28. АМЕТИСТ

К тому времени, как я отрезаю рукава своей смирительной рубашки и натягиваю их на ноги, по обеим сторонам коридора раздаются отдаленные звуки. Похоже, они устроили полномасштабные поиски.

Я пытаюсь вспомнить, сколько человек я видела в последний раз, когда меня выводили на съемки, но Ксеро прерывает мои размышления.

— Восемь. Дельта, Локк, Сет, Барретт. — Плюс еще четверо от принудительного кормления. Он делает паузу. — Десять, если считать Долли, Фена и Гранта.

Потому что последние двое — один и тот же человек. Я качаю головой, гадая, нарочно ли Грант оставил дверь незапертой.

— Не вникай слишком глубоко в его мотивы, — рычит Ксеро. — Думая о нем как о союзнике, даже подсознательно, ты можешь потерять бдительность.

Он прав. Независимо от того, как часто из Гранта делают козла отпущения, я никогда не должна забывать, по какой причине он присоединился к X-Cite Media.

Громкие шаги эхом разносятся по коридору, прерывая наш разговор. Мы оба замираем, вжимаясь в холодную стену. Дверь, за которой мы стоим, приоткрыта, и в том месте, где петли соприкасаются с рамой, пробивается слабый свет.

Шаги, приближающиеся к нам, тяжелые, неторопливые и становятся все громче.

От мысли о том, что меня могут поймать, внутри все сжимается от ужаса.

— У тебя есть преимущество, — шипит Ксеро мне в ухо. — Замани его и убей.

У меня учащается дыхание. Сердце колотится так сильно, что его вибрации ощущаются даже в пальцах, заставляя их дрожать. Пот выступает на лбу и стекает по виску.

Я уже не та женщина, которая пряталась в углу, дрожа от страха, пока Ксеро пытал мужчин, ворвавшихся в мой дом. Жестокость, которой я подверглась, стерла с меня человеческую порядочность. Мне нужно выбраться из этого ада живой, даже если для этого придется кромсать каждого мужчину скальпелем.

— Вот так, маленькая призрачная девочка.

Большие руки Ксеро ложатся мне на плечи, придавая моему телу силу и решимость опытного убийцы.

Но куда мне его ударить? В шею, наверное, было бы неплохо, но я не знаю, где именно находится яремная вена.

— Помнишь тот день, когда ты прочла мое письмо про офицера Макмерфи? — спрашивает Ксеро. — Куда, по-твоему, я бы ее ударил, прежде чем трахнуть тебя в луже ее крови?

Мои губы дрогнули в улыбке при воспоминании о том жарком утре. Это было в основание черепа.

— Вот это моя девочка.

Я крепче сжимаю оба скальпеля, и мои вены наполняются холодным адреналином. Каждый, кто причастен к созданию этих видео, должен умереть. Не только ради того, чтобы спасти себя, но и чтобы защитить других.

— Сосредоточься на своем страхе. Пусть он обострит твои чувства. Пусть инстинкт выживания превратит этих хищников в добычу.

Коридор освещает луч света. Он слабее, чем у фонарика, и исходит от его телефона. Я прижимаюсь к стене, замедляю дыхание, чтобы сердце билось тише.

Шаги становятся громче. Я не свожу глаз с дверного проема, через который проходит темная фигура. Он на секунду останавливается, чтобы осветить мою комнату, а затем продолжает путь к выходу.

— Аметист, — шепчет Ксеро, — сейчас.

Я выскальзываю из-за двери, мои шаги приглушают новые носки. Мужчина передо мной — коренастый, ростом метр семьдесят, в черном свитере и бейсболке. Он по-прежнему стоит лицом к двустворчатым дверям, повернувшись ко мне широкой спиной и представляя собой идеальную мишень.

Я прыгаю на него и обхватываю рукой его шею. Он сдавленно ахает и роняет телефон. Через секунду он приходит в себя и отбрасывает меня к стене.

Боль пронзает мой позвоночник, но я заглушаю ее выбросом адреналина. Он хватает меня за руку, пытаясь вырвать ее из моей хватки, но я сдвигаю скальпель и режу ему шею. Теплая кровь брызжет на мои пальцы, и я вздрагиваю. Я падаю на пол, сердце бешено колотится, и с трудом поднимаюсь на ноги, едва успев увернуться от его дикого удара.

Он, как раненое животное, спотыкаясь, идет на меня, хватаясь за горло, булькая и задыхаясь от собственной крови.

— Прикончи его, — рычит Ксеро.

Решимость придает мне сил. Я оббегаю его и встаю у него за спиной. На этот раз я не промахнусь. Ориентируясь на ремешок его бейсболки, я вонзаю скальпель глубоко в плоть под черепом.

Он входит в тело с влажным звуком, от которого меня мутит. Он шатается, а затем падает на пол в конвульсиях.

Ксеро обнимает меня за плечи.

— Молодец.

Моя кровь бурлит от триумфа. Я стою над упавшим человеком, тяжело дыша, и жду, когда его тело перестанет дергаться в конвульсиях.

Из коридора доносится сигнал тревоги, и я снова обращаю внимание на его телефон, который теперь лежит лицевой стороной вниз в растекающейся луже крови.

Я беру устройство. Приходит сообщение из группового чата с надписью СЪЕМКА В ПРИЮТЕ. Дельта разделил территорию и здание на участки, поручив каждому члену команды обыскать определенную зону.

Похоже, мужчине у моих ног достался первый этаж, западное крыло и прилегающий к нему внутренний двор.

Что, черт возьми, мне делать дальше? Если от него не будет вестей, они не просто поймут, что что-то пошло не так, но и сосредоточат свои усилия на моем укрытии.

— Они поймут, что что-то не так, как только он не вернется, — бормочет Ксеро. — Дождись, пока первый доложит, и напиши что-нибудь в том же духе. Мы решим, что делать дальше, когда Дельта ответит.

Я смотрю на труп, раздумывая, стоит ли его прятать под одной из каталок.

— Нет смысла, все равно кровь не отмыть.

Кивнув, я обхожу расширяющийся бассейн, стараясь не оставлять кровавых следов, и возвращаюсь в свое укрытие.

Мой адреналин все еще высок, когда я прислоняюсь к стене, тяжело дыша. Я сжимаю телефон дрожащими руками и смотрю на групповой чат, ожидая следующего обновления.

Что, черт возьми, я делаю? Я должна воспользоваться этим шансом и позвонить в полицию.

— Не забывай, что формально Дельты не существует, а ты, скорее всего, являешься подозреваемой как минимум в четырех убийствах, — говорит он.

Я сглатываю. ДжейкРейк69, которого я убила, Чаппи, которого нашли повешенным возле комнаты, где я остановилась, и первые двое мужчин в подвале, которые образовали человеческую «гусеницу». Большой Дик Джонсон и Хорошо откормленный мужчина позаботились о себе сами.

— А еще твоя мать и дядя Клайв, — добавляет Ксеро.

От этого напоминания у меня сжимается сердце. Я не убивала маму. Это сделала Долли, переодевшись мной. Даже если бы я снова заявила о невменяемости, меня все равно могли бы отправить в психушку, как она и грозилась. Точно. А теперь этот парень, которого я ударила ножом, даже когда он был без сознания.

— Учитывая твой послужной список, тебя, скорее всего, приговорят к смертной казни через электрошок.

Я с трудом сглатываю. Третий вариант — воспользоваться тем, что полиция отвлечется, и незаметно ускользнуть. Тогда я стану беглецом, но это лучше, чем попасть в руки кровожадных хищников.

Ксеро молчит. Он знает, что я в безвыходном положении. У меня есть два варианта: рискнуть и умереть с достоинством или остаться здесь и обречь себя на мучительную и унизительную смерть.

Мои пальцы дрожат, когда я набираю 911. Я не решаюсь заговорить, чтобы мой голос не разнесся по всей больнице, но я оставляю линию открытой.

— 911, — говорит диспетчер. — Что у вас случилось?

Я тяжело дышу в трубку, сохраняя молчание. Кровь бурлит в моих венах, а сердце бьется так сильно, что мне становится дурно.

— Абонент, вы можете говорить? Что у вас случилось?

У меня перехватывает дыхание. Я должна хотя бы сказать ей, что мне нужна полиция.

Она делает паузу на несколько секунд, а потом спрашивает:

— Если вы не можете говорить, нажмите любую клавишу.

Я нажимаю 5, надеясь, что они смогут отследить мое местоположение.

— Хорошо. Полицейские уже в пути. Оставайтесь на связи и не отключайтесь. Помощь уже в пути.

На экране появляется еще одно оповещение из группового чата ASYLUM SHOOT. Восточное крыло наверху зачищено. Никаких признаков чего-то необычного.

Я медленно считаю до десяти, прежде чем напечатать свой ответ:

Западное крыло зачищено.

Дельта отвечает: Территория?

Я печатаю: Все еще ищу.

Ксеро обнимает меня сзади.

— Как ты себя чувствуешь?

В моем животе бурлит смесь эмоций: отчаяние, страх и решимость выжить. Если меня схватит полиция, будет публичный суд. Я снова стану вирусной в соцсетях, на этот раз в качестве предостережения для тех, кто пускает слюни на убийства. Люди Ксеро могут проникнуть в мою тюремную камеру. Они, скорее всего, будут пытать меня за убийство их босса.

Ксеро не отвечает, потому что все мои предположения верны. Я оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом, и думаю, не была ли моя затея с вызовом полиции ошибкой.