Пройдя извилистыми коридорами, мы оказались возле нужной аудитории, в чём удостоверилась лично, заглянув в открытую дверь и увидев сидящих неподалёку от преподавательского стола близнецов, уставившихся на меня во все глаза.

— Доброе утро, лорд Темприэн, — довольно прохладно поздоровался маг, — принимайте новую ученицу.

— Звонок на урок уже прозвенел, так что пусть ждёт в коридоре до следующей пары: опоздавших на занятия я не допускаю, но документ о зачислении она может передать.

Худосочный щуплый мужчина, с залысинами и бледной кожей, протянул руку с крючковатыми пальцами, из-за чего я в растерянности уставилась сначала на него, а потом перевела взгляд на лорда Элворда. Это же он повинен в том, что я опоздала, вот пусть и разбирается с досадным недоразумением в виде вредного преподавателя, вставшего сегодня, похоже, не с той ноги.

Мой взгляд был истолкован верно, ответный же мог запросто испепелить, но то ли я стала крепче, то ли лорд не сильно старался, в общем, игра в гляделки продлилась не долго.

— Прошу вас выйти на пару слов, многоуважаемый лорд Темприэн, — явно пересиливая себя, попросил тёмный.

— Я то выйду, но на урок девчонку всё равно не допущу, можете даже не стараться, — скривившись, уведомил тот.

— И не думал, — пожал плечами маг.

— Я не поступаюсь своими правилами и принципами, — для пущей убедительности добавил преподаватель.

— Ваше право, — закивал маг.

Но когда мужчина вышел из аудитории, лорд Элворд подтолкнул меня внутрь и решительно захлопнул дверь за моей спиной.

Ой, что сейчас там будет! Хотелось припасть к двери ухом и послушать, но на меня смотрело слишком много людей, поэтому пришлось терпеливо ждать, давя в себе это, в общем-то, не самое хорошее желание.

— Иди сюда, — замахала рукой Катара, указав на свободное место рядом с собой.

— Зачем? Всё равно препод её выпроводит, — охладил мой пыл её брат, — он же у нас принципиальный.

— Судя по тому, что её привёл сам Сумеречный, — подал голос с последней парты Даймир, — сидеть ей этот урок вместе с нами. Я немного слышал о нём от братьев, и о способах его убеждения, так что в конечном результате даже не сомневаюсь.

— Отставить разговоры, — шагнувший в аудиторию тёмный маг, обвёл присутствующих насмешливым взглядом, — лорду Темприэну пришлось на время отлучиться, и он любезно предоставил мне право занять его место, — уведомил ошарашенных учащихся мужчина. — Не подскажете, какой у вас сейчас урок?

Упс, надеюсь, лорду Темприэну пришлось отлучиться не в лазарет, иначе не видать мне хороших оценок на его занятиях как своих ушей. Хотя, к противостоянию с вредными личностями мне не привыкать: одна Марфа чего стоила, так что — справлюсь, как-нибудь. А если не справлюсь, всегда можно попросить Рика мне помочь. Кстати, хорошая идея. Я не видела дракона всего несколько часов, но уже скучала по его насмешливому взгляду и задорной улыбке…

— Особое приглашение ждёте, адептка Эльвари.

Раздавшийся над ухом голос лорда Элворда заставил подскочить на месте.

— Простите, задумалась, — пробормотала я, покраснев до кончиков ушей и поспешила к Катаре.

— Итак, судя по лежащим на преподавательском столе книгам, у вас сейчас занятия по истории магии. Я прав?

Учащиеся в ответ лишь закивали, не решаясь открыть рты.

— Замечательно. Так-с, с чего бы начать, — постучав кончиком указательного пальцам по губам, задумался маг. — Хотя, что тут думать, начнём с самого начала. Что вы знаете о появлении первых драконов?

Судя по воцарившийся в аудитории тишине, об этом никто ничего не знал, или усиленно делал вид, лишь бы не привлекать к себе внимание Сумеречного, так, кажется, назвал его Даймир. Интересно, откуда взялось это прозвище или всё же это имя? Сколько много мне нужно ещё узнать.

— Что ж, не удивлён, с таким-то преподавателем, — нахмурился маг, — значит, с сегодняшнего дня будем восполнять пробелы в ваших знания. Итак, когда-то много тысяч лет тому назад, в этом мире жили только люди, созданные древними богами, имена которых уже стёрлись из памяти человечества, — начал лорд свой рассказ. — Ни о каких драконах в те времена никто не слышал. Даже магией пользовались лишь единицы, и то старались тщательно это скрывать, чтобы не узнали так называемые инквизиторы — охотники на одарённых людей, сжигающие на кострах тех, кто был наделён силой. Это длилось много веков, до тех пор, пока через открывшийся разрыв в межпространственной материи в этот мир не стали проникать крылатые драконоиды, бегущие со своей гибнущей планеты и ищущие новое место жительства. Они мало чем напоминали людей внешне, но их вид не был отталкивающим, а магия, которой они оказались наделены, позволяла воздействовать на человеческий разум, подчиняя его. Люди, сначала, приняли тех с распростёртыми объятиями, радуясь, что научные теории множественности миров подтвердились, вот только драконоиды не собирались оставаться на этой планете в качестве гостей, они решили стать здесь полноправными хозяевами. В те времена войны сотрясали не только землю, но и небеса: люди бились с драконоидами, а Высшие, их создатели, с древними богами, являющимися хранителями этой планеты. Противостояние уничтожило тогда целые народы, пока пришельцы не поняли, что в этом мире способность к воспроизведению у них утрачена. То ли это было связано с воздухом, то ли с водой и имеющимися в ней элементами, но погибая, их тела не возрождались, и души, не нашедшие материальной оболочки, скитались в энергетическом поле планеты. Вот тогда Высшие, не желая, чтобы собственные творения исчезли окончательно, решили заключить перемирие с Древними богами, грозя полным разрушением воздушной оболочки планеты, в случае отказа, следствием чего была бы неминуемая гибель всего живого, и напротив, обещая мир и процветание, если те позволят людям и душам драконоидов жить в симбиозе, используя человеческие тела как материальные носители. Древние согласились, поскольку выбор был не велик. Вот тогда и стали делаться попытки совместить несовместимое. В конце концов, после многих неудач, выяснилось, что лишь те люди способны воспринимать магию и соответственно стать носителями, которые были наделены необычной силой с самого рождения. Тогда-то и появились драконы — существа, в которых соседствуют две души и тело которых способно видоизменяться, принимая облик то человеческий, то звериный…

Лорд Элворд продолжал рассказывать, увлекая каждого из присутствующих своим повествованием, заставляя слушать его раскрыв рот, не перебивая, не издавая ни звука. И судя по восхищённым взглядам, наполненным блеском любопытства, никто из учащихся даже не вспомнил о том, что этот предмет должен преподавать другой.

Надеюсь, Сумеречному не влетит за это самоуправство. Хотя, вряд ли кто-то посмеет сказать ему даже слово против, разве что сам ректор Форж. Ладно, поживём — увидим. Но теперь я была даже рада, что лорд Элворд решил стать моим куратором: знал он и правда столько, что мог ответить практически на любой вопрос, а мне, в общем-то, это и нужно, поскольку информация о фениксах вряд ли отыщется в обычной библиотеке.

* * *

Учебный день пролетел незаметно в заботах и хлопотах. Первую пару вёл лорд Элворд, затем его сменили другие преподаватели. Жаль только, что занятия с ними проходили как-то уж слишком скучно и однообразно, без свойственного Сумеречному огонька и задора. Тёмный маг умел привлечь к себе внимание, впрочем, не только привлечь, но и удержать. Одни только примеры, приводимые им для разъяснения некоторых аспектов магии, чего стоили, да к тому же взятые, судя по всему, из личного опыта.

В общем, на следующих парах преподавателям пришлось постараться, чтобы знания, выдаваемые ими во время занятий, мы запомнили хотя бы отчасти.

Правда, я была рада даже этому, ведь сколько себя помнила, мечтала учиться. Так что в отличие от некоторых внимательно слушала объяснения не зависимо от того, кто сидел за преподавательским столом.

В промежутках между парами мы с близнецами выходили в парк, подышать свежим воздухом, а в обед мне показали столовую. В этот час здесь ели только учащиеся магической школы, позднее же должны были подтянуться и адепты академии, но время оказалось распределено так, чтобы мы с ними не пересекались и не возникали конфликты. Не знаю, с чего они могли возникнуть, разве что из-за места за лучшими столиками, но если сделали, значит, так было нужно. Тем более на пустом месте подобные правила не возникают.

Подойдя к раздаточным столам, я очень удивилась разнообразию предлагаемых блюд. Если тут кормят так каждый день, причём, не только в обед, но и вечером, готовить самостоятельно вряд ли кто-то станет. Глядя на все эти мясные подливки, запеканки и прочее, становилось понятно, почему у прошлого помощника смотрителя кухонная утварь в доме была не востребована. Хотя, я бы всё-таки побаловала на завтрак себя и отца ароматными блинчиками или сырниками.

После обеда мы решили расположиться прямо у центрального входа, разместившись на бортике фонтана. Идея принадлежала Кирану, но его сначала поддержал прибившийся к нашей компании Даймир, а потом и Катара, так что мне ничего не оставалось как сесть с ними рядом. Мимо проходили старшекурсники, и по сравнению с ними я чувствовала себя несмышлёным желторотиком, совершенно не разбирающимся в магии. Но цель у меня есть, возможность теперь тоже, так что и я когда-нибудь достигну их уровня, главное — не стоять на месте.

Всколыхнувшееся в душе волнение заставило посмотреть на главную дорожку, где буквально через мгновение показался Родерик. При виде блондинистого дракона улыбка сама собой расплылась на губах, а сердце забилось чаще, что не осталось не замеченным нашим оборотнем.

— Зря надеешься, — будто невзначай обронил он, — дракон никогда не выберет себе в пару представителя другой расы. Поразвлечься — это они запросто, а вот на что-то серьёзное даже не рассчитывай.

— Откуда ты знаешь? И вообще откуда знать оборотню как там всё на самом деле у драконов? — неприятное чувство всколыхнулось в груди, бесследно стирая волнение и опутывая сердце ледяными нитями страха.

— А что там знать-то? У них всё зависит от предпочтений зверя, как и у нас. У таких как мы инстинкты часто оказываются в приоритете. Вспомни, о чём говорил сегодня лорд Элворд на первом занятие. Вспомни и вырви из сердца симпатию к этому парню, пока не влюбилась и не вляпалась в неприятности.

— Не слушай этого идиота, — прицыкнув на Даймира, зашептала Кара. — Никто из нас не знает, что уготовано судьбой. И если чувствуешь, что этот парень твой, не отступай и не сдавайся.

— С такими советами будь готова стать жилеткой, Катара, в которую она будет рыдать, когда дракон её бросит, встретив свою истинную. Но моё дело предупредить, — пожал плечами оборотень, — а как поступать, решайте сами. Только потом не жалуйтесь.

Слова Даймира отозвались болью в сердце, разливаясь ядовитой желчью по телу.

Захотелось оказаться подальше от оборотня и его глупых домыслов, от этого места, и в особенности от приближающегося дракона, чтобы обдумать услышанное, прийти в себя, а ещё лучше поговорить с лордом Форжем и выяснить, правда ли это. Он казался тем единственным правдивым источником информации, которому можно верить безоговорочно. Ведь, судя по тому, что сейчас ощущала, говоря словами Даймира, в неприятности я уже вляпалась.

Рик мне нравился, даже очень, а его отношение ко мне, та нежность и опека, которой окружил меня дракон, как-то очень быстро заставили думать, что чувства взаимны.

Взгляд заметался по сторонам и зацепился за крышу академии, где стояли в ряд какие-то каменные статуи крылатых существ. Хорошее бы вышло укрытие, малозаметное снизу. Только вот беда, сбежать туда я уже не успею.

Лишь стоило об этом подумать, как по венам словно растеклась пылающая лава, и в тот же миг перед глазами всё расплылось, будто неумелый художник смазал одним движением своё не успевшее высохнуть полотно. А когда зрение вновь вернулось в норму, я обнаружила, что стою как раз на том самом месте, на которое смотрела секунду назад.

И что это сейчас было?

Голова кружилась, в ногах ощущалась слабость, и даже на миг закралось сомнение, что случившееся мне просто померещилось. Вот только в видениях мы не чувствуем ни дуновения ветра в лицо, ни падающих на кожу первых капель дождя. Так что это реальность, путь не понятная, пугающая, но реальность. Осталось выяснить, как именно я здесь оказалась, а ещё не мешало бы узнать как спуститься обратно на землю.

Развернувшись, я собиралась осмотреться, но нога соскользнула с мокрой черепицы, и мне пришлось схватиться за каменную статую клыкастого монстра, чтобы не съехать вниз, явственно ощутив холодный камень, вдруг треснувший под пальцами.

Сетка мелких трещинок расползалась по скульптуре, потрескивая и отдаваясь звоном в ушах. А когда глаза существа вспыхнули зеленоватым огнём, и цепкая лапа с острыми когтями потянулась ко мне, память вдруг выдала слово «Горгульи» и тот ужас, что прошёлся ледяной волной по телу и затопил сознание, ясно дал понять — отсюда надо сматываться, да поскорее.