— Да что ты говоришь. — Даниэль берет в руки лицо Анны, слегка приподнимает его и уставляет свой взгляд в ее глаза. — Мои изумительные глаза всегда сводили тебя с ума. Заставляли делать то, что я хочу.

— Теперь у меня даже бровь не дрогнет.

Анне стоит огромных усилий сделать вид, что она равнодушна к Даниэлю. Что ей легко удается сдерживать себя, пока столь чарующие глаза смотря прямо на нее и буквально гипнотизируют ее. На самом же деле девушка едва сдерживает свое острое влечение, понимает, как сильно бьется сердце, и не может отвести взгляд в сторону даже при огромном желании.

— Не надо меня обманывать, моя зеленоглазая красавица, — скромно усмехается Даниэль, проведя тыльной стороной руки по изгибу шеи Анны, пальцем поласкав ей губы и убирая некоторые пряди ее волос в сторону. — Не сомневаюсь, что если я приложу еще немного усилий, то ты сделаешь все, что мне будет угодно.

— Не получится, — качает головой Анна. — Оставь эту идею и пошли уже домой.

— Ну хорошо. Ты сама напросилась.

Даниэль берет в руки лицо Анны и дарит ей волнительный и изумительный поцелуй в губы, выражая свое ненасытное желание обладать этой красавицей. Желая сделать все, чтобы подчинить девушку себе. Чтобы она даже не думала сопротивляться. Все это действительно заставляет ее дрожать и едва стоять на ногах. Сердце стучит так сильно, что его удары отдают ей в голову отдаленным эхом. Только она намеренно делает вид, что ее это никак не трогает, хотя и не сопротивляется и иногда выдает себя, издавая чувственные стоны и извиваясь точно кошка.

— Нет-нет, не старайся, — тяжело дыша, чуть хриплым низким голосом говорит Анна, когда Даниэль разрывает поцелуй и губами проводит по ее скулам. — Ничего не выйдет…

— Ну а как тебе такое? — интересуется Даниэль, спускается к шее Анны, с удовольствием покрывает ее нежнейшими поцелуями, и широко улыбается, когда замечает, что ее тело дрожит, а она сама закатывает глаза.

— Целуешься ты, конечно, просто изумительно. Но жаль, что меня это никак не заводит.

— Есть еще очень много мест, которые я могу поцеловать. — Даниэль оставляет несколько поцелуев на приоткрытых участках ключиц Анны и с придыханием снова переходит к изгибам ее шеи и передней ее стороне. — Черт, красавица, ты просто сногсшибательна и легко сносишь мне голову.

— А я… — Анна не договаривает и издает чувственный вздох с полуприкрытыми глазами, когда одна из рук Даниэля соскользает к ее животу и нежно гладит его поверх одежды, а он сам оставляет пару поцелуев у нее на губах.

— Нравится? — хитро улыбается Даниэль, свободной рукой гладя Анну по щеке, проскользает под ее одежду и продолжает ласкать столь мягкую, словно бархат, кожу у нее на животе. — Я же знаю, что сводит тебя с ума… И ты меня не обманешь.

— Ладно, так и быть, я признаю, что ты слишком хорошо знаешь меня, — тихо выдыхает Анна, чувствуя, как мышцы ее живота приятно сводит, пока нежная теплая рука Даниэля ласкает его под одеждой.

— А я и не сомневался. — Даниэль, тяжело дышащий с чуть приоткрытым ртом, пару раз чмокает Анну в губы и оставляет несколько нежных поцелуев у нее на шее. Его руки ласкают изгибы ее тонкой талии, бедра и ягодицы и скользят по ее животу, видя, как сильно она вздрагивает и чувствует прилив жара. — Стоит лишь приложить чуточку терпения и усилий, чтобы наслаждаться желаемым.

— Но я не сказала, что ты выиграл, — тихим, низким голосом с чувством жара произносит Анна. — Для этого тебе придется приложить еще очень много усилий.

Анна резко разворачивается и собирается отойти в сторону, но Даниэль мгновенно притягивает ее к себе, со спины обняв за талию и взяв за горло. Та слегка вздрагивает и специально пытается вырваться, но крепкие мужские руки, от которых исходит тепло, и тихий шепот у уха заставляют ее прекратить сопротивляться.

— Нет, красавица, ты ошибаешься, я уже давно выиграл, — тихим низким голосом шепчет Анне на ухо Даниэль и целует ее в шею. — Ошибаешься…

Даниэль водит одной рукой по животу, изгибам талии и бедрам Анны. Ею же мягко гладит ей горло и сначала очень нежно ласкает, а потом несильно сжимает обе ее груди. Что приводит девушку во всеобъемлющий экстаз и заставляя почувствовать сильную щекотку внизу живота и волну сильного возбуждения, из-за которой она вздрагивает с томным стоном.

— Если ты продолжишь это делать, то я не в ответе за свои действия, — с прикрытыми глазами чуть хриплым голосом отвечает Анна, пока Даниэль убирает в сторону ее волосы и оставляет пару поцелуев на задней части ее шее. — Слышишь меня, Перкинс?

— Прекрасно слышу, моя принцесса. Но мне все равно.

Даниэль прокладывает дорожку из поцелуев к месту за ухом Анны, мочку которого он нежно целует и слегка прикусывает, пока его руки продолжают скользить по женскому хрупкому телу и со всей любовью ласкать каждую его часть.

— Скажу больше: я этого и добиваюсь, — добавляет Даниэль, проводит руками по внутренней части бедер Анны и нежно сжимает ее грудь. — Чтобы ты была очарована мной и сделала бы все что угодно без слов.

— Ну хорошо… — с хитро улыбкой выдыхает Анна. — Раз уж ты сделал все для того, чтобы раздразнить меня, то и тебе придется потерпеть, пока я вдоволь наиграюсь с тобой.

— Но я с тобой еще не…

Не успевает Даниэль что-то сказать, как Анна разворачивается к нему лицом, мягко толкает прямо к каменной стене и настолько резко впивается в его губы, взяв его руки в руки, что тот немного теряется и резко напрягается. Впрочем, он быстро расслабляется и отвечает на ее довольно страстный, жаркий и волнительный поцелуй, крепко обняв девушку за талию одной рукой, на несколько секунд запустив пальцы свободной руки в ее рыжие волосы, а затем взяв ее за заднюю часть шеи. Они оба чувствуют, как приятное тепло распространяется по всему телу, но в то же время заставляет их чувствовать себя возбужденными. Дыхание затрудненное и глубокое, пульс частый и отдается эхом в голову, колени слегка дрожат, а ноги подкашиваются. Влюбленные всей душой наслаждаются теми минутами, которые проводят в объятиях любимого человека, не сдерживают свой порыв страсти и все больше разжигают огонь друг в друге благодаря своими уверенными действиями.

Руки Анны гладят лицо, плечи и шею Даниэля и чуть позже проскользают под его одежду и нежно наглаживают ему крепкий и слегка напряженный торс. Сам мужчина не отказывает себе в удовольствии в очередной раз зацеловать ее шею, поласкать ее живот и нежно помять ей маленькую грудь, которая легко помещается в мужской руке. Девушка нисколько не сопротивляется и не чувствует себя зажатой. Она с большим удовольствием делает все, чтобы дать своему возлюбленному как можно больше радости и самой почувствовать себя любимой и желанной. А зная о его маленькой слабости, что также сводит ее возлюбленного с ума, она оставляет несколько поцелуев на длинной мужской шее. Этим девушка мгновенно заставляет того задрожать и буквально забыть, как дышать. В порыве страсти его пальцы крепко сжимают упругие женские ягодицы и слегка оттягивают ее невероятно мягкие, вкусно пахнущие волосы.

Несколько секунд спустя Даниэль медленно разрывает поцелуй с Анной, нежно держа ее лицо обеими руками и с широкой улыбкой заглядывая в ярко-зеленые глаза своей любимой девушки. Молодая красавица также смотрит в выразительные карие глаза возлюбленного, обвивая руками его шею. Пауза продолжается где-то несколько секунд. Все это время влюбленные просто обнимают друг друга и обмениваются нежными взглядами и нежными улыбками.

— Вот теперь я чувствую себя намного лучше, — широко улыбается Даниэль, гладя Анне лицо и волосы, и чмокает ее в кончик носа. — Стоит мне только поцеловать свою прекрасную красавицу, как жизнь становится прекраснее.

— Сейчас я, пожалуй, воздержусь и не стану заходить слишком далеко, — загадочно улыбается Анна, пальцем игриво шлепает Даниэля по носу и нежно оттягивает обе его губы. — А уж когда мы придем домой, я покажу все, на что способна.

— Ты и от меня просто так не отделаешься. Хоть мне и стало намного лучше, этого все равно мало . И я сделаю все, чтобы ты помогла мне расслабиться.

— Ну тогда предлагаю пойти домой и немножко поиграть. — Анна, слегка прикусывая губу, с хитрой улыбкой пальцами ходит по груди Даниэля, водит по ней рукой и игриво смотрит на него. — Здесь, конечно, здорово , но дома нам уж точно никто не помешает.

— Абсолютно согласен, любимая. И чтобы обезопасить себя от повторной встречи с твоими родителями, предлагаю пойти домой немного другим путем. Таким, каким мы еще никогда прежде не ходили.

— Надеюсь, там нет каких-нибудь опасностей?

— Тебе нечего бояться, ведь я с тобой, — с легкой улыбкой проведя по щеке Анны, отвечает Даниэль и мило целует ее в висок. — Я готов защищать свою красавицу в любой момент.

— Что ж, в таком случае я полностью доверяю тебе, — скромно улыбается Анна. — И готова пойти с тобой куда угодно.

Даниэль с широкой улыбкой закидывает руку вокруг шеи Анны, прижимает ее поближе к себе и вместе с ней направляется домой. Девушка же обвивает руки вокруг его талии и прижимается поближе к любимому. А желая немного подразнить его, она легонько шлепает его по ягодицам, когда он начинает скромно хихикать по какой-то причине. После чего рыжеволосая красавица получает от мужчины, который явно не ожила подобного от своей скромной девушки, игривый шлепок по носу. Влюбленные никуда не спешат и пользуются отличной возможностью подольше побыть в родных, невероятно успокаивающие и поистине прекрасных объятиях друг друга.

***

В это время Ракель только что закончила работу над парой фотосессий, которые длились почти весь день и изрядно утомили девушку. Погода стоит хорошая, хотя и немного ветреная. Можно было бы немного и погулять и подышать свежим воздухом, но так как она договорилась встретиться с Наталией, то у нее это не получится. Ну а прежде чем отправиться к подруге домой, Ракель заходит в ближайшее к ней кафе, чтобы купить себе хотя бы стаканчик кофе. Девушка оставляет свой автомобиль на парковке, запирает его на ключ и заходит внутрь.

Одна из сотрудниц, которая работает в этом кафе тут же узнает Ракель и быстрым шагом подходит к девушке, по пути немного поправляя свои светло-каштановые волосы, забранные в высокий хвост.

— В последнее время вы стали частым гостем в нашем кафе, Ракель Кэмерон, — отмечает сотрудница кафе. — Вы приходите даже тогда, когда я не работаю и отдыхаю.

— Просто ваше кафе расположен с тем агентством, куда я заезжала, чтобы обсудить кое-что, — дружелюбно отвечает Ракель. — Вот я и подумала, что могу заехать сюда.

— Понятно, — с легкой улыбкой отвечает сотрудница кафе. — Что ж, в таком случае мы рады снова видеть вас.

— Благодарю, вы очень любезны.

— Ладно, что будете заказывать? — интересуется сотрудница кафе. — Хотите попробовать наше новое фирменное блюдо? Оно очень вкусное и совсем не содержит калорий. Идеально для модели, которая должна держать себя в форме.

— Нет, спасибо, как-нибудь в другой раз, — вежливо отказывается Ракель. — Сейчас я хочу заказать только капучино и забрать его с собой.

— Хорошо, сейчас все будет, — с легкой отвечает сотрудница и поворачивается к кому-то из работников кафе. — Одно капучино в пластиковом стакане, пожалуйста!

Некоторые сотрудники тут же начинают суетиться и выполнять заказ, который только что к ним поступил, достав откуда-то чистый пластиковый стакан и начав настраивать кофемашину, чтобы та приготовила свежее капучино.

— Сейчас вам все сделают, — вежливо говорит сотрудница. — Правда, не уверена, что быстро… У нас немного барахлит кофемашина. Завтра должен приехать мастер и разобраться, в чем проблема.

— Спасибо большое, я подожду, — скромно улыбается Ракель. — А если что, то возьму что-нибудь другое.

— Хорошо…

Ракель кивает и отходит немного в сторону, чтобы не мешать другим посетителям или сотрудникам идти по своим делам. Тем более, что сейчас какая-то женщина среднего возраста как раз моет полы и вряд ли бы хотела, чтобы кто-то путался у нее под ногами.

— Кстати, как продвигаются дела с вашей карьерой? — интересуется сотрудница кафе, подойдя к Ракель и сцепив пальцы рук вместе. — Я слышала, вам поступает очень много предложений по работе, и вы все еще очень востребованы.

— Да, это правда , — задумчиво отвечает Ракель. — Предложений очень много… За возможность поработать со мной буквально дерутся.

— Кстати, мне очень понравилась ваша недавняя фотосессия для коллекции ювелирных украшений. Вы там просто бесподобны.

— Спасибо большое. Те украшения просто изумительны. Все эти кольца, браслеты, серьги, ожерелья – мечта любой девушки…

— Согласна, украшения и правда роскошные. — Сотрудница кафе окидывает взглядом все помещение, видя, что за столиками сидят всего несколько человек. — А вы хоть не устаете после такого количества работы? Многие раньше критиковали вас за то, что вы совсем утомились из-за этого.

— Нет, теперь я стала разборчивой и отклоняю те предложения, которые кажутся мне недостаточно интересными. Больше не хочу работать на износ, как я делала это раньше.

— Думайте о близких и хотите уделять ей побольше внимания?

— Это самое важное, что есть у меня в жизни, — со скромной улыбкой отвечает Ракель. — Если бы не мои родственники, вряд бы я смогла чего-то добиться. Ведь меня мотивирует только их поддержка. В какой-то момент я так заработалась, что совсем позабыла про них. Но больше я не позволю себе совершать такой ошибки.

— Рада, что вы это поняли. Вас и так все любят и навсегда запомнят как очень талантливую модель.

— Я знаю…

Сотрудница кафе с легкой улыбкой поправляет свои волосы, пока мимо нее проходит какой-то мужчина с пластиковой картой в руках.

— Ну а как дела обстоят в вашей личной жизни? — интересуется сотрудница кафе. — Все хорошо?

— Да, все прекрасно, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Ракель. — В подробности посвящать не хочу, но я с полной уверенностью могу сказать, что моя личная жизнь в полном порядке.

— Я рада, что вам удалось сохранить отношения со своим женихом, — скромно улыбается сотрудница кафе. — Многие мои друзья были шокированы, когда поползли слухи, что вы собирались расстаться.

— Да, были кое-какие проблемы, но слава богу, нам удалось их решить. Теперь ни о каком расставании даже и речи быть не может. Как уже все знают, мы даже планируем пожениться .

— Уже назначили день?

— Пока нет. Но обещаю, что мы обязательно все расскажем, когда определимся.

— Мне всегда нравилась ваша пара, и я считаю, что вы очень здорово смотритесь вместе. Как будто созданы друг для друга.

— Наша пара всем нравится, — скромно хихикает Ракель, убирая с глаз небольшую прядь волос. — Мы слышим подобное ото всех, с кем общаемся.

— Не от каждой пары будет исходить такая сильная энергетика и чувствоваться столь невероятное притяжение между двумя людьми.

— Это верно… Мы будто две половины, которые, соединившись вместе, становятся одним целым. Думаю, это то, что называют « найти свою вторую половину ».

— Понимаю…

Сотрудница кафе с легкой улыбкой на секунду опускает глаза вниз, пока Ракель бросает взгляд в сторону, заметив довольно молодую девушку с полуторагодовалым мальчиком, который ведет себя удивительно тихо и послушно следует за мамой, крепко держа ее за руку.

— Простите меня за немного нескромный вопрос, а вы со своим женихом уже думали о детях? — интересуется сотрудница. — Будете заводить ребенка после свадьбы?

— О детях? — переспрашивает Ракель, и с легкой улыбкой на секунду опускает взгляд. — Да, конечно, думали… Но мы считаем, что нам еще рано заводить детей. Мы еще не поженились… А ребенок должен расти в настоящей семье.

— Я поддерживаю ваше решение. Но думаю, ваши поклонники будут рады за вас, когда вам предстоит объявить всему миру о прибавлении в семействе. Мне кажется, что у вас будут очень красивые дети.

— Наверное, я от волнения не смогу сказать ни слова, — скромно хихикает Ракель. — И это придется сделать моему жениху, если он и сам не онемеет от радости.

— А вы вообще сами чувствуйте, что готовы к рождению малыша? И что ваш жених думает об этом?

— О, мой жених обожает детей! Когда мы видим играющих на улице детей, он обожает наблюдать за ними и говорит, что мечтает о дне, когда будет наблюдать за играми своего ребенка.

— Наверное, у Терренса уже был опыт в воспитании чьих-нибудь дочерей или сыновей.

— Нет, никакого опыта. Племянников у него нет, крестным отцом он никому не приходится, и никто из его близких друзей также не обзавелся потомством.

— Еще будет, я в этом уверена, — скромно улыбается сотрудница. — А вот если детишки появится у одного его симпатичного друга, то они будут настоящие милашки. Ведь Эдвард очень даже симпатичный. О нем сейчас очень много говорят, а девчонки любуются фотографиями, что кто-то опубликовал в Интернете.

— Да, скоро этот парень заберет у моего жениха всю популярность и заставит весь мир говорить только о нем, — шутливо отвечает Ракель.

— О нем уже и так говорят все мои подружки. Есть в нем что-то такое, что заставляет считать его очень милым и обаятельным.

— Согласна, он довольно милый… — Ракель скромно улыбается. — Но как бы хорошо я ни относилась к нему и не считала Эдварда симпатичным, мой жених все равно самый красивый и неотразимый.

— Ну лично я красивее мужчины, чем ваш жених я еще не видела. Неотразимый красавец! Повезло же вам отхватить такое сокровище!

— Знаю, этот красавчик всегда будет моим, — уверенно заявляет Ракель. — Раз уж он сам начал бегать за мной, то теперь ему никуда не деться.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Ракель окидывает взглядом все помещение и видит, что у сотрудников кафе возникли какие-то проблемы с кофемашиной, из-за которой они не могут приготовить для нее капучино.

— Кстати, мы с вами довольно знаем друг друга из-за того, что я часто прихожу в ваше кафе, — задумчиво отмечает Ракель. — Но я до сих пор не знаю ваше имя.

— Я – Тэйлор, на карточке написано, — со скромной улыбкой говорит сотрудница кафе, немного поправив свой бейджик с ее именем, что прикреплен у нее на груди. — Тэйлор Бенсон, если быть точнее.

— Приятно познакомиться, Тэйлор, — Ракель пожимает руку Тэйлор.

— Взаимно, — с легкой улыбкой говорит Тэйлор. — Приятно познакомиться с такой известной личностью, как вы. И здорово, что вы совсем незаносчивая и не требуйте закрыть доступ к вашему телу любому человеку. А то многие звезды любят строить из себя невесть что.

— Нет, я совсем не такая, — скромно улыбается Ракель. — Хоть я и всемирно известная модель и любимица многих людей по всему миру, мне больше нравится жить обычной жизнью. Я – звезда только на красной дорожке, где много тех, кто находится в тех же кругах.

— Это здорово! Если бы я не знала, кто вы такая, то ни за что не догадалась бы, что вы известны во всем мире.

— Я говорю это, когда меня узнают. А когда человек не знает о моей работе, то и я молчу и не хвастаюсь.

— Правда? Что ж, похвально!

А через пару секунд после паузы в разговоре издалека раздается громкий голос одного из сотрудников, который все-таки справился с кофемашиной и сделал заказ:

— Один стакан капучино готов!

Ракель подходит к кассе, чтобы забрать свой заказ и заплатить за него с помощью карты, которую она достает из своей сумочки. Пока Тэйлор собирает грязные подносы, выбрасывает то, что не доели гости в мусорный контейнер, и кладет их рядом с другими, которые надо помыть.

— Что ж, приятно было пообщаться, Тэйлор, — вежливо говорит Ракель. — Спасибо, что скрасили мое ожидание.

— Рада была поговорить с вами, — скромно улыбается Тэйлор. — Всегда рады видеть вас в нашем кафе. Приходите еще.

— Спасибо большое, обязательно приду.

Ракель накидывает сумку себе на плечо, забирает со стойки свой стакан с капучино и отходит немного, напоследок бросив Тэйлор легкую улыбку.

— До свидания, — скромно прощается Ракель.

— До встречи! — с легкой улыбкой машет рукой Тэйлор.

Ракель разворачивается и покидает это кафе, по дороге надев на себя свои темные очки и вышагивая на невысоких шпильках гордой и уверенной походкой и поднятой головой. А когда она подходит к своей машине, стоящей на полупустой парковке, девушка облокачивается спиной о дверь водителя, снимает крышку со стакана и начинает пить свое капучино, задумавшись о чем-то, что заставляет ее немного взгрустнуть.

***

Тем временем Терренс находится у себя дома и ожидает приезда Эдварда. Парни договорились поехать к своей матери Ребекке, а МакКлайф еще и решает предпринять попытку расспросить своего приятеля о том, что происходит с ним и с его отношениями с Наталией. Конечно, он все еще настроен довольно скептически и сомневается, что сможет узнать что-нибудь интересное, но все-таки решает прислушаться к совету Ракель и хотя бы попробовать сделать это.

Чтобы скоротать время, Терренс пробует написать хотя бы небольшой кусочек своей собственной песни. Чтобы у него было что-то, с чем можно поработать в случае, если он захочет попробовать свои силы в сольной карьере. Мужчина есть идея убедить студию заключить контракт только с ним после распады его группы « Against The System » и помочь ему начать сольную карьеру. Терренс не собирается забывать о своей мечте только лишь из-за скандала Даниэля и Питера и их отказ хотя бы просто сесть и спокойно обсудить свои претензии.

Стоит отметить, что Терренс вполне мог бы стать неплохим автором песен. Несмотря на то, что стихи к песням выходят какие-то немного грустные, они все равно очень даже неплохие и имеют глубокий смысл. Медленно перебирая аккорды на гитаре и вслух подбирая слова к мелодии, у Терренса появляется все больше и больше новых идей для строчек к песням. Да и вообще, в последнее время ему очень понравилось писать песни, и он открыл в себе еще один талант, на который раньше обращал не так много внимания. Этот факт в глубине души еще больше убеждает и без того уверенного в себе мужчину в том, что он просто неотразим и все делает идеально.

Терренс настолько увлекается написанием песен и игре на гитаре, что не замечает, как через некоторое время раздается неожиданный звонок в дверь. Мужчина предполагает, что это наконец-то приехал Эдвард. Он быстро откладывает гитару с тетрадью в сторону и направляется к двери, чтобы открыть ее. Однако он видит перед собой женщину с белокурыми волосами средних лет, которую он не знает и никогда не видел в лицо. Терренс даже и предположить не может, что эта женщина – Летиция Рочестер, мама Наталии, которая хочет поговорить с Ракель о странном поведении ее дочери.

— Э-э-э, здравствуйте… — неуверенно здоровается Терренс. — Я могу вам чем-то помочь?

— Здравствуйте, — вежливо произносит Летиция. — Простите за беспокойство, но мне хотелось бы поговорить с Ракель Кэмерон. Скажите, это возможно?

— С Ракель? Э-э-э… Понимайте, ее сейчас нет дома… А вернется она довольно поздно.

— Вот как? Жаль, а я хотела поговорить с ней.

— У вас что-то важное для нее? Если хотите, можете сказать мне, а я передам ей, что вы были здесь. Как мне вас представить ей?

— Меня зовут Летиция Рочестер. Я – мама Наталии. Ракель дружит с ней с самого детства.

— О… — Терренс с чуть приоткрытым ртом получше приглядывается к Летиции. — Постойте, так вы ее – мама?

— Да. И мне хотелось бы поговорить с этой девушкой о моей дочери. Точнее, о ее странном поведении. Я не сомневаюсь, что она могла бы что-то рассказать мне об этой странной истории.

— Простите, а может быть, я смогу вам чем-то помочь? — интересуется Терренс, решив воспользоваться возможностью поговорить с матерью Наталии и попробовать что-то у нее узнать. — Я очень хорошо знаю Наталию. Она моя близкая подруга и девушка Эдварда, моего близкого друга.

— Вот как! — удивляется Летиция, и прикладывает палец к губе. — Постойте, так значит, вы – Терренс МакКлайф? Жених Ракель и друг Наталии и Эдварда?

— Да, я – действительно Терренс МакКлайф.

— К сожалению, мы никогда не встречались лично. А вот мой муж Энтони хорошо знает вас, поскольку вы общались с ним.

— Да, я знаю мистера Рочестера. Общался с ним в тот период, когда Наталия и Ракель поссорились. Я часто бывал у вашей дочери дома, чтобы утешить ее.

— Энтони рассказывал. В тот момент я была в Мехико и ухаживала за своей больной мамой. Я никак не могла оторваться.

— Я в курсе, что произошло. Наталия много раз говорила об этом. И хорошо, что лечение помогает вашей матери.

— Мы с мужем и дочерью тоже очень рады. Но вообще-то я хотела бы поговорить совсем не об этом.

— Вы можете спросить меня о том, что хотите узнать от Ракель. Я постараюсь ответить на все ваши вопросы.

— Хорошо, в таком случае я задам вам пару вопросов. А если вы ничего не знайте, то поговорю с Ракель, когда она будет дома.

— Да, конечно… — Терренс бросает взгляд в сторону. — Проходите в дом. Мы с вами обо всем поговорим.

— О, простите, а мы могли бы поговорить с вами прямо здесь, на улице? — неуверенно интересуется Летиция, слегка прикусив губу. — У меня буквально пару вопросов, и я тут же поеду по своим делам.

— Э-э-э, хорошо, раз вы хотите… — Терренс пересекает порог и закрывает за собой дверь, пока Летиция отходит немного в сторону, крепко сцепив свои руки и выглядя сильно обеспокоенной. — Я вас внимательно слушаю. Спрашивайте меня о чем угодно.

— Хорошо… — скрещивает руки на груди Летиция. — Мистер МакКлайф…

— Э-э-э, можно просто Терренс.

— Хорошо, Терренс. Нам с Энтони, отцом Наталии, кажется, что наша дочь в последнее время ведет себя очень странно. Однако она нам ничего не говорит. И пытается убедить нас в том, что у нее все хорошо.

— Да, она и правда выглядит какой-то странной…

— Мы начали замечать это где-то несколько месяцев назад, но поначалу это не так сильно было заметно. Однако сейчас ясно видно, что с Наталией что-то не так.

— Согласен, в последнее время это стало очень заметно…

— Скажите, Терренс, вам что-нибудь известно о странном поведении моей дочери? — спокойно интересуется Летиция. — Может, она вам что-то говорила или давала какие-то намеки?

Терренс призадумывается на пару секунд, слегка нахмурившись и погладив подбородок.

— Э-э-э, знайте, честно говоря, мы с Ракель и сами пытаемся выяснить причины ее поведения, — немного неуверенно говорит Терренс. — Все это действительно кажется очень странным. И мы считаем, что дело может быть серьезным .

— Может, Наталия не хочет что-то рассказывать своим родителям? Что если она успела чем-то поделиться с кем-то из друзей?

— К сожалению, я и Ракель не знаем даже малейших подробностей. Наталия никому ничего не говорила. И мы даже не можем предположить, что могло такого случиться, раз она ходит какая-то напуганная.

— Странно все это… — слегка хмурится Летиция. — А как вы думайте, Наталия могла сказать Ракель что-нибудь, что та тоже скрывает ото всех? Ну я имею в виду, рассказала и попросила никому не говорить…

— Нет, я не думаю, что Ракель что-то знает. Мы с ней всегда были откровенны друг с другом. Она бы сказала мне, если бы что-то знала.

— Ладно… А насчет ее отношений с Эдвардом вы что-нибудь знайте? В последнее время моя дочь говорит о нем очень неохотно, хотя утверждает, что у них все хорошо. Но мы с мужем не верим ей… Если бы это было правдой, она бы сияла от радости.

— Тоже практически ничего, — покачав головой, пожимает плечами Терренс. — Но уверены, что между этими двумя точно что-то произошло.

— Может быть, ваш друг что-нибудь говорил вам про нее? Я знаю, что он пропал на тот месяц, пока Наталия была в Мексике и помогала нам с Энтони ухаживать за моей мамой. Моя дочь говорит, что общалась с ним и безумно скучала, но мы почему-то в этом сомневаемся. Да и с момента приезда она ни разу не собиралась с ним куда-то на свидания. Только лишь встречалась с Анной.

— Тут ничего не ясно. Но у меня появились подозрения, что у них что-то произошло уже после нескольких сообщений Наталии для Ракель в социальных сетях и пары весточек от Эдварда для меня. Ваша дочь как будто совсем не волновалась за него и не интересовалась, где он был весь этот месяц. Да и мой друг не особо интересовался ею и здоровьем ее бабушки… Хотя раньше его это действительно беспокоило. Это и навело меня на мысли, что у них что-то не так.

— А это правда, что Наталия с Эдвардом были у вас с Ракель дома на ужине? Она говорила про него нам с ее отцом!

— Да, это так. Мы с Ракель пригласили Эдварда с Наталией к нам на ужин, чтобы провести вместе время и понаблюдать за ними. И все мои подозрения подтвердились . Они вели себя очень холодно, были напряженными, не разговаривали и старались вообще не смотреть друг на друга, когда разговор не был о них. Но зато стоило их спросить, все ли у них хорошо, как они начали изображать перед нами фальшивую любовь. Уж поверьте мне, я – актер. И я умею распознать игру. Но в случае с вашей дочерью и моим другом любой мог бы почувствовать ложь. Ибо они слишком плохо играли свои роли.

— Верно, свои роли они играют не так хорошо, хотя и стараются изо всех сил. Но только я не понимаю, какой смысл притворяться, что все хорошо? Иногда мне кажется, что Эдвард как-то обидел Наталию. Ибо она дрожит, когда мы с Энтони спрашиваем ее про него.

— Вы правы, миссис Рочестер, она действительно его побаивается. Придя к нам домой, Наталия была веселой и спокойной, но стоило приехать Эдварду, как ее бросило в дрожь, и она стала совсем тихой как мышь. А вот мой друг наоборот – стал более разговорчивым и на ужине говорил гораздо больше нее и пытался как-то заболтать нас с Ракель. Хотя раньше все было наоборот. Из него с трудом можно было вытащить хотя бы слово, а она болтала без умолку.

— Неужели они ни разу не заговорили друг с другом, не обнялись и не спросили как дела?

— Если мы с Ракель их не спрашивали, они даже не смотрели друг на друга. Если и спрашивали, то в словах не было никаких эмоций: сожаления, грусти, радости… Им будто было все равно… А когда Эдвард приобнимал Наталию, чтобы доказать, что у них якобы все хорошо, она явно мечтала поскорее вырваться и уйти от него подальше.

— Господи, что же у них там происходит? — ужасается Летиция, приложив руку ко лбу. — Моя девочка была такая счастливая, что наконец-то начала встречаться с парнем. А тут вдруг такое… И ладно бы она все объяснила… Но Наталия ведь отказывается что-то говорить и откровенно врет мне и своему отцу.

— Поверьте, миссис Рочестер, если бы я или Ракель что-то знали, то обязательно бы сообщили вам. Сейчас мы пытаемся придумать, как все выяснить. И если вдруг нам что-то станет известно, то обязательно дадим вам и мистеру Рочестеру знать.

— Да, но вообще-то, нас с мужем беспокоят не только ее отношения с вашим другом. Дело в том, что Наталия может что-то скрывать. Мы с отцом Наталии считаем, что у нее есть какой-то секрет, который она скрывает уже очень давно. После того как наша дочь познакомилась с Эдвардом, она вроде бы и была очень радостная, когда встречалась с ним, но временами она о чем-то грустила. Он как-то и сам сказал нам, что пытался узнать в чем дело. Но она отказывалась говорить об этом.

— Да, я кое-что знаю об этом… — задумчиво отвечает Терренс. — Эдвард как-то упоминал об этом, но тогда никто из нас не предавал этому значения. И когда мы с Ракель обсуждали эту ситуацию, она рассказала мне, что в день их примирения Наталия сама подтвердила, что секрет точно есть. Но правда тоже ничего не сказала и быстро закрыла эту тему.

— Энтони считает, что нужно узнать, что произошло с Наталией несколько месяцев назад. Он уверен, что это могло бы объяснить хоть что-то. Хотя бы странное поведение моей дочери. Вряд ли это связано с Эдвардом, но у моего мужа есть подозрение, что у нас повод переживать.

— Да, но как это сделать? — разводит руками Терренс. — Если я правильно понимаю, все произошло несколько месяцев назад, когда Наталия разругалась с Ракель и познакомилась с Эдвардом. Хотя меня сильно удивляет, что ей удается так долго скрывать это. Она до сих пор ничего не говорила об этом… Не знаю… Может, она забыла…

— Нет, не думаю. — Летиция убирает с глаз прядь своих светлых волос. — Наталия продолжала бывать испуганной даже после того, как начала встречаться с Эдвардом. Она действительно была счастлива с ним, но то, что произошло несколько месяцев назад, не дает ей расслабиться.

— А какие у вас предположения на этот счет? Что могло так сильно шокировать и напугать Наталию, раз она до сих пор ничего не сказала из-за страха перед чем-то или кем-то?

— Понятия не имею… — пожимает плечами Летиция. — Но я молюсь о том, чтобы Наталия связалась с какими-то преступниками. Мало ли с кем она общалась все то время, когда хотела познакомиться с каким-нибудь парнем.

— Думайте, все дело в этом?

— Другого объяснения я не вижу. Моя дочь ведь часто ходила по всяким местам с подругами и общалась с какими-то парнями, которые не всегда бывали хорошими. Мне никогда это не нравилось, но я не могла запретить ей, ибо Наталия уже не ребенок и способна сама отвечать за свои поступки.

— Ну… До встречи с Эдвардом она ни с кем не встречалась и не имела с парнями ничего больше, кроме флирта. Я не знаю всех, с кем она общалась. Но точно могу сказать, что среди них был один знакомый мне человек. Бенджамин, мой друг детства. Но вы можете не бояться – этот человек не способен на что-то ужасное.

— Да, я припоминаю, Наталия говорила о нем… Кажется, она познакомилась с ним незадолго перед вашим с Ракель переездом, но перестала с ним общаться из-за нашего внезапного отъезда в Мехико.

— Верно, после нее они несколько месяцев не общались. А когда мой друг узнал, что с ней уже встречается Эдвард, то перестал думать о том, чтобы добиться ее расположения.

— А среди них не было знакомых Ракель?

— Нет, не было, — качает головой Терренс. — Это точно.

— Ох, как же все это странно… — тяжело вздыхает Летиция. — Не знаешь к кому обратиться за помощью…

— Я понимаю вас, миссис Рочестер. Нам с Ракель также не нравится все это. Мы переживаем за Наталию и Эдварда… Знаю, что им надо самим решать свои проблемы. Но что-то буквально настаивает на том, чтобы мы выяснили в чем дело и сделали что-то, чтобы помочь им.

— Знайте, Терренс, через пару дней мы с Энтони собираемся лететь в Мехико и готовиться к переезду моей мамы в Нью-Йорк. А Наталию мы с собой не берем, и она остается здесь. Мы думали, она обрадуется возможности провести время с подружками и возлюбленным. Но когда мы сообщили ей о нашем отъезде, она не стала радостной и буквально начала умолять нас взять ее с собой.

— Она сама этого захотела?

— Да, она и так очень здорово помогла нам. Ее бабушка безмерно благодарна ей за всю любовь и заботу. Но поймите, Наталия еще такая молодая и красивая. Она не должна тратить все свое время на заботу о пожилом человеке. Ей уже пора думать о замужестве, детишках, самостоятельной жизни… А ее рвение все время сидеть возле своей бабушки нас немного пугает. Весь тот месяц, что мы были в Мехико, она только и делала, что заботилась о ней. Даже когда мы с Энтони были свободны. Даже практически не ходила куда-то гулять, хотя раньше моя дочь обожала ездить в город. Хотя и была чуточку повеселее и почти не вспомнила про Нью-Йорк, про своих друзей и про своего парня…

— Скажите, а Наталия уехала с вами по вашей просьбе или настояла на том, чтобы вы взяли ее с собой? — слегка хмурится Терренс.

— Настояла. Наталия уговорила нас взять ее с собой. И должна сказать, она тогда даже плакала… Объяснила это какими-то нехорошими предчувствиями и желанием быть с бабушкой, если она вдруг умрет. Хотя у нас нет причин беспокоиться, ведь лечение проходило и до сих пор проходит успешно.

— Ничего себе… — Терренс прикрывает рот рукой и качает головой. — Значит, получается, она пытается сбежать из Нью-Йорка? От того, что здесь произошло!

— Мы уж не знаем, от чего она бежит, но ситуация определенно сложная . — Летиция тяжело вздыхает и кладет руку на сердце. — Я очень беспокоюсь за свою девочку, Терренс. У меня сердце сжимается… Я чувствую, что моей дочке нужна чья-то помощь.

— Да уж… — Терренс слегка хмурится и задумывается на пару секунд. — Полагаю, что произошло что-то по-настоящему серьезное, раз она так рвется поехать с вами уже во второй раз.

— Если честно, то мне даже страшно ехать в Мехико и оставлять ее одну. Но к сожалению, я не могу отложить поездку. Мы с мужем должны поехать и подготовить все к переезду моей матери в нашу квартиру.

— Скажите, пожалуйста, а давно с Наталией происходят подобные вещи? Вам, возможно, лучше знать, когда с вашей дочерью начали происходить странные вещи.

— Ну если вы говорите про секрет Наталии, то это началось примерно четыре месяца назад. А если вы имеете в виду ее проблемы в отношениях с Эдвардом, то прошло около месяца с тех пор как моя дочь изменилась в поведении.

— Хм, как же сильно они должны были поссориться, что все это происходит? А может быть, они уже давно расстались, но не хотят об этом говорить?

— А потом столько времени скрывать ото всех свои проблемы и столько притворяться, что все хорошо? — Летиция снова скрещивает руки на груди и хмурится. — И был бы смысл строить из себя идеальную пару, если они расстались? Наталия не стала бы так поступать!

— Ну не знаю… — медленно выдыхает Терренс. — Если честно, я могу ожидать чего угодно…

— К тому же, Наталия не обладает сильной выдержкой. Она не смогла бы вечно притворяться, пока у нее в душе будто кошки скребут. Моя девочка слишком чувствительная и ранимая… Ее очень легко обидеть и заставить плакать или сильно испугаться.

— Однако же она притворяется , — с грустью во взгляде отвечает Терренс. — Хотя не буду отрицать, что Наталия временами может делать вид, что ничего не боится и готова задать жару любому человеку. Однако мне кажется, что эта девушка в глубине души и правда довольно ранимая и впечатлительная.

— Вы абсолютно правы, — кивает Летиция. — Моя дочь может сколько угодно притворяться крутой девчонкой. Но на самом деле она очень легко поддается любым эмоциям и воспринимает слишком близко к сердцу даже самые незначительные вещи.

— А раз так, то надо как можно скорее узнать, что с ней происходит. И думаю, внимание лучше сосредоточить не на ее отношениях с Эдвардом, а на том, что произошло несколько месяцев назад. Это может быть намного важнее.

— Я очень вас прошу, Терренс, сделайте все, чтобы узнать, что с ней произошло, — с жалостью во взгляде умоляет Летиция. — Мы с Энтони можем рассчитывать только на вас и Ракель. Эта девочка – близкая подруга моей дочери, а вы – друг ее парня.

— Не беспокойтесь, миссис Рочестер, я обещаю вам, что мы с Ракель сделаем все, чтобы выяснить, что произошло, — уверенно, мягко обещает Терренс.

— Да, пожалуйста, постарайтесь узнать, что происходит с моей девочкой. А если это будет нужно, то окажите ей всю необходимую поддержку и заботу и не бросайте ее одну.

— Ракель и я ни за что не оставим ее, — слегка улыбается Терренс. — И не переживайте, если вам так срочно надо ехать в Мехико, то поезжайте. Мы присмотрим за Наталией и будем рядом с ней, чтобы ни случилось.

— Да, а вы не могли бы сказать мне, где живет ваш друг? — задумчиво просит Летиция. — Я не думаю, что он тоже что-нибудь скажет. Но Энтони очень уж хочет поговорить с ним и вытащит из него хоть какое-то признание.

— Простите, миссис Рочестер, но я не знаю, где живет Эдвард, — качает головой Терренс. — Он никогда не приглашал меня, Ракель, Наталию или кого-то еще к себе домой. Мы знаем, что Эдвард живет с какой-то женщиной, которая выделила ему комнату, в старом доме. Но больше мой друг ничего не говорил.

— Что неужели никто из вас ни разу не бывал у него дома? Или хотя бы не подвозил до места, где он живет?

— Нет, в этом плане он очень скрытный.

— Ладно, я поняла… А как вы думайте, мне есть смысл разговаривать с Анной и просить вас сказать, где она живет?

— Не уверен. Анна точно скажет вам все то, что сейчас сказал вам я. Ракель тоже повторит все мои слова.

— Ясно… Значит, никто ничего не знает…

— Мне очень жаль, что мы не смогли помочь вам.

— Ничего страшного. — слегка улыбается Летиция. — В любом случае спасибо, что уделили мне немного времени и ответили на мои вопросы.

— Если будут еще – не стесняйтесь обращаться.

Летиция кивает и смотрит на свои наручные часы.

— Ладно, я, пожалуй, пойду по своим делам, — задумчиво говорит Летиция. — Если что, у Ракель есть мой мобильный номер и номер Энтони. Позвоните нам, если вам будет что-то известно.

— Конечно, мы обязательно свяжемся с вами, — с легкой улыбкой уверенно кивает Терренс.

— Спасибо большое. До свидания, Терренс…

— До свидания… — задумчиво говорит Терренс.

Летиция медленно разворачивается на своих каблуках и все дальше отходит от дома, что-то достав из сумки прямо на ходу и увлекшись этим. А Терренс все еще продолжает стоять на том месте, где он стоял и во время разговора с этой женщиной, будучи немного задумчивым.

« Что ж, значит, разговор с Рочестерами не принес бы нам никаких результатов, если бы мы с Ракель пришли к ним домой… — думает Терренс, слегка хмурясь. — Они тоже ничего не знают и мучаются догадками… Ох, черт, ну и задачка… Из-за того, что эти двое решили поиграть в молчанку, все остальные пытаются догадаться, что же у них происходит. »

Простояв возле входа в дом еще несколько секунд и поразмышляв над ситуацией, Терренс резко выдыхает и решает зайти в дом. Но стоит МакКлайфу переступить порог своего дома, как вдруг откуда не возьмись появляется Эдвард, который с легкой улыбкой на лице подходит к пока что еще открытой входной двери.

— Привет, Терренс! — бодро восклицает Эдвард.

Услышав голос своего друга за спиной, Терренс резко останавливается и поворачивается к Эдварду, который все ведет себя как ни в чем ни бывало и делает вид, что в его жизни все хорошо.