24 сентября 996 г. от ВР.

…Профессор Ковалевский оказался кладезем бесценной информации. Но вытрясать ее из него получалось всего ничего. Почему? Да потому, что чертов портал закрылся сам собой всего минут через пятнадцать-семнадцать после того, как мы закончили торговаться, на мой счет упало семьсот тысяч рублей, и я, разобравшись с финансами, задал ученому первый вопрос. Да, за это время получилось выяснить, что порталы бывают разного цвета, что у каждого вида — строго определенная длительность жизни, что цвет никак не привязан к сопредельному миру, что «зеркала» не фонят ни радиацией, ни «химией», что по другую сторону как минимум шесть планет с магически одаренными животными и птицами, что переход между мирами каким-то образом убивает «чужие» бактерии, так что заразиться от тушек какой-нибудь гадостью вроде как невозможно, и… что в момент убийства достаточно сильных монстриков из «зазеркалья» их ядра выдают посмертный импульс, чуть-чуть усиливающий энергетические системы «охотников»!

Увы, как только портал схлопнулся, «яйцеголовые» как-то уж очень быстро затолкали тушку «синявки» в мешок для трупов, мгновенно забыли о моем существовании и умчались к вертолету. Чтобы побыстрее добраться до лаборатории и продолжить изучать «фантастически интересный» экземпляр. «Волкодавы» тоже свалили. Но после того, как попрощались и поблагодарили за содействие.

Мы подождали, пока винтокрылая машина оторвется от земли, наберет высоту

и развернется на северо-запад, вернулись к квадроциклам, закрепили оружие, забрались на сидения и тронулись с места. К этому моменту я успел как следует проголодаться, поэтому, набрав крейсерскую скорость, попросил Жарова организовать завтрак. А после того, как услышал ответ «Он готов…», поделился мыслями, действовавшими на нервы сильнее всего, со всеми теми, кто обретался в оперативном канале:

— Если посмертный энергетический импульс действительно усиливает энергетические системы убийц, то нас ждет в разы более мрачное будущее, чем ожидалось: инопланетного зверья не так много, а нас, людей — миллиарды. Да и методики убийства шлифовались тысячелетиями. Неприятно, однако.

— Угу… — хором поддакнули все пятеро слушателей, а потом заговорил Прохор Осоргин:

— Ужесточение Уголовного Кодекса ничего не даст. По крайней мере, до тех пор, пока не появится сколь-либо надежный способ идентифицировать убийц. Поэтому нам надо срочно освоить покровы, научиться растягивать их хотя бы на самые уязвимые части тела и довести контроль за этим заклинанием до идеала. Кроме того, забыть об одиночных выездах за пределы поместья и… безостановочно прогрессировать: раз покров какой-то вшивой синявки без труда держал очереди штурмовых комплексов «Пламя» и крупнокалиберные пули «Точки», значит, это в принципе возможно.

— А меня беспокоит другое… — со вздохом начал Андрей Филимонов. — Синявка — хищник, то есть, находится на вершине пищевой цепочки. Тем не менее, вынуждена защищаться покровом такой мощи. Первый вывод лежит на поверхности: в ее мире этот уровень является средним. А второй, менее явный, откровенно пугает: раз эта мелочь так уверенно неслась в атаку, значит, либо ее зубки, либо некие заклинания продавливают аналогичную защиту. И мы для этого зверька — беззащитное мясо. Говоря иными словами, если бы не Олег Леонидович, полегли бы мы все, как пить дать.

Тут мужики прониклись и рассыпались в благодарностях. А потом чуть-чуть пострадали. Из-за того, что инициировались в Воду, Воздух и Огонь, хотя была возможность выбирать.

Пришлось успокаивать:

— На мой взгляд, вы сделали прекрасный выбор. Ведь Вода — это быстрое восстановление энергии, Воздух — невидимый покров, а Огонь — не только тепло, что тут, в Сибири, свет в окошке, но и стихия, которая, по определению, должна выдавать хороший урон. Так что тренируйтесь — и будет вам счастье.

— Тренируемся, Олег Леонидович. До потери пульса… — заявил Максим Рюмин. — Так что результаты будут. Вот увидите…

Я сказал, что нисколько в этом не сомневаюсь, и подкинул интересную идейку:

— Мне кажется, что для условно безопасного уничтожения зверей и птиц из порталов нужны малозаметные препятствия, мощные капканы и хотя бы один маг с Землей. Чтобы спекал почву перед порталом, намертво фиксируя и МЗП-шки, и штыри под капканы. А дальше — светошумовые гранаты, чтобы зверье не видело нас, людей, и мощный огневой или магический «мешок». Вернее, на нашем нынешнем уровне развития — огневой, а потом магический. Кстати, все «железо» я закуплю. В промышленных объемах. А вам надо будет как следует отработать алгоритм развертывания всего этого добра…

…Из гаража я поднялся к себе, быстренько вернул «Точку», разгрузку, тактическую кобуру и ПНВ в оружейный шкафчик, пообещал себе заняться чисткой стволов после завтрака, ополоснулся, натянул домашнюю одежду и поплелся к матушке. Но столкнулся с нею и с Лосевой в коридоре, был пойман в жесткий захват и позволил отконвоировать себя в большую гостиную. А там поздоровался с Жаровой, поухаживал за родительницей, сел сам, выпил стакан сока, покосился на включенную «глушилку» в руках Анны Филипповны и тезисно описал наши утренние приключения.

Дамам до смерти хотелось завалить меня вопросами, но они наступили на горло собственному любопытству и позволили мне нормально поесть. Зато после того, как я умял все, что возникало в области досягаемости моих верхних конечностей, выпил кружку чая и откинулся на спинку кресла, допросили с пристрастием. То есть, выпытали даже не оформившиеся выводы и сырые корректировки планов на ближайшее будущее. Потом подкинули четыре толковых дополнения, дали время их обдумать и заявили, что у них тоже есть новости.

Первой новостью поделилась Анна Филипповна — сообщила, что за ночь и утро инициировались три ее подопечные: Ольга Петровна Бажова — в Жизнь, Воду и Лед, а Татьяна Павловна Щепкина и Марина Васильевна Осоргина — в Жизнь, Воду и Огонь.

— Инициирова-лись? — на всякий случай уточнил я и получил забавный ответ:

— Я помогла только Щепкиной и Осоргиной, поднявшимся ни свет ни заря, дорвавшимся до кроликов-«тренажеров» и, в конечном итоге, сорвавшим ядра в финальную мутацию в попытке вылечить их ранки. А Бажова предпочла тренироваться на любимой корове, которую собралась на время отдать соседке — поздно вечером с разрешения мужа уехала домой, включила духовку, ушла в сарай и сначала порезала свою кормилицу, а потом смогла остановить кровь.

Ну и, на радостях так быстро пронеслась по трассе ванная-кухня, что выбила два пальца на левой ноге об какую-то ступеньку. Но все равно довольна до невозможности и уже вовсю медитирует, пытаясь освоить взгляд в себя.

— Четыре целителя — уже неплохо… — заключил я,

— Я тоже скоро добавлю Жизнь и Огонь к своей Воде… — негромко, но очень уверенно заявила Мария Тарасовна, почувствовала, что гневаться на то, что она влезла в наш разговор, я не собираюсь, и добавила: — Своего кролика держу на кухне. И духовку почти не выключаю. Чтобы было, откуда «потянуть» Огонь…

— У вас получится. Без вариантов… — пообещал я, и приободрившаяся женщина, засияв, начала убирать со стола.

В этот момент где-то на краю моего сознания мелькнула какая-то важная мысль, но поймать ее за хвост я не успел. Так как увидел на руке родительницы водяную перчатку и восторженно воскликнул:

— Освоила покровы? Поздравляю!

— Поздравляй обеих! — «грозно» потребовала она и мотнула головой в сторону Ани, сформировавшей точно такое же «украшение».

Поздравил. И захвалил. Благо, было за что. Но им не хватило. Поэтому мне были продемонстрированы все доступные варианты перчаток, неплохие ветерки и крошечные дожди. Вот до меня и дошло «самое главное»:

— Вы полностью разделили каналы?

— Да!!! — радостно выдохнула матушка и посерьезнела: — Поэтому Жизнь Ани стала как бы не вдвое сильнее. И я вся в предвкушении…

Я захвалил их по второму разу, в какой-то момент вспомнил, что когда-то собирался проверить, можно ли нагреть до шестидесяти градусов и выше плоть мага, и описал Лосевой боевую задачу. А после того, как она подняла воздушный покров, попробовал коснуться его тычковым ножом из Огня и после десятка экспериментов пришел к выводу, что до схлопывания защиты он не наносит никакого вреда.

Включившаяся фантазия предложила изыскать возможность проверки КПД атак в глаза, открытый рот и уши, но я отложил эти идеи в долгий ящик и вопросительно уставился на Марию Тарасовну, ворвавшуюся в гостиную в разы энергичнее, чем обычно.

— Олег Леонидович, к вам просится Лева Комлев. Говорит, что нарыл в Сети что-то важное.

— Пусть поднимается… — распорядился я, немного подождал, ответил на приветствие парня, нарисовавшегося на пороге, и пригласил за стол. А после того, как он сел напротив, предложил начинать.

— Олег Леонидович, Анастасия Юрьевна, часа четыре тому назад некий анонимный аналитик выложил в Сеть статью с говорящим названием «Юный глава независимой ветви рода Беклемишевых — баловень судьбы или все-таки карающий меч Императора?» Не знаю, соответствуют ли действительности приведенные в ней данные, но после прочтения этих материалов создается стойкое впечатление, что любые попытки перейти вам дорогу заканчиваются одинаково фатально. Причем как для устоявшихся криминальных структур, так и для крупных дворянских родов. Но самый жуткий эффект производит финальный список известных аристократов, попавших под каток карающей машины правосудия после конфликтов с вами — он начинается с фамилии экс-министра обороны и заканчивается фамилиями главы рода Поликарповых и всех трех его сыновей, осужденных вчера утром. Видимо, поэтому эта статья уже скопирована более шестисот тысяч раз, а в обсуждении выводов так или иначе отметилось порядка шестнадцати миллионов наших соотечественников.

— Вы отправили копию этой статьи на мою почту? — поинтересовался я, и Комлев торопливо кивнул:

— Да, конечно! Вместе с описанием одиннадцати сомнительных методик инициаций в Природу, Землю, Свет и Тьму, видеозаписями двадцати шести заклинаний и двумя статьями, в которых описываются интересные алгоритмы раскачки магических умений. Но все эти материалы могут и подождать. А эта статья — нет. Хотя бы потому, что после девяти утра по времени Белоярска вам могут начать звонить всякие-разные заинтересованные лица, а значит, вы, как мне кажется, должны хотя бы понимать, с чего им вдруг захотелось вас обаять.

— Толковое решение… — заявил я, почувствовав, что он волнуется. И добавил: — Большое спасибо. Свою первую премию вы уже заработали.

Двадцатичетырехлетний парень вспыхнул, как мальчишка:

— Олег Леонидович, я старался не ради премии! Мне… мне просто очень нравится новая жизнь, и очень хочется быть по-настоящему полезным.

— Это однозначно радует… — без тени улыбки сказала матушка. — Но ваш господин воздает сторицей не только за зло…

…Статья, которую нарыл Комлев-младший, не врала. Да, раздувала мою опасность для всех и вся, но делала это, настолько толково интерпретируя реальные факты, что мы с матушкой заподозрили за этим вбросом игру какой-нибудь спецслужбы и… решили не задуряться. Поэтому изменили режимы фильтрации входящих звонков, проштудировали все остальные материалы, подготовленные Львом Романовичем, обсудили самые перспективные идейки и занялись своими делами. Моя родительница и Лосева ушли лечить плечо, а я провел пятую плановую инициацию: помог женам двух бывших СБ-шников Державиных «взять» безумное, на мой взгляд, сочетание стихий — Воду, Огонь и Молнию. После чего перебрался в свой спортзал, хорошенечко размялся, не стал бинтовать руки, чтобы поработать еще и над регенерацией, зарубился с любимой «подушкой» и… на первом же рывке обратил внимание на то, что он стал заметно длиннее.

Взгляд в себя активировал сразу после того, как разорвал дистанцию, вдумчиво осмотрел свою энергетическую систему и пришел к выводу, что профессор Ковалевский был прав: посмертный энергетический импульс ядра синявки вызвал направленные мутации сразу трех магистральных каналов — «головного» и «ножных» — и нескольких кластеров периферийных. Кстати, последние продолжали ветвиться и обретать настолько красивую структуру, что я решил поучаствовать в процессе, «сел» на Воздух и начал перемещаться. Одними рывками. Стараясь прыгнуть как можно дальше в том числе и за счет энергии, «нагнетаемой» в видоизменяющиеся кластеры.

Что самое забавное, идея оказалась рабочей: за двадцать четыре минуты издевательств над собой-любимым я удлинил единичное перемещение до двух метров тридцати шести сантиметров и укоротил время восстановления до трех секунд. Увы, потом ветвление закончилось, и прогресс встал. Но я гордился собой… до тех пор, пока не вспомнил зайца-беляка и не сравнил длину своего недо- рывка с тем, который походя продемонстрировал зверек, весящий раз в двадцать меньше меня.

Тут эйфорию как ветром сдуло — я открыл архив записей, создал новую, назвал «Методика работы с энергетикой после убийства магически одаренного зверья» и изложил свои соображения. Потом вдумчиво прочитал текст, внес два исправления, сохранил файл, поймал за хвост еще одну интересную идею и позвонил Жарову. А через четверть часа забрал у его сына молоток и четыре обычных гвоздя-сотки, поблагодарил за оперативность, отпустил заниматься своими делами и доработал щиты. Как? Вбил в центр каждого по гвоздю. После чего встал перед «подушкой», закрыл глаза, почувствовал эти железяки и какое-то время пошмалял в них разрядами, не двигаясь. Более-менее освоив это упражнение, добавил обычные смещения вправо-влево. И пусть ощущение направления на цели стало «рваться», зато через два часа работы над собой я научился лупить по гвоздям, не глядя. И попадать даже в том случае, если они «оказывались», к примеру, за спиной.

Стало получаться шарашить по ним же и другими заклинаниями — перед обедом я десять раз подряд отработал «вслепую» по всем четырем щитам связками туман — разряд и «добил врагов» воздушными лезвиями. Поэтому счел тренировку успешной, поднялся к себе, ополоснулся, переоделся, привел себя в порядок и вспомнил об обещанных, но так и не разосланных премиях. И исправился — созвонился с Жаровым, поставил «боевую задачу» и дождался прилета банковских реквизитов бойцов дежурной смены и тревожной группы. А потом перечислил первым по двадцать пять тысяч рублей за обнаружение портала, а вторым — по пятьдесят «боевых». Поощрил и Комлева-младшего. «Пятеркой». Затем закрыл «банк-клиент» и качнулся, было, к двери, но поймал за хвост еще одну чрезвычайно важную мысль и торопливо набрал Голицына.

Он принял вызов после второго гудка и сходу поинтересовался, правда ли, что попытка подойти к вертолету с уже раскрученными винтами может вызвать инициацию в Воздух.

— По этому поводу и звоню… — признался я. — Да, это правда. И если вы не хотите усложнить процесс обретения трех стихий, то постарайтесь этого не делать.

— Понял. Не буду… — твердо пообещал он, поблагодарил за объяснения и сообщил, что вот-вот выедет в аэропорт, соответственно, прилетит в нашу усадьбу ближе к десяти вечера.

— Баньку раскочегаривать? — поинтересовался я, выслушал ожидаемый ответ, пожелал спокойной дороги, сбросил вызов, убрал телефон и отправился к матушке…

…Вторая половина дня прошла приблизительно в том же ключе, что и первая — после трапезы я час похолостил оружие, потом сбегал на стрельбище и выполнил обязательную норму контролируемых выстрелов, провел занятие для магов, инициировавшихся до среды включительно, порадовался первым успехам, погонял «своих дам» в нашем спортзале и еще немного поработал над собой. Только на природе: вернулся на стрельбище, на котором не было ни души, и уделил внимание одной из трех стихий, которые демонстрировал слугам — Воздуху.

Чем занимался? Шлифовал площадные заклинания — сначала добивался максимально быстрого формирования смерча и мясорубки, затем добавлял в последнюю «дополнительные» лезвия, а последние четверть часа тренировки раздвигал горизонты. То есть, пытался увеличивать радиус области контроля «на практике». Этим же делом занялся и после ужина, но уже в компании мамы и Анны Филипповны. И совершил очередной качественный прорыв — понял, как усиливать чужие смерчи. Вот и заигрался. В смысле, перестал следить за временем. Так что вспомнил о скором прилете Голицына в тот самый момент, когда завибрировал телефон. Впрочем, в рабочий режим переключился, что называется, с полпинка, посмотрел на экран, принял вызов, выслушал монолог генерального прокурора, решившего сообщить точное время прибытия, и… поставил «боевую задачу»:

— Анатолий Игоревич, после того как вертушка приземлится, снимите верхнюю одежду и, если есть, пиджак, закатайте рукава рубашки, расстегните хотя бы пару-тройку пуговиц на рубашке, выберитесь наружу, закройте глаза и представьте, что растворяетесь в вихрях воздуха. Через какое-то время вас гарантированно накроет волной довольно приятных ощущений — солнечное сплетение «обожжет» жаром, а от кончиков пальцев всех четырех конечностей к формирующемуся ядру покатятся волны прохлады. Так вот, в этот момент вам надо будет выйти из прострации, забыть про свой багаж и рвануть за мной. В усадьбу. И, не задумываясь, выполнить еще несколько инструкций.

— А Петра Романовича попросить немного подождать?

— Нет: им займется один из моих егерей. Кстати, скажите, пожалуйста, какую стихию вы бы хотели обрести в комплекте с Водой и Воздухом — Огонь или Лед?

— Пожалуй, Лед.

— Тогда Огонь «дадим» вашему помощнику. На всякий случай… — решил я, мысленно посочувствовав генеральному прокурору, которому предстояло наведаться в хранилище.

Голицын согласился, заявил, что они готовы, и… поделился неприятной новостью: — Кстати, Олег Леонидович, мне только что звонил генерал Поляков — пытался выяснить, в котором часу я прибуду в Енисейск. Я заявил, что лечу к вам. Сочетать приятное с полезным, то есть, инициацию с охотой и отдыхом на природе. И удивился абсолютно неадекватной реакции на это решение: Мирон Андреевич с пеной у рта доказывал, что инициироваться не под чутким руководством его профессионалов смертельно опасно. И теперь мое желание выяснить, чем на самом деле занимается его служба, стало в разы сильнее…