Я смотрю на экран мобильника и чувствую, как меня окатывает волной ярости. Ты смотри, какие мы гордые! Советы она мне давать будет?! Не доросла еще, девочка!

Завожу мотор, и вскоре мой автомобиль выезжает на перекресток. Ох, как же я негодую! Хочется проучить мерзавку! Просто не приехать за ней, и все. Пусть сидит себе дома, дуется дальше!

Но, во-первых, в нашем маленьком городе все завязано на связях. Соня — дочь прокурора. Мать не просто так приметила ее мне в жены. Это был расчет чистой воды. В руках прокурора сконцентрирована неограниченная власть. Он с ноги может войти в любой кабинет и решить любую проблему… или устроить проблемы — при желании. С такими, как прокурор Гусев, по-хорошему, надо держать нейтралитет. В нашем случае нейтралитет не получится: уж очень спелись моя матушка и достопочтенный господин прокурор. Так спелись, что теперь Соня у меня в невестах. У нас — деньги, у Гусевых — связи. Все для того, чтобы подняться на ступень выше.

А во-вторых, не могу же я появиться на банкете, где будет Катя, без невесты! Пусть думает, что у меня все отлично, что я успешен, богат и вскоре женюсь на девушке мечты.

По дороге в цветочный павильон я понемногу успокаиваюсь. Конечно, в отношениях с дочкой прокурора нужна тактика. Сегодня я за ней заеду. Но ей придется раз и навсегда уяснить одну вещь: в моей семье женщина больше ничего решать не будет! Хватит и того, что мать со своей одержимостью к власти и контролю всегда вмешивалась.

Вот и цветочный развал — так называется место в городе, где сконцентрировались цветочные павильоны и продаются цветы на любой вкус.

Я выбираюсь из машины, и снова жара окатывает меня с ног до головы. Жару я переношу плохо. Есть у меня такая особенность: стоит июню ворваться в наш город, и меня как подменяют. Ни сил, ни энергии. Только сплит-система и спасает.

К счастью, в цветочном бутике довольно прохладно. Я выбираю для коллеги пышный букет. Чтобы не продолжать концерт с Соней, беру еще один — ее любимых китайских роз, расплачиваюсь картой и отправляюсь домой к прокурору.

«Ну почему Катя смогла стать счастливой, у нее даже появился ребенок, а я так и не смог?!» — горит досада в груди. Я ведь понимаю: сколько ни пытайся полюбить Соню, ничего не выйдет. Разве что удастся сегодня пустить пыль в глаза бывшей женушке, которая успела завести спиногрыза за эти годы.

Вот и роскошный двухэтажный особняк окружного прокурора.

Я паркуюсь возле ворот и медленно выбираюсь из машины. Забираю букет розовых роз и направляюсь к воротам.

Жаркий воздух тут же забирается под одежду. Он набивает мои легкие, и я не могу свободно вдохнуть.

«Скорее бы солнце ушло!» — морщусь страдальчески. Когда уйдет солнце, ко мне вернется привычная бодрость.

…Как назло, мой будущий тесть уже дома. Он встречает меня на пороге в форменной рубашке и брюках.

— Ян! Какой сюрприз! — широко улыбается мне этот хитрый лис. Приглаживает когда-то рыжую шевелюру с проседью, протягивает руку, крепко жмет.

— Добрый вечер, Антон Сергеевич, — сдержанно киваю я. — Я за Соней.

— За красавицей моей прибыл? — понимающе расплывается в улыбке Гусев. — А она тебя ждет. Сидит у окна в красивом платье, дуется, как принцесса Несмеяна, честное слово! Уж не знаю, чем ты ее так обидел.

Будущий тесть ухмыляется. Смотрит на меня испытующе, сканирует взглядом маленьких карих глазок.

— Женщины и их настроение для меня всегда были загадкой, — натянуто улыбаюсь я, огибаю его крепкую фигуру и толкаю плечом входную дверь.

Прокурор у нас из разряда «и вашим, и нашим». Везде у него связи, повсюду знакомства. Опасный он, скользкий и изворотливый. Любое дело повернет так, как выгодно исключительно ему.

Вот и сейчас, вижу же по горящему взгляду: Соня успела нажаловаться папочке на мой грубый тон, и он готов грудью защищать свою малышку.

Только я тоже не мальчик, и потакать капризам будущей жены не намерен. Сказал, чтобы в бизнес не совалась — значит, так и будет! Власть ее ограничится бытом и кухней. С меня достаточно матери! Всю жизнь с ней бился, сколько она крови моей попила! Да разве только моей?..

В холле я натыкаюсь на будущую тещу. Женщина, без советов которой не может жить прокурор, встречает меня во всей красе: черные волосы собраны в высокую прическу, стильное платье в пол украшает раздобревшую фигуру, подчеркивая пышную грудь, в ушах и на шее мерцают бриллианты, а на пальцах столько золотых колец, что с первого взгляда не перечесть.

— Ян, дорогой, добрый вечер! — Ее глаза вспыхивают радостью.

— Добрый вечер. Я за Соней, — приветливо киваю будущей теще.

— Сонечка наверху, у себя в спальне. — Она указывает мне на красивую лестницу с резными перилами. — Только что-то настроение у нее сегодня прыгает. Не пойму: что не так?

— Это все жара, — понимающе киваю я.

Не желая болтать с женой прокурора, я быстро поднимаюсь наверх. Стучу в дверь роскошной спальни своей будущей жены.

Соня открывает мне дверь, и я изумленно приподнимаю бровь. Она в халате! На лице ни тени косметики.

— Сонь, ты заболела?! — пугаюсь я. Ведь без косметики свою невесту я не видел еще ни разу.

В карих, как у отца-прокурора, глазах вспыхивает недобрый огонь.

— Нет. Просто я решила, что мы с тобой никуда не пойдем. У меня нет настроения сидеть весь вечер в ресторане и улыбаться твоим коллегам!

— Сонечка, ну послушай… — Я шумно втягиваю грудью воздух, чтобы в очередной раз не напортачить, теперь уже в доме у будущих родственников. — Мы не можем не пойти. Нас пригласили. Если мы не придем, будет нехорошо. Так не принято.

— А мне все равно, Ян! Понял?! Если у тебя нет никакого желания принимать мои советы, то у меня нет никакого желания улыбаться твоим коллегам. Поезжай сам!

— Это твое последнее слово? — чувствуя, как внутри поднимается недобрая ярость, медленно уточняю я.

— Да! — В ее глазах горит решимость. — Папа посоветовал мне с тобой не церемониться, а я всегда следую советам старших. Отныне никаких поблажек, Ян! И если ты думаешь, что букет роз может сгладить осадок от твоего поведения, ты ошибаешься!

Мой взгляд падает на букет. Я кладу его на комод.

— Что ж, будет лучше, если ты действительно останешься сегодня дома, — произношу холодно. — Заодно и подумаешь над своим поведением.

— Ах, так?! Подавись своими цветами! — Она хватает китайские розы и швыряет их с такой силой, что лепестки разлетаются по мраморному полу.

Я несколько мгновений созерцаю загубленный букет. Поняв, что затея пустить пыль в глаза бывшей жене с треском провалилась, пожимаю плечами и молча покидаю спальню Сони.

В груди взрывается буря негодования. Я стремительно спускаюсь по лестнице вниз.

— Ты пожалеешь, Ян! — свесившись с перил, громко кричит Соня. Всхлипывает. — Ты бесчувственный чурбан! Нет в тебе ничего, только и умеешь, что пропадать на работе!

Но я не оборачиваюсь.

В холле меня провожают изумленными взглядами прокурор Гусев и его супруга.

— Ян, все в порядке? — Будущая теща хватается за сердце.

Прокурор хмурится.

— Ян, может, задержишься? Поужинаем по-семейному? — пронизывая меня нехорошим взглядом, приглашает он.

— К сожалению, я должен быть в другом месте. Поужинаем в следующий раз. — Я натянуто улыбаюсь родителям Сони.

— Но Соня расстроена… Ей необходимо твое внимание.

— Соня была должна пойти со мной, но она передумала. Я не стану ее заставлять. До свидания.

Я покидаю особняк прокурора под тяжелыми взглядами четы Гусевых,

усаживаюсь в машину и быстро завожу мотор. Отъезжаю с территории прокурора, не испытывая ни малейшего сожаления по поводу отказа Сони. Что ж, нам срочно нужен новый план. Как пустить пыль в глаза, появившись на банкете без невесты, пока ума не приложу, но где-то глубоко внутри зажигается неуемное, злое и жадное желание увидеть Катю. Оно такое сильное, что мне сложно его контролировать. Меня не останавливает даже тот факт, что она с кем-то успела сделать ребенка. Наоборот, я ревную к тому неведомому счастливчику так сильно, что готов наброситься на него с кулаками.

«Что ж, Катюша, пришло время встретиться снова!» — ухмыляюсь недобро. Сжимаю руль с такой силой, что хрустят костяшки пальцев, и жму на газ, желая поскорее добраться до места.