На следующий день особо ничего не изменилось. Этим утром Ракель решила никуда не ходить ради собственной безопасности, несмотря на то, что на сегодняшний день у нее была запланирована репетиция к предстоящему показу. О которой девушка, впрочем, напрочь позабыла… Терренс полностью поддержал девушку в ее решении остаться дома и никуда не ходить, и отменил все свои дела, которые были запланированы на сегодня, чтобы оказать ей свою поддержку. Мужчина не захотел оставлять девушку одну, так как посчитал, что Саймон может неожиданно заявиться к ним домой и сделать с девушкой все что угодно.

Сейчас Ракель сидит в гостиной, не переставая думать о том, что ей делать. Неизвестность сильно пугает девушку. Пугает то, что она не знает, с чего может начать Саймон. Больше всего на свете ей хочется сбежать ото всех проблем как можно дальше. Но к сожалению, это невозможно. Проблема не решится таким способом. И она прекрасно это понимает. Все проблемы, которые раньше девушка считала катастрофическими, сейчас кажутся ей сущим пустяком. Сейчас ее проблемы намного серьезнее. Ее жизни угрожает опасность. Жизням ее близких угрожает опасность. А Саймон может начать действовать когда угодно и как угодно.

В какой-то момент у Ракель неожиданно начинает звонить ее мобильный телефон, который лежит перед ней на журнальном столике. Девушка боится отвечать на звонок, так как это может быть Саймон или еще кто-то, подосланный им. Однако она решает не гадать и узнать, кто же звонит ей, берет свой телефон и, не глядя на экран, принимает звонок.

— Алло, я слушаю вас, — немного дрожащим голосом произносит Ракель.

— Доброе утро, Ракель! — раздается женский голос в трубке. — Вас беспокоит Паулина Симпсон. Мы с вами вчера разговаривали насчет моего предстоящего показа, в котором вы должны были участвовать.

— О, миссис Симпсон, — немного теряется Ракель, заметно занервничав. — Да-да… Доброе утро…

Ракель округляет глаза, мгновенно вспомнив о том, что сегодня утром должна была поехать в дом моды Паулины, чтобы начать подготовку к модному показу.

— Ракель, вы ведь помните, что вчера я попросила вас приехать в мой дом моды, чтобы мы начали подготовку к модному шоу? — немного строгим голосом спрашивает Паулина.

— Э-э-э… — запинается Ракель, прикладывает руку на лоб и запускает пальцы в свои волосы. — Да-да, конечно…

— И вы так и не приехали. Почему?

— Простите меня, миссис Симпсон, я… Я могу все объяснить…

— Нет-нет, ничего-ничего, все нормально, — спокойно отвечает Паулина.

— Послушайте, миссис Симпсон, мне правда очень жаль, что я не приехала… Просто я…

— Это даже хорошо , что вы не приехали вовремя.

— Что? В смысле?

— К сожалению, у меня появились некоторые дела, которые не терпят отлагательств. И я не смогу проводить подготовку к показу. Соответственно, я не смогу провести и сам показ. Я не смогу уложиться в срок.

— Правда? — округляет глаза Ракель.

— Да. И это значит, что мой показ состоится еще очень нескоро.

Кажется, что у Ракель будто камень с души упал, ведь она не ожидала услышать что-то обстоятельства сложатся для нее подобным образом. Но все же девушка очень рада, что она может на какое-то время забыть об этом показе и сосредоточиться на том, чтобы разобраться с Саймоном.

— Э-э-э, да-да конечно, я все понимаю, — с сожалением говорит Ракель. — Мне жаль, что все так сложилось…

— Мне тоже жаль, что приходится откладывать показ на неопределенный срок, — с грустью во взгляде отвечает Паулина. — Я еще никогда не была вынуждена переносить свое модное шоу, но другого выхода у меня сейчас нет.

— Конечно… Решите свои проблемы, а потом проведете шоу.

— Не забывайте о том, что вы участвуйте в моем показе.

— Конечно-конечно, я помню об этом, — изо всех сил стараясь говорить спокойно и не выдавать своего волнения, отвечает Ракель.

— Хорошо, я рада, что мы поняли друг друга, — дружелюбно говорит Паулина. — Я уже разговаривала с Сереной, и она в курсе моей ситуации. Как только я решу свои проблемы, то свяжусь с вами или вашим менеджментом и сообщу о дате начала подготовки к шоу.

— Буду ждать вашего звонка.

— Воспользуйтесь случаем и как следует отдохните перед показом. Потому что для меня он очень важен.

— Я постараюсь. Обещаю .

— Хорошо. Тогда я желаю вам приятного дня и удачи во всех делах.

— Спасибо, и вам того же, — с легкой улыбкой благодарит Ракель. — До свидания.

— До свидания.

Ракель заканчивает разговор, откладывает телефон в сторону и тихо вздыхает. Девушка не скрывает своей радости по поводу того, что модное шоу Паулины откладывается на какое-то время. Сейчас ей совершенно нет дела до показа мод. Да и ее работа сейчас стоит на втором-третьем месте. На данный момент главная цель Ракель – покончить с Саймоном раз и навсегда и сделать все, чтобы вновь начать спокойной жизнью.

« Это к лучшему, — с легкой улыбкой думает Ракель. — Сейчас я не смогла быть сосредоточена на этом показе, зная, что Саймон в любой момент может начать действовать. Хорошо, что все сложилось именно так. »

Ракель тихо вздыхает и погружается в свои думы, крепко сцепив пальцы рук. И не замечает, как спустя какое-то время в гостиную приходит Терренс, который слышал, как она разговаривала с кем-то по телефону. Немного грустный мужчина незаметно, почти без лишнего шума подходит к девушке и спокойно спрашивает:

— С кем ты говорила?

Ракель слегка вздрагивает, резко оборачивается на голос Терренса и тут же медленно выдыхает.

— Ой, я не заметила, как ты пришел сюда, — немного теряется Ракель.

— Я слышал, ты с кем-то говорила по телефону, — спокойно говорит Терренс. — Кто это был?

— Это…

Ракель слегка прикусывает губу и начинает говорить, сильно растягивая слова:

— Это… Это звонили… По работе…

— По работе? — удивляется Терренс.

— Да. Мне позвонила та модельерша, которая пригласила меня участвовать в ее показе.

— И чего она хотела?

— Хотела сказать, что я могу пока что об этом забыть.

— Забыть? — слегка хмурится Терренс. — В смысле? Ты больше не участвуешь в показе?

— Похоже, что у меня появилось немного свободного времени, — слегка улыбается Ракель. — Показ Паулины будет отложен на неопределенный срок.

— Отложен?

— Да. У нее появились какие-то проблемы, из-за которых она не может думать о показе. — Ракель пожимает плечами. — А раз так, то никакого показа не будет. Пока. Паулина обещала дать знать, когда она сможет вернуться к подготовке шоу.

— Вот как! — с легкой улыбкой удивляется Терренс.

— И если честно, я очень рада этому. Показ для той женщины очень важен. А я вряд ли смогла бы безупречно выполнить свою работу.

— А что насчет остальных съемок?

— Серена пообещала отменить или перенести некоторые запланированные съемки из-за подготовки показа. Но я думаю, что как-нибудь позвоню ей и попрошу ее о небольшом перерыве. В связи со сложившейся ситуацией.

— Хочешь отменить все, что было запланировано?

— Да. Я не очень хотела этого внепланового отпуска. — Ракель тихо вздыхает. — Но у меня нет выбора. Я вынуждена пойти на это.

— И думаю, ты поступила верно, — уверенно кивает Терренс. — Сейчас нам лучше забыть о работе и как можно меньше куда-то выходить. Это единственное, что мы можем сделать ради своей же безопасности.

— Ты прав… — Ракель задумывается на пару секунд. — К тому же, я и не смогу работать. Зная, что в любой момент со мной может произойти что-то ужасное… Зная, что жертвой Саймона может стать кто-то из моих близких.

— Все будет хорошо, не переживай, — мягко уверяет Терренс. — Если у нас появится шанс покончить с этим мерзавцем, мы обязательно им воспользуемся.

— Вот именно, что если … — Ракель откидывается на спинку дивана. — Не знаю, смогу ли я отделаться от этого человека. Смогу ли я не дать ему сделать что-то со мной и близкими мне людьми.

— Запомни, пока ты рядом со мной, Саймон не посмеет ничего тебе сделать. Он и пальцем тебя не тронет. А увижу, что этот ублюдок собирается причинить тебе вред, то ему придется иметь дело со мной.

— Я не хочу, чтобы ты тоже из-за него пострадал.

— Не пострадаю. К тому же, я не стану молчать и выскажу все, что думаю об этой сволочи. Уж поверь, мне есть что сказать этому подонку, который выжил из ума.

— Это единственное, что меня сейчас успокаивает… — бросает мимолетную улыбку Ракель. — Успокаивает то, что я могу рассчитывать на твои поддержку и защиту…

— Все будет хорошо, милая. — Терренс подходит к Ракель со спины и мягко целует ее затылок, нежно придерживая ее висок и гладя его. — Просто доверься мне и ничего не бойся.

— Я не могу не бояться и не переживать… — тихо вздыхает Ракель.

— Не надо переживать. Рано или поздно этот подонок ответит за все, что сделал, и навсегда оставит тебя в покое.

— Ты так в этом уверен?

— Уверен!

Ракель ничего не говорит и бросает Терренсу скромную улыбку, смотря на него полными грусти глазами, пока он мягко гладит ей плечи и мило целует ее в щеку. Влюбленные на несколько секунд замолкают, а потом девушка, нервно перебирая пальцы, переводит взгляд на мужчину, пока он бросает взгляд на юную служанку Блер, которая быстро поднимается по лестнице наверх с каким-то пледом в руках.

— Кстати, ты вчера говорил со своим другом насчет назревшей проблемы? — интересуется Ракель.

— Да, говорил! — уверенно кивает Терренс, быстро обходит диван и присаживается рядом с Ракель.

— Я так понимаю, ты поехал с ним на встречу сразу же после нашего разговора?

— Да, я объяснил ему ситуацию, а он предложил мне встретиться в кафе и подробнее все обсудить. Ну я и поехал.

— Я так и поняла…

— Я бы рассказал тебе об этом раньше, но ты уже ушла спать. А я вернулся довольно поздно…

— Да, я хотела тебя подождать, но очень захотела спать. Прости, что так вышло.

— Ничего, все в порядке, — слегка улыбается Терренс.

— Кстати, а что сказал этот полицейский? Он поможет нам?

— Да, он обещал помочь нам и сделает все, чтобы этот подонок ответил за все, что сделал.

— А он поможет нам написать заявление на него? Он примет его?

— Э-э-э… Нет… Мой приятель сказал, что сейчас нам не стоит писать заявление.

— В смысле? — широко распахивает глаза Ракель. — Как это? Почему?

— Понимаешь… Э-э-э… — Терренс на пару секунд о чем-то призадумывается, приложив палец к губе. — Даже не знаю, как это объяснить…

— Ну говори же! — восклицает Ракель.

— В общем, он сказал, что нам лучше подождать с заявлением. Сказал, что нам лучше сделать это позже и просто ждать.

— Что? Сидеть и ждать?

— У нас ведь никаких доказательств того, что он вытворяет. Никаких писем, сообщений, звонков и того прочего. А обвиняя человека без доказательств, тебе никто не поверит.

— Что… Думаешь, что царапины на лице не могут стать доказательством?

— Это всего лишь царапины, посуди сама. Если бы он крепко избил тебя и оставил кучу синяков или что-то тебе сломал, то это совсем другое дело. А царапины – это пустяк.

— Да… — задумчиво произносит Ракель. — В принципе ты прав… Даже если это был он, я все равно не смогу доказать, что это работа Саймона.

— Мой знакомый сказал то же самое. В этом случае нужны более веские доказательства. Да и даже свидетели… А ведь никто не видел, как этот тип набросился на тебя.

— Да, это верно, — кивает Ракель. — Но ведь мы все-таки заявим на него в полицию? Верно?

— Да, мы обязательно это сделаем, — уверенно кивает Терренс. — Подождем, когда у нас появится что-то, что открыто заявит о его намерениях. Например, письмо с угрозами. Тогда и можно будет начать действовать.

— Ну что ж, ладно… Я согласна…

— Пока что нам остается только ждать. Держаться вместе. И стараться поменьше куда-то выходить. Не удивлюсь, если Саймон будет следить за нами и знать, куда мы ходим и что делаем.

— Ты прав…

— В любом случае мы не беспомощны и можем рассчитывать на того человека. Он надежный и не подведет.

— Предпочитаю верить тебе.

— Вот и верь. Я бы врать не стал.

— Я знаю, — бросает легкую улыбку Ракель.

Терренс ничего не говорит и с легкой улыбкой на лице на пару секунд призадумывается и на мгновение бросает взгляд в сторону.

— А что у тебя? — интересуется Терренс. — Ты говорила со своим другом?

— Да, говорила, — уверенно кивает Ракель и откидывается на спинку дивана. — Повезло, что я смогла дозвониться до него с первого раза.

— И что он тебе сказал?

— Пока что ничего особенного. Только лишь посоветовал поменьше выходить на улицу и стараться искать сопровождающего на случай, если мне нужно куда-то пойти.

— И все?

— Пока да. К сожалению, моего друга нет в городе. Он уехал в Чикаго по своим личным делам. Так что я не могу с ним встретиться и все ему рассказать.

— И что теперь делать?

— Ждать его звонка. Он сказал, что свяжется со мной, когда вернется в Нью-Йорк.

— И когда он приедет?

— Не знаю. Но в любом случае мы уже договорились встретиться и обсудить сложившуюся ситуацию. Он обещал позвонить мне сразу же после того как вернется сюда.

— Ну что ж… Звучит обнадеживающе…

— Но у меня есть подозрение, что он скажет то же, что и твой знакомый.

— Кстати, мой знакомый интересовался, как зовут твоего друга.

— Правда? А зачем?

— Подумал, что может знать его.

— Ну… Если хочешь знать, то моего приятеля зовут Хантер. Хантер Линвуд.

— Хантер Линвуд?

— Да. Можешь спросить о нем своего приятеля. Вдруг они и правда знакомы и когда-то пересекались. Или они даже работают вместе.

— Было бы здорово. Вместе можно гораздо быстрее решить какую-то задачу.

— Ты прав.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Терренс с грустью во взгляде тихо вздыхает и запускает руку в свои волосы.

— В любом случае будем надеяться, что все обойдется… — задумчиво добавляет Терренс. — Надеяться, что мы не останемся без помощи… И расквитаемся с этим ненормальным подонком…

— Дай-то Бог… — задумчиво произносит Ракель.

Терренс, и Ракель бросают взгляд в разные стороны и с грустью во взгляде задумываются о чем-то своем.

— Знаешь, Терренс… — уставив грустный взгляд в одну точку, произносит Ракель и слегка склоняет голову. — Мне…

— В чем дело? — интересуется Терренс.

— Понимаешь… Мне… Мне стыдно …

— Стыдно? За что?

— За то, что происходит. — Ракель переводит взгляд на Терренса. — Стыдно, что этот кошмар начался по моей вине.

— Боже, Ракель, да что ты такое говоришь! — удивляется Терренс.

— Это правда. Если бы не я, то сейчас все было бы хорошо. Мы бы продолжали работать и заниматься своими делами. Я бы сосредоточилась на показе Паулины Симпсон и думала о том, чтобы все прошло прекрасно. Да и ты бы работал над музыкальной карьерой.

— Нет, Ракель, не надо так говорить.

— Ты сам подумай! — восклицает Ракель. — Весь этот кошмар начался из-за меня! Сейчас не только моя жизнь находится под угрозой, но еще и твоя. Также не забывай и про наших друзей, которые тоже могут пострадать по моей вине.

— Но ты ведь не виновата в том, что этот ублюдок решил приплести к этому делу всех, кто тебя окружает.

— В любом случае это все из-за меня. Я виновата. И мне очень стыдно.

— Не переживай, милая. — Терренс нежно гладит Ракель по руке, и тыльной стороной ладони проводит по ее щеке. — Никто ни в чем тебя не винит. И не будет.

— Я не удивлюсь, если однажды останусь совсем одна, — признается Ракель. — Если Саймон сделает что-то, из-за чего от меня отвернутся абсолютно все. От тебя и моих подруг до моих дедушки с тетей.

— Нет-нет, Ракель, этого не будет. — Терренс мягко берет Ракель за руки. — Я обещаю, что ни за что не оставлю тебя одну, даже если все будут против тебя. Никто не бросит тебя. Все будут на твоей стороне.

— Я в этом не уверена.

— Мы обязательно найдем управу Саймона и заставим его заплатить за все его делишки. Может, он и избежал наказания в прошлый раз и только лишь слышал, как люди вокруг него говорили гадости про того, кто распространил те слухи. Но на этот раз его ждет тюрьма.

— Спасибо, конечно, за утешение, — бросает легкую улыбку Ракель. — Но от этого мне ничуть не легче…

— Все будет хорошо. Ты справишься. — Терренс чуть крепче берет Ракель за руки. — Мы справимся.

— О, боже мой… — Ракель тяжело вздыхает, покачивая головой. — Никогда не думала, что однажды буду кого-то бояться… Не думала, что мне придется от кого-то бегать и защищаться…

— Никто не думает об этом, — слегка улыбается Терренс.

— Хоть у меня и раньше бывали трудные ситуации, когда мне казалось, что я не смогу это пережить. Когда я была готова сдаться и пустить все на самотек… Но сейчас все это кажется таким пустяком…

— Пожалуйста, Ракель…

— Я чувствую, что Саймон задумал что-то ужасное. Например… Сначала здорово помучает… А потом… Решит где-нибудь убить…

— Никто никого не убьет, — уверенно говорит Терренс.

— Все кажется мелочью, когда ты и твои близкие могут в любой момент так или иначе пострадать, или даже… Умереть … Когда твоя жизнь находится под угрозой.

Ракель тихо вздыхает и опускает взгляд на свои руки, которые она рассматривает. Терренс же призадумывается на несколько секунд, с грустью во взгляде рассматривая девушку.

— Знаешь, Ракель… — задумчиво произносит Терренс. — Однажды в подростковом возрасте со мной произошла одна неприятная история… После которой мне долго пришлось приходить в себя.

— Правда? — округляет глаза Ракель.

— Когда это произошло, мне казалось, что я не смогу это пережить. До того случая со мной никогда не происходило ничего подобного.

— А что с тобой произошло?

— Это случилось еще в школе… — Терренс быстро прочищает горло. — Я тогда перешел в шестой класс… Или седьмой… Но точно помню, что мне было около двадцати или тринадцати лет. Я еще не снимался в кино и вообще не думал о том, что через год-два получу свою первую роль. За которую мне заплатят мои первые деньги.

Терренс крепко сцепляет пальцы рук.

— Так вот, тогда мне нравилась одна девочка из моей школы, — признается Терренс. — Она была очень симпатичная, да и все парни в школе не давали ей проходу. Но однажды у этой девочки появился молодой человек. Она перестала обращать внимания на ребят из школы, хотя до этого охотно заигрывала с многими из них.

— Ты его знал? — уточняет Ракель.

— Этот парень учился не со мной и даже не в моей школе… Но я знаю, что он вырос в неблагополучной семье: мать с отцом были алкоголиками, и им было все равно, что происходило с их сыном. Его вырастила бабушка, поскольку родителей лишили родительских прав, а она оформила над ним опекунство. В школе, насколько мне известно, он учился плохо. Вел себя тоже ужасно… И однажды даже имел проблемы с полицией.

— И та девчонка начала с ним встречаться?

— Сам удивляюсь, как он мог ей понравиться! Было столько хороших ребят, но она выбрала именно его .

— Ладно…

— Как-то так… — Терренс на пару секунд замолкает и нервно сглатывает. — Не сказать, что я дружил с ней. Так, проходил мимо и здоровался с ней… А она здоровалась в ответ… Мы что-то друг у друга спрашивали и потом расходились.

— Вы и правда не дружили? — уточняет Ракель.

— Можно и так сказать. Однако она всегда относилась ко мне очень хорошо. А я иногда помогал ей в учебе. Не более.

— А почему не признавался ей в симпатии?

— Просто не решался. Был уверен, что она не очень во мне заинтересована, ибо у нее и так была куча поклонников.

— И ты хочешь сказать, что так сильно переживал из-за того, что та девчонка, возможно, не любила тебя в ответ? — искренне удивляется Ракель.

— Нет-нет, дело не в этом. — Терренс становится чуть более напряженным и крепче сжимает руку Ракель. — Дело в том, что однажды кто-то проболтался ей о том, что она мне нравится. А заодно этот « кто-то » рассказал об этом ее парню. Правда я поначалу об этом не знал… И не знал, кто именно меня сдал, ибо я многим говорил, что она мне нравится.

— И что дальше? — интересуется Ракель.

— И вот однажды та девочка подловила меня после школы и спросила об этом напрямую. Попросила подтвердить, правда ли то, что она мне нравится.

— А ты что?

— Поначалу я как-то отшучивался и отнекивался. Но когда я все-таки решил рассказать ей всю правду, то к нам подошел ее парень и его друзья.

— Упс, ну ты и влип… — прикрывает рот рукой Ракель.

— Это точно! Тот тип был во много раз сильнее и больше меня. Хотя и не такой высокий, как я.

— Вот так…

— Короче говоря… — Терренс проводит рукой по своим волосам. — Он подлетел ко мне и заявил, что знает о моей симпатии к его девушке. И начал угрожать мне. Мол, если я не оставлю его девушку в покое, то сильно об этом пожалею. Тогда я нисколько не испугался и был готов драться с ним… К тому же, он еще и здорово разозлил меня, когда наговорил кучу гадостей обо мне. Однако я сильно переоценил свои силы.

Терренс на пару секунд замолкает, уставив взгляд в одной точке, и нервно сглатывает.

— Он одной рукой толкнул меня так сильно, что я тут же упал на асфальт, — рассказывает Терренс. — Я не стал терпеть и тут же начал толкать его и избивать. Так удар за ударом... И вскоре тот парень приказал своим друзьям помочь ему… И они начали избивать мне все вместе. И я уже не смог противостоять им… Противостоять сразу пятерым… Таким же крепким и большим, как и он сам.

— О, боже мой… — с ужасом во взгляде произносит Ракель.

— Это было ужасно… Я не мог пошевелиться… А все тело болело и было в синяках и в кровоподтеках… Меня еще никогда так сильно не били… И я не был к этому готов… Да, меня и до этого били… Но не так сильно…

— А та девчонка?

— Та девочка просто смотрела на это зрелище и не могла ничего сказать. Она была шокирована увиденным… Хотя один раз и попыталась остановить этого парня и его друзей. Но он просто на нее наорал. Мол, заткнись и не вмешивайся. Ну она и притихла и стояла в сторонке. Плакала… А чуть позже начала звать на помощь. Ибо видела, что если бы этих парней никто не остановил, то они могли бы отправить меня на тот свет.

Терренс с прикрытыми глазами медленно выдыхает, понимая, что эти воспоминания не приносят ему радости. Он все еще очень хорошо помнит каждый удар так, будто все произошло вчера. И мысленно вздрагивает каждый раз, когда представляет себе, как крепкая рука того парня замахивалась на него и со всей силы била его куда только можно.

— Очень быстро на мое избиение сбежалась почти вся школа, — рассказывает Терренс. — Девочки визжали, а мальчишки снимали все на мобильный телефон… Впрочем, мне было все равно. Ибо я думал только об одном – чтобы все это поскорее кончилось. Те несколько минут, что они меня избивали, казались мне вечностью. Мне так больно, что я очень быстро перестал пытаться отвечать и просто лежал. Мучительно постанывая от боли… Вскрикивая от каждого удара…

— О боже… — слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — Терренс…

— Вскоре на крики и вопли людей сбежались учителя, директор, охрана школы и еще кто-то. Они пытались оттащить этого человека и его друзей от меня. От человека, на котором уже живого места не было. Правда это удалось сделать не сразу, ибо тот парень и его друзья так разошлись, что их невозможно было остановить. Но благо, что мужская часть школьного коллектива состояла из достаточно крепких людей, и они сумели удержать того парня и его друзей и затем увести их как можно дальше. — Терренс медленно выдыхает. — Кто-то из учителей вызвал скорую помощь. А когда они приехали, то сразу же забрали меня в больницу. Правда к тому моменту я едва мог думать от боли. Да, я был в сознании, но все же плохо соображал и был не в состоянии отвечать на какие-то вопросы. Только лишь кивал или качал головой. И что-то показывал на пальцах.

— А твоя мать знает об этом?

— Знает. У нее чуть сердечный приступ не случился, когда ей позвонил лично директор и сообщил о том, что произошло возле школы. А она тогда была на работе… Но отпросилась и немедленно поехала в больницу. — Терренс замолкает на пару секунд и быстро окидывает взглядом всю гостиную. — После осмотра врачи сказали, что мои травмы могли бы быть куда серьезнее. Много синяков… Крови… Да, к счастью, мне удалось избежать переломов и сотрясения мозга. Но все тело болело так, будто по нему танком проехались. Я едва мог пошевелиться…

— И сколько же ты пробыл в больнице? — интересуется Ракель.

— Очень долго… Из-за этого я пропустил большую часть учебного года. И соответственно, сильно отстал в учебе. То у меня были прекрасные оценки, а то вдруг все изменилось. Я не понимал, о чем говорили учителя, когда вернулся в школу. Было пройдено много тем…

— А ты смог исправить ситуацию?

— Да, со временем мне удалось улучшить свою учебу. Но для этого мне пришлось дополнительно заниматься с учителями. Пожертвовать временем, которое я мог бы провести с друзьями. К тому же, мама и сама внимательно следила за тем, чтобы я не забивал на учебу. Если она могла, то сама что-то мне объясняла. Но в любом случае я так и не стал худшим учеником в школе.

— А что насчет того парня и его друзей? Они получили какое-то наказание?

— Получили. Когда мама узнала об избиении, она решила наказать их и написала заявлению в полицию. Я пытался отговорить ее, но она настояла на своем. И я вскоре перестал с ней спорить. — Терренс медленно выдыхает, пока Ракель смотрит на него с грустью во взгляде. — Они были арестованы и понесли наказание. Суд приговорил того парня к пяти годам лишения свободы, а его дружков посадили в тюрьму на два года.

— А сколько им было лет?

— Они уже были совершеннолетние на тот момент. Поэтому и понесли строгое наказание.

— Господи… Неужели та девушка и дальше продолжила встречаться с тем парнем после такого?

— Нет, та девушка бросила его, ибо она побоялась, что тот парень может и ее запросто так побить. Тем более, что он частенько покрикивал на нее и держал под строгим контролем. К тому же, однажды она призналась, что он ударил ее по лицу. — Терренс пожимает плечами. — Так что она решила не рисковать и сказала ему о желании расстаться после того как меня увезли в больницу.

— А ты с ней общался после того случая?

— Да, общался. Она часто навещала меня в больнице, привозила какие-то фрукты или что-то еще. Немножко помогла мне подтянуть оценки. И мы очень тепло общались до самого выпускного. А потом наши пути разошлись, и с тех пор я больше не встречался с ней.

— И ты все то время продолжал любить ее?

— Нет, моя симпатия к ней прошла после того избиения. Я начал воспринимать ее только как друга. К тому же, она однажды призналась, что не смогла бы ответить на мои чувства, потому что не испытывала ко мне привязанности. Но я не расстроился и предложил ей дружбу. А она согласилась. И мы правда дружили. И ребята верили , что мы – просто друзья. Они никогда не пытались свести нас вместе. А мы жили своей жизнью и радовались успехам друг друга. Радовались, когда у нас кто-то появлялся. Я был рад, когда она влюблялась в каких-то парней, а она радовалась, когда у меня появлялись подружки.

— Вот как…

— Ну… — Терренс пожимает плечами. — Вот такая вот история…

Выслушав всю историю от начала до конца, Ракель приходит в шок от услышанного, немного бледнеет от ужаса и теряет дар речи, широко распахнутыми глазами смотря на Терренса и качая головой. Представляя себе то, как те парни могли избивать мужчину, девушка слегка вздрагивает и понимает, как ее сердце сжимается и обливается кровью. Впрочем, через некоторое время Ракель все же обретает возможность говорить и дает об этом знать, прикрыв рот рукой:

— Не могу в это поверить… Не могу поверить в то, что ты рассказал.

— Однако это правда, — пожимает плечами Терренс. — Чистая правда.

Ракель ничего не говорит и крепко обнимает Терренса, обвив руками его шею и в какой-то момент тихо шмыгнув носом.

— Господи… — слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — Это ужасно… Ужасно…

Терренс тяжело вздыхает и отвечает на объятия Ракель, прижав ее поближе к себе, мило поцеловав ее в щеку и пальцами начав перебирать волосы девушки, пока голова брюнетки лежит на его плече.

— Все хорошо, милая, все хорошо, — спокойно произносит Терренс.

— Мне очень жаль… — тихо отвечает Ракель, отстраняется от Терренса и берет его за руки. — Мне правда очень жаль, что с тобой случилось что-то подобное.

— В любом случае все уже позади. Это пройденный этап. Хоть мне и неприятно об этом вспоминать, я понимаю, что это часть моей жизни.

— А почему ты решил рассказать об этом сейчас?

— Просто захотел как-то отвлечь тебя от мыслей о Саймоне. — Терренс на пару секунд замолкает. — Когда ты сказала, что в твоей жизни бывали ситуации, которые раньше казались трагедией, но сейчас стали пустяком, я тут же вспомнил об этом случае.

— Да? — округляет глаза Ракель.

— Знаю, мне надо было заговорить о чем-то более приятном, чтобы помочь тебе расслабиться. Но я вспомнил именно об этом. И захотел поделиться. Рассказать то, что до этого обсуждал только лишь со своей матерью.

— И ты правильно поступил. — Ракель с легкой улыбкой гладит Терренса по щеке. — Я рада, что ты рассказал мне об этом. Даже если это неприятно…

— Просто хотел показать, что не только у тебя бывают проблемы, — признается Терренс. — Чтобы ты не думала, что судьба испытывает не только тебя. Но и каждого человека. Если ты смотришь на человека и видишь, что он очень счастливый, уверенный в себе и успешный, это не значит, что так всегда и было. Никто не знает, через что прошел этот человек на пути к своему счастью. Сколько труда он вложил, чтобы хоть чего-то добиться.

— Я знаю… — кивает Ракель. — Порой тебе приходиться вытирать слезы, запирать свои чувства на замок, натягивать на лицо улыбку и выходить в свет, ведя так, словно все в этой жизни достается тебе как по щелчку пальца.

— И как ты видишь, я смог пережить тот случай. Да, это заняло много времени. Но вот он я! Живой . Здоровый . И нисколько не сомневаюсь в том, что я в своей жизни добился куда больше, чем тот парень и его дружки.

— Возможно…

— Так что если ты…

Терренс не договаривает свою мысль, потому что его прерывает неожиданный звонок в дверь. Слегка вздрогнув от неожиданности и резко переведя взгляд в сторону двери, Ракель и Терренс переглядываются между собой.

— Кто это? — с ужасом во взгляде спрашивает Ракель. — Разве ты кого-то ждешь?

— Нет, я никого не жду, — качает головой Терренс. — Может быть, ты кого-то ждешь из подруг?

— Нет, я-то уж точно никого не жду.

— Но тогда кто же это?

— Ох… — Ракель медленно выдыхает. — Честно говоря, я уже и дверь открывать боюсь. Вдруг Саймон уже начал действовать…

— Однако открыть дверь нам придется в любом случае, — спокойно отвечает Терренс.

— Ладно… Пойду открою…

— Я с тобой.

Мысленно скрестив пальцы и взмолившись, чтобы это был не Саймон или кто-то из его дружков, Терренс и Ракель встают с дивана и направляются к двери, чтобы открыть ее. И когда девушка открывает ее, к своему огромному счастью, они видят, что на пороге стоит Наталия, которая выглядит так, будто бежала сюда изо всех сил ради того, чтобы сообщить что-то очень важное.

— Наталия? — удивленно произносит Ракель.

— Привет, Ракель, — дружелюбно здоровается Наталия. — Вот решила навестить тебя… А то мне равно нечего делать. А так хоть проведу время с подружкой.

— Правда? Вот здорово!

Ракель и Наталия заключают друг друга в крепкие объятия, обмениваются дружеским поцелуем в щеку и отстраняются спустя пару секунд.

— Я рада, что ты сдержала свое обещание и зашла ко мне, — скромно улыбается Ракель.

— Не могу оставить свою подружку одну, когда она страдает, — уверенно отвечает Наталия.

Спустя пару секунд Наталия переводит взгляд на Терренса, который только лишь сейчас подходит к Ракель и встает рядом с ней.

— О, привет, Терренс, — с легкой улыбкой скромно машет рукой Наталия и тихонько смеется. — Наконец-то я застала тебя дома! А то тебя все нет, да нет.

— Привет, Наталия, — с легкой улыбкой дружелюбно произносит Терренс.

Терренс и Наталия заключают друг друга в дружеские объятия, а затем отстраняются.

— Я так понимаю, ты уже вернулась из Мехико? — спрашивает Терренс.

— Ну да, я вернулась… — задумчиво отвечает Наталия. — Правда только на время.

— Мы с Ракель уже успели соскучиться по тебе, пока ты не давала о себе знать. Не видели тебя с тех пор, как мы стали жить вместе.

— Знаю… Прости, что пропала.

— В любом случае я рад, что ты объявилась.

— Думаю, Ракель уже рассказала тебе о том, что произошло в моей семье.

— Да, я знаю, что у тебя произошло, — с грустью во взгляде кивает Терренс. — Мне правда очень жаль, что с твоей бабушкой произошла такая беда…

— Я стараюсь верить в лучшее, — с легкой улыбкой отвечает Наталия. — Хотя это и очень тяжело.

— Надеюсь, она скоро поправится.

— Дай-то Бог.

— Если тебе вдруг понадобится какая-то помощь, то можешь смело обращаться к нам. Мы с Ракель сделаем для тебя все, что нужно.

— Спасибо огромную за поддержку, — благодарит Наталия. — Она мне сейчас точно необходима.

Терренс ничего не говорит и просто скромно улыбается, пока Ракель присматривается к Наталии получше и слегка хмурится.

— Кстати, подруга, а ты почему так тяжело дышишь? — интересуется Ракель. — За тобой как будто кто-то очень долго гнался, и ты кое-как унесла ноги.

— Да нет, никто за мной не гнался, — скромно машет рукой Наталия.

— Неужели ты так спешила, потому что хотела что-то мне рассказать?

— Да нет… — Наталия опирается одной рукой об стенку и замолкает на пару секунд. — Ничего особенного.

— Ой, что же ты стоишь здесь! — опоминается Ракель. — Проходи в дом!

— Да, Наталия, заходи, — жестом приглашает Терренс.

Наталия с легкой улыбкой спокойно пересекает порог и проходит в дом, и Терренс закрывает за ней дверь. А в какой-то момент Ракель замечает небольшой белый конверт в руках своей подруги.

— Эй, а что у тебя в руках? — интересуется Ракель, указав рукой на концерт в руках Наталии.

— Э-э-э, это… — неуверенно произносит Наталия и бросает короткий взгляд на конверт в своих руках. — Э-э-э… Да я и сама не знаю!

— А?

— Не знаю…

— А от кого это? Не знаешь?

— А черт знает! На конверте нет имени отправителя.

— Нет отправителя? — широко распахнув глаза, переспрашивает Ракель. — Ты серьезно?

Ракель берет из рук Наталии письмо и начинает рассматривать его.

— О, боже мой… — качает головой Ракель.

— В смысле, нет отправителя? — недоумевает Терренс. — Что это значит?

Терренс выхватывает конверт из рук Ракель и сам начинает изучать его со всех сторон.

— О, твою ж мать… — задумчиво произносит Терренс. — И правда нет…

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — интересуется Ракель.

— Черт… Не нравится мне все это…

— Давай откроем и посмотрим, что там есть?

— Да… Давай…

— Пошли в гостиную. Поговорим там.

Ракель мягко кладет руку на плечо Наталии и вместе с ней направляется в гостиную, пока Терренс следует за ними и по пути рассматривает конверт, которое принесла их подруга.

Через несколько секунд они втроем присаживаются на диван в гостиной, не обращая внимания на то, что где-то вдалеке ходят служанки и занимаются своей работой.

— Ну давай, открывай! — поторапливает Наталия. — Чего ты тянешь?

Еще несколько секунд повертев конверт в руках, Терренс резко выдыхает и решает открыть его, надеясь, что он окажется неправ, и это не письмо от Саймона Рингера. Но, к большому сожалению, его подозрения все-таки подтверждаются. Открыв конверт, мужчина обнаруживает, что внутри находится сложенная несколько раз бумага.

— Черт, а я так надеялся на лучшее… — бубнит себе под нос Терренс.

— Это что, письмо? — слегка хмурится Наталия.

— Похоже на то…

Терренс быстро разворачивает листок бумаги и пробегается глазами по небольшому тексту, написанному черными чернилами.

— Что там написано? — спрашивает Ракель.

— Это от Саймона… — задумчиво произносит Терренс.

— Что?

Ракель резко придвигается поближе к Терренсу и заглядывает в письмо в руках мужчины. Через пару секунд Наталия делает то же самое, что и ее подруга, присаживаясь по другую сторону от мужчины, который в этот момент начинает вслух зачитывать письмо: