.

— Ну да… — задумчиво отвечает Эдвард. — Например, пожрать принести, узнать что-то…

— Однако Питер прав , — уверенно говорит Даниэль. — Давайте проверим эту комнату.

Пожав плечами и переглянувшись между собой, молодые люди подходят еще ближе к двери, возле которой они находятся. Даниэль осторожно открывает ее, медленным шагом заходит внутрь и внимательно осматривается. А через пару секунд он видит кое-что, что заставляет его усмехнуться.

— Эй, парни, идите сюда! — скрещивает руки на груди Даниэль. — Вы только посмотрите на лидера группы!

Эдвард и Питер быстро заходят в комнату и почти сразу же видят Терренса, который… Уснул на удобном черном диване прямо в той одежде, в которой он должен выступать вместе со своей группой: черная жилетка, темно-синие джинсы, темные ботинки и серая футболка.

— Нормально! — увидев Терренса, который устроился на диване и подложил руку под щеку, и расставив руки в бока, тихонько усмехается Питер. — Нам через двадцать минут выходить на сцену, а он спать завалился!

— Да, друзья, у меня нет слов! — скромно хихикая, качает головой Даниэль.

— Говорите, Терренс – очень ответственный человек? — хитро улыбается Эдвард.

— Мы же не думали, что этот павлин завалится спать за несколько минут до начала съемок, — разводит руками Питер.

— Эй, МакКлайф, подъем! — громко восклицает Даниэль. — Хватит дрыхнуть! Нам скоро выходить на сцену! МакКлайф!

Однако Терренс не просыпается и просто тихонько мычит и слегка меняет позу, в которой продолжает спать.

— Бесполезно! — резко выдыхает Даниэль. — Дрыхнет без задних ног!

— Может, окатить его ведром холодной воды? — тихонько усмехается Эдвард. — Побежит на сцену как миленький в одних мокрых трусах!

— Ну да, а перед этим твой братец макнет нас башкой в воду и хорошенько надерет нам задницу из-за того, что мы посмели так обойтись с Его Высочеством, — уверенно говорит Питер.

— Да, но тогда как нам разбудить этого красавчика? — разводит руками Даниэль.

— А может, ну его к черту? Выйдем на сцену без МакКлайфа и зажжем!

— Ага, и что мы скажем публике?

— Правду ! Что МакКлайф отказался выходить и решил завалиться спать! Но если он, конечно, захочет, то может выйти к нам.

— И надерет нам задницы прямо на глазах у поклонников.

— Ой, ладно, народу понравится! — уверенно говорит Питер. — Они ведь просто обожают подобные вещи. Когда кто-то кому-то в шутку надирает задницу и щедро раздает подзатыльники.

— Ну… — Даниэль задумывается на пару секунд и хитро улыбается. — Знаешь… Ты прав ! Думаю, им и правда понравится что-то подобное. Да и мы с вами немного повеселимся.

— Слушайте, братцы, а у меня есть еще одна идея, — с хитрой улыбкой говорит Эдвард.

— О, МакКлайф снова хочет оторваться и поиздеваться над своим братиком, — тихонько хихикает Даниэль.

— Я серьезно! Вы только представляйте себе, как сильно удивится Терренс, когда он откроет социальные сети и обнаружит фотки со спящим собой.

— Слушай, малой, а это мысль! — приложив палец к губе, бодро восклицает Питер. — Давайте и правда сфоткаем его и опубликуем парочку фотографий с подписью: « Мы готовы к шоу и скоро выйдем на сцену! ».

— Будем считать, что нам нечего делать, — уверенно говорит Эдвард. — Вот и остается только шалить и издеваться над моим любимым братиком.

— Так, все, хватит болтать! — восклицает Даниэль. — Давайте сделаем пару фоток, пока он дрыхнет без задних ног.

Питер, Эдвард и Даниэль тихо хихикают с прикрытыми ртами, дабы не разбудить Терренса. Затем Перкинс начинает проверять все свои карманы на черной кожаной куртке и разочарованно стонет, когда не находит в них телефон.

— Черт, ну почему я оставил свой телефон в гримерной, когда он мне так нужен? — ругается Даниэль. — Упускаю шанс сделать бесценные кадры.

— Я тоже « счастливчик »! — пытаясь разблокировать свой телефон, восклицает Питер. — Телефон есть, а зарядки – ноль целых, ноль десятых!

— Ничего, зато у меня есть! — доставая телефон, с хитрой улыбкой говорит Эдвард. — Заряженный.

— Ну кто бы сомневался!

— Прямо чувствовал, что нужно взять мобилу с собой. А тут такой прекрасный шанс поиздеваться над братиком.

— День пройдет зря, если вы не надаете друг другу люлей, — скромно хихикает Даниэль.

Эдвард с тихим смешком быстро снимает блокировку со своего телефона и включает камеру, пока Даниэль и Питер изо всех сил сдерживаются, чтобы не засмеяться очень громко. Они с хитрыми улыбками втроем тихонько подходят к спящему Терренсу. Его младшему брату удается за несколько мгновений сделать пару неплохих кадров с разных ракурсов, едва сдерживая свой смешок. После чего довольный Эдвард с широкой улыбкой показывает Питеру и Даниэлю результат, и они тихонько посмеиваются.

— Слышь, очень круто! — широко улыбается Даниэль. — Терри – просто милашка! Девчонки будут в восторге.

— А теперь давай публикуй, — с тихо говорит Питер. — С аккаунта группы.

— Вот будет сюрприз для МакКлайфа, — с широкой улыбкой потирает руки Даниэль.

— Мы готовы к сегодняшнему шоу, — продолжая смеяться и что-то набирать в своем телефоне, говорит Эдвард. — Смотрите выпуск шоу « Rock The Crowd Live » с участием « Against The System » через двадцать минут.

Даниэль, Питер и Эдвард снова хихикают, а последний все еще набирает какой-то текст к посту с фотографией, который он собирается отправить. Парни пытаются смеяться тихо, но в какой-то момент издают громкий смешок, которым они все-таки будят Терренса. МакКлайф-старший с тихим тоном приоткрывает глаза, быстро потирает их, принимает сидячее положение и переводит полусонный взгляд на напротив стоящих Питер, Даниэль и Эдвард, заливающиеся смехом, пока они изучают что-то в телефоне МакКлайфа-младшего.

— Эй, ребята, вы что там делайте? — слегка хриплым, сонным голосом спрашивает Терренс.

Услышав голос Терренса, Эдвард, Даниэль и Питер оборачиваются к нему и отвлекаются от информации в телефоне МакКлайфа-младшего, который уже успел опубликовать фотографию своего спящего старшего брата.

— О, смотрите-ка! — радостно восклицает Даниэль, приподняв руки. — Наша Спящая Красавица проснулась!

— С добрым утром, соня! — весело говорит Эдвард.

— Ты хоть знаешь, что нам скоро выходить на сцену? — спрашивает Питер. — Двадцать минут до выхода, а ты дрыхнуть отправился!

— Да! Раз уж ты нас гоняешь, то будь добр и сам шевелить задницей. Или опять начнешь кичиться тем, что тебя зовут Терренс МакКлайф, и тебе можно все ?

— Ар-р-р, опять в моем курятнике начался переполох! — восклицает Терренс. — Раскукарекались тут!

— Давай-давай, поднимай свою прекрасную задницу! — тараторит Даниэль. — Я уже от сюда слышу громкий визг твоих поклонниц, которые ждут твоего появления на сцене.

— Ага, не разочаровывай их, братан, — с хитрой ухмылкой говорит Эдвард. — А иначе не видать тебе твоей ежедневной порции любви и восхищения.

— Ох, да захлопнитесь вы, придурки… — покачивает головой Терренс и неодобрительно смотрит на всех троих, медленно вставая с дивана. — Лучше бы готовились к выступлению и думали бы о том, как сделать его идеальным.

— Ну мы-то готовы! — восклицает Даниэль, скрестив руки на груди. — А что насчет тебя ? Какого хера ты тут дрыхнешь?

— А лучше скажи, почему ты вообще решил завалиться спать? — слегка хмурится Питер.

— Э-э-э… — запинается Терренс и проводит рукой по немного бледному лицу. — Да просто не выспался сегодня… Всю ночь не спалось… Смог заснуть только тогда, когда на сон оставалось совсем немного времени.

— Значит, я был прав, когда сказал, что ты как будто не спал всю ночь? — слегка хмурится Эдвард.

— Да… — неуверенно отвечает Терренс, смотря в сторону и массирует свою шею. — Бессонница всю ночь преследовала ни с того, ни с сего…

— С чего бы вдруг?

— Понятия не имею… Ну а чтобы совсем не быть овощем, я решил найти какое-нибудь тихое местечко и вздремнуть хотя бы минут пять.

— А у тебя случайно ничего не случилось? — слегка хмурится Даниэль. — Что-то ты выглядишь измотанным!

— Нет, все нормально. — Терренс нервно потирает руки, пока его глаза бегают из стороны в сторону. — Просто не выспался… Так что… Не удивляйтесь, если я буду иногда спать. День обещает быть долгим и насыщенным.

Не слишком уверенный ответ Терренса и его усталый вид заставляет Эдварда, Даниэля и Питера усомниться в том, что он говорит правду, и заподозрить, что у него могло что-то случиться. Однако они, переглянувшись между собой, пожимают плечами и решают не пытать друга вопросами.

— Ладно, мы поняли, — пожимает плечами Питер. — Больше не будем спрашивать.

— Но если у тебя какие-то проблемы, то дай знать, — добавляет Даниэль.

— Все в порядке, ребята, — слегка улыбается Терренс. — Просто нашел тихое местечко и на время скрылся, чтобы вздремнуть.

— Ну что касается тихого местечка, то я бы тоже не прочь убежать туда, где не будет Коннора, — устало вздыхает Эдвард, запустив руку в волосы. — За одну минуту он может так достать и утомить.

— Ох, Коннор… — Терренс проводит руками по лицу. — Этот прыщавый паразит начинает все больше бесить меня.

— Нам он уже успел вынести мозг, — признается Питер.

— Я тоже столкнулся с ним и был вынужден слушать его гребаные шуточки.

— Вот есть же люди, которые умеют высасывать из тебя всю энергию, — резко выдыхает Даниэль, приложив руку ко лбу. — После разговора с ним я чувствую себя просто ужасно.

— Согласен. И плохо, что это сильно мешает нам нормально выступить. Коннор сбивает нас с толку.