Наступил новый день. Время около десяти часов утра. Дом Терренса и Ракель. Виолетта и Кристиана находятся в комнате последней и готовятся к очередному трудному дню на работе и мысленно планируют, что должны сегодня сделать. Служанки уже переоделись в униформу и забрали свои волосы в хвост или пучок. А планируя свой распорядок дня, Виолетта и Кристиана не могут не обсудить то, что сейчас происходит в жизни Терренса и Ракель.

— Интересно, что было написано в тех письмах, про которые нам вчера говорил Терренс? — поправляя прическу напротив зеркала, задается вопросом Виолетта.

— Ты про те письма, которые он попросил нас принести, когда сюда придет его друг? — сидя на кровати, листая какой-то глянцевый журнал и будучи увлеченной тем, что там написано, немного отстраненно интересуется Кристиана.

— Да, про них. — Виолетта поворачивается лицом к Кристиане. — Неужели в тех письмах есть что-то особенное?

— Не удивлюсь, если это какая-нибудь угроза. Не знаю, кто именно может им угрожать, но похоже, у них сейчас не все спокойно.

— Да, но причем здесь Эдвард?

— Ну… Может быть, он может что-то знать… Разве ты не заметила, что Ракель и Терренс ходят немного испуганные? Как будто боятся выходить из дома и принимать гостей!

— Неужели ты хочешь сказать, что этот парень как-то причастен к происходящему?

— Не знаю, подруга, но я не исключаю подобного. Не зря же Терренс попросил нас принести ему те письма именно тогда, когда сюда пожалует Эдвард.

— А может, он просто посоветоваться хочет и узнать, что он думает об этом? Терренс ведь хорошо ладит с Эдвардом и полностью доверяет ему.

— Ну не знаю, Виолетта… — тихо вздыхает Кристиана. — Однако я не удивлюсь, если у этого парня рыльце в пушку. Или я все придумываю, и мистер МакКлайф и правда хочет посоветоваться насчет писем. Ну… Или поговорить про свои отношения… И проблемы, которые могут в них возникать…

— Кстати, о проблемах в отношениях! Я слышала, как они поспорили вчера утром и потом на весь день уехали в разном направлении. Но к позднему вечеру Ракель и Терренс помирились, вели себя как ни в чем не бывало и о ссоре больше не вспоминали.

— Не замечаешь, что они в последнее время часто стали ругаться? — слегка нахмурившись и руками оперевшись о туалетный столик, на котором лежит лишь несколько расчесок и наборы заколок и резинок для волос, интересуется Виолетта. — Могут запросто разругаться из-за каких-то мелочей… Надеюсь, эти споры не приведут их к желанию расстаться раз и навсегда.

— Не думаю, что это случится, — качает головой Кристиана. — Хоть эти двое и ругаются, потом они все равно успокаиваются и мирятся. Научились вовремя останавливаться и не доводить все до точки кипения.

— Мне кажется, советы их родственников пошли этим двоим пользу, — с легкой улыбкой говорит Виолетта, почесывая висок. — Родственники Ракель определенно провели с ними хорошую беседу и научили тому, что должны знать. Наверное, и мать Терренса добавила что-нибудь от себя и дала свои советы.

— И пока что кажется, что они хорошо усвоили урок и стараются делать все, чтобы жить как настоящие любящие люди. Поняли все свои ошибки прошлого и больше не повторяют их. Ну по крайней мере, стараются …

— Главное, чтобы они не разругались сейчас, когда Терренс переживает из-за своей группы, и у него с Ракель, возможно, появились серьезные проблемы. — Виолетта начинает медленно наматывать круги по всей комнате. — А то знаешь, захотят на кого-нибудь прикрикнуть, а рядом будут только они. И будут потом срываться друг на друге…

— Однако пока что они держатся. Проблем у них куча, но каждый из них поддерживает друг друга. Уж Ракель делает все, чтобы оказать свою поддержку Терренсу сейчас, когда у него столько проблем с группой.

— Это видно… Если бы не она, он бы не находил в себе силы держаться и делать все, что в его силах ради спасения своего детища. Этот человек впал бы в депрессию похуже, чем у того барабанщика, которому он и его дружок пытаются помочь. А ты сама понимаешь, до чего может довести подобное.

— Кстати, о Терренсе! — Кристиана резко отрывает взгляд от ярких страниц глянцевого журнала и переводит его на Виолетту. — А я тебе уже говорила, что я вчера обнаружила кровь на одежде Терренса?

— Кровь на одежде Терренса? — широко распахивает глаза Виолетта и резко останавливается посреди комнаты, удивленно уставившись на Кристиану. — Но откуда у него на одежде может быть кровь?

— Не знаю… Когда Терренс приехал домой, то подошел ко мне, дал свою одежду и попросить тщательно постирать. Я на автомате хотела положить ее в машинку, но потом присмотрелась и увидела кучу крови на джинсах и футболке. Одежда была черная, но я смогла разглядеть кровавые следы.

— А тебе удалось отстирать кровавые пятна? Их и так тяжело выводить, а если Терренс проходил с ними довольно долго, то кровь могла засохнуть!

— С трудом, но удалось. Те пятна и правда были засохшими, и мне пришлось потрудиться, чтобы вывести их. Даже в Интернет полезла, чтобы найти что-то эффективное… И одной стиркой в стиральной машине не обошлось.

— Ничего себе… — Виолетта прикрывает рот рукой и качает головой. — У тебя есть предположения, откуда они могли появиться?

— Понятия не имею, — пожимает плечами Кристиана. — Может, подрался с кем-то? Набил кому-то лицо до крови, в которой он и сам испачкался?

— Может быть… Уж не знаю, с кем он мог бы устроить драку, но зная его несдержанный характер, я не удивлюсь, если кто-то привел его в бешенство.

— И похоже, за некоторое время он мог устроить драку во второй раз. Ибо недавно Терренс уже с кем-то подрался, ибо пришел домой с огромным синяком под глазом.

— Да, я видела и давала ему немного льда, чтобы приложить к синяку. Но кажется, он вроде бы прошел…

— Нет, еще не до конца. Иногда Ракель замазывает его, чтобы люди не пялились на него, а журналисты не раздули скандал на ровном месте.

— Возможно… Но все же я не понимаю, что могло спровоцировать его на драку? Неужели Терренс не боится, что если кто-то увидит его дерущимся и тем более снимет это на видео, то его репутация будет сильно испорчена? И ему ни музыкантом не стать, ни к актерской карьере вернуться!

— Кто знает, Виолетта… — тихо вздыхает Кристиана. — На этот вопрос может ответить только он сам. Но нас никто просвещать не будет, так как мы всего лишь служанки .

— Однако было бы интересно это знать…

Виолетта поворачивается к зеркалу и снова проверяет свою прическу, пока Кристиана несколько секунд переворачивает страницы глянцевого журнала. Но затем что-то привлекает ее внимание, и она резко переворачивает одну страницу назад, начинает изучать ее содержимое и широко распахивает глаза.

— Виолетта! — взволнованно восклицает Кристиана. — Виолетта, скорее иди сюда! Ты сейчас будешь в шоке!

— Боже, Кристиана, опять ты в журнале какую-то чушь прочитала? — устало стонет Виолетта. — Неужели какие-нибудь актеры развелись? Или ждут ребенка? Или журналисты опять раздувают из мухи слона или печатают лживые статейки?

Виолетта медленно подходит к Кристиане и присаживается рядом с ней на кровать, без эмоций заглянув в журнал, и переводит взгляд туда, куда пальцем указывает ее напарница.

— Ты только погляди, что здесь написано! — восклицает Кристиана.

— Боже, подруга, — спокойно произносит Виолетта. — Это всего лишь…

Виолетта без эмоций на лице смотрит на содержимое страницы и пробегается глазами по какой-то фразе. Она резко округляет глаза и буквально перестает дышать.

— Барабанщик «Against The System» пытался покончить с собой ? — удивляется Виолетта, и резко переводит взгляд на Кристиану. — Господи, да это же группа Терренса!

— Вот именно! — взволнованно восклицает Кристиана. — Читай, что они пишут!

Виолетта уставляется в журнал и начинает читать статью, которая действительно называется «Барабанщик «Against The System» пытался покончить с собой» .

«Появилась информация, что вчера, 15 сентября , в одну из клиник Нью-Йорка был экстренно госпитализирован 25-летний Питер Роуз , участник рок-группы « Against The System ». Мужчину доставили в тяжелом состоянии после предположительной попытки покончить с собой. Есть сведения, что он пытался вскрыть себе вены и был найден без сознания в собственной квартире. Тому есть доказательства от очевидцев, которые видели, как врачи привозили Питера в больницу в бессознательном состоянии и вывозили из здания, где предположительно расположена его квартира. Сразу несколько пользователей социальных сетей опубликовали фотографии с подписями о том, что это был барабанщик « Against The System », на которых они отмечали аккаунты самого Роуза , его коллег по группе и их общего аккаунта.

Снимки сняты с дальнего расстояния, но на них все равно можно четко увидеть, что блондин, лежащий без движений на больничной каталке, и есть Питер Роуз . Кроме того, на некоторых кадрах можно увидеть также и его коллег – гитариста и вокалиста, 27-летнего Терренса МакКлайфа , а также бас-гитариста, 26-летнего Даниэля Перкинса . Ходят слухи, что это они нашли Питера в бессознательном состоянии и вызвали скорую помощь. Свидетели утверждают, что коллеги Роуза выглядели « очень взволнованными и ни на секунду не оставляли своего друга, пока врачи переносили барабанщика в карету скорой помощи .

Данные фотографии уже распространились по всему Интернету, и фанаты « Against The System » с волнением ожидают новостей относительно состояния барабанщика. На данный момент о состоянии Питера Роуза ничего не известно. А Терренс , Даниэль и официальные представители группы никаких комментариев пока что не давали. Хотя некоторые пользователи соц.сетей пытаются достучаться до коллег барабанщика, заваливая их сообщениям и в социальных сетях в надежде узнать хоть что-нибудь…»

В конце статье сказано, кто такие « Against The System », как они прославились, и что у них были план записать свой дебютный альбом. В журнале также опубликованы фотографии в ужасном качестве. На них действительно можно увидеть Питера, которого на каталке вывозят из здания, где расположена его квартира, загружают в карету скорой помощи и заносили в здание больницы. Также присутствуют с Терренс с Даниэлем, выглядящие ужасно взволнованными и бледными от испуга после того, что им пришлось увидеть, и не отходящие от врачей до тех пор, пока они не садятся в машину.

— Господи… — с ужасом во взгляде произносит Виолетта, прикрыв рот рукой. — Неужели это правда? Тот парень реально попытался покончить с собой?

— Если это правда, то я начинаю понимать, откуда на одежде Терренса было столько крови, — задумчиво говорит Кристиана.

— Там было много крови?

— Да, очень. — Кристиана переводит взгляд на Виолетту. — И думаю, что это не лживая статья. Я давно читаю этот журнал, и здесь никогда не пишут ложь. Наверняка уже весь Интернете заполонен этой новостью, и народ обсуждает это.

— Скорее всего Терренс и Даниэль испачкались кровью, пока пытались поддержать жизнедеятельность Питера до приезда скорой.

— Слава богу, они не растерялись и вызвали скорую. — Кристиана вздыхает и окидывает взглядом всю комнату. — Так жалко этого парня… Почему же он решил покончить с собой? Питер еще такой молодой, а уже хотел с жизнью попрощаться!

— Согласна, чего ему не хватало? Глупым не кажется, выглядит очень даже симпатичным и талантом одарен. Мне кажется, такой дар не должен пропадать зря. У этого парня уже появились поклонницы после публикаций каверов и выступлений на разогреве.

— Полагаю, именно поэтому и начались все проблемы с группой. Это связано с Питером и его депрессии, о которой Терренс много раз упоминал. И, по-моему, я где-то даже читала статью о том, что кто-то там разглядел у него признаки депрессии и порезы на руках. Правда, никто не обратил внимания на эту статью, ибо группа не была настолько известна.

— Вчера Терренс вернулся домой слишком подавленный и довольно тихий. Вряд ли он ожидал чего-то подобного. И мне трудно представить, что ему и его другу пришлось увидеть, когда они нашли этого парня в собственной крови.

— А кто мог это знать, Кристиана? — разводит руками Виолетта. — Терренс не думал, что все окажется настолько запущенно. И это мы еще не знаем никаких подробностей, а только лишь прочитали статью.

— Что-то ему в последнее время не везет. Конфликты в группе, те письма, ссоры с Ракель… А теперь еще и попытка самоубийства его приятеля по группе…

— Да, и это только половина из того, что нам известно. Уверена, что у них есть еще куча проблем, о которых мы точно никогда не узнаем. Может, его дружок Эдвард и правда куда-то влип, а отвечать за последствия придется именно Терренсу.

— Ох, господи, — тяжело вздыхает Кристиана. — Бедный Терренс… Жалко мне этого человека. Искренне жаль. Представляю, как ему сейчас тяжело.

— Согласна… Но мы не можем ему помочь…

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, а потом в комнату буквально залетает Блер, уже одетая в униформу и держащая в руках тот же самый журнал, что прочитала и Кристиана, будучи чем-то ошеломленной и широко распахнутыми глазами смотря на своих коллег по работе.

— Кристиана, Виолетта! — взволнованно произносит Блер. — Вы уже читали статью в журнале про «Against The System» ? Они написали, что барабанщик Питер Роуз пытался покончить с собой!

— Да, мы только что прочитали, — тихо вздыхает Виолетта. — Это ужасно ! Мне так жаль этого парня!

— Такой молодой, а уже решил покончить с жизнью, — с грустью во взгляде добавляет Кристиана.

— Я сама пришла в шок, когда прочитала статью, — тихо отвечает Блер. — Сначала я не поверила и думала, что это ложь. Но потом вспомнила, как вы что-то говорили про кровь на одежде Терренса, и предположила, что это могло быть правдой.

— Этот журнал врать не будет – здесь всегда пишут правду. Да еще и фотографии опубликовали… Поэтому я уверена, что новость про попытку Питера совершить суицид правдива .

— Ох, боже… — Блер медленно присаживается на кровать. — Поверить не могу, что проблемы Питера были настолько серьезные. Дай бог, он выживет, поправится, решит свои проблемы и вернется в группу.

— Этот парень еще такой молодой, даже младше Терренса… — с грустью во взгляде отмечает Виолетта. — Парень-то хороший. Совсем не гнида. Очень милый и приветливый.

— Надеюсь, что он выживет, — тихо вздыхает Кристиана. — Если «Against The System» потеряют барабанщика, то вряд ли группа будут существовать, даже если ему найдут замену.

— Согласна, — кивает Блер. — Не будь хотя бы одного из них, то группа будет уже не та. Конечно, ей и сейчас чего-то не хватает, и она кажется будто неполной, но стоит одному уйти, как все станет еще хуже.

— Да, я тоже так думаю… — тихо вздыхает Виолетта. — Но давайте надеяться, что врачи спасут этого парня, и он изъявит желание вылечиться от депрессии и рассказать о своих проблемах.

— Еще и эти письма непонятные… — задумчиво произносит Кристиана. — Мало Терренсу одной проблемы с группой, так еще одна появилась…

— Да, а Терренс не сказал вам про какие-то письма? — интересуется Блер. — Он попросил меня или кого-то из вас принести ему эти письма тогда, когда сюда приедет Эдвард? Что это все значит?

— Мы сами не знаем, Блер, — пожимает плечами Кристиана. — Однако он и правда попросил нас об этом. И да, одно из этих писем он однажды получил несколько дней назад. Оно было без подписи! Виолетта не говорила тебе об этом?

— Нет, а что это за письмо? — качает головой Блер.

— Понятия не имею, но однажды я достала какое-то письмо из почтового ящика и отдала его Терренсу, — рассказывает Виолетта. — Ему это письмо сразу не понравилось, а Кристиана вообще предположила, что это некое послание от Саймона Рингера.

— Саймона Рингера? Но с чего вы это взяли? Этот человек сейчас отбывает свое заслуженное наказание! Суд дал ему приличный срок, который он отбывает в тюрьме! Да и судьба уже наказала его, сделав инвалидом на всю жизнь!

— А если на свободе остались его сообщники? — предполагает Кристиана. — Всякое может быть! Даже то, что друг Терренса имеет какое-то отношение к этим письмам.

— Друг Терренса? Эдвард? Неужели вы хотите сказать, что эти письма и тот парень как-то между собой связаны?

— Я не буду ничего утверждать, но такой вариант тоже возможен. Не зря же Терренс попросил нас принести ему письма именно тогда, когда его друг пожалует сюда. Не захотел показать их сразу, а решил сделать вид, будто их только что принесли.

— Ну да, мне это тоже показалось подозрительным… — Блер тяжело вздыхает и медленно встает с кровати. — Тем не менее давайте не будем гадать и вмешиваться куда не надо. Мне, конечно, тоже очень жаль, что все это происходит, но это не наше дело. Нам все равно никто ничего не скажет, и мы никак не сможем им помочь.

— Да, но согласись, все равно интересно знать, что с ними происходит, — пожимает плечами Виолетта.

— Боже, порой я удивляюсь, что Ракель и Терренс до сих пор не уволили нас из-за того, что мы слишком любопытные и лезем куда не надо, — скрестив руки на груди, хмурится Блер. — Если бы мы работали у более строгих людей, то нас уже давно выставили за дверь. Терренс и Ракель слишком снисходительны к нам.

— Недавно мы с Кристианой тоже об этом думали, — тихонько усмехается Виолетта.

— Точно, мы тогда решили, что люди посчитали бы это слишком странная причиной увольнения, — с легкой улыбкой говорит Кристиана.

— Но такое вполне возможно, если мы так и будем совать нос в чужие дела, — дружелюбно отвечает Блер. — И нас бы осуждали за то, что нам слишком интересна жизнь наших боссов.

— Да ладно тебе, Блер, не волнуйся ты так, — весело произносит Виолетта. — Про Кэмерон и МакКлайфа и так постоянно сочиняют какие-то сплетни, а народ не перестает обсуждать их работу и личную жизнь. Уверена, сейчас такое начнется после того, как все узнают о попытке этого Питера умереть. Папарацци, журналисты и поклонники достанут их вопросами о его состоянии.

— Вот именно! — соглашается Кристиана. — Они уже давно привыкли к тому, что их постоянно все обсуждают. Так что не бойся, Блер! Я не думаю, что они будут злиться на нас. Мы же не наглеем, а просто делаем свою работу и получаем деньги.

— Да, но тем не менее нам надо быть поосторожнее, — отмечает Блер и окидывает взглядом всю комнату. — И вообще, давайте уже спускаться и работать. У нас и так очень много дел, а нас по головке не погладят, если хотя бы одно из них не будет сделано.

— Что-то ты в последнее время очень сильно об этом беспокоишься, — слегка хмурится Виолетта. — Раньше ты так никогда не говорила и не торопила нас с работой.

— Верно, ты ведь всегда спокойно делала свою работу и не беспокоилась о том, сделаем ли мы все, что хотели, за весь день, — добавляет Кристиана, с подозрением рассматривая на Блер.

— Разве нам не нужны деньги? — интересуется Блер.

Кристиана и Виолетта неуверенно бросают друг другу взгляд и слабо кивают.

— Нужны! А будем ли мы получать деньги, если будем бездельничать целыми днями? Конечно же, нет! Вот поэтому нам надо брать себя в руки и идти работать! Вы как хотите, а я сейчас же приступаю к работе. МакКлайфы как раз попросили меня кое-что сделать. Так что я пошла.

Блер забирает свой журнал, быстро подходит к двери и выходит из комнаты, закрыв ее за собой. А Кристиана и Виолетта провожают юную служанку вопросительным взглядом и переглядываются между собой.

— Ох, хоть убей меня, подруга, но я все равно буду продолжать твердить, что у Блер точно что-то произошло с этим Бенджамином, — уверенно говорит Виолетта. — Не сомневаюсь, что она решила загрузить себя работой, чтобы не думать о нем. И не грустить, что он уже несколько дней никуда не приглашает ее.

— Возможно, — соглашается Кристиана. — Этот Паркер запудрил бедной девочки мозги, и теперь она страдает . Прямо как мы и боялись.

— Хорошо, что он уже очень давно не появлялся в этом доме. Да и Терренс, похоже, про него совсем забыл, хотя его друг был здесь частым гостем. А уж когда он положил глаз на Блер, то приходил сюда почти каждый день до определенного момента.

— Либо отношения с Ракель изменила отношение Терренса к друзьям… Либо они перестали дружить… Либо они все еще дружат, но их дружба уже не такая крепкая. Ибо появились бас-гитарист и барабанщик, с которыми он проводил очень много времени в последние несколько месяцев.

— Что-то из этих вариантов, — уверенно кивает Кристиана. — А ты к чему больше склоняешься?

— Либо к первому, либо к третьему варианту… А с ссорами и примирением у мужчин все просто: поорали, помахали руками, душу отвели и успокоились. Потом они снова лучшие друзья. Вот и Терренс сначала сильно разругался с Паркером, но довольно легко помирился с ним.

— Я тоже так думаю. Терренс признал, что Бенджамин говорил правильные вещи, и что он не слушал его из-за своей злости.

— Ты говоришь про ссору из-за ситуации с Ракель и Саймоном?

— Да. Эти двое всегда любят из-за чего-то спорить, насколько я знаю. Но в тот раз они перегнули палку…

— Согласна… Помню, как он тогда по телефону на Паркера матом ругался и откровенно оскорблял его. Можно было услышать хоть на втором этаже.

— Верно… Но теперь это осталось в прошлом, а у Терренса появились другие проблемы…

— К сожалению…

Кристиана тихо вздыхает и окидывает взглядом всю комнату. А Виолетта спустя пару секунд медленно встает с кровати и одергивает свое платье служанки со словами:

— Ох, ладно, думаю, нам лучше и правда спуститься вниз и начать работать… Ракель с утра оставила мне список того, что нужно купить. Поеду в магазин, когда более-менее разберусь с делами здесь и помогу вам с Блер.

— Точно, что-то мы засиделись здесь. — Кристиана закрывает журнал и кладет его на тумбочку рядом с кроватью. — Журнал такой интересный, что я зачиталась.

— Хорошо, что пока Ракель с Терренсом сидят в своей комнате и еще не выходили из нее. Есть немного времени на пару личных дел.

— Лучше и правда пошли работать. — Кристиана встает с кровати и подходит к зеркалу, чтобы быстро поправить прическу. — Нечего здесь сидеть и бездельничать.

— Пошли…

Убедившись в том, что они выглядят хорошо, Виолетта и Кристиана быстрым шагом выходят из комнаты, закрывают ее за собой и спускаются вниз. А оказавшись на первом этаже, то расходятся в разные стороны и начинают заниматься своей работой, вспоминая свой план на сегодняшний день и решая, что им сделать в первую очередь.

***

Ракель и Терренс сейчас находятся в своей комнате. Они также успели прочитать статью, в которой говорится о попытке Питера покончить с собой. Сначала об этом узнала девушка, а потом она показала эту статью мужчине. Который как раз сидит на кровати и перечитывает ее уже не в первый раз, пока девушка стоит возле зеркала и приводит в порядок свой макияж, скрывая недостатки с помощью тонального крема и решив немного подвести глаза, нанести светлые тени и с помощью пудры придать лицу слегка загорелый оттенок.

Хоть мужчина и занят чтением статьи, его взгляд иногда останавливается на девушке, которая выглядит просто великолепно в своих узких светло-голубых джинсах с красивым ремнем, что подчеркивают ее упругие ягодицы, красной-розовой кофте с четвертными рукавами в горизонтальную полоску, демонтирующая манящие изгибы женской талии, стильной джинсовой жилетке и маленьких сапогах на низком устойчивом каблуке. На ее руках есть парочка браслетов, на шее – кулон из розового золота, а в ушах – потрясающие блестящие серебристые серьги. Слегка волнистые волосы Ракель распущены, но уже хорошо расчесаны и выглядят блестящими и здоровыми.

Впрочем, Терренс выглядит ничуть не хуже в серой футболке, на которую нараспашку надел клетчатую рубашку белого и голубого оттенков, рукава которой закатаны наполовину, джинсы светло-голубого цвета и черные ботинки. На левой руке вместо часов, которые он обычно носит, надета простая черная повязка, на шее висит тонкая подвеска, а в его волосах царит легкий беспорядок, который мужчину нисколько не смущает.

— Все-таки об этом написали в газетах, — хмуро говорит Терренс, резко швыряет журнал на кровать и руками проводит по своему лицу. — Черт, а я надеялся на лучшее…

— Удивительно, что об этом написали уже на следующий же день, — отвечает Ракель, стоя напротив туалетного столика с кучей косметикой на ней и подкрашивая глаза с помощью ярко-черной подводки. — Стоило только дать повод – так уже везде появились статьи о попытке покончить с собой.

— А я не думал, что нас с Даниэлем, Питером и врачами могли видеть наши поклонники и сделать пару снимков. Мы знали, что не сможем скрывать это вечно, но не думали, что все станет известно уже сегодня.

— Это было неизбежно – теперь нет смысла отрицать это и все проблемы группы.

— Знаю… — Терренс устало вздыхает и переводит взгляд на окно. — Что ж, теперь мне придется отвечать на многочисленные вопросы о том, какого состояние Питера Роуза на данный момент. А я не знаю, что говорить, ибо пока что ничего неизвестно. И сказать только лишь то, что у него тяжелое состояние, будет недостаточно. Ведь фанатам нужны подробности.

— Не только тебе, но и Даниэлю тоже. Вам обоим предстоит отвечать за себя и за группу.

— Да… И надо будет переговорить с менеджерами, чтобы они выпустили какое-то заявление. Хотя я понятия не имею, какова будет реакция Джорджа на то, что Питер пытался покончить с собой.

— Самое главное – сказать ему правду. Вам обоим будет хуже, если вы начнете врать. Тем более, что Джордж и сам мог успеть прочитать эту статью и проверить Интернет.

— Мы и не собираемся врать. Просто готовимся к этому непростому разговору. Который, однако, сейчас для нас не столь важен. Ибо нам гораздо важнее то, чтобы Питер выжил и поправился.

— Надеюсь, что выживет. Ведь вы с Даниэлем успели вовремя и не стали терять время после его звонка. Может, приехав вы на пару часов позже, Питера уже невозможно было бы спасти.

— Полагаю, Даниэль явно не ожидал ничего подобного. Ибо вчера у него был сильный шок, когда он увидел Питера, лежащего на полу в его собственной крови, и заметил, что ею испачкана вся ванна.

— Правда?

— Да! Встал как истукан и ошарашенными глазами пялился на все подряд. Когда я начал прикрикивать на него, он более-менее пришел в себя и начал делать хоть что-то. Но когда он вызвал скорую, то потом едва не отключился прямо там, покатившись вниз по стенке.

— Отключился? — Ракель, слегка нахмурившись, перестает подводить глаз и через зеркало смотрит на Терренса. — Он что боится крови?

— Скорее всего, хотя он яростно это отрицал и забыл, как стонал от того, что у него кружится голова, и ему плохо. Ты бы видела его в тот момент! Он весь позеленел и едва мог стоять! Я думал, мне придется не только поддерживать жизнедеятельность Питера до приезда скорой, но и приводить в чувства Даниэля, который едва не хлопнулся в обморок при виде крови.

— Но потом ему стало лучше?

— Да, потом он немного привык, но все равно выглядел жутко напуганным и бледным, пялясь на кровь так, будто это что-то ужасное, что буквально готово его сожрать .

— Не подумала бы, что Даниэль боится крови. — Ракель заканчивает подводить глаза подводкой и откладывает ее в сторону, после чего начинает возиться в куче косметики на столике. — Он казался таким крутым и бесстрашным…

— Он больше выпендривается , — хитро улыбается Терренс. — Хотя и сам не думал, что из-за обычной крови Перкинс может падать в обморок, жутко зеленеть и пугаться, как трусливый зайчишка.

— Ну да, конечно! — скромно хихикает Ракель. — Куда же ему до тебя! До такого смелого и уверенного в себе человека, который не боится никого и ничего!

— Ох, Ракель, поверь, мне и самому было противно там находиться, — лениво запустив руку в свои волосы, задумчиво отвечает Терренс. — Просто я понимал, что должен взять себя в руки и сделать все возможное, чтобы не дать Питеру умереть. Перкинс же был в ауте! Поэтому и пришлось собраться и делать то, что сказал диспетчер до приезда скорой.

— Я понимаю. А сейчас все зависит от него самого и врачей, которые его лечат.

— Не только от них, но и от нас с Даниэлем и подруг Питера. Ты не забыла, что после обеда должны быть известны результаты анализа, который покажет, кто может быть донором для Питера?

— Я помню, не беспокойся… — Ракель берет тушь для ресниц и начинает подкрашивать ею ресницы. — А тебе будет страшно, если ты подойдешь?

— Возможно. Но я просто скажу себе, что должен сдать кровь, и сделаю все, чтобы помочь Питеру. Было бы грехом отказаться помогать, когда судьба дает тебе такой шанс.

— Кстати, а Даниэль тоже сдавал этот анализ? Или испугался крови?

— Как ни странно, он тоже сдавал и вполне нормально перенес эту процедуру. — Терренс хитро улыбается, гордо приподняв голову. — А все благодаря моей поддержке.

— Да, спорю на что угодно, что ты издевался над ним, когда он сдавал кровь, — скромно хихикает Ракель. — И после того, как с удивлением обнаружил, что Даниэль боится крови.

— Я? — Терренс тычет в себя пальцами и резко мотает головой. — Нет, Ракель, ты что смеешься надо мной? Неужели ты могла подумать, что я буду издеваться над собственным другом? Ну… Боится он крови – что такого! Все люди чего-то боится – это нормально!

— О, МакКлайф, я уже представляю себе твое лицо, когда Перкинс пошел сдавать кровь. Наверное, если бы кругом никого не было, то ты смеялся бы над ним во весь голос, видя, как он морщится и отворачивается, чтобы не смотреть на то, от чего его тошнит.

— Ты меня обижаешь , милая. — Терренс начинает активно размахивать руками. — Как ты вообще можешь такое думать?

— Терренс… — Ракель смотрит на Терренса через зеркало и видит, как тот бегающими глазами смотрит на нее и невинно улыбается. — Ты можешь обмануть кого угодно, но не только не меня. Не думаю, что ты упустил бы возможность посмеяться над ним. Так что не держи меня за глупую дурочку, которая не замечает того, как ты пытаешься соврать мне.

— Ох… — Терренс резко выдыхает и приподнимает руки. — Ладно-ладно, ты права, я сделал это! Но я всего лишь хотел немного разрядить напряженную обстановку и помочь другу спокойно пережить процедуру сдачи крови! Перкинс обязан быть благодарным мне за то, что я помогу ему сохранять ясность ума.

— Скорее он мечтал прибить тебя за твои дурацкие шуточки.

— Хоть он и обещал отомстить, этого не случится.

— Ха! — усмехается Ракель и одной рукой опирается о туалетный столик, смотря на Терренса через зеркало. — Да на его месте я бы сразу же прибила тебя! Уже распушил свой павлиний хвост, я смотрю… Думает, что если он почти ничего не боится, то это сделает его круче в глазах других.

— Однако и у меня тоже есть свои страхи. Бесспорно, что таких неотразимых красавцев, как я, уже не сыскать на этом свете. Но и я многого боюсь.

— Ну… — Ракель медленно разворачивается лицом к Терренсу, сидящему на кровати. — Один из этих страхов мне хорошо известен. А разве у тебя есть какие-то еще?

— Э-э-э, тебе не стоит об этом знать… — с загадочной улыбкой закатывает глаза Терренс.

— Почему же не стоит? — Ракель с хитрой улыбкой берет свою расческу и начинает задумчиво вертеть ее в руке. — Неужели не доверяешь?

— Просто продолжай думать, что мне ничего не страшно, и один из самых привлекательных и сексуальных мужчин шоу-бизнеса придет тебе на выручку, чтобы с тобой ни случилось, — хитро улыбается Терренс, гордо приподняв голову. — Для тебя я хочу быть абсолютно бесстрашным человеком, который всегда знает, где и как тебя найти.

— Мы пока что помолвлены. Так что было бы неплохо знать друг о друге все. Неужели забыл, что я – все еще твоя невеста и имею право знать о тебе все? Даже если ради этого мне нужно залезать тебе в голову!

— Почему « пока что помолвлены »? — округляет глаза Терренс и резко выпрямляется. — Надеюсь, ты не решила бросить меня где-нибудь лет через пять-десять?

— А вот сейчас ты издеваешься надо мной!

Ракель резко разворачивается к зеркалу лицом и начинает причесывать свои волосы. А Терренс слегка хмурится, встает с кровати и уверенно подходит к девушке со словами:

— Нет-нет, подожди, так не пойдет, мне нужен конкретный ответ. Неужели ты не уверена во мне? Неужели считаешь, что вскоре нашим отношениям придет конец?

— О боже мой… — устало вздыхает Ракель, на секунду прикрыв глаза.

— Я не отстану от тебя, пока не получу ответ. Хоть закатывай глаза, хоть нет, но я хочу это знать.

— Терренс, прекрати говорить глупости, пожалуйста. — Ракель с опущенными руками разворачивается к Терренсу лицом. — И придираться к словам.

— Если ты говоришь « пока что », это значит, что ты не уверена во мне и можешь начать думать о том, чтобы бросить меня. Было бы все иначе – я бы услышал уверенное « мы – помолвлены, я – твоя невеста, а ты – мой жених ».

— По-моему мне пора запрещать тебе видеться с Даниэлем, ибо он явно плохо на тебя влияет. А иначе скоро от твоей серьезности не останется и следа.

— Почему это, красавица? — удивленно округляет глаза Терренс и подходит к Ракель чуть ближе. — Мне кажется, нам с Даниэлем очень весело вместе, и мы можем посмеяться от души. Нам было классно вместе еще с самой первой встречи. Я знал, что смогу быстро подружиться с ним и Питером, ибо они показались мне веселыми и дружелюбными.

— Ах, весело вам, значит? — тихонько смеется Ракель. — Смотри, дорогой, как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься. Конечно, я уважаю Даниэля и считаю его хорошим человеком. Но все-таки иногда он бывает придурком. А тебе не желательно привыкать к его привычкам, чтобы не становиться таким же.

— А, кажется, я понял! — с хитрой улыбкой кивает Терренс. — Ты просто скучаешь ! Скучаешь по своему привлекательному жеребцу, который, к сожалению, не может уделять слишком много внимания своей обворожительной королеве и радовать ее всем, чем могу ей дать.

— Ох, МакКлайф, куда же делась вся твоя серьезность? Неужели решил отдать Даниэлю и занять его место, пока он осваивается на твоем? Вот твой друг уже и жениться надумывает! Может, скоро нас в ближайшее время ждет его свадьба с Анной… Поженятся даже раньше нас с тобой!

— М-м-м, значит, ты уже в курсе, что мистер Перкинс уже хочет узаконить свое проживание с ней в одном доме, чтобы не подвергаться осуждению тех, кто против сожительства до женитьбы?

— Еще как в курсе! — широко улыбается Ракель. — И я буду очень рада, если это произойдет. Считаю, что Анна и Даниэль – потрясающая пара. Эти ребята очень любят друг друга и вряд ли бы согласились быть с кем-то еще.

— Это точно, Даниэль все время распушает свой петушиный хвост, когда говорит об Анне, — с легкой улыбкой отмечает Терренс. — Твоя подружка просто боготворит его и явно знает, как сделать ему приятное. Например, приготовить что-то вкусное. Перкинс постоянно говорит о том, как он обожает то, что она готовит.

— Анна и правда отлично готовит. Когда ей нечего было делать дома, она просто брала книгу рецептов и пыталась что-то приготовить. А иногда с чем-то экспериментировала и совершенствовала свои навыки.

— Ну если так, то я могу не переживать, что мой друг останется голодным. У него есть девушка, которая всегда его накормит. А ты можешь не сомневаться в том, что он обязательно отблагодарит ее за столь прекрасную заботу и заставит почувствовать себя его королевой.

— Анна всегда так сияет от радости и широко улыбается, когда кто-то упоминает Даниэля. И она до смерти боится его потерять, потому что по-настоящему влюблена в этого человека. Еще ни один парень не делал ее настолько счастливой, насколько твой дружок. К тому же, моя подружка не скрывает своего желания выйти за него, но не хочет давить на него. Мол, пусть он сам придет к решению пожениться.

— О, да, это так похоже и на Даниэля… Он тоже страшно боится потерять ее, так как тоже очень любит твою подружку. И до смерти страшится встречи с ее родителями, ибо считает, что они разлучат их.

— Она уже взрослая и может сама решать, с кем ей быть. А если уж эти двое поженятся, то ее отцу и матери в любом случае придется смириться с тем, что у них появился зять, которого они не хотели.

— Посмотрим. И я жду не дождусь их свадьбы, на которую я уже зарезервировал приглашение. А Перкинс даже пообещал сделать меня одним из друзей женихов.

— Прости, милый, но в этом случае ты не сможешь повыпендриваться и будешь лишь на вторых ролях. Будешь в центре внимания лишь на нашей свадьбе.

— Ничего, все равно люди не смогут не заметить такого шикарного друга жениха, который с радостью отдаст его одной очень хорошей девушке с надеждой, что его жизнь будет такой же сладкой, как и сейчас.

— О, МакКлайф, ты просто неисправим… — со скромной улыбкой тихонько стонет Ракель.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, после которой Терренс слегка прищуривает глаза, пока Ракель продолжает улыбаться и смотреть на него хитрым взглядом.

— Так, а ну-ка стоп! — восклицает Терренс. — Кажется, ты ушла от первоначальной темы.

— Э-э-э… — невинно улыбается Ракель и слегка прикусывает губу. — Что, прости?

— Не бери пример с моего дружочка, которому я в ближайшее время собираюсь хорошенько настучать по башке. Неужели ты думала, что сможешь заболтать меня?

— Терренс… — произносит Ракель, скрестив руки на груди и продолжая невинно улыбаться.

— Ракель, я жду… — Терренс тоже скрещивает руки на груди, уверенно смотря на Ракель. — Со мной этот фокус не прокатит. Я тебя насквозь вижу и могу легко угадать, о чем ты думаешь.

— Ну и о чем же я сейчас думаю, красавчик, которому сильно жмет корона?

— О том, как одурачить своего жениха и заставить его закончить то, о чем мы говорили изначально.

— Не угадал! Даже близко к правде ничего нет!

— Хочешь, чтобы я применил уже проверенный метод и уж точно выбил из тебя признание? — Терренс подходит еще ближе к Ракель и, смотря ей в глаза, приподнимает ее лицо за подбородок. — А ты прекрасно знаешь, как я в этом преуспел.

— Ах, Терренс, какой же ты… — скромно хихикает Ракель. — Такой… Э-э-э… Такой…

Однако Ракель не можешь закончить, так как не знает, что ей сказать, и просто продолжает хихикать и улыбаться.

— Какой? — с хитрой улыбкой интересуется Терренс.

— Дурачок! — сквозь смех восклицает Ракель. — Глупый наивный дурачок! Которого так легко обмануть! Ты думаешь, что тебя не обмануть, но на самом деле я могу легко водить тебя за нос, если очень захочу.

— Что ты хочешь сказать?

— Боже, Терренс, неужели ты всерьез думаешь, что мне нужен еще кто-то, кроме тебя? — Ракель с легкой улыбкой гладит Терренса по щеке. — Разве можно бросить такого привлекательного красавчика, который не даст сделать этого даже при огромном желании?

— А как же фраза « пока что еще помолвленные »?

— Не придирайся к словам и не ищи в них скрытый смысл.

— Я его уже нашел.

— Господи, да я это просто так сказала! — на секунду закатывает глаза Ракель. — Чтобы немного расшевелить тебя! И поддерживать тебя в тонусе. А то мне кажется, ты немного сдулся. Вот я и решила помочь тебе взбодриться.

— Значит, однажды я не буду шокирован новостью о том, что мы расстаемся?

— Конечно, нет! — уверенно отвечает Ракель и, взяв лицо Терренса в руки, мило целует его в губы. — Успокойся, дорогой, я никуда от тебя не уйду. Будешь принадлежать мне до конца своих дней.