Холод окутал меня со всех сторон. Прошёл через защиту формы, через кожу, через мышцы — и добрался до самых костей.

Я упал на красный песок цвета крови. Острые песчинки впились в кожу рук и щёк, оставляя мелкие порезы. Я со стоном поднялся на ноги и осмотрелся.

Бесконечная красная пустыня. Во все стороны — до самого горизонта. Ни деревьев, ни камней, ни воды. Только песок и небо. Розовое небо, без облаков. Было светло как летним днём, но холод стоял такой, что дыхание обращалось в пар.

[Локация: Багровая Пустошь]

[Класс угрозы: S]

[Статус: активная зона разлома]

Даже воздух здесь пах иначе — кислым металлом. Гравитация тоже ощущалась иначе — тело казалось чуть легче, и каждый шаг по красному песку был чуть длиннее обычного.

Позади меня висел огромный разлом. Но больше меня удивило то, что тварей рядом не было. Ни одной. Поверхность пустыни казалась абсолютно безжизненной — ровный красный песок, уходящий в бесконечность.

Но я чувствовал их через Абсолютное восприятие. Сотни точек, глубоко под поверхностью, медленно поднимающихся вверх. Как пузырьки в закипающей воде.

Я усмехнулся. И подумал о том, что вот он, возможно, финал моей истории. Как-то слишком быстро он пришёл. Слишком мало времени прошло с того момента, как Громов отдал мне свой Дар.

Несколько месяцев назад я был никем — Пустым, мусором, тем, на кого даже не смотрят. А теперь стою в другом мире, по ту сторону S-ранговой бездны. И весь остальной мир сейчас смотрит и надеется, что я справлюсь с этой напастью. Потому что больше некому.

Романтично, чёрт возьми. Только холодно.

Я вернулся к разлому. Подошёл вплотную к рваным краям — они пульсировали багровым, были неровными, зазубренными, словно кто-то разорвал ткань реальности грубой силой.

Система, как закрыть эту хрень? Всё-таки инструкций на этот счёт мне никто не давал. Наверное, потому, что такие разломы обычно возникают раз в сотню лет и по всей логике мира этот не должен был открыться.

[Анализ разлома S-класса]

[Для закрытия необходимо заполнить нестабильную зону энергией носителя]

[Требуемый объём: 847000 единиц маны]

[Процедура: носитель размещается в центральной точке разлома и направляет энергию в структуру разрыва до полного схлопывания]

[Предупреждение: средний запас маны мага S-класса составляет 322000–418000 единиц]

[После полного истощения маны для продолжения закрытия используется жизненная энергия носителя]

[Отдать жизненную энергию можно только в самом разломе — в пространстве между мирами]

[Результат: гибель носителя]

Я перечитал надпись трижды. И понял, что соваться в разлом было необязательно. А я это сделал, потому что так делали все до меня.

Восемьсот сорок семь тысяч единиц. Вот для чего все заходили внутрь. Не чтобы геройствовать. Не ради славы. А потому, что влить жизненную энергию в разлом можно только отсюда. Вернее, сначала ману, потом — себя.

Так сделал Громов. Встал в центре разлома, выпустил всю ману. А когда её не хватило, то отдал свою жизнь. Всё это ушло в разлом, чтобы заполнить бездну и спасти Питер.

Теперь всё стало досконально понятно. Каждый кусочек головоломки встал на место.

Почему Громов не вернулся? Почему никто не возвращался? Не потому, что там опасно — а потому, что закрытие стоило дороже, чем любая человеческая жизнь.

Я снова усмехнулся. Но на этот раз усмешка вышла другой. Почти весёлой.

У меня была бесконечная мана.

Восемьсот сорок семь тысяч? Пожалуйста. Хоть миллион. Хоть десять миллионов. Мой источник не иссякнет никогда — это было главное наследие проекта «Пустота», главная тайна, которую Система запрещала разглашать.

Впервые за всю историю маг S-класса мог закрыть разлом и вернуться домой. Но сначала — разведка.

Система, покажи расположение Альфы этого разлома.

[Альфа-существо: обнаружено]

[Расположение: 540 метров ниже поверхности]

[Класс: S]

Значит, она не собирается выползать. Это хорошо, значит какое-то время у меня есть.

[Дополнительно: под поверхностью обнаружены множественные аномальные существа классов A+ и A]

[Внимание: Пожиратели Сущности в данной локации отсутствуют. Анализ показывает, что они проникают в зону разлома из внешнего источника]

Интересно. Значит, Пожиратели не местные. Они приходят сюда из другого места — возможно, из другого разлома или из логова Учителя. Две локации, один выход. Но мне нужно закрыть именно точку выхода — разлом S-класса на Тверской.

Пески зашевелились. Метрах в тридцати от меня поверхность пустыни вспучилась, песчинки потекли в стороны, обнажая что-то чёрное, хитиновое.

Система указала точку — тварь поднималась на поверхность. Фазовый Секач. Такой же, как тот, которого я убил наверху. Пространственная магия, хитиновая броня, уязвимость при материализации.

Я использовал Искажение дистанции и переместился к точке всплытия. Поймал момент, когда чёрная голова с четырьмя багровыми глазами показалась из песка, жвалы раскрылись.

— Ну привет, — усмехнулся я.

Тварь взревела — звук был иным, нежели наверху. Здесь, в родном мире, её рёв был громче.

Секач бросился на меня, распахнув жвалы, из которых капала чёрная слюна.

Но он сразу упёрся в Пространственный барьер — невидимую стену, которую я выставил в метре перед собой.

Когти скрежетнули по барьеру, высекая фиолетовые искры, но пробить не смогли. Тварь заскользила по гладкой поверхности, скребя всеми конечностями. Я же стоял ровно и наблюдал.

Секач отступил, исчез — пространственная магия, попытка зайти со спины. Всё та же тактика. Предсказуемая.

Система указала точку выхода. Я открыл Пространственный разрыв за мгновение до материализации.

Хруст. Визг. Тварь засосало в воронку, и её чёрную кровь разметало по красному песку. Тёмные пятна на алой поверхности — почти красиво, если не знать, что это такое.

[Фазовый Секач уничтожен]

[Получено: 250 опыта]

[Текущий опыт: 2586/4400]

Недурно. Это с учётом 1410 опыта, полученного во время битвы с тварями у разлома. Тогда я просто смахивал уведомления — их было много. И не обращал внимания, сколько там накапало за всех убитых тварей. Тогда было главное — прорваться к самому разлому, чтобы закрыть его.

Ветер начал задувать сильнее. Красный песок поднимался мелкой позёмкой, забивался в глаза и ноздри.

Система, изменилось ли движение других тварей?

[Отрицательно. Существа продолжают медленное перемещение к поверхности. Расчётное время до массового всплытия: 40–60 минут]

Отлично, они не обратили внимание на звук битвы. У меня есть время.

Но не слишком много. Чем дольше разлом открыт, тем больше тварей выберется в Москву. Плюс туда приходят Пожиратели из какого-то другого места. Каждая минута промедления может стоить кому-то жизни.

Я вернулся к разлому. Подпрыгнул, ухватился за рваный край и подтянулся. Вылез на московскую брусчатку.

Первое, что я почувствовал, — запах. Гарь, пыль, кровь. Запах войны. Второе — звук. Грохот, крики, вспышки магии. Третье — холод. Московский, привычный, родной. После красной пустыни с её чужим воздухом этот холод ощущался как возвращение домой.

Вокруг всё ещё шли бои. Оперативники удерживали периметр, не давая тварям расползаться по городу. Но их было много. Некоторые уже добрались до соседних кварталов.

Нужно поторопиться.

— Глеб⁈ Ты вернулся⁈ — Алексей стоял в трёх метрах, с расширенными глазами. Огненный клинок в руках, форма прожжена, лицо в копоти. Он смотрел на меня так, будто видел призрака. И в каком-то смысле был прав — из S-ранговых разломов не возвращаются.

Он только что сбросил тварь обратно в разлом ударом огненного серпа. Без изящества, зато эффективно.

— Вернулся, — кивнул я. Поднялся на ноги с его помощью. — Я кое-что выяснил.

— Что?

— Вам всем нужно отойти. Как можно дальше от разлома. До самого оцепления.

— А монстры? Они продолжают лезть!

Сейчас лезли в основном только Пожиратели.

— Это уже не важно. Уводи всех. Не давайте тварям пробраться за периметр, сражайтесь на периферии. Но к разлому пусть никто не подходит.

Алексей замялся. Его лицо было как открытая книга, и сейчас в ней были написаны сомнения, страх и нежелание оставлять меня одного. Опять.

— Доверься мне, — сказал я. — Времени совсем нет.

Он посмотрел мне в глаза. Потом кивнул.

— Ребята, отходим! — крикнул он. — Все к периметру! Это приказ!

Ирина, Стас, другие оперативники — все начали отступать, огрызаясь атаками по тварям, которые пытались следовать за ними. Алексей уходил последним, то и дело оглядываясь.

Я остался у трещины один.

Из разлома показалась чёрная лапа — очередная тварь лезла наверх. Я отправил мощный Пространственный разрез к её когтям. Лапа отделилась от тела, тварь с воем рухнула обратно в бездну.

Времени больше не было.

Я опустился на колени у края разлома. Положил обе ладони на рваные края трещины.

Мана хлынула из меня мощнейшим потоком. Я открыл каналы на полную, и энергия полилась в разлом, заполняя тёмное нутро ярким фиолетовым светом.

Каналы тут же взревели, словно по венам пустили расплавленный свинец. Боль прокатилась от кончиков пальцев до позвоночника и обратно. Тело не было рассчитано на такой объём — бесконечная мана не означала бесконечную пропускную способность каналов. Они горели, перегревались, трещали по швам.

[Нагрузка на магические каналы: 122%]

[Предупреждение: превышен безопасный порог]

[Необратимые микроповреждения начались]

Система не раз предупреждала, что на нынешнем уровень переход за грань 100% фатален. Каналы уже не тянутся — они окончательно сформировались. И теперь трескаются и травмируются.

Но сейчас мне было на это наплевать.

Края разлома начали стягиваться. Медленно, по миллиметру. Пятьдесят метров трещины — каждый сантиметр стоил тысячи единиц маны. Фиолетовый свет заполнял бездну, вытесняя багровую тьму.

Нужно было закрывать быстрее, чем разрастается разлом. То есть энергии на единицу времени должно поступать больше, чем питает разлом, только тогда он закроется. Поэтому я не могу вливать ману медленно, не травмируя каналы.

А это самая сложная задача. Это правило работает с любым разломом, но обычно в более низких рангах куда меньше энергии, которую мне приходится перекрывать своей для закрытия.

И тут из разлома полезли твари. Причём сразу шестеро. Почуяли, что выход закрывается, и ринулись сюда. Чёрные тела карабкались по краям трещины, когтями вгрызаясь в камень.

Я выставил Пространственный барьер вокруг себя — купол радиусом три метра. И добавил туда недавно изученную в академии технику.

Первая тварь ударилась о него на полном ходу, отлетела обратно в бездну. Вторая обошла сбоку — барьер отбросил и её. При соприкосновении барьер выпускал энергию, отталкивая от себя всё, что прикоснётся.

Но третья оказалась умнее. Она не била в барьер, а попыталась переместиться внутрь. Система вовремя предупредила меня.

И я создал Пространственный разрыв в точке выхода. Тварь разлетелась на части. Кровь хлынула мне на лицо и в бездну.

[Фазовый Секач уничтожен]

[Получено: 250 опыта]

[Текущий опыт: 2836/4400]

Дальше до меня попытались добраться остальные. Я отражал атаки барьером, и каждая отнимала долю концентрации от основного процесса. Как жонглировать десятью мячами, стоя на одной ноге на канате. Над пропастью.

[Нагрузка на магические каналы: 147%]

[Микроповреждения: прогрессируют]

[Закрытие разлома: 32%]

Края уже стягивались быстрее — чем меньше разлом, тем легче его закрыть. Но твари лезли всё яростнее, понимая, что выход скоро исчезнет.

Одна из них — крупная, бронированная, с шестью парами глаз — сумела зацепиться за край разлома в метре от меня. Раскрыла пасть, из которой несло гнилью и серой, и заревела так, что у меня заложило уши.

Затем переместилась ко мне.

Я создал Разрыв. Воронка засосала тварь, разрывая её на части.

[Фазовый Секач уничтожен]

[Получено: 250 опыта]

[Текущий опыт: 3086/4400]

[Закрытие разлома: 41%]

Больше трети. Края трещины сошлись настолько, что самые крупные твари уже не пролезали — застревали, скребли когтями по камню и сползали обратно. Но мелкие продолжали лезть, находя щели и трещины.

Пришлось сузить диаметр барьера, чтобы больше никто не пытался переместиться внутрь. Но вместе с этим ушла и отражающая техника.

Твари окружили меня, силясь пробиться через защиту. От звука скрежета их когтей закладывало уши.

Нельзя отвлекаться. Мана должна течь ровно. Любая пауза — и разлом снова начнёт расширяться.

[Нагрузка на магические каналы: 158%]

[Повреждения: прогрессируют]

[Закрытие разлома: 53%]

Половина. Ещё столько же. Пот заливал глаза, но вытереть его было нечем — обе руки лежали на краях разлома и не могли оторваться. Мана текла через точки контакта, и если я уберу руки хотя бы на секунду — процесс остановится.

Тело начало неметь. Как будто мана, проходя через меня, забирала часть ощущений.

Странное чувство. Ты жив, но часть тебя уже не здесь.

Мана текла и текла. Бесконечный поток, который мог бы наполнить океан. Но каналы… горели как никогда раньше. И я невольно стиснул зубы, чтобы не закричать.

Я чувствовал, как внутри что-то рвётся — тонкие, невидимые нити, которые соединяли источник с телом. Каждый разрыв отдавался острой болью, от которой темнело в глазах.

[Нагрузка на магические каналы: 169%]

[Повреждения: критические]

[Закрытие разлома: 63%]

[Предупреждение! Нагрузка на каналы до 200% означает немедленную смерть носителя]

[Вероятность восстановления способностей при текущем уровне повреждений: 23%]

Да уж, новости приятнее некуда…

Но вот трещина сузилась до двадцати метров. Потом до пятнадцати. Десяти… Твари больше не пролезали. Последние несколько существ, которые пытались выбраться, были раздавлены смыкающимися краями.

[Закрытие разлома: 91%]

Пять метров. Три. Два…

Трещина сжималась как рана, которая наконец затягивается. Фиолетовый свет становился нестерпимо ярким — даже через закрытые веки он жёг сетчатку.

Один метр. Полметра.

Я чувствовал, как последние единицы маны заполняют пространство. Как ткань реальности срастается, стягивая рваные края. Как чужой мир отступает.

[Нагрузка на магические каналы: 196%]

[Повреждения: критические]

[Закрытие разлома: 99%]

Последняя капля маны упала в разлом, как последняя капля воды, заполняющая чашу. Фиолетовый свет вспыхнул ослепительно ярко, заполняя собой всю площадь. Разлом закрылся с оглушительным хлопком, который, казалось, раскатился по всей Москве.

Ударная волна энергии выплеснулась из точки закрытия во все стороны. Вот поэтому я просил всех отойти. Волна прошла по площади, сбивая обломки, переворачивая машины, ломая то немногое, что ещё стояло.

Меня сбило с ног — сил уже не оставалось, я давно ушёл в минус. Упал на брусчатку лицом вниз, тяжело дыша. Боль от натруженных каналов никуда не делась, но на душе стало спокойно.

Я справился.

А потом наступила звенящая тишина.

Ни звуков боя. Ни криков. Ни рёва тварей. Ни сирен.

Попытался пошевелить пальцами. Получилось. Левая рука работала. Правая — нет. Ног тоже уже не чувствовал.

[Состояние носителя: критическое]

[Магические каналы повреждены (осталось 11% функциональности)]

[Физическое состояние: истощение крайней степени]

[Рекомендация: немедленная медицинская помощь]

Услышал топот ботинок по камню.

— Глеб! — надо мной раздался голос Дружинина. Далёкий, будто через вату. — Глеб, вы меня слышите⁈

Кто-то перевернул меня на спину. Небо над Москвой было серым. Без багрового столба.

Что-то коснулось моих губ. Дружинин разжал мне челюсть и влил жидкость — сладковатый вкус регенерационного раствора. Экспериментальный эликсир от ФСМБ для полевого восстановления. Помогает при истощении маны, при повреждении каналов, при кровопотере.

— Не поможет, — прохрипел я. Голос был чужим, хриплым, будто связки перегорели вместе с каналами.

Глаза закрывались. Медленно, неумолимо, как занавес в конце спектакля.

Лицо Дружинина расплывалось, и вскоре осталось лишь бледное пятно на фоне серого неба. Голоса слились в неразборчивый гул.

— Глеб! Не смейте! Глеб!..

Голос Дружинина уходил всё дальше. Становился всё тише и тише.

А потом пришла спасительная темнота…