Я сглатываю ком в горле, усаживаюсь рядом с папой на лавочку и осторожно похлопываю его по руке.

— Пап, такое может случиться с каждым. Счастье, что врачи быстро отреагировали на твой призыв о помощи. Все хорошо закончилось, и это главное.

— Нет, Катя, ты не понимаешь… Если бы твой Бестужев не протирал брюки на работе в этот выходной, Марка бы не спасли! Тот второй увалень прохлаждался с кофе на лавочке под деревом. Я же подбежал к нему первому! Он сказал, что у него перерыв, а в больнице есть другие сотрудники.

— Так Марка спас Ян? — уточняю я и чувствую, как сжимается сердце.

— Да, он.

— Пап, у нас же больница общего профиля. Городок небольшой, врачи на все руки мастера. Это называется взаимовыручкой. Ян просто исполнил свой долг.

Папа вздыхает.

— Ох, Катя, он, конечно, совсем не то, что тебе нужно, но врач Бестужев достойный. И детей любит. Может, все же не стоит скрывать от него правду? Он должен знать, что у него есть еще один долг — отцовский. Я ведь не вечен. Я пропустил момент и едва не потерял внука. Никогда себя не прощу за это… — шепчет растерянно, а потом пронизывает меня острым взглядом. — Пойми, мальчику нужен настоящий отец.

Я вздыхаю. И почему все так сложно?! Вдали от дома больше находиться невозможно, а дома все так и дышит прошлыми связями, которые причиняют боль.

Марк вдруг спохватывается, вспоминает, что не угостил меня мороженым, и сует рожок мне в лицо.

— На, мама! На, попробуй, вкусно!

Я улыбаюсь, откусываю кусочек и тут замечаю, как из больницы выходит Любимов, а за ним следом Ян. Они что-то обсуждают, бросают в нашу сторону многозначительные взгляды, а потом быстро садятся в машину Любимова, и она резко отъезжает от больницы.

Я ощущаю какое-то странное разочарование. Мог бы и подойти. Впрочем, чего я хочу от человека, который через две недели женится на другой?

Загрустить по-настоящему я не успеваю: едва авто Любимова скрывается за поворотом, как к парковке на большой скорости подъезжает роскошная белая «Тойота», за рулем которой Диана Бестужева.

Я нервно сглатываю: свою свекровь я не видела пять лет, а ощущения от ее появления не изменились. Даже нехорошо как-то становится.

Подмечаю, что Диана ни капли не состарилась. Наоборот, кажется, она помолодела. Интересно, где она нашла эликсир молодости? Или кровь пьет из своих подчиненных и домочадцев, чтобы не зачахнуть?

А кто это рядом с ней на переднем сиденье? Узнаю Соню, дочку прокурора. Сегодня Соня не в желтом. Она в летнем брючном костюме цвета молочного шоколада, а ее волосы собраны в высокую прическу.

В груди саднит. Наверное, у них назначен семейный обед. Сейчас Ян вернется и поведет маму и невесту в ресторан грузинской кухни, что расположен через два квартала, и они будут обсуждать предстоящее торжество.

Стеклянная дверь у входа хлопает так громко, что слышно даже нам.

Я делаю вид, что рассматриваю носки своих босоножек, а сама пытаюсь справиться с нахлынувшими эмоциями.

Умом я понимаю, что Ян свободен уже пять лет, что он волен жениться, на ком пожелает, но почему-то сердце отказывается это понимать. Оно кровоточит так сильно, что мне хочется плакать.

— Пап, я понимаю, что Марку нужен отец, — вздыхаю печально. — Только вот свою бывшую свекровь видеть рядом с малышом я ни за что не хочу. Она мне всю душу выест!

Отец кивает.

— Да знаю я, Катя, знаю. Только, боюсь, рано или поздно все вскроется, и тогда нам мало не покажется. К сожалению, правда будет на стороне твоего мужа. Мы не имели права скрывать от него сына.

— Прав или нет, а я до последнего никого не подпущу к Марку! — сжимаю решительно кулаки. — Пусть еще попробует доказать, что ребенок его!

— Ладно, поехали уже домой, — вздыхает папа, подхватывает Марка на руки и сажает себе на шею. Тот хохочет.

С этим решением я согласна: лучше уж домой, чем еще раз увидеть свою бывшую свекровь и будущую супругу отца моего ребенка.

Мы садимся в машину. Папа включает сплит-систему, я усаживаю Марка в детское кресло.

Старая добрая «Веста» заводится с пол-оборота и трогается с места.

Я с грустью смотрю на стеклянные двери городской больницы. Смогу ли я заставить себя смириться с тем, что у Яна другая жена? Наверное, нет. Никогда не смогу. Хорошо, что он увольняется. Работать вместе нам будет очень сложно.