Зайдя к Аштару, я резко остановилась.

Дроу сидел на циновке, брошенной на пол, и читал книгу. Уже одно это озадачивало. Нет, я, конечно, не запрещала прислуге читать, если та умела. Отец собрал приличную библиотеку, я давно прочитала ее от корки до корки и не видела смысла чахнуть над ней. Лишь бы те, кто брал томики, возвращали их на место. Но вчера я приказала Аштару не выходить из комнаты. Если бы он это сделал, охрана или кто-нибудь слуг обязательно доложил бы. Откуда тогда в его руках взялась книга?

Впрочем, гораздо больше меня поразила другая вещь – эльф сидел, подогнув под себя ноги, в той же позе, которой обучали в Хелсаррете.

Мысли панически заметались. Аштар – маг? Это бы объяснило то, как он убил неубиваемых, по словам Хведера, драконов. Но в обители же наверняка знали бы, что дроу – один из них? Если он знал некий секрет, почему тогда другие маги его не знали?

В следующий миг я заставила себя дышать спокойнее.

Это всего лишь поза. Одна из десятков подобных. Сама по себе она не значит ничего и тем более не дает способностей к магии. Так могут сидеть и обычные люди, если подсмотрят ее у магов и достаточно натренируются. А передо мной, в конце концов, бывший генерал, который выбился из черни. Он должен был как-то возвысить себя над остальными, чтобы те перед ним преклонялись, а в Хелсаррете я выяснила, что для этого все средства хороши.

Заметив меня, Аштар отложил книгу и склонился передо мной, не вставая с колен.

– Чем могу служить, госпожа?

Я покусала нижнюю губу, глядя на него.

– Откуда у тебя книга?

– Слуга по имени Бендевар принес. Он заносил мне еду, спросил, не скучно ли мне здесь сидеть целый день, и предложил принести что-нибудь почитать. Я сказал, что буду благодарен.

– И что же он для тебя выбрал?

– Сказки. Сам я бы такое не взял, тем интереснее оно оказалось. Есть занятные истории, некоторые похожи на наши, берзанские, а некоторые – совсем нет.

Я прислонилась к дверному косяку и сложила на груди руки. Спрашивать или не спрашивать о позе? Не выдам ли я нечаянно свою тайну?

– Ясно. У тебя любопытная поза. Видела ее только у волшебников, которые фокусами привлекают внимание простонародья на главной площади.

– Да? – он бросил рассеянный взгляд на собственные ноги. – Простите, госпожа, я не знал. У нас так сидят многие. Ее называют позой молящихся и принимают, когда хотят получить благословение звездной богини, которую в Берзане почитают превыше других.

– И о чем ты молишься?

Аштар помолчал. Он до сих пор не поднял глаз от пола.

– Госпожа, – тихо произнес эльф. – Я полгода провел в руках палачей. Мне было и до сих пор есть о чем молиться.

Я вздохнула и прошлась по комнате, остановившись у окна.

Аштару повезло, что другие слуги, испугавшись его, решили «уплотниться». Теперь на одного раба приходилось просторное помещение с сундуком для вещей, который служил одновременно стулом, с низким столиком и двумя сужающимися кверху решетчатыми окнами с видом на внутренний сад. Померанцевые деревья, росшие почти вплотную, загораживали солнце, поэтому в самый жаркий день здесь сохранялась приятная освежающая прохлада.

Должно быть, после дворцовых казематов дроу все это казалось раем.

– Прости, – сказала я.

– Вы просите прощения у раба? – с сомнением уточнил он.

– Почему бы и нет? Как дочь аристократа, я изучала законы. Рабство – это не более чем правовые отношения между двумя людьми. Ну, человеком и темным эльфом в нашем случае. То, что ты раб, не значит, что у тебя не может быть собственного достоинства. То, что я хозяйка, не значит, что я обязательно буду тебя унижать и издеваться над тобой.

Он помолчал.

– Похоже, я не убил никого из ваших родственников или знакомых, – саркастично заметил дроу.

– Тайез далеко от Берзана, – я пожала плечами. – У нас здесь и темных эльфов-то мало кто видел.

– Тогда спасибо. До этого никому не приходило в голову передо мной извиняться. Даже другим пленным.

– Пожалуйста. В свою очередь, надеюсь, что ты ответишь на мой следующий вопрос честно.

Делая вид, будто по-прежнему любуюсь померанцевыми цветами, боковым зрением я аккуратно наблюдала за Аштаром. Он впервые за сегодня поднял голову и, склонив ее набок, задумчиво посмотрел на меня.

– Конечно, госпожа.

Вот теперь я развернулась и тоже посмотрела ему в глаза. Он их не отвел.

– Сегодня ко мне приезжал один богатый и влиятельный лорд, чтобы выкупить тебя. Он очень спешил и назначил за тебя необычно высокую цену. Генерал темных эльфов, способный повести соплеменников в бой, столько, может, и стоит. Раб – нет. Тебе известно, зачем бы лорду Мирале ан-Иршвану отдавать за тебя подобную сумму?

– Нет. Я даже не знаю, кто это.

Я искала на его лице хоть какой-нибудь признак лжи – и не находила.

– Возможно, тебе будет интересно узнать, что я выиграла тебя в карты у принца. А вторым претендентом на тебя был именно Мирале.

Дроу оставался равнодушным.

– Все еще не представляю, зачем бы ему это делать. Мои соплеменники первым делом перережут мне горло, если встретят, а вторым – закопают глубоко под землю, где меня никогда больше не коснется свет звезд. Командовать войсками мне больше никто и никогда не позволит. Я сдал несколько других полководцев, своих друзей. Ваш король бросил мне их отрубленные головы под ноги, чтобы я гордился тем, чего добился.

Пепел. В его серых глазах сыпался пепел.

Я со вздохом отвернулась.

Дроу со всей очевидностью не настолько сломлен, как могло бы показаться, но и как выполнить задание Хведера, я до сих пор не представляла. После всего того, что проделали с Аштаром, его вряд ли получится убедить, что он может вернуться в дело.

И главное – если удастся, а потом сообщить ему, что все это было обманом, вот тогда он точно сломается. Пойду ли я на это, чтобы отомстить за семью? Ее уже не вернуть, а дроу такого не заслужил.

  – Может, я убил кого-то из друзей этого Мирале, – предположил Аштар. – И он считает, что месть стоит такой цены.

Версия была интересной, но я сомневалась, что она правдива. Семью Мирале я знала с детства, никто из них не отправлялся на войну и не погибал в сражениях. Впрочем, стоит проверить – мало ли чего я не знаю.

Все-таки придется ехать в кофейню и ловить слухи.

Я уже шагнула к выходу, когда дроу вновь обратился ко мне.

– Госпожа, если вы так добры к рабам, могу ли я кое о чем попросить?

– Зависит от просьбы.

– Могу ли я начать тренироваться? Я ослаб за год и не уверен, смогу ли выполнять даже самую простую работу. Вам будет выгоднее, если я немного окрепну.

Я прищурилась, наблюдая за ним. Он уже предусмотрительно опустил глаза в пол, хотя и принял смиренную позу.

Откуда-то возникло чувство, что меня прощупывают. Если буду чересчур потакать эльфу, он быстро сообразит, что его хотят использовать, и главное – для чего.

– Пусть работа и будет твоей тренировкой, – распорядилась я. – Сначала что-то попроще – можешь помочь на кухне или собрать упавшие померанцы во дворе. Махать мечом в книжной мастерской тебе все равно не придется.

– Как прикажете, госпожа, – послушно согласился он.

Я уже выходила из комнаты, когда в спину опять донеслось:

– А могу я в таком случае обратиться с еще одной просьбой?

Нахмурившись, я повернулась.

– Какой?

Аштар поднял голову и посмотрел мне в глаза. В них больше не было пепла – там горел огонь, от которого стало жарко.

– Мне бы хотелось еще хоть раз в жизни увидеть, как вы едите пахлаву, госпожа.

Мой взгляд метнулся к окну. Вдруг дошло, что отсюда открывался неплохой вид не только на сад, но и на то место, где мы с Мирале пили кофе. Причем я сидела лицом именно в эту сторону. Аштар видел все, в том числе и то, как я слизываю медовую патоку с собственных пальцев.

Щеки вспыхнули.

– Не забывайся! То, что я помню о твоем достоинстве, еще не означает, что ты можешь безнаказанно сыпать пошлостями, – резко произнесла я.

Он улыбался. Проклятый дроу знал, что за наглость ему не будет ничего. И потому, что он безумно красив, и потому, что даже в рабском ошейнике не растерял уверенности и харизмы, и потому, что, демоны побери, где-то в глубине души мне нравятся такие наглецы. Аштар лишь вновь опустил взгляд, чтобы я не могла видеть пламя в нем.

Из крыла с жильем слуг я выскочила то ли злая, то ли… не пойми какая. И сразу отправилась к Кидату, застав его на кухне обсуждающим домашние запасы.

Удачно. Я обвела взглядом перепачканные полы.

– Кидат, проследи, чтобы раб здесь все за сегодня отдраил. И чтобы он ушел спать, только когда закончит работу или будет падать от усталости. Никаких поблажек.

– Да, хозяйка, – удивленно ответил он.

Я злорадно улыбнулась.

Кое у кого сегодня вряд ли останутся силы на влажные мечтания. Я не из тех людей, которые издеваются над рабами, но никто и не обещал Аштару, что на новом месте ему будет легко…