— Ты чего там забыла? — возмущается Терренс. — Подслушивала что ли?

— Э-э-э… — запинается Ракель. — Я?

— Неужели ты подслушивала? Все это время стояла здесь и слушала мой разговор с Джоном?

— Э-э-э…

— А я-то думаю, почему меня преследует чувство, что за мной как будто кто-то наблюдает. А это оказывается, ты …

— Ну да, я подслушивала , — гордо приподняв голову, гораздо смелее заявляет Ракель. — Захотелось узнать причину вашей холодности. Узнать, почему вы все это время сидели в кабинете с задранным носом.

— А то ты не знаешь ее!

— Теперь знаю .

— Да как ты только посмела так со мной обращаться? — Терренс подходит поближе к Ракель, уставив на нее свой холодный взгляд. — Как посмела заявить мне в лицо, что не знаешь меня?

— А что, разве вас должны знать все без исключения? — удивляется Ракель.

— Да ты хоть знаешь, кто я такой? Знаешь?

— Не имею ни малейшего понятия.

— Я – Терренс МакКлайф! — чуть громче заявляет Терренс. — Всемирно известный актер, прославившийся по роли Мэйсона Хьюстона в фильме « American Love Affair ». Самый сексуальный мужчина на планете.

— Да? И кто же вас таким назвал?

— Народ!

— Да что вы! А почему никто ничего не говорил мне о голосовании? Я бы однозначно бы проголосовала против вас.

— Ты еще смеешь мне дерзить!

— А я смотрю, вы слишком много о себе возомнили. — Ракель окидывает Терренса взглядом с головы до ног. — Кто вам сказал, что вы и правда такой сексуальный, привлекательный и известный?

— Об этом говорят все девчонки! — с гордо поднятой головой заявляет Терренс. — Любая готова душу продать, лишь бы увидеть меня вживую.

— Да? Неужели оно того стоит? Неужели кто-то и правда может чем-то пожертвовать ради того, чтобы поглазеть на это ? Поглазеть на какого-то самовлюбленного павлина, который сам провозгласил себя королем красоты!

— То есть, по-твоему, есть парни красивее меня?

— Да, есть! — уверенно заявляет Ракель. — У меня полно знакомых, которые гораздо привлекательнее вас.

— Да? Ну и покажи мне хотя бы одного, кто смог бы затмить самого Терренса МакКлайфа.

— Мне ваше имя ни о чем не говорит.

— А имя Мэйсона Хьюстона?

— Тоже ни о чем. Я вообще вас не знаю. И предпочла бы вообще не знать такого грубияна.

— Вижу, ты любишь нарываться на неприятности.

— Уж не знаю, чем вы так известны, а вот я, в отличие от вас, всемирно известная звезда, которую любят и уважат во всем мире.

— Да что ты!

— Да-да, и вы это прекрасно знайте. Прекрасно знайте, что Ракель Кэмерон – любимица молодых девочек и желанная девушка для всех мужчин.

— Ну да, для всех! — ехидно усмехается Терренс и быстро окидывает Ракель взглядом с головы до ног. — Лично я бы ни за что не влюбился в такую второсортную девчонку, как ты.

— Куда уж мне до третьесортного актеришки, который до сих пор ничем не прославился! Не мой уровень.

— Лучше прикрой свой ротик, мерзкая ты сучка.

— Ну знайте, вы нравились мне гораздо больше, когда молчали. Когда только пришли в кабинет Серены. Но как только раскрыли рот, так захотелось придушить.

— Кого мне сейчас и хочется придушить, так это тебя.

— Вы мне угрожайте?

— Я – один из самых уважаемых людей в шоу-бизнесе.

— Да что вы говорите!

— Одно мое слово – на вес золота. Никто не смеет идти против него. Никто!

— О да, и что же было сделано по вашему приказу? Назовите хоть одну вещь! Что вы такого грандиозного сделали? Вы построили новую школу? Накормили детей в приюте? Оплатили чью-то операцию? Или отправили деньги в нуждающиеся страны?

— А ты, милочка, в курсе, что я могу как помочь любому стать известным, так и погубить карьеру в одно мгновение?

— Спасибо, но мне не нужна ваша помощь в продвижении карьеры. Я построила ее сама, без чьей-либо помощи.

— Ну да, без помощи…

— Да, без помощи. — Ракель расставляет руки в бока. — В отличие от некоторых.

— Ты специально бесишь меня? — грубым, низким голосом интересуется Терренс, — Специально, да?

— Я вообще вас не трогала! Вы сами подошли ко мне и начали оскорблять.

— Ну да, а тебя, девочка, учили, что подслушивать чужие разговоры не хорошо?

— А вас, мужчина, учили, что нельзя вести себя, как самовлюбленный кретин?

— Неужели не нашелся ни один человек, который не смог бы укоротить твой длинный язык?

— Кто бы ваш укоротил! — ехидно усмехается Ракель. — Ведете себя как невоспитанное хамло. Решили, что вам все можно, а люди должны преклоняться перед вами словно перед повелителем.

— Ты очень сильно пожалеешь, если будешь и дальше так разговаривать с самым сексуальным и уважаемым мужчиной в шоу-бизнесе.

— А кто вы, черт возьми, такой, чтобы угрожать мне? Что я вам такого сделала, раз вы так себя ведете?

— Твою мать, неужели мне придется работать с тобой? С какой-то жалкой моделью, которая не добилась ничего стоящего!

— Ну знайте, послушав все, что вы тут сказали про меня, я тоже особо не горю желанием работать с вами.

— И ты надеешься, что я откажусь?

— Было бы неплохо! Потому что мне совсем не хочется работать с человеком, у которого нет никаких хороших манер.

— Ха! — ехидно усмехается Терренс. — Мечтай об этом дальше, красотка!

Терренс резко сокращает расстояние между собой и Ракель, которая с тихим вздохом округляет глаза от неожиданности.

— Я ни за что не откажусь от такой прекрасной возможности! — уверенно заявляет Терренс.

— Дистанцию держите! — сухо требует Ракель.

— В чем дело? Боишься!

— Я сказала, отошли от меня!

— Неужели тебе так противна моя близость?

Терренс с хитрой улыбкой подходит еще ближе к Ракель и уставляет свой взгляд в ее глаза, а та резко вздрагивает, отходит от него назад и почти сразу же упирается спиной в стену, по какой-то неведомой причине почувствовав себя уязвимой.

— А ведь на фотосессии нам с тобой придется не просто прикасаться друг к другу, но еще и обниматься, — добавляет Терренс и снова подходит очень близко к Ракель. — Так что привыкай сейчас, красотка…

Терренс уверенно кладет руку на талию Ракель и притягивает ее к себе. Из-за чего та слегка вздрагивает от неожиданности и приоткрывает рот.

— Эй, совсем сдурел что ли? — возмущается Ракель и резко убирает руку Терренса от себя. — Убрал от меня свои руки!

— Что, испугалась? — ехидно усмехается Терренс.

— Мы познакомились всего несколько минут назад, а ты уже распускаешь свои чертовы руки!

— А что такого?

— Я так понимаю, хорошим манерам тебя в детстве не учили. Или же ты пропускал все лекции родителей мимо ушей и делал что тебе вздумается.

— Такую сексапильную красотку я бы хоть сейчас повалил на кровать и раздел. Чтобы раздвинуть ей ноги и позволить члену сделать свою работу.

— Ближайший стриптиз-клуб находится через несколько улиц отсюда. Если так хочется с кем-то потрахаться, то тебе не ко мне.

— Все девушки были готовы трахаться со мной уже через пару минут после знакомства.

— Да что ты! Прямо-таки через пару минут!

— Еще одна не смогла устоять против моих чар.

— Да? Значит, я буду первой !

Ракель залупляет Терренсу крепкую пощечину, после которой он пару секунд энергично потирает щеку. После чего тяжело дышащий мужчина, будучи одержимым злостью, что становится все сильнее, крепко берет девушку за запястья и прижимает их к стене, пока та яро сопротивляется и пытается вырваться.

— Слушай, сучка, ты кем себя возомнила? — сквозь зубы шипит Терренс, уставив свой пронзающий, холодный взгляд в глаза Ракель. — Как ты посмела поднять на меня руку?

— Не будешь распускать свои лапы! — уверенно отвечает Ракель. — И засунешь свое желание потрахаться с кем-нибудь куда подальше.

— Значит, решила строить из себя дерзкую и крутую?

— Уж какая есть!

— А жаль! Была бы покорная – нравилась бы мне гораздо больше.

— Ты мне никто, чтобы решать, кем я должна быть. Будешь командовать своей любовницей или женой!

— Не выводи меня из себя, мерзкая ты девчонка, — грубым, низким голосом произносит Терренс. — А иначе ты сильно пожалеешь.

— Попробуешь полапать или поцеловать – расцарапаю твою наглую рожу!

— А если я попробую?

Терренс оставляет между собой и Ракель минимальное расстояние, приблизив свое лицо к ее лицу и переведя взгляд на ее в меру пухлые алые губы. Пока девушка заметно напрягается и понимает, что у нее слегка кружится голова от запаха, что исходит от мужского тела.

— Если и правда поцелую тебя… — с ехидно улыбкой произносит Терренс.

— Не трогай меня! — грубо требует Ракель и пытается вырвать руки, которые Терренс все еще крепко держит. — Отпусти! Слышишь! Отпусти меня, говорю!

— Один раз поцелуешь меня и уже не сможешь забыть. Никогда …

Терренс все-таки отпускает руки Ракель и перемещает свои ладони на изгибы ее талии. Пока сама девушка с чувством легкого головокружения пошатывается на месте и почти что теряет равновесие. Но все же сохраняет баланс благодаря мужчине.

— Тс-с-с… — шепчет Терренс, одной рукой придерживая Ракель за талию, а другой – легонько похлопывая ее по щеке. — Тише-тише, куколка. Я прекрасно понимаю, что ты готова едва ли не упасть в обморок при виде такого шикарного мужчины. Все девчонки готовы. Но ты не упадешь, если будешь глубоко дышать. И попробуешь мои губы на вкус…

Только Терренс собирается поддаться желанию подарить Ракель нежный поцелуй в губы, как она пользуется моментом и, приложив руки к мужской груди, с чувством учащенного сердцебиения со всей силы отталкивает его от себя.

— Не смей меня лапать своими грязными руками! — угрожает пальцем Ракель. — Слышишь! Не смей!

— Неужели не понравилось? — ехидно усмехается Терренс.

— Нет! Ты мне противен ! И я понятия не имею, как смогу работать с тобой на фотосессии, потому что от одного только вида твоей рожи меня уже тошнит.

— Противен, значит…

Терренс снова подходит очень близко к Ракель, крепко берет ее за горло и уставляет свой полный презрения взгляд в ее слегка округленные от волнения глаза.

— А спорим, что ты влюбишься в меня, — с хитрой улыбкой говорит Терренс. — Что очень скоро потеряешь от меня голову. И будешь мечтать о том, чтобы стать моей.

— Влюбиться в такого наглого и невоспитанного индюка? — удивляется Ракель и нервно усмехается. — Ну уж нет! Ты мне и даром не нужен!

— Но ведь я красивый? И чертовски сексуальный? Верно?

— Среди моих знакомых есть куда более красивые и сексуальные мужчины.

— Да что ты!

— Я не знаю, кто там тебя возвел в ранги Богов, провозгласил самым шикарным мужчиной на свете и проплатил твою славу. Но поверь мне, это не так. В тебе нет ничего такого, что могло бы сводить с ума.

— Тогда чего ты так нервничаешь?

— Я? Нервничаю? — Ракель нервно смеется, отведя взгляд в сторону. — Да чт-то ты… Я… Н-нервничаю! Ха… Не смеши меня, пингвин королевский!

— Ну что же ты так тяжело дышишь? А, Кэмерон? Чего так раскраснелась?

Терренс кончиками пальцев немного ласкает изгибы шеи Ракель и прикладывает их к нежной коже, хорошо чувствуя ее учащенное сердцебиение и тихое, неровное дыхание. Пока сама девушка изо всех сил старается делать вид, что ей все равно на этого человека. А его близость заставляет ее чувствовать то, что она никогда прежде не испытывала.

— М-м-м, да еще и сердечко сильно бьется, — отмечает Терренс. — Вот-вот выпрыгнет из груди. Неужели ты так волнуешься?

Терренс прикладывает руки к щекам Ракель.

— Или же я так возбуждаю тебя? — интересуется Терренс. — Не можешь устоять против меня?

— Возбуждаю? — удивляется Ракель и громко ухмыляется, уставив уверенный взгляд в глаза Терренса. — Да мне тошно от одной только мысли, что я была бы вынуждена лечь с тобой в одну кровать.

— Вот как!

— И слава богу, что я с тобой не в кино снимаюсь. Иначе бы я предпочла сразу повеситься или застрелиться.

— Ну знаешь, я тоже не в восторге от твоего присутствия.

— Вот и прекрасно! Тогда давай вместе откажемся сниматься!

— Если хочешь – отказывайся. А я не буду.

— Ну ты же не в восторге от нужды работать со мной.

— Не в восторге. Но не откажусь из принципа.

— Ах так, значит!

— Я не доставлю тебе удовольствие почувствовать себя победителем!

— Тогда и я не откажусь!

— Да ладно? Неужели ты не испугаешься того, что нам с тобой придется обниматься? А может, даже и целоваться …

Терренс большим пальцем немного ласкает слегка разомкнутые губы Ракель. Которая резко отворачивает лицо в сторону.

— А я внесу изменения в свой контракт с агентством, — уверенно заявляет Ракель.

— Изменения? — удивляется Терренс.

— Потребую, чтобы меня ни под каким пытками не заставляли целоваться с некто по имени Терренс МакКлайф. А может, даже и обниматься.

— Но ты же даже не пробовала!

— И не хочу пробовать!

— А может, попробуем?

Терренс приближает свое лицо к лицу Ракель и одной рукой берет ее за горло, снова уставив свой взгляд на женские губы и борясь с желанием оставить на них незабываемый, волнительный поцелуй.

— Ни одна девчонка не смогла забыть то, как я целуюсь, — более низким голосом добавляет Терренс. — Ни одна не смогла найти кого-то, кто мог бы дарить еще более прекрасные поцелуи.

— Да? — ехидно смеется Ракель. — Покажи мне хоть одну такую дуру! Которая в восторге от того, что ее нагло лапает какой-то жалкий пингвин!

— Таких « дур », как ты выразилась, очень много. Многие девчонки попробовали мои губки на вкус. И еще ни одна не сказала, что у нее не подкашиваются ноги.

— Я сразу поняла, что ты тот еще кобель. Их за километр видно. Готовы трахать любую девку, что встанет у них на пути.

— А вот я был о тебе лучшего мнения.

— Что, думал, я сразу же запрыгну к тебе в койку и буду галопом скакать на тебе как лошадь?

— Еще все впереди, крошка. — Терренс с хитрой улыбкой подходит вплотную к Ракель и обеими руками опирается о стену, пристально смотря ей в глаза. — У меня времени много. Да и я никуда не спешу. Еще сумею поставить тебя раком. И как следует помять твою обнаженную грудь.

— Ставь раком подружек из своего гарема. А меня твое предложение не интересует.

— Я скажу тебе одну вещь, красотка. Запомни ее, пожалуйста, очень хорошо. И потом не вздумай говорить, что такого не было.

Терренс медленно приближает лицо к лицу Ракель и почти что накрывает ее губы своими, позволяя той почувствовать, как его горячее дыхание обжигает ее нежную кожу. Пока сама девушка словно околдованная неотрывно смотрит ему в глаза, будучи не в силах хоть немного пошевелиться и понимая, что из-за сильного волнения ей не хватает воздуха.

— Однажды придет день, когда ты будешь от меня без ума, — тихим, низким голосом уверенно говорит Терренс. — Когда ты жить без меня не сможешь. Каждый вдох будет даваться тебе с трудом, когда мы окажемся не вместе.

— Господи, вот эта уверенность у человека! — нервно усмехается Ракель.

— Так и будет, детка. — Терренс проводит большим пальцем по губе Ракель. — Скоро этот мир будет тебе не нужен, если в нем не будет меня. Я сделаю для этого все возможное.

— Если меня угораздит влюбиться в такое чудо, как ты, то я целиком съем самый острый перец на свете, — дерзко бросает Ракель. — Или спрыгну с парашютом. Или еще что-нибудь безумное.

— Сделаешь это в день нашей свадьбы. Когда твое сердце будет принадлежать лишь мне одному.

— Я никогда тебя не полюблю. Так же, как и ты не полюбишь меня. Потому что ты и знать не знаешь, что это такое. В твоей прекрасной головушке только лишь мысли о том, как засунуть свой член в задницу какой-нибудь девчонки и заставить ее орать на весь город.

— Когда мой член окажется в тебе, ты будешь извиваться словно змея и рычать как тигрица.

— Да пошел ты к черту, козел! — грубо бросает Ракель.

— Не советую грубить мне, сучка… — Терренс резко задирает голову Ракель к верху, взяв ее за заднюю часть шеи. — А иначе ты сильно пожалеешь.

— Похоже, ты забыл, где мы находимся, — уверенно говорит Ракель.

— И где же?

— В моем модельном агентстве! И если ты немедленно не отпустишь меня, я так громко заору, что сюда сбегутся все, кто здесь находится.

— Знаешь, что ты во мне сейчас пробуждаешь? Ненависть. Ненависть, смешанную с презрением. Смешанную с желанием как следует проучить тебя.

— Взаимно! — громко бросает Ракель. — Знал бы, как я тебя ненавижу!

— Запомни, сука, ты еще будешь валяться у меня в ногах и целовать мне руки. Я заставлю тебя склонить передо мной голову и хорошенько запомнить, кто такой Терренс Джеймс МакКлайф.

— А я уже запомнила. Запомнила, что ты – наглый ублюдок, который думает только о себе и требует, чтобы все ему поклонялись.

— Клянусь, наши совместные съемки станут для тебя непростым испытанием. Я сделаю все, чтобы они стали худшим кошмаром в твоей жизни.

— Тебе же будет хуже, звездочка, которая отчаянно пытается спасти свою карьеру. Устроишь истерику на съемках – навсегда потеряешь шанс действительно стать таким известным, каким хочешь казаться.

— Тебя это, блять, не касается, — грубо бросает Терренс. — НЕ КАСАЕТСЯ!

— Неужели кто-то и правда влюблялся в такого петуха и добровольно ложился с ним в кровать?

— Надеюсь, это был первый и последний раз, когда меня вынуждают работать с такой мерзкой сучкой, как ты.

— Впредь я буду отказываться от работы, если ты будешь моим партнером.

— Вот и прекрасно! Надеюсь, наши с тобой пути больше никогда не пересекутся.

— Очень надеюсь!

— Сучка!

— Козел!

— Второсортная моделька!

— Бездарный актеришка!

— Дерзкая соплячка!

— Невоспитанный грубиян!

— Ты ответишь мне за пощечину!

— Я никогда не забуду твои оскорбления!

— Как ты посмела заявить мне, что не знаешь меня?

— Смирись, что твоей карьере скоро придет конец!

— Хорош играть на моих нервах, чертова дрянь!

— Это ты не беси меня, жалкий ублюдок!

Терренс с раздраженным рыком резко приближает свое лицо к лицу Ракель и останавливается тогда, когда между их губами остается всего пара сантиметров. Когда они вот-вот могут соприкоснуться друг с другом. Девушка уставляет свой полный легкого испуга взгляд на мужчину, из глаз которого буквально летят искры ненависти, смешанной с бешеной страстью, что она пробуждает в нем своим поведением. Они оба довольно тяжело, часто дышат и понимают, как напрягается каждая мышца тела. Учащенное сердцебиение эхом отдается в голову, а присутствие и запах друг друга заставляют их чувствовать сильный жар и легкое головокружение.

Несколько секунд девушка и мужчина неотрывно смотрят друг другу в глаза, довольно тяжело дыша. Ракель не знает, что делать с тем, что она испытывает впервые в своей жизни, и буквально заставляет себя дышать, чтобы не лишиться чувств прямо здесь, а Терренс с трудом сдерживает желание как можно страстнее поцеловать ту, что уже с первых минут знакомства пробуждает в нем столь широкий спектр эмоций и заставляет вести себя, как тигр. Голодный, дикий тигр.

— Что, ждешь, пока я тебя поцелую? — ехидно улыбается Терренс. — Хочешь узнать, что такое поцелуи настоящего горячего мужчины?

— Я хочу, чтобы ты отвалил от меня… — сквозь зубы цедит Ракель. — Хочу поскорее свалить отсюда к чертовой матери. И больше не видеть твою поганую рожу. По которой так и хочется как следует врезать.

— Ладно, девочка, сегодня я не буду тебя целовать. Так и быть.

Терренс прикладывает руку к щеке Ракель и большим пальцем немного ласкает ее слегка разомкнутые губы.

— Приберегу сладкое на потом, — более низким голосом добавляет Терренс. — Но зато на съемках я уж точно оторвусь.

— Только попробуй, мразь! — грубо бросает Ракель.

— Попробую… Еще как попробую…

Терренс губами едва касается уха Ракель, которая мгновенно вздрагивает с чувством замирания сердца, и нежно проводит по месту за ним. И плавно опускается по ее скулам. Мысленно отмечает, насколько мягкая у нее кожа. Насколько она вкусно пахнет.

« О боже, что он делает? — проносится в мыслях Ракель, пока она с прикрытыми глазами сильно прикусывает губу, едва сдерживая желание издать тихий стон и все больше понимая, как часто начинает биться ее сердце. — Боже… М-м-м… Мне плохо… Черт…»

Ракель закатывает глаза, крепко сжав руки в кулаки.

«Господи… — паникует Ракель. — Пусть он сейчас же это прекратит… А иначе мне станет плохо… Я не хочу свалиться в обморок от переизбытка чувств. »

Терренс с трудом сдерживает желание оставить хотя бы один поцелуй на шее Ракель, которую он находит очень красивой. Однако мужчина все же решает не заходить слишком далеко и оставляет ее покрасневшие щеки в покое после того как оставляет на них короткий поцелуй.

— М-м-м, вижу тебе понравилось , — хитро, широко улыбается Терренс, вглядываясь в глаза Ракель. — Вон как тяжело дышишь… Да и зрачки расширились…

— Будь ты проклят, козел, — низким голосом сухо произносит Ракель. — Ненавижу тебя.

— Ну знаешь, ты мне тоже совсем не нравишься. Я встречал девушек куда получше.

— Что, МакКлайф, тебя задело то, что я не собираюсь перед тобой преклоняться и целовать тебе ручки и ножки? И не называю тебя самым красивым и горячим красавчиком на свете!

— Ты еще назовешь. Клянусь, Кэмерон, я заставлю тебя встать перед мной на колени. Встанешь как миленькая. И будешь делать все, что я скажу.

— Да пошел ты к черту, ублюдок!

Только Ракель собирается развернуться и уйти куда подальше, как вдруг Терренс крепко берет ее за горло и резко впечатывает в стену.

— Не нарывайся на большие неприятности, девочка, — с ехидной улыбкой говорит Терренс. — Не беси меня еще больше.

— Так не разговаривай со мной, раз я тебя раздражаю, — громко отвечает Ракель.

— Не расслабляйся, звездочка.

Терренс тыльной стороной руки гладит Ракель по щеке, пока та полными злостью взглядом неотрывно смотрит ему в глаза.

— Наша совместная фотосессия не будет тебя раем, — заявляет Терренс. — Я сделаю все, чтобы ты надолго ее запомнила. Надолго … И чтобы ты хорошо запомнила, кто такой Терренс МакКлайф.

— Так все, мне надоело стоять здесь и слушать какого-то самовлюбленного павлина, который мнит себя суперзвездой, — уверенно тараторит Ракель. — Только зря трачу на тебя время.

Ракель как можно сильнее отталкивает Терренса от себя, приложив руки к его груди.

— С дороги, осел! — грубо бросает Ракель. — Дай пройти!

— Вот и вали отсюда! — сухо произносит Терренс.

— Сам вали! Здесь тебе нечего делать!

— Я буду находиться там, где пожелаю.

— И не смей больше появляться здесь!

— А ты не смей мне указывать!

— А кто ты такой?

— Я – Терренс МакКлайф!

— А я – Ракель Кэмерон!

— Проваливай, пока ты окончательно не взбесила меня!

— Иди полечи мозги, козел! Таблеточек попей! А то что-то ты очень нервный! Так и до психушки недалеко!

— Ты дорого заплатишь за то, что так со мной разговариваешь.

— Это мы еще посмотрим!

— Я одним словом могу моментально разрушить твою чертову карьеру.

— А я могу лишить тебя надежд на ее возобновление.

— Мы еще посмотрим, кто кого!

— Да, посмотрим!

— Вали, я сказал!

— Пошел к черту!

— Сама шла на хер!

— Ненавижу тебя! — громко бросает Ракель. — Будь ты проклят!

— Взаимно, твою мать! — раздраженно вскрикивает Терренс. — ВЗАИМНО!

— За несколько минут ты взбесил меня так, как никто не бесил за всю мою жизнь!

— Хоть что-то у нас взаимно, чертова сучка.

— Грубиян! Я жалею, что согласилась с тобой работать!

— Я тоже!

— Все, я ухожу! Всего хорошего! Надеюсь, я не увижу твою наглую рожу до начала тех чертовых съемок. Только если я не передумаю в них участвовать до того, как они состоятся.

Ракель резко разворачивается и уходит куда-то прямо по коридору, пока Терренс остается на своем месте и смотрит ей вслед полными злости взглядом.

— Ты все равно склонишь передо мной голову! — вскрикивает Терренс. — Я тебя заставлю! Клянусь!

Терренс несколько секунд молча смотрит вслед Ракель до тех пор, пока она не исчезает из виду.

— Клянусь, сучка… — с частым дыханием крепко сжимает руки в кулаки Терренс. — Клянусь, ты дорого заплатишь за то, что посмела так со мной обращаться. Дерзить самому Терренсу МакКлайфу. Я это так просто не оставлю.

Терренс нервно сглатывает и гордо приподнимает голову.

— Вот наглая и невоспитанная грубиянка! — возмущается Терренс. — Так обращаться со мной, с одним из самых уважаемых людей в шоу-бизнесе.

Терренс раздраженно рычит.

— Ну держись, Ракель Кэмерон… — скрещивает руки на груди Терренс. — Я сделаю все, чтобы ты склонила передо мной голову так же, как и все остальные девушки. Как и все те, кто с первых же секунд был готов лечь со мной в постель. Я заставлю тебя желать того же…

Терренс гордо приподнимает голову.

— Ты станешь моей… — хитро улыбается Терренс. — Сделаешь все, что я тебе прикажу… Клянусь, девочка… Клянусь… В лепешку расшибусь, но сделаю все, чтобы ты принадлежала мне. Чтобы ты и правда жить без меня не смогла и не видела рядом с собой никого другого.

Терренс еще некоторое время остается на своем месте и снова и снова прокручивает в голове воспоминания о встрече с Ракель. С девушкой, которая определенно чем-то зацепила его. И повела себя не так, как другие девушки, которые сдавались ему без борьбы. А эта молодая красавица так или иначе пробуждает в нем азарт. Злость, ненависть, страсть и желание сделать все, чтобы укротить эту дикую тигрицу, которая уж точно не станет так просто сдаваться и делать все, что он захочет.

***

Спустя некоторое время Ракель покидает здание модельного агентства и направляется к своей машине, расположенной на парковке рядом с ним. По дороге девушка вспоминает все, что произошло на встрече с Сереной. На которой она познакомилась с Терренсом МакКлайфом, который произвел на нее неоднозначное впечатление.

Вроде бы этот мужчина действительно очень хорош собой и покорил ее с первого взгляда. Но понаблюдав за его поведением, услышав все, что он про нее сказал, и столкнувшись с ним лицом к лицу, она понимает, что вряд ли сможет сработаться с ним на фотосессии, которая состоится уже через неделю. Ракель даже начинает жалеть о том, что вообще согласилась работать с Терренсом. Она уверена – ждать чего-то хорошего от этого самовлюбленного человека уж точно не стоит.

«О, черт, если бы я знала, что мне предстоит работать с таким грубым и невоспитанным человеком, я бы предпочла отказаться от этого предложения, — думает Ракель, скрестив руки на груди. — Или же попросила найти мне другого партнера. Который был бы намного вежливее и знал бы, как нужно вести себя с девушками.»

Ракель тихонько хмыкает.

« Что этот придурок вообще о себе возомнил? — недоумевает Ракель. — Кто такой этот Терренс МакКлайф, чтобы так себя вести? Я вообще не знаю его! А он ведет себя так, будто является каким-то великим актером, который снялся в сотне известных фильмов. Даже его менеджер Джон сказал, что его время уже давно прошло. Что он уже никогда не сможет стать популярным, поскольку ему на смену пришли другие. МакКлайфу пора бы с этим смириться. И действительно искать себе другую работу. »

Ракель бросает короткий взгляд в сторону.

« И к тому же, какое он имеет право так нагло приставать ко мне? — возмущается Ракель. — Распускать руки и пытаться поцеловать! Неужели он думает, что мне это понравится? Что я только и мечтаю об этом! Неужели его родители совсем не занимались воспитанием этого козла? »

Ракель тихо усмехается.

« Нормально, сначала нагрубил мне, а потом полез целоваться и захотел облапать меня, — думает Ракель. — Он совсем обалдел! За кого МакКлайф, твою мать, меня принимает? Если он раньше встречался с легкодоступными девушками, которые готовы едва ли не трахаться с ним спустя несколько минут после знакомства, это не значит, что все будут потакать ему. Я уж точно ни за что не легла бы в постель с таким мерзким, невоспитанным ублюдком. Ни за что! Ни за какие деньги! »

Ракель гордо приподнимает голову.

« Ох, скорее бы пережить эту чертову фотосессию, — думает Ракель. — К сожалению, отказаться я уже вряд ли смогу. А это значит, что мне придется работать с этим человеком. С этим ослом, которому так хочется посильнее врезать между ног. »

Ракель тихо усмехается.

« По крайней мере, я все-таки успела залупить ему пощечину, — хитро улыбается Ракель. — Чтобы хорошенько запомнил, что я не стану терпеть его приставания. А если он еще раз полезет ко мне целоваться, то клянусь, я расцарапаю его мерзкую рожу ногтями. Да посильнее! »

Ракель на пару секунд прикрывает глаза.

« И клянусь, если на фотосессии меня заставят изображать к нему страсть или заставят поцеловать, я развернусь и уйду, — думает Ракель. — А потом попрошу Серену вносить в мой контракт пункт о том, что я ни за что не свете на буду работать с грубым и самовлюбленным ослом по имени Терренс МакКлайф. Ни сниматься с ним в фотосессиях, ни работать над съемками фильма или рекламы. Даже если мне предложат миллионы долларов. Ни за что! А иначе я прибью этого идиота! Который обязательно начнет приставать ко мне. »

Ракель бросает короткий взгляд в сторону и более уверенной походкой с гордо поднятой головой продолжает идти к своему автомобилю. Хоть Терренс умудрился разозлить ее всего за несколько минут, все же она не может не признать, что он действительно очень хорош собой. Что этот стройный высокий брюнет заставил ее задрожать и почувствовать то, чего она не испытывала, стоя рядом с другими мужчинами.

« Но надо признать, этот черт и правда хорош собой, — с легкой улыбкой думает Ракель. — А от его присутствия у меня дрожали колени… Когда этот человек едва не поцеловал меня, мое сердце билось как сумасшедшее. Голова кружилась. Я едва могла дышать… »

Ракель улыбается намного шире.

« К тому же, от него приятно пахнет, — думает Ракель. — Звучит странно, но его запах чертовски сексуальный. Я не знала, что делать, когда он стоял очень близко ко мне. Когда смотрел мне в глаза… Когда его губы касались моей коже… Как будто через меня пропустили ток… »

Ракель заправляет прядь волос за ухо, вспоминая тот момент, когда Терренс бессовестным образом ласкал ее уши и лицо губами.

« О черт, я снова вся дрожу… — с прикрытыми глазами думает Ракель. — Неужели это правда возможно? Неужели и правда можно потерять голову от человека, которого совсем не знаешь? Может ли кто-то пробуждать такие эмоции с первых же минут? О боже, что со мной происходит?»

Ракель нервно сглатывает.

« Если мне сейчас было так плохо, то что со мной было бы, если бы он все-таки поцеловал меня? — задается вопросом Ракель. — Неужели я бы умерла? От остановки сердца! Ну или как минимум я бы просто отключилась от переизбытка чувств! »

Ракель резко выдыхает.

« Так, стоп, что? — сильно хмурится Ракель. — Я хочу его поцеловать? Я думаю о том, что хочу его поцеловать? СЕРЬЕЗНО? Я реально сейчас об этом думаю? Думаю о его незабываемых ласках и о том, что чуть не умерла от переизбытка эмоций? »

Ракель на пару секунд призадумывается.

«Нет-нет, Ракель, выкинь эти мысли из головы, — взволнованно думает Ракель. — Даже и думать не смей о том, чтобы хотеть целовать этого мужчину? Это неправильно! Неправильно думать о человеке, который только что нагрубил тебе и так с тобой обращался! Пусть этот придурок ищет себе кого-то другого! Не думай о нем… Не думай…»

Ракель нервно сглатывает.

« Надеюсь, мы с ним больше не встретимся до начала тех съемок, — качает головой Ракель. — Не хочу видеть его рожу… Не хочу даже думать о нем! Скорее бы уже прошла эта фотосессия, чтобы раз и навсегда забыть об этом человеке, который успел вывести меня из себя всего за несколько минут!»

Ракель призадумывается на пару секунд.

« Мне правда очень жаль всех тех девушек, с которыми он встречался, — думает Ракель. — Ведь он грубый и невоспитанный! Не знает, что такое личные границы! Думает, что может просто так подойти к любой девчонке, облапать ее и поцеловать! »

Ракель гордо приподнимает голову.

« Нет, МакКлайф, со мной этот номер не пройдет , — думает Ракель. — Я – порядочная девушка! Которая не будет млеть перед каждым, кто ее пальчиком поманит. Хоть ты и чертовски красивый и сексуальный, я не доставлю тебе такого удовольствия. Никогда не скажу это вслух. Никогда не скажу, что с удовольствием поцеловала бы тебя.»

Ракель резко останавливается где-то посреди улицы и слегка встряхивает головой.

«Так, все, Ракель, хватит думать о нем! — приказывает себе Ракель. — Хватит! Выброси все эти дурацкие мысли из головы. Ты не должна думать об этом самовлюбленном придурке! Не должна! Он не достоин такой чести! Не достоин твоего внимания!»

Ракель еще несколько секунд стоит на том же месте, отчаянно заставляя себя забыть о Терренсе, который все-таки сумел завладеть ее мыслями. А затем девушка резко выдыхает и решает продолжить свой путь к парковке, на которой стоит ее автомобиль, и уехать отсюда, пока она снова не столкнулась с мужчиной, который все еще может быть где-то поблизости.

Правда, в какой-то момент она так погружается в свои мысли, что не особо следит за тем, куда идет. Из-за этого девушка случайно налетает на кого-то, кто оказывается на ее пути и роняет что-то, что было в его руках.

— Ой! — тихо произносит Ракель.

Переведя взгляд на кого, кого она чуть не сбила с ног, Ракель видит перед собой зрелого мужчину. На вид ему около сорока-сорока пяти лет, судя по его немного сморщенной коже на руках. У него короткие каштановые волосы, маленькие карие глаза, невысокий рост и большой нос. Совсем не внушает доверие и кажется довольно грубым, сердитым и будто бы вечно чем-то недовольным. А на нем сейчас надеты серые штаны и светло-голубая рубашка, пара верхних пуговиц которой расстегнуты.

— Простите, пожалуйста… — с чувством неловкости извиняется Ракель. — Я вас не заметила…

— Ничего страшного, — немного низким, грубоватым голосом произносит мужчина. — Это вы меня извините…

— Я задумалась и не следила за тем, куда шла. Простите, пожалуйста…

— Не беспокойтесь, мисс, все в порядке.

— С вами все в порядке? Вы не ушиблись?

— Нет-нет, все в порядке.

— Давайте я помогу вам.

Ракель опускается на корточки, чтобы поднять с асфальта мобильный телефон, и затем отдает его незнакомцу, который в какой-то момент начинает с интересом рассматривать молодую девушку.

— Вот, возьмите… — неуверенно произносит Ракель.

— Ох, спасибо, девушка… — мягко благодарит мужчина, взяв телефон из рук Ракель. — А то мне тяжело лишний раз нагибаться. Голова начинает кружиться…

— Я точно не причинила вам боль?

— Нет-нет, все в порядке.

— Может, я могу что-то для вас сделать?

— Нет, ничего не надо.

— Вы уверены?

— Да, все хорошо.

— Ну ладно… — резко выдыхает Ракель. — Еще раз простите…

— Не извиняйтесь, мисс. Я и сам не заметил вас и не следил за тем, куда иду.

— Простите…

— Все хорошо…

Ракель ничего не говорит и просто скромно улыбается.

— Вы куда-то спешите? — интересуется мужчина.

— Уже нет, — вежливо отвечает Ракель.

— Вы были где-то неподалеку?

— Да, у меня была встреча с одним человеком в модельном агентстве.

— В модельном агентстве?

— Да, я работаю с ним уже много лет.

— О, так вы работайте моделью?

— Да, я – модель. Довольно известная.

— Вот как… А как вас зовут?

— Э-э-э… Ракель… Ракель Кэмерон.

— Ракель Кэмерон? Ах да…

Мужчина бросает легкую улыбку, все еще рассматривая Ракель с неподдельным интересом.

— Я кое-что слышал про вас, — уверенно признается мужчина. — И даже знаком с вашими работами.

— Правда? — удивляется Ракель.

— Да. Я считаю, что вы – профессионал своего дела. Ваши снимки для журналов выглядят просто бесподобно.

— Ох, спасибо большое… Рада, что я нравлюсь не только молодым парням и девочкам.

— О, поверьте, мисс Кэмерон, вы нравитесь людям всех возрастов. Да, мне уже сорок пять лет, и я уже давно не мальчик. Но мне нравится все, что вы делайте. Да и многие мои друзья высоко ценят ваши способности.

— Благодарю, сэр. Вы очень любезны.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза.