Воскресенье. Завтра начинается моя последняя неделя работы в городской больнице.

Несмотря на выходной, я с самого раннего утра сижу в ординаторской на первом этаже, подгоняю документацию. В рабочие дни нереально заниматься еще и бумажной работой.

Пытаюсь сосредоточиться, но мысли о Кате неотступно преследуют, не давая покоя. После моих дерзких поцелуев в такси, уверен, она и на пушечный выстрел меня не подпустит.

И что на меня нашло?! Зачем я ее поцеловал? До этого хотя бы была маленькая надежда на то, что Катя согласится работать в центре «Диана». Я планирую расширить его профиль, уделять больше времени проблемам маленьких пациентов. Уверен, Катя бы меня поддержала, она всегда меня поддерживала, только теперь надежды нет. Катя не простит мне мою дерзость.

Дверь ординаторской распахивается, и на пороге показывается адвокат Любимов. Воскресенье, выходной, но для Вити нет ничего невозможного.

— Танцуй! — Он машет у меня перед лицом какими-то бумажками.

Я отрываюсь от компьютера, перевожу взгляд на друга и торопею.

Позавчерашний банкет для Вити завершился весьма неординарно: прокурор Гусев уговорил его отправиться на морскую рыбалку, и ближе к полуночи небольшое судно, на котором Виктор Любимов обожает соблазнять красивых женщин, было гружено закусками, приятными душе прокурора напитками и теми самыми девочками с ресепшена, после чего отчалило в открытое море.

В итоге в субботу вечером горе-рыбаков притащил к берегу на буксире катер береговой охраны.

Морская болезнь и ослепительное солнце июня сделали свое дело: кожа Любимова приобрела багровый оттенок, а дорогостоящие удочки для рыбалки были безвозвратно утеряны в морских глубинах.

— Ты хоть дотронуться до своей кожи можешь? — интересуюсь с сочувствием.

— Ерунда! Что, в первый раз обгораю, что ли? — отмахивается адвокат, и я успокаиваюсь: несмотря на форс-мажор, адвокат Любимов в своем амплуа.

— Я был в детской поликлинике, — торжественно сообщает он и с победным видом поправляет голубой галстук на белоснежной рубашке.

— Сегодня же воскресенье?

— Хм… не один ты занимаешься бумажной работой по выходным. Мне пришлось пригласить на свидание милого педиатра, которая занимается районом, в котором проживают родители твоей Катерины. За кофе и круассан мне выдали всю информацию о нашем клиенте. Я хочу премию, доктор!

Я качаю головой. Не могу сдержать улыбку.

— Ладно, давай, выкладывай, что у тебя там?

— Мальчика зовут Марк. В мае ему исполнилось четыре года.

— Значит… по срокам все сходится? — чувствуя, как больно сжимается сердце, уточняю я.

Виктор кивает и протягивает мне мобильник, в котором на весь экран светится фото ребенка.

Я впиваюсь взглядом в фотографию. Напряженно сглатываю. У мальчишки мои глаза. Да что там глаза — несмотря на светлые волосы, внешне он моя копия!

На следующей фотографии мальчик с матерью. Сердце выжигает адской болью: «Как ты могла, Катя?»

— Это… сын Кати? — хриплю напряженно.

Любимов кивает.

— Конечно, чтобы убедиться окончательно, нужна ДНК-экспертиза, но, Ян, ты же сам видишь — он твой!

Я вскакиваю со своего рабочего места. Нервно меряю шагами кабинет.

— То есть я прав?! Никакого служебного романа у нее не было?! Катя родила сына и не удосужилась сообщить?! — рычу, сжимая кулаки. — Как такое вообще возможно?!

Виктор вздыхает.

— Ян, мне жаль. Получить такой подлый сюрприз накануне свадьбы — ужасно.

Я подхожу к большому окну и нервно расстегиваю верхние пуговицы белого халата. Воздуха катастрофически не хватает, и я дергаю ручку, распахивая окно посильнее.

— Свадьбы не будет, — сообщаю Вите. — В пятницу вечером я разорвал помолвку.

— Ты… ты это серьезно сейчас, Бестужев?! — выкатывает глаза Любимов.

— Серьезнее некуда!

Я сканирую взглядом небольшой сквер, который виден, как на ладони. Ох, как же я зол! Кажется, я готов испепелить любого, кто сейчас посмеет неосторожно влезть в мое личное пространство!

У нас с Катей есть сын? С ума сойти!

Моего сына зовут Марк. И мне нехорошо от того, что я узнал о нем четыре года спустя. Я не носил его на руках, когда он только родился, не играл с ним, он даже не знает, что я есть! Это… это возмутительно! О, как же я зол на Катю! Как же я зол…

Я снова и снова перебираю в памяти то, что оборвалось пять лет назад.

«Такие, как ты, не женятся на таких, как она. У тебя большое будущее, а у нее за душой ни гроша. Еще и строптивая, в придачу! Твоя жена портит репутацию нашей семьи!» — С этих ядовитых слов моей матери начинался каждый рабочий день в медицинском центре «Диана». Она произносила эти слова, твердо смотря мне в глаза, и не чувствовала себя виноватой. Никакие попытки ее образумить не действовали.

Катя вернула мне кольцо и уехала из города.

И вот — оглушительная новость пять лет спустя: Катя воспитывает сына… Как гром среди ясного неба! Горечь, боль, сожаление испепеляют меня изнутри. Кажется, еще немного, и я задохнусь в этом душном кабинете.

В телефоне мелькает несколько сообщений подряд. Они на беззвучном, но мне видно фото. Сообщения прилетают от Сони.

«Ян, любимый, мне кажется, позавчера произошло какое-то глупое недоразумение. Давай о нем забудем? Лучше скажи: какой цвет скатерти выбрать для торжества?»