Глава тридцать вторая

Послесловие перед битвой

Москва. Кремль. Кабинет императора.

22 июня 1898 года

И пусть за тонким абрисом лета

Вас догонит где-то вдали

Ржавый дым горящего вельда,

Горький ветер нашей земли'.

(Медведев Олег «Марш Трансвааль»)

Помнится, в одном старом советском фильме, если не ошибаюсь — «Красная площадь», бывший анархист из флотских, высказал одну гениальную мысль: время — это бельгийская красная резина. Его можно растянуть, чтобы хватило на все, была бы сила. Золотые слова, их бы Богу в уши, но пока не смотря на все героические усилия, у нас постоянно возникало ощущение, что мы не успеваем к ней подготовиться. Мы — это тройка людей из будущего, а что касаемо её, так речь идёт о второй Англо-Бурской войне. И как назло, по всему выходило: чтобы мы не делали, а итог ее будет для буров не самым удачным. Сегодня — двадцать второе июня, для тех, кто родом из СССР, эта дата имеет сакральное значение. И на память приходят вот эти строчки из песни: «двадцать второго июня, ровно в четыре часа Киев бомбили, нам объявили, что началася война…». Положим, что матери городов русских пока никто не угрожает, а вот бурам… сколько еще им драться, не шутя и на смерть? И рано или поздно — но введут в Капскую колонию свои линейные батальоны, блокируют захваченный бурами Кейптаун с моря, высадят десант. И очень скоро потомкам голландских мореплавателей придется превращаться в партизан. Да только Ковпака у них нет! И Че Гевары тоже!

Мы, это попаданцы: Полковников, император Александр Михайлович (Сандро) и император в отставке Михаил Николаевич. Кроме нашей тройки, которая точно собирается дважды в год: двадцать второго июня и девятого мая, на этом импровизированном совещании присутствуют генерал-фельдмаршал Скобелев, генералы Милютин (ощутимо сдал, но еще держится, да и голова у него по-прежнему светлая), нынешний военный министр Ванновский и его товарищ (сиречь — заместитель) Куропаткин. И речь идёт о скорбном состоянии дел на Юге Африки. И ведь сделано нами не мало! Для начала Россия взяла в аренду на шестьдесят лет порт Лоренсу Маркеш. Это португальский городок с достаточно удобной бухтой в Индийском океане. И мы там создали военно-морскую базу, нет, ничего такого серьезного, но кое-какие укрепления поставили, канонерская лодка на страже порта стояла, парочка военных кораблей демонстрировали российский флаг. Ну и трампы разгружались: завозили грузы, людей. Именно через этот порт в бурские республики потекла волна новых колонистов: голландцев и немцев. И этого оказалось достаточным, чтобы Родс и его подельники решили выступить почти на год раньше, чем в ТОЙ истории! Ну и «отдыхающие» русские офицеры и, особенно, казаки — люди вольные, готовые подраться, особенно за долю в трофеях. Оформили им отпуска по состоянию здоровья, а тут, на берегу Индийского океана, лечиться очень даже приятственно.

— Если же суммировать всё выше сказанное, то на сегодня ситуация, следующая: общее население бурских республик — порядка 350 тысяч человек, из них около 100 тысяч — ойтлендеры-англичане, которые бурам не друзья. То есть мобилизационный потенциал рассчитывается из количества в 250 тысяч человек, то есть максимум, бурские республики могут выставить 50 — 75 тысяч ополченцев. Правда, все они хорошие стрелки, но и только! Кроме того, они могут надеяться на поддержку примерно 100–120 тысяч потомков голландцев, которые проживают на землях британской империи, в основном, Капской колонии. Это еще, максимум, десять тысяч ополченцев. Инсургенты из Европы и Америки — почти две тысячи человек, немецкий контингент советников тысяча триста человек, в основном офицеры и младший командный состав, русский контингент — четыре тысячи советников (офицеров) и казаков, больше всего пластунов, меньше — кавалеристов. На начало боевых действий британский экспедиционный корпус составлял порядка 30 тысяч человек. Буры действовали решительно и энергично, смогли нанести англичанам несколько серьезных поражений, взять три крупных города: Мафекинг, Кейптаун и Кимберли. Это самые большие достижения буров. Более-менее успешно идет осада Ледисмита, а это перспектива выхода на Питермарицбург и далее на Дурбан — самый важный опорный пункт англичан в Южной Африке. Вся проблема в том, что если в Дурбан сумеют перебросить дивизии из Индии, то вся затея буров, которые слишком долго тянут с Ледисмитом может стать пшиком. Колониальные войска их просто в блин раскатают! Буры смогли взять Колсберг благодаря поддержке местного населения, но опять застряли у Мидделбурга.

— Что мы предприняли и каковы наши силы на юге Африки? — спросил Сандро.

— Гарнизон Лоренсу Маркеш составляет два батальона пехоты, две артиллерийские батареи: 105-мм гаубиц и 130-мм морских пушек, сотня казаков, при шести пулеметах Максима. Канонерская лодка «Выдра» с двумя 130-мм пушками, четыре сторожевых катера и одна малая миноноска. Кроме того, на рейд порта прибыл корабль Особой эскадры — контейнеровоз «Ключевский». Он оснащен двумя малыми подводными лодками, которые при помощи кранов спускают на воду. Мы помогли бурам организовать тайную базу катеров-миноносок на Мадагаскаре, в португальских владениях.

— И как это нам удалось? — поинтересовался Михаил Николаевич.

— Их премьер-министр Рибейру получил приличную сумму… скажем так… благотворительных взносов с сопроводительным письмом от князя Хованского (оно же взятку). Благодаря нашей финансовой поддержке он сумел удержаться у власти и немного нам признателен. — пояснил ситуацию Полковников.

— Со стороны Германии, в порт Людериц пришел еще один корабль-матка Особой эскадры «Имперец». В его трюмах ли укрыты четыре минных катера и пара артиллерийских сторожевых катеров, которые мы официально передали бурам. Они вроде как базируются в устье реки Оранжевой, но сами понимаете, кто где прячется и кто стоит там у штурвалов. Надо сказать, что немцы прислали в Людериц легкий крейсер и парочку эсминцев. И Лондону это не понравилось. Во всяком случае, это буры напали на транспорты с английской пехотой, кого потопили, кого пленили, сами захватили несколько кораблей, так называемых «Королев», что шли совершенно без конвоя, уверенные, что в Индийском океане им опасаться некого! А потом погрузились на сиих «Королев» и взяли изгоном Кейптаун!

— За эту операцию контр-адмиралу Макарову присвоить вице-адмирала! Заслужил! — резюмировал Сандро. — И как все-таки вы оцениваете положение буров, Пётр Семёнович?

При этих словах императора Ванновский вздрогнул, потом как-то подобрался и решительным голосом произнёс:

— Как абсолютно безнадёжное!

— Ну вы и удивили! Почему?

— Разрешите мне, Ваше Величество! — подал голос Куропаткин.

— Прошу, Алексей Николаевич, ваше мнение весьма интересно… — согласился император.

— Ресурсы Британской империи и бурских государств несопоставимы. Уже сейчас лаймы готовят переброску десяти пехотных дивизий из колоний: по четыре из Индии и Канады и две — из Австралии. Эти дивизии колониальные, неполного состава, но вооружены до зубов. По нашим расчетам — это порядка 90–100 тысяч штыков. Им далеко до войск метрополии, но просто число их более чем внушительно. Во-вторых, техническое превосходство! У буров своего производства оружия нет в принципе. Артиллерия, в основном, германского производства, немного нашего, винтовки Маузера, патронов не производят! Даже патронов к винтовкам! А промышленность Британии готова завалить оружием половину мира! Вот и бомбёжка с воздуха позиций буров может стать реальностью, ибо лайми всё-таки сумели на нас глядючи, построить несколько дирижаблей. Они, конечно, по сравнению с нашими последними секретными моделями выглядели этакими гадкими утятами, мягкой конструкции, но были вполне способны скинуть на городки или войска буров несколько ящиков с взрывчаткой. Тем паче, что пока не существовало никаких конвенций или деклараций о запрете сбрасывания снарядов или взрывчатки с воздушных шаров или иным образом. А даже если бы и были? Когда случалось такое, что самые суровые запреты и самое честное слово ограничивали выбор средств благородными джентльменами? Тем более. что в выборе средств они не намерены ограничивать себя ни на грош! А сколько звучало призывов к мировой общественности заклеймить буров как военных преступников, кои пошли на применение против британских джентльменов в военных мундирах, разрывных пуль запрещённые Санкт-Петербургской декларацией 1868 года. Можно было бы лишь приветствовать такую приверженность международному праву, если бы не одна маленькая деталь. Эти боеприпасы были трофеями, которые буры захватили в ходе сражений именно у самих британцев. Но зачем обращать внимание на такую мелочь? Главное же в том, что островитяне готовят в поход значительные силы флота. Они всерьез задумались отбить Кейптаун, и не допустить захвата Дурбана. Кроме того, в самой метрополии призваны новобранцы, которых сейчас усиленно обучают, это еще десять дивизий, но уже полноценного состава, что даст лимонникам еще полторы сотни тысяч штыков на бурском фронте. И опять — никакой проблемы с вооружением.

— Ваш прогноз? — слишком спокойно поинтересовался император.

— Буры еще несколько месяцев смогут продолжать успешные операции против британцев. Но… за год, примерно, произойдет резкая смена парадигмы войны: британцы начнут медленно, но уверенно одерживать верх. Пусть с огромными потерями, но будут побеждать! Тогда неизбежно сопротивление в Трансваале будет сломлено! Единственный шанс бурских республик в такой перспективе — начать партизанскую войну, стараясь нанести бриттам такие потери, что война станет для них крайне невыгодна. Это могло бы сработать, если бы не золото и алмазы Юга Африки! За эти куски мировых сокровищ лаймы будут драться яростно и не считаясь с потерями!

— Сколько может продолжиться партизанская война? — поинтересовался экс-император Михаил Николаевич.

— Сказать сложно: год, и два, но не более трех лет. И всё зависит от мер, которые будут предпринимать британцы, против буров, а то, что церемонится они не будут — так это абсолютно точно.

Михаил Николаевич, который не так давно бросил курить (несмотря на то. что отец нынешнего императора отличался завидным здоровьем, желание пожить подольше у него все-таки присутствовало) решительно подошел к карте, долго смотрел на нее, после чего произнёс свой вердикт:

— Эта война еще и испытание нашего союза с Германией! Ни мы, ни немцы не готовы противостоять британцам на море! Пока не готовы! Мы только обкатываем действие нашего непрямого ответа на морскую силу островитян — подводный флот. У германцев его нет пока что вообще! Наша сверхзадача состояла не в том, чтобы дать британскому льву в виде их экспедиционных войск пинка по филейной части, а показательно разгромить, пленить или уничтожить совместными усилиями России и Германии. Подлецов можно побеждать лишь ответной подлостью, но на это не всякий способен. А подлость, это излюбленное оружие британцев. И за примером далеко ходить не нужно. Немецкие камрады из разведки пару месяцев назад поделились информацией об исчезновении германского трампа, который вёз груз оружия для буров. Причём объяснить сей инцидент штормом или иными природными явлёными было невозможно. А вот уход из Кейптаунского порта бронепалубного крейсера 3-го ранга «Феб» за несколько дней до прогнозируемого прибытия вышеуказанного трампа в пункт назначения, а затем возвращения обратно, позволяет предположить, что курсы этих кораблей пересеклись со всеми вытекающими от этой встречи последствиями. А посему, заблаговременная отправка в район будущих боевых действий двух российских пароходов из Особой эскадры с официально заявленной целью проведения гидрографических исследований, была как нельзя кстати. Особенно, учитывая на их борту несколько минисубмарин а вот дистанционно управляемых катеров-носителей взрывчатки конструкции Тесла они с собой не прихватили. Я считаю, что зря!

Михаил Николаевич сделал небольшую паузу. Надо сказать, что пароходами эти корабли Особой эскадры только лишь числились, а реально на них стояли дизеля что позволяло резко повысить их автономность, да и скорость они могли выдать поболее, чем иные крейсера Royal Navy. Объяснялся сей феномен новыми обводами корпуса и еще рядом инженерных и конструкторских хитростей, кои, естественно, не анонсировались. А для посторонних глаз, парочка фальшивых труб придвижении могли изрыгать клубы дыма. Кстати, авторство идеи сего камуфляжа принадлежало именно Сандро. Он припомнил, что в СССР при съемках многосерийного фильма «В поисках капитана Гранта» так поступили со шхуной «Кодор», которая изображала яхту «Дункан». На ней стояли нефтяные двигатели «Болиндер». А «Дункан» обязан изрыгать клубы пара! Вот так и обошлись! Естественно, официально заявленные ТТХ в части скорости и автономности были занижены. Условия обитаемости для экипажа также выгодно отличались от принятых в это время. И, наконец, вишенка на торте. Во избежание попыток всяких нехороших и излишне любопытных просвещенных мореходов провести их досмотр, эти корабли имели статус учебных и официально числились в составе Императорского Военно-морского флота, что предполагало наличие Андреевского флага, артиллерийского вооружения, радиостанции и прочих атрибутов, подтверждающих их полный иммунитет. В данный момент, на них помимо экипажа наличествовало по паре взводов морпехов, и по такому же количество десятков специалистов широкого профиля, способных придумывать и создавать для потенциального противника пакости разного масштаба. Гардемаринов, по вполне понятных причинам, на борту не было, зато в трюмах находилось масса полезных на войне вещей.

Весьма неплохо прошли переговоры с президентом Трансвааля Паулем Крюгером. Дядюшка Пауль, осознав, что в данной ситуации Россия и Германия действуют совместно, пошел навстречу практически по всем вопросам, включая и размещение на территории Южно-Африканской Республики нескольких изыскательных экспедиций, в качестве охраны которых использовались казаки. Кстати, среди последних было немало староверов, сумевших на почве религиозности, быстро найти взаимопонимание с бурами. Всё шло прекрасно, кроме одного: «местные товарищи» отличались поистине ослиным упрямством в вопросах об отношении к так называемым «кафрам», то есть — чернокожим. Конечно, были некоторые послабления для полукровок, то бишь рождённым от бура-отца и крещенной негритянка-матери, ибо как сказано в Новом Завете: «несть ни эллина, ни иудея». И эти счастливчики после достижения шестнадцати лет могли вступать добровольцами в Государственную артиллерию Трансвааля, в которой и так хватало иностранцев. Но гораздо чаще большинство буров, хотя и не читали Цицерона, действовали исходя из его постулата: «Exceptio probat regulam in casibus non exceptis» (исключение подтверждает правило в не исключённых случаях) и хватались за карабин при первом же намёке о послаблениях для кафров. В то же время, на острове зря время не теряли. В британских газетах прожжённые борзописцы красочно комментировали дискуссию о бедственном положении африканцев и о святом долге белого джентльмена принести им свободу от грубых и кровожадных буров. А дядюшка Пауль при попытках эмиссаров из России и Германии завести разговор на эту скользкую тему лишь разводил руками и цитировал библию.

Честно говоря, мы рассчитывали переломить ситуацию передав ему личное послание от отставного бригадного генерала северян и действующего генерал-майора Российской Императорской Армии Турчанинова. Вы не ослышались, речь действительно идёт о Безумном казаке и Русском громе, который в хвост и гриву громил войска конфедератов. Если в нашем бывшем мире, этот талантливый офицер на закате жизни зарабатывал на пропитание игрой на скрипке и скончался в больнице для душевнобольных, то здесь государь Михаил Николаевич в ответ на покорнейшее прошение о возврате на Родину изволил передать следующее: дозволяю полковнику Турчинову и его супруге вернуться в Россию. Но если он подберёт сотню-другую ирландцев, готовых при случае пустить кровь детям Джона Булля, то быть ему генералом! В результате мы одновременно вернули к активной жизни талантливого теоретика и практика военного дела предоставив ему место в Академии Генерального штаба и пополнили контингент спецов для операций в Южной Африке. Кстати, хитроумный Полковников в рамках изучения русского языка предложил бравым Пэдди выучить песню «Дьявола нет». И вскорости, ребята с удовольствием горланили: «Одни говорят, что дьявола нет, что дьявола нет, что дьявола нет, что он подох вчера в обед, и был зарыт на псарне. „Всё это не так“, — другие твердят, — „Он жив, как тысячу лет назад“. Они говорят, что он солдат Сраной британской армии…». Но даже его красочное описание о том, как привлечение негров на сторону федералов помогло разгромит южан, осталось гласом вопиющего в пустыне.

— Вижу всего два выхода из этой ситуации: война в союзе с Германией в защиту независимости буров, при этом отрезать от южноафриканских владений британцев самые лакомые куски! Такой удар по своим кошелькам лаймы будут переносить весьма болезненно. Или же дать англичанам увязнуть в Трансваале, а самим нанести отвлекающие удары! Вопрос только где их мы с немцами будем «гасить».

— Здравая мысль, Ваше Величество! — обратился Сандро к отцу. Нам необходимо проработать оба сценария развития событий. Михаил Дмитриевич! — обратился император к Скобелеву. — Помнится, мы говорили об операции «Бросок через горы»? Так вот, тогда это были просто разговоры. Сейчас — попрошу разработать план этой операции, рассчитать необходимые силы и средства.

— Будет сделано, Ваше величество! — отрапортовал Белый генерал.

— И Алексей Николаевич[1], с которым вы сработались еще в Туркестане, вам в помощь!

Куропаткин согласно кивнул головой, подчеркивая готовность выполнить любую поставленную перед ним задачу.

— А вас, Пётр Семёнович и вас, Дмитрий Алексеевич — прошу организовать небольшую рабочую группу при военном министерстве и разработать принципиальный план совместных действий с германцами на Юге Африки. А там, как Бог даст, так и будем действовать! — подвел черту под сегодняшним совещанием Сандро.

Как только тройка попаданцев остались в кабинете сами, как Сандро направился к секретеру, вытащил оттуда бутылочку классической русской водки, сорокаградусной крепости (скажем спасибо товарищу Менделееву!) и разлил в три стопки.

— Ну что, в сей день скорби… — Сандро выдержал небольшую паузу, собираясь с мыслями. — Помянем героев, голову сложивших за Отечество!

Выпили, как положено, не чокаясь. Они хорошо знали, что главная их цель — сделать так, чтобы Россия прошла свой путь без страшных катаклизмов революций, Гражданской войны, а самый лучший вариант — еще и без двух мировых войн! Закусили дольками лимона и небольшими бутербродами с селедочкой — ничего больше в секретере на такой случай не отыскалось.

Аккуратно постучали — наверняка что-то срочное, иначе бы государя потревожить вряд ли бы посмели. Адъютант несмело заглянул и произнёс:

— Срочное сообщение! Ваше величество! Вы просили о таком сообщать немедленно!

— Что там случилось, Егор Прокофьевич? — как можно сдержаннее спросил Сандро.

— На рейде Гаваны взорвался броненосец «Мэн»![2] Вашингтон выкатил ультиматум Мадриду! Мир накануне новой войны!

— Это что, заголовки газет? — поинтересовался Михаил Николаевич.

— Никак нет, Ваше Величество! Это заголовки телеграмм в наш МИД.

— Мы поняли, свободен. — произнес Сандро и добавил: — Что-то господа пиндосы долго мялись, прежде чем начать.

В конце-то концов, что там взрыв старенького броненосца, если тут взрослые серьезные мужчины заняты поминовением неродившихся усопших?

Выпили, так же не чокаясь, еще по одной, Сандро выудил из ящика стола несколько ссохшихся карамелек. Все втроем улыбнулись, насколько от этого пахнуло ИХ временем, кто пробовал, тот понимает, как и чем закусывала интеллигенция в советское время и первые «свободные» годы. И третья хорошо пошла под карамельку. Дружно посчитали, что этого достаточно. Сандро стал убирать следы прошедшей битвы с зеленым змием, как в кабинет вихрем ворвался адъютант императора:

— Ваше величество! Там к вам рвется Иоанн Кронштадтский. Он чем-то весьма возбужден. Там солдатики по моей просьбе под благословение стали, так надолго они его не задержат…

— Понял, Миша. Пускай его!

И в этот момент дверь без стука распахнулась и в кабинет не вошел, но ворвался отец Иоанн Кронштадтский.

[1] Куропаткин был начальником штаба у Скобелева.

[2] В РИ взрыв броненосца случился 15 февраля 1898 года, у нас американцы тянули, по неизвестной автору причине.