Так вышло, что мне дали поговорить с Владимиром Кумариным в «Крестах».
Несколько часов передо мной сидел будто высушенный однорукий старичок с больными зубами. На вид такой, которому приличному человеку надо помогать переходить через дорогу. Но под сердцем у него осталась пуля с того расстрела в 1994-м, а в глазах весна. Вроде немощен через 14 лет заточения, десятилетие по своему желанию сидит в одиночке, как собака себя зализывает, одной рукой перевязывает. Не советовал бы схлестнуться.
– Что бы ты сделал, если бы тебя взяли и отпустили?
– Лучше на эту тему не думать. Нельзя обольщаться слишком хорошими мыслями. Обольстишься и что-то упустишь.
– Ты больше, чем другой человек, думаешь о жизни и смерти. И сильные боятся?
– Женя, мы же сколько об этом говорили. Когнитивный диссонанс – это не про меня.
– Представим себе, что ты такой, как есть, на свободе – и вдруг в стране что-то началось, как тогда.
– Хорошо… Давай про смерть поговорим. Ты-то готов?
– Что скажешь там, наверху?
– Вопрос в том, что мне скажут. А скажут всю правду, зачитают весь список. Прошлое купить невозможно же. И я отвечу, что все это правда, и меня направят в ад. Я знаю же это, поэтому готов поговорить о главном. Я скажу апостолу Петру, что есть такая книга – Библия. Он ответит, что есть. Так вот в ней написано, что после ареста Христа в страхе он трижды отрекся от Учителя. И по сравнению с его грехом, разве мои грехи – грехи? Не ему мне предъявлять.
Владимир Кумарин.
Он арестован еще в 2007 году, ему уже дали почти пожизненно
– Ты же к апостолу на стрелу идешь, – не сдержался я и замолчал на целую сигарету.
Неважно, согласен я или нет, но до сих пор меня не покидает то его высказывание. Он уверен, что ему в рай, и готов встречаться по этому поводу с апостолом. Он уверен, что выиграет тот спор. Хорошо, что это произойдет в потустороннем мире, иначе у апостола не было бы шансов. А так как апостол не может идти против своего убеждения, то непонятно было бы, что бы мы делали в Писании без него.
– Вот ты есть, и вот тебя нет. Удивительно. Я много думаю об этом.
Сгорела еще одна сигарета.
– А что про меня говорят, если говорят?
– Про тебя часто спрашивают, говорят, что ты очень сильный. Но говорят и то, что тебе не выйти. Как в старые времена – по тебе вопрос решен.
– А ты?
– А я говорю, что ты еще на наших похоронах простудишься.