Вот уже пару-тройку минут обе машины несутся по широкой дороге в лесной местности на огромных скоростях, которые достигают уже около ста двадцати или ста тридцати миль в час. Адреналин в крови зашкаливает, сердцебиение очень частое, дыхание – трудное, а голова забита самыми худшими мыслями. К счастью, на дороге, по которой они несутся, нет никаких других машин. Да и дорога довольно широкая – можно даже выехать на встречную без риска встретиться лбом с другой машиной.

Сначала Терренсу удается сильно оторваться от преследователей, развив сумасшедшую скорость, на какой могут ездить, наверное, только мотогонщики или закоренелые лихачи. Но теперь машина Тобиаса, Холланда, Болтона, Уэстбрука и Найтом умудряется очень быстро догнать автомобиль МакКлайфа. А через несколько секунд оба автомобиля несутся по дороге наравне друг с другом. В какой-то момент Терренс на мгновение переводит взгляд в бок и видит машину преследователей, которая пытается обогнать его, выехав на встречную полосу. И один раз тем все-таки удается резко затормозить, чтобы и МакКлайф сделал этот. Правда, брюнет резко выруливает автомобиль в сторону и объезжает его, заставив преследователей снова погнаться за ним на высокой скорости.

— Черт, похоже, они серьезные ребята, — громко тараторит Терренс, будучи вынужденным перекрикивать звук ревущего мотора. — Мы просто так от них не отделаемся.

— Теперь мы точно не отделаемся от них! — нервно вскрикивает Ракель, крепко вцепившись в ручку на дверце автомобиля. — Ты их спровоцировал тем, что начал гнать!

— Если бы мы не свалили, эти ублюдки бы точно грохнули нас!

— Лучше бы мы остались там и позволили им сделать то, что они хотели! Вместо того чтобы ГОНЯТЬ ПО ГОРОДУ ПО ВЫСОКОЙ СКОРОСТИ!

— Да, а ты разве хочешь, чтобы к твоему горлу приставили нож? — практически переходит на крик Терренс.

— Нет! Но сейчас мы погибнем гораздо быстрее.

— Не погибнем, я обещаю. У меня есть опыт вождения на таких скоростях, и я умею контролировать машину в любой ситуации.

Автомобиль преступников резко ударяет машину Терренса в бок, когда снова начинает ехать с ней на равных. Железного коня мужчины заносит в сторону, а Ракель громко вскрикивает с вытаращенными глазами.

— Они там вообще что ли сдурели? — вскрикивает Терренс, переведя взгляд на автомобиль, управляемый Тобиасом. — СЕБЯ ПО БАШКЕ УДАРЬ, СУКА! ЧТОБЫ ТЫ РАЗБИЛСЯ НА ЭТОЙ МАШИНЕ ВМЕСТЕ СО СВОИМИ УБЛЮДКАМИ!

— О, боже, ну почему ты заставляешь меня переживать такой ужас? — со слезами дрожащим голосом задается вопросом Ракель, вжавшись в кресло пассажира как можно сильнее. — Мне безумно страшно… Я не хочу умирать…

— Что ж, посмотрим, что вы будете делать, если я разгонюсь до ста пятидесяти миль в час, — с ехидной ухмылкой уверенно говорит Терренс. — До сотки разогнались без проблем, но как насчет чего-то серьезного?

— Что? — ужасается Ракель, будучи готовой придушить Терренса собственными руками. — Сто пятьдесят миль в час? МакКлайф, ты совсем охренел! На такой скорости ездят только сумасшедшие! Сейчас же прекрати весь этот ужас! СЛЫШИШЬ МЕНЯ, ПРИДУРОК ТЫ ЧЕРТОВ, СЕЙЧАС ЖЕ ОСТАНОВИ МАШИНУ! Я ВЫЙДУ ИЗ НЕЕ! ОСТАНОВИ, Я СКАЗАЛА!

Однако Терренс никак не реагирует на истерические крики Ракель. Он включает самую последнюю скорость и нажимает на педаль газа настолько сильно, насколько это возможно, выдавливая из нее максимум. И уже через несколько мгновений автомобиль мужчины развивает просто невероятную скорость и оставляет Тобиаса, Холланда, Болтона, Найта и Уэстбрука далеко позади.

— ТВОЮ МАТЬ! — ревет Тобиас, резко ударив руками по рулю. — Эта сука опять решил прибавить газу!

— Этот парень рискует, — грубым голосом отмечает Найт. — Раз МакКлайф решил разогнаться до ста пятидесяти миль в час, то они с девчонкой покойники.

— Ты же сам говорил, что он неплохо водит машину, — отвечает Холланд, сидящий на пассажирском сидении.

— Да, но при такой бешеной скорости с управлением машины не справится ни один опытный гонщик.

— Серьезно? — Болтон ехидно усмехается. — Ха, я тебя умоляю, приятель, люди еще и не на таких скоростях могут ездить! Некоторые придурки и до двухсот разгоняются!

— Эта старая кляча не способна на такие рекорды, — уверенно отмечает Уэстбрук. – Видно, что МакКлайф покупал ее очень давно. Может, даже в начале двухтысячных.

— Я бы поспорил… — задумчиво говорит Найт.

— А мы сейчас это проверим, — хитро улыбается Тобиас. — Раз этот смертник решил бросить нам вызов, то мы его принимаем . И поэтому я тоже разгоняюсь до ста пятидесяти миль. Я так подрежу эту суку, что ему и его невесте придется выслушать нас.

— Ты идиот? — вскрикивает Холланд, постучав по виску пальцем. — Мы же разобьемся!

— Да, но упустить этих двоих мы не должны, а иначе босс надерет нам задница.

— Мы их уже упустили! — отвечает Уэстбрук. — За ними не угнаться! Нам придется рассказать Майклу, что мы потеряли их след.

— И потом слышать, как он орет на нас за то, что все до такого докатилось? — грубо, громко удивляется Найт. — Нам ведь надо было просто еще раз припугнуть МакКлайфа и дать девчонке понять, что у нее тоже есть огромные проблемы.

— Этот ублюдок сам виноват! — сухо бросает Тобиас. — Наверное, хочет поиграть в героя и повыпендриваться перед этой куколкой. Девки же обожают подобные вещи! Любили во все времена!

— Слушайте, мужики, давайте уже оставим их в покое и поедем домой к шефу, — уверенно предлагает Уэстбрук. — Если они не глупые, то и так поняли, что им надо быть осторожнее. А уж если они прочитали письма от Майкла, то им уже все известно.

— Нет уж, Уэстбрук, я не сдамся просто так. Эта сука МакКлайф реально вывел меня из себя, и теперь я хочу уничтожить его. НЕ УСПОКОЮСЬ, ПОКА НЕ РАЗОБЬЮ ЕГО МАШИНУ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!

— Забей, Тобиас, ты уже не сможешь его догнать, — пытается отговорить друга Холланд. — Мы ведь можем сдохнуть, если ты не справишься с управлением!

— Ты думаешь, меня это остановит?

Тобиас с хитрой улыбкой со всей силы жмет на педаль газа и обеими руками крепко вцепляется в руль. А через несколько мгновений его автомобиль начинает нестись на высокой скорости, которая очень быстро приближается к отметке в сто пятьдесят миль в час.

Терренс не оставляет попытки уйти от преследователей по пустой дороге, что по краям огорожена металлическими конструкциями. В некоторых местах на ограждении можно увидеть сильные вмятины, а многие из них деформированы или повалены на землю. Иногда повороты оказываются слишком уж крутыми. При неправильной реакции автомобиль может занести в другую сторону и врезаться в какое-нибудь дерево на полной скорости. Но Терренс отлично контролирует машину и легко справляется с подобными ситуациями.

Ракель же мысленно прощается со всеми, кого любит и все больше начинает быть уверенной в том, что ее жизнь оборвется так же, как оборвались жизни Элизабет и Джексона Кэмеронов, ее родителей, много лет назад. Девушка начинает жалеть, что вообще вышла из дома и не перестает мысленно молиться о том, чтобы этот кошмар, в который ее втянул Терренс, не закончился чем-то трагичным. Но спустя какое-то время влюбленные видят огромный грузовик, стоящий на обочине, в котором лежит большая куча деревянных досок. К огромному сожалению Ракель, Терренс как раз едет именно на него и, кажется, не собирается никуда сворачивать. Перед глазами девушки мгновенно проносится вся, казалось бы, короткая жизнь. Она мечтает прибить Терренса за то, что он заставляет ее трястись, плакать и нервничать.

— Ты не видишь, что впереди грузовик стоит? — раздраженно кричит Ракель.

— Да, вижу. — сухо отвечает Терренс, не спуская взгляд с дороги.

— Хочешь, чтобы мы в него врезались? СЕЙЧАС ЖЕ СВОРАЧИВАЙ В ДРУГУЮ СТОРОНУ! СЛЫШИШЬ, ЧТО Я СКАЗАЛА?

— Я знаю, что делаю, и сверну в нужный момент.

— Ты совсем что ли обалдел? — вскрикивает Ракель, резко размахивая руками. — НЕ ВИДИШЬ, ЧТО ПЕРЕД ТОБОЙ СТОИТ ОГРОМНЫЙ, МАТЬ ТВОЮ, ГРУЗОВИК? ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ МЫ ВРЕЗАЛИСЬ В НЕГО И РАЗБИЛИСЬ?

— Эй, хватит уже орать на весь салон! — грубо бросает Терренс. — Из-за твоих диких воплей я не могу сосредоточиться на дороге!

— А Я БЫ НЕ ВОПИЛА, ЕСЛИ БЫ НЕ СЕЛА В МАШИНУ С ТАКИМ БОЛЬНЫМ ИДИОТОМ, КАК ТЫ!

— Ар-р-р, ты начинаешь все больше бесить меня! — Терренс еще крепче вцепляется руками в руль машины, понимая, что внутри у него все начинает закипать. — Так что если не хочешь, чтобы я не наделал глупостей, лучше заткнись и не издавай ни одного писка.

— ТЫ САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ ПСИХ, ТЕРРЕНС МАККЛАЙФ! — кричит Ракель, начав со всей силы дубасить Терренса по рукам и еще больше выводя его из себя. — Клянусь, я прибью тебя своими собственными руками, если мы выживем! Ты мне, сука, ответишь за то, что заставил меня пережить такое! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, УБЛЮДОК, НЕНАВИЖУ, НЕНАВИЖУ!

— ДА ПРЕКРАТИШЬ ТЫ, НАКОНЕЦ, ОРАТЬ? — во весь голос ревет Терренс, на секунду резко переведя взгляд на Ракель. — Запомни, если я куда-нибудь врежусь и потеряю контроль над машиной, то в этом будут виноваты ТЫ И ТВОИ ИСТЕРИЧЕСКИЕ ВОПЛИ! ОТ КОТОРЫХ Я СЕЙЧАС К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ ОГЛОХНУ!

— ВОТ ТОЛЬКО ОРАТЬ И УМЕЕШЬ! НА ДРУГОЕ У ТЕБЯ УМА НЕ ХВАТАЕТ!

— НА СЕБЯ ПОСМОТРИ СНАЧАЛА! — вскрикивает Терренс.

— НЕ ЖИВЕТСЯ ТЕБЕ СПОКОЙНО! Так и хочешь влипать в неприятности и бить всем морды!

— БЛЯТЬ, ДА УСПОКОЙСЯ ТЫ УЖЕ! ХВАТИТ ЗАКАТЫВАТЬ МНЕ ИСТЕРИКИ! Я начал все это ради твоего блага! Чтобы эти ублюдки не тронули тебя!

— АХ, РАДИ МОЕГО ЖЕ БЛАГА? — громко вскрикивает Ракель, начав дышать словно озлобленное животное, которое готово напасть на любого. — Ради моего блага ты решил угрохать меня, да? НАДОЕЛО ТЕБЕ ЖИТЬ СО МНОЙ? ПОЖАЛЕЛ, ЧТО ЗАХОТЕЛ ЖЕНИТЬСЯ?

— ПРОСТО, МАТЬ ТВОЮ, ЗАТКНИСЬ, И СИДИ МОЛЧА!

— Если ты решил избавиться от меня таким способом, то ПОЗДРАВЛЯЮ! ТЫ ПРАКТИЧЕСКИ ДОБИЛСЯ СВОЕГО! Сейчас я наконец-то сдохну! Найдешь себе другую девку и будешь жить с ней долго и счастливо!

— Ты можешь закрыть рот и ПРОСТО СИДЕТЬ СПОКОЙНО? — сначала тихо, а потом все громче и громче интересуется Терренс.

— Я МОГУ СРАЗУ ВЫПРЫГНУТЬ ИЗ МАШИНЫ! НЕ ПРИДЕТСЯ РАЗГОНЯТЬСЯ, ЧТОБЫ ГРОХНУТЬ МЕНЯ!

— Я СКАЗАЛ, ЗАТКНИСЬ! — Терренс отпускает руль и резко и грубо хватает Ракель за волосы, уставив свой ледяной и озлобленный взгляд в ее мокрые от слез и страха глаза. — Запомни, если ты пикнешь хоть еще одно слово, то я так тресну тебя, что ПОБОИШЬСЯ РОТ РАСКРЫТЬ. ПОНЯЛА МЕНЯ, СУКА? ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ РАЗБУДИТЬ ВО МНЕ ЗВЕРЯ, СИДИ, МАТЬ ТВОЮ, МОЛЧА, И НЕ ИЗДАВАЙ НИКАКИХ ЗВУКОВ!

Терренс резко отталкивает издавшую громкий всхлип Ракель от себя и снова сосредотачивает все свое внимание на дороге, крепко вцепившись дрожащими от напряжения руками в руль. На этот раз жутко бледная девушка решает больше ничего не говорить, а лишь сильно дрожит от испуга и начинает тихонько плакать. Чем ближе автомобиль Терренса приближается к грузовику, тем сильнее ею овладевает паника. Тем шире становятся ее глаза, что бегают из стороны в стороны. Ее сердце стучит как бешеное, на лбу проступает пару капелек пота. Временами дышать бывает настолько трудно, что ей кажется, что будто она вот-вот провалится в темноту раньше, чем наступит ее смерть.

А тем временем Тобиас, Холланд, Найт, Уэстбрук и Болтон отстают лишь на несколько метров, но стараются держать в поле зрения машину Терренса, который видит их в зеркале заднего вида и продолжает ехать вперед с мыслью, что его идея увенчается успехом.

— Египетская сила, да он просто больной ! — с ужасом отмечает Найт, крепко вцепившись в ручку на задней двери и слегка трясясь, пока транспорт движется на огромной скорости. — Походу, это уже не сто пятьдесят, а все двести миль в час!

— Да, крепкий орешек этот ублюдок, — хмуро бросает Холланд. — Но надо признать, он неплохо справляется. Его трусливый дружок так бы не смог… Этот щенок умеет только языком чесать и ничего не делать.

— Да перед бабой он красуется – не поняли что ли! — уверенно заявляет Болтон. — Майкл был абсолютно прав, когда говорил, что Терренс слишком самоуверен и способен пойти на безумные поступки, не думая о последствиях. Хочет, чтобы все его хвалили .

— О, судя по белому лицу этой девчонки, она реально прибьет его раньше, чем они врежутся в тот грузовик, на который едет этот придурок, — презренно ухмыляется Уэстбрук. — Если только она не грохнется в обморок.

— Опять решил прибавить газу! — со злостью во взгляде ругается Тобиас. — Ну все, сука, тебе конец! Хочешь улизнуть от меня на скорости в двести миль в час, но не получится. Получай, мразь!

Тобиас в очередной раз прибавляет газу и разгоняет машину до такой скорости, на которой он точно никогда не ездил. Мужчина изо всех сил пытается контролировать ситуацию, хотя и понимает, что у него недостаточно опыта вождения на таких скоростях. В отличие от Терренса, который как будто бы совершенно легко справляется с этой задачей и прекрасно знает, как вести себя на слишком крутых поворотах. С этим у его обидчика возникают проблемы, но из-за жажды расправы он не сдается и продолжает жать на гашетку со всей силы и как-то выруливать машину.

Казалось бы, сейчас вот-вот наступит конец для внешне хладнокровного Терренса и до смерти перепуганной Ракель. Пока девушка не может прекратить плакать и представлять себе, что с ней будет, когда машина врежется в грузовик, мужчина сохраняет на лице невозмутимость. Он холодным взглядом следит за дорогой, крепко держа руль обеими руками, давя на газ как можно сильнее и придумав, как можно попробовать отвязаться от преступников.

Вот уже машина Терренса находится в нескольких милях от грузовика. Еще чуть-чуть – и смерти не избежать! Скорость давно уже перевалила за сто пятьдесят миль в час. Резко затормозить не получится. Лесные пейзажи едва мелькают перед глазами, и их не удается получше разглядеть из-за того, мимо них слишком быстро проезжают. Все ближе тот момент, когда машина врежется в грузовик, и от нее отвалятся все возможные запчасти. Момент, когда Ракель и Терренса ожидает верная смерть. Когда их семья, друзья и преданные поклонники будут оплакивать их потерю. Совсем как много лет назад оплакивали еще молодых Элизабет и Джексона. Их дочка может погибнуть со своим женихом, который уверенно едет на грузовик, что в два-три раза больше его машины.

Бледная от сильного страха Ракель почти смирилась с тем, что вот-вот погибнет и не может ничего сказать. Да и если она скажет что-то еще, то Терренс точно не выдержит и сделает с ней что-нибудь ужасное до того, как они погибнут. Они оба не особо следят за тем, что говорят и делают, когда находятся в таком напряженном состоянии. Когда внутри буквально все горит и сжимается… Однако когда машина Терренса оказывается в нескольких сантиметрах от огромного грузовика, то мужчина под оглушительные крики Ракель резко выворачивает руль в сторону, ни на секунду не позволяя себе расслабиться и чувствуя, как звук бешеного пульса буквально стучит у него в висках, а каждая мышца тела ноет от слишком уж огромного напряжения. Машину со свистом и скрежетом резко заносит в другую сторону, но через мгновение МакКлайф выворачивает руль и быстро снижает скорость, пока девушка с широко распахнутыми глазами трясется и буквально не дышит. После этого мужчина не останавливается и на все еще высокой скорости продолжает ехать вперед.

Холланд, Уэстбрук, Тобиас, Найт и Болтон прекрасно видят, как Терренсу чудом удалось избежать гибели. Все пятеро широко распахивают глаза и вопросительно переглядываются между собой.

— Не фига себе! — громко удивляется Уэстбрук. — Вы это видели, парни?

— Реально, я в шоке ! — качает головой Холланд. — Он ушел от столкновения, находясь в нескольких миллиметрах от грузовика.

— Но как? — громко недоумевает Найт. — Как человек мог так ловко вывернуть руль и избежать столкновения в самый последний момент? Для этого надо иметь шикарную реакцию!

— Но как видишь, этот тип справился, — отмечает Болтон. — Однако не могу признать, что это было круто.

— Да уж… — резко выдыхает Тобиас, немного ослабив контроль за дорогой, но продолжая ехать на огромной скорости. — Хоть я и ненавижу этого ублюдка, но должен признать его превосходство в вождении. Он выиграл …

— Ха, ну и кто сказал вам, что люди могут ездить не на таких скоростях? — громко ухмыляется Уэстбрук, скрестив руки на груди. — Этот мужик разогнался почти до двухсот и смог чудом избежать столкновения! Справился бы ли с этим тот, кто первый день сидит за рулем?

— Ты типа умник что ли? — презренно усмехается Холланд.

— Ладно, будем считать, что этому кобелю и его сучке повезло , — сухо говорит Тобиас, окинув всех взглядом. — По крайней мере, шеф не прибьет нас за то, что они не сдохли раньше времени. Они все прекрасно видели и теперь будут иметь в виду, что у них серьезные проблемы.

— Посмотрим, сможет ли он так улизнуть в следующий раз, — задумчиво говорит Найт.

— В следующий раз этот придурок, его невеста и дружок окажутся в доме нашего босса и будут грохнуты к чертовой матери, — уверенно заявляет Уэстбрук. — Думаю, Майкл поручит Уэйнрайту и Брауну разобраться с ней, а нам – с МакКлайфом и его дружком. А там еще и с подружкой Локхарта надо порешать.

— Точно! — восклицает Болтон. — Папаша Локхарта уже сдох и сейчас наблюдает за своими сыночками где-нибудь на небесах. Но скоро они отправятся вслед за ним. Так же, как и их жалкая мамаша и безмозглая подружка этого щенка.

— О, ребятки, чувствую, Майкл щедро наградит нас, если мы уничтожим всех этих людишек, — хитро улыбается Тобиас, откинувшись на спинку кресла, немного расслабившись и управляя машиной будто в свое удовольствие. — С таким чудесным боссом нам точно не стоит переживать за свою жизнь. И все эти поимки – прекрасный шанс отвести душу, размять ноги и руки и набить морду каким-нибудь ублюдкам. Вроде МакКлайфа. Ах, с нетерпением ждут, когда шеф еще раз прикажет…

Тобиас не успевает договорить, поскольку сидящий на пассажирском сиденье Холланд широко распахивает свои глаза, полные ужаса, когда видит, как машина движется прямо на грузовик, столкновения с которым чудом избежал Терренс.

— ТОБИАС, ОСТОРОЖНО! — во весь голос кричит Холланд.

Тобиас не успевает отреагировать и вывернуть руль, и машина на полном ходу врезается в грузовик, стоящий на обочине. Удар оказывается настолько сильным, что огромная фура резко поддается вперед, а вот все деревянные доски падают прямо на лобовое стекло машины. Вся ее передняя часть полностью уничтожена, стекло ломается, а из капота начинает валить огромный столб дыма.

А так как все пятеро пристегнуты ремнями безопасности, то никто из них не пострадал. Разве что Тобиас сильно ударяется головой о руль, но остается в сознании, лишь чувствуя небольшую головную боль. А Холланд стирает со своего лица следы крови после сильного удара виском о дверь водителя. Остальные же, сидящие сзади, пострадали не так сильно, но ударяются головой о водительское и пассажирское сиденья, которые по инерции отъехали назад и настолько сильно придавили их, что они даже не могут пошевелить ногами.

Терренс и Ракель прекрасно видят, что произошло с теми, кто их преследовал. Они оба поворачиваются назад и видят, что машина с Холландом, Тобиасом, Уэстбруком, Найтом и Болтоном начала сильно дымиться, а все доски упали на лобовое стекло и разбили его. И пока девушка с глазами, полные страха и ужаса, продолжает смотреть на машину, которой полностью снесло всю переднюю часть, мужчина поворачивается лицом к дороге и постепенно снижает скорость. Вскоре они начинают ехать со скоростью примерно восемьдесят миль в час, но это значение медленно падает до шестидесяти.

***

Около пяти минут Ракель и Терренс едут по прямой, ни разу не обмолвившись словом после того, как мужчина заставил девушку замолчать, и думая о чем-то своем. А вскоре молодые люди приезжают в какое-то безлюдное место, где кругом все какое-то серое, вдалеке виднеется много возвышенностей, а кругом лежит рыхлый песок или посеяна бледно-зеленая травка. В некоторых местах растут довольно сухие деревья, а по краям одной единственной дороги раньше стояли хлипкие деревянные ограждения, но сейчас они все полностью повалены, поломаны или деформированы. Небо сегодня практически весь день, и на нем очень много темных туч. Стоит полная тишина – даже неслышно пения птиц, вой собак или мяуканье кошек. Кругом нет ни единой души: ни одного человека, ни одного животного, ни одной птички и даже ни одного насекомого.

Остановив машину на обочине и поставив ее на ручник, Терренс медленно выдыхает с прикрытыми глазами и задирает голову вверх. Теперь он позволяет себе расслабиться и пытается начать ровно дышать и снять огромное напряжение, которым одержимо все его тело. А вот Ракель своими серыми, шокированными, мокрыми от слез глазами молча смотрит куда-то вдаль, думая о чем-то своем и продолжая сильно трястись. Она все еще выглядит очень бледной, неосознанно открывает свой рот время от времени и чувствует, что на лбу у нее проступает пот, а по всему телу пробегает сильный холод, что заставляет ее съеживаться, пытаясь согреться и как-то успокоить себя.

— Черт, у меня получилось … — тихо произносит Терренс. — Получилось… Это было реально жестоко, но оно того стоило … Я обещал, что справлюсь, – и сделал это… Сделал!

Ракель никак не реагирует на то, что сказал Терренс, и продолжает смотреть куда-то вдаль и думать о чем-то ужасном, не обращая внимания на то, что происходит вокруг нее, и иногда буквально забывая дышать.

— Конечно, были случаи, когда мне было страшно что-то делать, — добавляет Терренс, стараясь ровно дышать и положив одну руку на сердце, которое бьется очень сильно. — Но это самая опасная вещь из всех, что я когда-либо делал. Хорошо, что мои навыки экстремального вождения очень пригодились и помогли мне справиться с управлением машины на такой скорости.

Терренс откидывается на спинку кресла, медленно выдыхая с прикрытыми глазами и проводя руками по своему усталому лицу и черным волосам, что сильно выделяются на фоне его белой кожи, которая сейчас стала еще бледнее из-за огромного напряжения. И все это время Ракель ничего не говорит и все так же смотрит в одну точку своим потрясенным взглядом. После всего, что произошло, она так сильно обиделась на мужчину, что ей хочется прямо сейчас придушить его своими руками.

А спустя несколько секунд Терренс все-таки замечает, что Ракель вообще с ним не разговаривает, не смотрит на него и ошарашенным взглядом смотрит в одну точку.

— Э-э-э, ты вообще меня слушаешь? — немного неуверенно интересуется Терренс, пережидает пару секунд и щелкает пальцами руками перед лицом Ракель. — Ракель, ау! Я с тобой говорю!

Ракель очень медленно переводит хмурый взгляд на Терренса и пару секунд без эмоций смотрит на него со злостью во взгляде, чувствуя, что она готова взорваться, и пылая сильной ненавистью к этому человеку.

— Ты – идиот , МакКлайф, — чуть хриплым низким голосом говорит Ракель. — Самый больной дебил, которого я когда-либо встречала.

— Ох, ну начинается… — Терренс медленно выдыхает с закатанными глазами и на секунду откидывает голову назад. — Что тебя не устраивает на этот раз?

— Что не устраивает? — находясь в возбужденном состоянии, громко вскрикивает Ракель. — Что не устраивает? ЧТО, МАТЬ ТВОЮ, НЕ УСТРАИВАЕТ? А ТО ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ!

— Так, давай только ты не будешь сидеть в моей машине и орать как истеричка, — приподнимает руки перед собой Терренс. — Я уже вдоволь наслышался твоих воплей, от которых запросто мог оглохнуть.

— Ха, да я еще поспорила бы, кто здесь псих! Только лишь больной на голову человек мог додуматься до того, чтобы начать гонять по городу на бешеной скорости! ДВЕСТИ, МАТЬ ЕГО, МИЛЬ В ЧАС! ДВЕСТИ!

— У нас не было выбора! — громко восклицает Терренс, становясь все более раздраженным. — Или те ублюдки грохнули бы нас!

— Ах, конечно! А ты не подумал свой тупой головой о том, что мы могли разбиться? А, МакКлайф, тебе не приходило такое в голову?

— Да? — выходит из себя Терренс и начинает активно жестикулировать. — А ты своей пустой башкой не подумала о том, что тебя могли зарезать ножом?

— Серьезно? Да я бы лучше умерла от ранения ножом, чем испытывала то, ЧТО ТЫ ЗАСТАВИЛ МЕНЯ ИСПЫТЫВАТЬ, ПОКА ГОНЯЛ НА ТАКОЙ БЕШЕНОЙ СКОРОСТИ! Неужели ты считаешь, что лучше бы мы разбились на машине, чем нам перерезали бы горло?

— Зато мы отвязалась от тех подонков и теперь можем расслабиться.

— Ах, значит, тебе это доставляет удовольствие? — резко размахивает руками Ракель. — НРАВИТСЯ МОТАТЬ МНЕ НЕРВЫ И ЗАСТАВЛЯТЬ СИДЕТЬ КАК НА ИГОЛКАХ!

— Закрой свой рот, истеричка.

— ДА ИЗ-ЗА ТЕБЯ Я ЧУТЬ НЕ ПОСЕДЕЛА И НЕ СДОХЛА СО СТРАХУ! Ты себе, черт возьми, не можешь даже представить, что я пережила, ПОКА СИДЕЛА В ОДНОЙ МАШИНЕ С ПСИХОМ, КОТОРЫЙ РЕШИЛ УГРОБИТЬ НАС.

— Прекрати на меня ОРАТЬ! — все больше повышает голос Терренс. — У МЕНЯ СЕЙЧАС ГОЛОВА ЛОПНЕТ ОТ ТВОИХ ДИКИХ ВОПЛЕЙ!

— Если тебе в голову пришла идея избавиться от меня таким радикальным способом, то ты почти сделал это. Правда, в последний момент ты почему-то передумал.

— У тебя с головой все в порядке? — стучит пальцем по своему виску Терренс. — Или как начинаются какие-то беды, так у тебя появляются проблемы с психикой, и ты становишься бешеной?

— Это не у меня проблемы с психикой, дорогой мой, а у тебя . — грубо заявляет Ракель. — Ведь все говорят про ТВОИ проблемы с головой, а не МОИ! ТАК ЧТО ПСИХ СРЕДИ НАС ТОЛЬКО ОДИН – ЭТО ТЫ!

— Не выводи меня из меня, Ракель, — крепко сжав руки в кулак, едва сдерживает свою агрессию Терренс. — Ты прекрасно знаешь, что можешь очень сильно пожалеть, если разбудишь во мне зверя. Своими воплями ты уже заставила меня с трудом сдерживать себя.

— Я пожалела, что вообще вышла с тобой из дома! Если бы я никуда с тобой не пошла, то ВСЕГО ЭТОГО НЕ ПРОИЗОШЛО БЫ! ВОТ НЕ БЫЛО БЫ МЕНЯ, ТАК ГОНЯЛ БЫ ПО ГОРОДУ СКОЛЬКО ВЛЕЗЕТ!

— Нет, да ты точно не в себе! — резко мотает головой Терренс. — Ты вообще не соображаешь, что говоришь!

— Какого черта ты ВООБЩЕ начал гнать как сумасшедший? Другой идеи в твоей голове у тебя не нашлось, нет? НАДО БЫЛО ВЫБРАТЬ ИМЕННО ТАКУЮ, КОТОРАЯ ЕДВА НЕ ДОВЕЛА МЕНЯ ДО РАЗРЫВА СЕРДЦА!

— А какого черта ты сейчас на меня орешь? — еще больше повышает голос Терренс, резко размахивая руками. — Я ТЕБЕ, МАТЬ ТВОЮ, ЖИЗНЬ СПАС, А ТЫ, НЕБЛАГОДАРНАЯ СВИНЬЯ, ТАК СЕБЯ ВЕДЕШЬ! Да ты просто обязана сказать мне: « Спасибо! » за то, что мы оба остались живы и не пострадали из-за этих ублюдков!

— О, святой Терренс, спасибо тебе большое за то, что ты чуть не угробил нас обоих! — закатив глаза и скрестив руки на груди, громко фыркает Ракель. — ЗА ТО, ЧТО ЧУТЬ НЕ ОТПРАВИЛ МЕНЯ К МОИМ РОДИТЕЛЯМ!

— Чего ты пытаешься добиться? ЧЕГО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ? КАКОЙ СМЫСЛ В ТОМ, ЧТО ТЫ СЕЙЧАС ВЕДЕШЬ СЕБЯ КАК БОЛЬНАЯ БЕЗМОЗГЛАЯ ДУРА И ОРЕШЬ НА МЕНЯ?

— А ТЫ ЧЕГО ДОБИЛСЯ ТЕМ, ЧТО НАЧАЛ ЭТУ ГОНКУ?

— МЫ ОСТАЛИСЬ ЖИВЫ И ЗДОРОВЫ!

— АХ, ВОТ ОНО ЧТО!

— Хватит устраивать истерики, — грубо требует Терренс. — Если не хочешь сильно пожалеть, то лучше не зли меня. У МЕНЯ И ТАК ПРОБЛЕМ ПО ГОРЛО, И Я НЕ СОБИРАЮСЬ ЕЩЕ И ВЫСЛУШИВАТЬ ТВОИ ЧЕРТОВЫ ВОПЛИ! Вот иди к своим подружкам и жалуйся им на побочные эффекты своего ПМС!

— ПМС здесь только у тебя! — со злостью во взгляде вскрикивает Ракель. — ПРИЧЕМ ПОЖИЗНЕННЫЙ! ПОЯВИЛСЯ ЕЩЕ В ДАЛЕКОМ ДЕТСТВЕ!

— КАК БУДТО ТЫ НЕВИННЫЙ АНГЕЛ!

— Я жалею, что собираюсь замуж за психа, который только что едва не угробил меня!

— Я СКАЗАЛ, СЕЙЧАС ЖЕ ЗАТКНИСЬ! — со всей силы ударив руками по панели приборов в своей машине, вскрикивает Терренс. — Мне совсем не хочется промывать тебе мозги и быть жестоким! НО ТЫ ВЫНУЖДАЕШЬ МЕНЯ СТАТЬ ТАКИМ, КЕМ Я НЕ ХОЧУ БЫТЬ!

— ЛУЧШЕ БЫ ТЫ СВОИ МОЗГИ ПРОПОЛОСКАЛ, КОЗЕЛ! ПСИХОВАННЫЙ УБЛЮДОК, КОТОРОМУ НАДО ЛЕЧИТЬСЯ!

Довольно тяжело дыша, Терренс с раздраженным рыком резко берет Ракель за горло, вдавливает ее в кресло пассажира и уставляет свой леденящий душу взгляд в испуганные глаза девушки, что издает громкий вздох.

— Слушай, сучка, ты сейчас напрашиваешься на серьезные неприятности, — со злостью во взгляде шипит Терренс, пока Ракель пытается поймать хоть глоток воздуха, которого ей не хватает из-за сильно сдавленного горла. — МНЕ НАДОЕЛИ ТВОИ ИСТЕРИЧЕСКИЕ ВОПЛИ! ЗАТКНИСЬ! УСПОКОЙСЯ ТЫ УЖЕ! С МЕНЯ ДОВОЛЬНО!

— О-о-о, началось-началось! — с трудом произносит Ракель. — Найди успокоительное в аптечке… Выпей пару таблеток… А то что-то совсем бешеный стал…

— Если ты не угомонишься, Я САМ ЗАПИХНУ ВСЮ ПАЧКУ В ТВОЙ РОТ! — угрожает Терренс, все еще продолжая крепко сжимать горло Ракель одной рукой и больно схватив ее за волосы другой. — ХОТЬ ЗАТКНУ ТЕБЯ СЕКУНД НА ПЯТЬ!

— Можешь грохнуть прямо здесь… Чтобы не страдать… Давай, МакКлайф, задуши меня… А потом будешь свободен… И найдешь себе шлюху, которая тебя осчастливит… Как ты уже сделал это однажды…

— Если ты не закроешь свой поганый рот, ТО МНЕ ТОЧНО ПРИДЕТСЯ ПОЖАЛЕТЬ О ЧЕМ-ТО, ЧТО Я МОГУ С ТОБОЙ СДЕЛАТЬ.

— Лично ты уже реально достал меня! — Ракель резко отталкивает Терренса от себя и начинает со всей силы дубасить его по голове, рукам и животу, довольно часто дыша и не сдерживая свои эмоции. — Ублюдок! Сволочь! Подонок! Скотина! Тварь! Ненавижу тебя! НЕНАВИЖУ! СЛЫШИШЬ, НЕ-НА-ВИ-ЖУ!

— Так, если ты сейчас не успокоишься, то я же отвезу тебя в психбольницу и оставлю там НАДОЛГО, — угрожает Терренс, с трудом перехватив обе руки Ракель и с тяжелым дыханием уставив на нее свой полный злости взгляд. — ИЛИ ВЫСАЖУ ТЕБЯ ЗДЕСЬ И ПОЕДУ ДОМОЙ. А ТЫ БУДЕШЬ ДОБИРАТЬСЯ САМА!

— ПФ, ДА ПОЖАЛУЙСТА! — раздраженно вскрикивает Ракель. — МОГУ ВООБЩЕ СОБРАТЬ СВОИ ВЕЩИ И СВАЛИТЬ ИЗ ТВОЕГО ДОМА! И ОТМЕНИТЬ СВАДЬБУ!

— Хорошо, собирай! Когда пройдешь миль сто-двести дома на своих ногах, тогда примешь решение.

— ХА, СПАСИБО, ЧТО САМ ПРЕДЛОЖИЛ! — презренно ухмыляется Ракель. — Я как раз хотела избавиться от общества одного психованного ублюдка, от которого меня до смерти тошнит!

Терренс с раздраженным криком резко приподнимает руку, чтобы ударить Ракель по лицу. Однако его что-то останавливает и заставляет воздержаться. Крепко сжимая руку в кулак и слишком уж часто дыша от сильного напряжения во всем теле, мужчина едва заставляет себя остановиться и не сделать то, о чем он может сильно пожалеть.

— Ну? — скрестив руки на груди, презренно усмехается Ракель. — Чего замер? ДАВАЙ, БЕЙ МЕНЯ! ВПЕРЕД, МАККЛАЙФ! Чего бояться? Тресни мне по лицу! Чтобы окончательно упасть в моих глазах! И заставить меня бросить тебя!

— ВОТ И ДАВАЙ! — с громким рыком резко бьет руками по рулю машины Терренс. — Убирайся отсюда и добирайся домой пешком! Если сможешь нормально соображать к тому моменту, то тогда мы спокойно поговорим. А сейчас я видеть тебя не желаю! Буду ждать милую и добрую девушку, а не грубую и невоспитанную сучку, которая сбежала из психушки.

— С УДОВОЛЬСТВИЕМ СВАЛЮ! ПРЯМО СЕЙЧАС!

— Иди-иди, посмотрим, что с тобой будет после такой прогулки! А я быстро осмотрю машину и поеду домой с комфортом! — Терренс резко хватает Ракель за челюсть и сильно сжимает ее, уставив свой свирепый взгляд в ее глаза. — А САМОЕ ГЛАВНОЕ — ПОЕДУ В ПОЛНОЙ ТИШИНЕ! БЕЗ ЧЕРТОВЫХ ВОПЛЕЙ И ИСТЕРИК, КОТОРЫЕ МОГУТ ВЫВЕСТИ ИЗ СЕБЯ ЛЮБОГО СПОКОЙНОГО ЧЕЛОВЕКА!

Терренс резко отворачивает лицо Ракель от себя, отстегивает ремень безопасности, открывает дверь машины и выскакивает из нее. Девушка же громко хмыкает и сидит еще пару секунд до того, как покидает автомобильный салон. А затем она настолько сильно захлопывает дверь, что ее жених резко переводит на нее свой хмурый взгляд.

— ЭЙ, ПОЛЕГЧЕ С МОЕЙ МАШИНОЙ! — раздраженно бросает Терренс. — Если что-нибудь сломаешь – убью!

— ТАМ НЕЧЕГО ЛОМАТЬ! — громко вскрикивает Ракель, размахивая руками. — ТВОЯ СТАРАЯ ЛОШАДЬ И ТАК ВСЯ РАЗБИТА!

— Давай вали отсюда, пока я не придушил тебя. — Терренс переводит взгляд на Ракель и видит, как она ногой со всей силы бьет по одному из автомобильных колес. — Я СКАЗАЛ, НИЧЕГО НЕ РАЗБИВАТЬ, МАТЬ ТВОЮ!

— Да пожалуйста! Раз Его Высочество так хочет избавиться от меня, ТО Я С РАДОСТЬЮ ОСЧАСТЛИВЛЮ ЕГО!

— ИДИ ОТСЮДА, ТВОЮ МАТЬ!

— ВОТ И ПОЙДУ!

— ЗАКРОЙ УЖЕ СВОЙ РОТ! И ШАГАЙ ОТСЮДА!

— ДА ПОШЕЛ ТЫ, КОЗЕЛ!

— СТЕРВА!

— КОБЕЛЬ!

— ИСТЕРИЧКА!

— ПСИХОВАННЫЙ УБЛЮДОК!

— ПРОВАЛИВАЙ С ГЛАЗ МОИХ!

— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, МУДАК! БУДЬ ПРОКЛЯТ ТОТ ДЕНЬ, КОГДА МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ!

Ракель резко разворачивается и со всех ног убегает куда глаза глядят, чтобы не видеть Терренса, которого она сейчас безумно сильно хочет убить. Мужчина же не обращает внимания на девушку и внимательно осматривает свою машину, которую ему разбили те, кто его преследовал. На задней ее части можно увидеть огромную вмятину, а стекло сильно потрескалось. Табличка с номером машины перекосилась и может в любой момент отвалиться, одна из задних фар разбита полностью, а на другой есть пара трещин.

— Черт, они разбили половину моей машины, — возмущается Терренс, осматривая заднюю часть машины и пытаясь как-то закрепить номер, чтобы тот не отлетел где-нибудь по дороге. — Вмятина слишком сильная, одна фара разбита, стекло треснуто… Ох… Черт, здесь потребуется серьезный ремонт, который будет стоить бешеных денег. И надо что-то придумать с номерным знаком, а иначе он может потерять по дороге…

Терренс резко выдыхает и прикладывает руку ко лбу, ошарашенными глазами осматривая свою полуразрушенную машину.

— Черт, если я когда-нибудь поймаю их всех, то заставлю оплатить мне ту сумму, которую мне придется отдать за ремонт, — раздраженно говорит Терренс. — Все до единого цента! Ну а если мне не удастся это сделать, то пусть страховая компания выплачивает моральный ущерб. Сегодня-завтра поговорю с человеком, который этим занимается. Не знаю, сколько бумажек мне придется собрать, ибо я никогда так сильно не разбивал машину, но надеюсь, что получу деньги в ближайшее время.

Закончив осматривать заднюю часть автомобиля, Терренс решает осмотреть боковую часто машины со стороны двери водителя, в которую преследователи также врезались много раз. Повреждения менее серьезные, но тоже требуют серьезного ремонта. На слегка деформированной двери также можно увидеть одну огромную вмятину, сильно перекошенное зеркало заднего вида, и треснутое стекло со стороны пассажира.

— Ох, такое впечатление, что мою машину что-то сильно сплющило, — задумчиво говорит Терренс. — И если все увидят ее в таком состоянии, то сразу подумают, что я попал в какую-то аварию и начнут выяснять подробности. Прессе же надо знать все подробности и потом задолбать меня расспросами. Но сейчас мне хочется кому-то что-то объяснять и тем более нагло врать. В последнее время и так было слишком много вранья… Например, мне приходилось приходиться врать из-за того, что Даниэль Перкинс и Питер Роуз пособачились, а блондин собирается свалить из группы.

Терренс облокачивается спиной о дверь водителя и скрещивает руки на груди, окидывая своим взглядом ту местность, в которой находится.

— А что если нам и правда распустить эту группу? — тихо задается вопросом Терренс. — Все равно никакой надежды на то, что у нас все наладится уже нет. Распустим группу, да и врать больше не придется… Хоть мы с Даниэлем и дали друг другу обещание не сдаваться, я не думаю, что он таит большую надежду на то, что случится какое-то чудо. Мы оба понимаем, что ничего хорошего из этого не выйдет. Хотя бы одна проблема могла бы быть разрешена…

Терренс запускает руку в свои волосы и задумывается на пару секунд, задрав голову к небу и прикрыв глаза.

— Твою мать, еще и Эдвард проблем подкинул… — хмуро говорит Терренс. — Черт! Вот уж никогда бы не подумал, что он может куда-то влипнуть. Ведь этот парень казался мне довольно спокойным и рассудительным. Я думал, он реально такой скромный, милый и пушистый… Но думаю, не зря при таких людей говорят, что в тихом омуте черти водятся. Ох… Ну ничего, я не позволю ему и дальше отмалчиваться. Или он рассказывает обо всем по-хорошему, или я прижимаю этого щенка к стене и пытаю его до тех пор, пока не услышу от него хоть что-то. Пусть объясняет мне, что все это значит.

Еще минуты две Терренс медленно наматывает круги возле своей полуразбитой машины, держа руки скрещенными на груди и чувствуя холодный воздух, что заставляет его слегка дрожать и растирать руки с надеждой согреться. До определенного момента мужчина вообще не вспоминает о Ракель и не интересуется тем, куда она пошла. Но потом он слегка вздрагивает, когда вдруг понимает, что находится здесь совершенно один.

— Так, стоп! — восклицает Терренс и быстро осматривается по сторонам. — А куда Ракель пропала? Где ее, черт возьми, носит? Неужели эта глупая девчонка и правда решила пройти сотню километров до нашего дома?

Терренс скрещивает руки на груди, остановившись неподалеку от своей машины.

— Вот нормально, закатила мне истерику, орала как сумасшедшая, вспомнила едва ли не все, что между нами произошло, и свалила. Если бы она не ушла и продолжила бы так вопить мне в ухо, то я бы точно не выдержал и отвез ее в психбольницу. Эта сучка совсем обезумела после того, как мы столкнулись с теми типами. И еще смеет говорить что-то про меня! Ха, да она сама виновата в том, что вывела меня из себя! Знала, как сильно я не хотел становиться бешеным, но все равно вывела меня из себя.

Терренс резко выдыхает с прикрытыми глазами и проводит рукой по своим волосам.

— Да, я не могу снять с себя вину, — признается Терренс. — Но на этот раз не я спровоцировал этот конфликт и держался до последнего, чтобы либо не надавать ей тумаков, либо выгнать со всеми вещами из дома. Ну ничего… Может, прогуляется на свежем воздухе – протрезвеет и станет нормальной. Думаю, я правильно сделал, что высадил из машины эту ненормальную. Надеюсь, это будет для нее уроком… Хотя должен признаться, что я не ожидал, что Ракель реально решится пройти столь длинный путь пешком. Думал, что она просто разбрасывается словами… Но эта девчонка оказалась слишком упрямой…

Терренс снова начинает наматывать круги возле своей машины и растирать руки, чтобы хоть немного согреться.

— Ну да, я понимаю, что она могла испугаться, когда мы ехали на высокой скорости. Но устраивать такие истерики – это уже слишком ! У меня не было иного выбора: либо бежать, либо позволить им поиздеваться над ней. Я не мог позволить этим ублюдкам хоть пальцем ее тронуть… И пожирать своими похотливыми взглядами… Нам нужно было убежать, а иначе бы нас убили быстрее, чем я врезался бы в тот грузовик… И…

Терренс ненадолго призадумывается и округляет глаза.

— Секунду… — задумчиво произносит Терренс и резко останавливается, приложив палец к губе. — Родители Ракель погибли после столкновения с грузовиком на полной скорости! Ее отец не смог остановить машину из-за поврежденного тормозного шланга. Мы могли бы погибнуть точно так же! Возможно, именно это и могло стать еще одной причиной, почему у нее была такая сильная истерика. Она боялась этой гонки из-за того, что произошло с ее родителями.

Терренс сильно хлопает рукой по лбу.

— Твою мать, я должен был сразу догадаться! — ругаться Терренс. — Все-таки я и правда немного перегнул палку… Черт… Наверное, мама абсолютно права в том, что я могу делать какие-то поступки, не задумываясь о последствиях. Вот и сейчас я все испортил…

Терренс прикрывает глаза и проводит сложенными вместе руками по переносице носа, медленно выдыхая и довольно тяжело дыша.