Жил-был старик да старуха, а детей у них не было. Пошли старик да старуха в лес по грибы и нашли там волдянку-белянку, принесли домой, положили в горшочек и закрыли волошком[189]. Через час вдруг в горшочке под волохом заговорило:

— Дедушка да бабушка, откройте!

Открыли, а там — девушка Аннушка.

Вот живет Аннушка и растет не по годам, а по часам, в сутки вдвое уж бóльшая выросла. Пошли девки в лес по грибы и стали упрашивать, чтобы отпустили с ними и Аннушку. А дедушка да бабушка говорят:

— Куда! Как да заблудитесь!

— Нет, не заблудимся, отпустите.

И отпустили Аннушку. Шли они, да и заблудились эти девицы и пришли к яги-бабиной избушке. Яга-баба и закричала:

— Фу, фу, фу! Русский дух! Слыхом не слыхано, видом не видано, сам на дом пришел, съем, гт, теперь!

А девки и говорят:

— Ой ты, баушенькая! Ты бы накормила да напоила, тоже бы и ела!

Яга-баба затопила печь, заварила завару и давай девок кормить. Иные девки едят да в пазушку кладут, а Анна все ела спроста дочиста. Отъели, яга-баба и говорит:

— Подайте мою завару!

Все подали завару, а Аннушке и нечего отдать. Яга-баба отпустила девок домой, а Анну оставила у себя. Пришли девицы домой и сказали, что яга-баба не отпускает Аннушку. Затужили старик да старуха, да делать нечего, не воротишь.

А яга-баба подала Аннушке лошадиное копыто да и говорит:

— Ищи в голове да приговаривай.

Та и стала искать в голове да приговаривать:

— Спи, глазок, спи, другой; спи, ушко, спи, другое; спи, ручка, спи, другая; спи, ножка, спи, другая!

Яга-баба и уснула, а девица вышла на крыльцо да и плачет.

Вдруг бежит стадо коней.

— О чем, красная девица, плачешь?

— Да вот, яга-баба домой не отпускает.

— Садись на меня да держись за уши, так я тебя домой довезу.

Девица только села, а яга-баба и завозилась. Видит, что дело неладно, села в ступу и погналась за Аннушкой. Только бы схватить, а лошадь и сунулась к старику на повить. А старик был тут с ружьем: сбирался идти в лес искать Аннушку. Увидал он сперва коня с девицей, потом ягу-бабу в ступе с помелом и выстрелил в нее из ружья. Тут яга-баба и ноги протянула. Закопали ее на задворье, и палку на могиле поставили, а коня повели в амбар к овсу к цельному сусеку. Аннушка и старики и теперь живут по-прежнему, всего наживают, да Анну наряжают, да замуж обещают.