Хотелось прыгнуть к Лере, сгрести в охапку, обернуться волком и унести ее с ребенком в лесную чащу, где никто помешать нам не сможет.

Но я лишь вздохнул да пошел провожать женщину, не выходившую из моих мыслей ни днем, ни ночью.

— Вечером вернусь, там и поговорим — Сказал ей, да себе заодно. Осталось дожить, охотники за такими, как я, наводнили наш лес так, что и шишке свалиться на землю нельзя было. Везде их ловушки стояли.

Совсем не помнил, как обратно возвращался, краем уха слыша издевки в свой адрес от сидевших на завалинке парней.

— Серый! — не выдержал Илья, закадычный мой дружок. — Купаться сегодня с нами пойдешь? Марья твоя собиралась, сказала, что и ты не против.

— Занят буду! — буркнул, проходя мимо.

— Кем? — расхохотался в спину друг. — Она вдова, с ребенком. Зачем тебе? Марья-то вся твоя будет. А эта уже чья-то была.

Злость алой тряпкой застелила глаза, в венах кровь вскипела, я развернулся, подскочил к уже бывшему дружку и зарядил ему кулаком прямо в улыбающуюся физиономию

— Серый, стой! — закричал еще один приятель, налетая на меня сзади, когда другой из нашей ватаги мертвой хваткой вцепился в Илюху.

Нас растащили по разным сторонам, словно собак драчливых, пытающихся вырваться из оков и вцепиться друг другу в глотки.

— Угомонитесь! — рявкнул Андрюха — пятый в нашей команде, выливая на нас ушат холодной воды, вымочив всех четверых до нитки.

Злость прошла, оставив после себя тяжелый шлейф вины.

— Прости, Бор. Не думал, что все настолько серьезно. Она же всего ничего здесь, а ты вон как реагируешь. — Смахивая с лица кровавые сопли, виновато произнес Илья.

— Сам не знаю, что со мной. — Проговорил, тяжело опускаясь на завалинку и запуская в волосы пятерню. — Ребят, возьмите сегодня Марью на себя, а завтра все ясно станет. Мне лишь этот вечер нужен.

Вскинул голову, переводя взгляд с одного на другого. Те согласно кивали, переглядываясь между собой.

— Хорошо. — Отозвался Илья, хлопая себя по коленям, — Но уговор, мы первые в трактир придем, кабачок есть.

— Договорились! — так обрадовался, что даже в голову не пришло — заведение-то не мое, все может случиться. — Спасибо! — развернулся, направляясь к родительскому дому, у которого меня уже ждала Мария.

— Идем купаться? — позвала, приближаясь ко мне почти вплотную, беззастенчиво подставляя губы для поцелуя.

Сделав вид, что не заметил ее маневра, просто обошел, бросив напоследок, что сегодня занят, а ребята с девчатами будут рядом с ней. Переживать не о чем.

— Тогда с тобой останусь. — Маша не отставала, следуя по пятам. — Помогу, с вечерней дойкой, а потом гулять пойдем.

Я даже челюсти сжал так, что едва зубы крошиться не стали, чтобы грубость какую не сказать

Остановился посреди ограды и развернувшись к ней, улыбнулся, стараясь не показать совершенно других чувств, бушевавших в груди.

— Не стоит. Мне Серафим поможет, а ты ступай, завтра увидимся.

— Обещаешь? — Ее шаг вперед, мой назад.

— Да, завтра поговорим.

— Хорошо, Серенький. — Она быстро подскочила ко мне, прижимаясь своими губами к моим, сомкнутым так, что и не знаю, было ли их вообще видно.

Оторвалась, взглянула с укоризной и выпорхнула на улицу, оставляя после себя чувство горечи и просыпающейся тревоги, что мне вечер приготовил?

Весь день был как на иголках. Внутренний зверь, с первыми признаками полной луны, собиравшейся взойти на небосклоне, рвался на волю. Но его время еще не пришло, мое еще тикает.

Облачившись в свежую рубаху, да серые льняные брюки, пригладив рыжие волосы, подошел к дому той, что ни на секунду не покидала моих мыслей. Что скажет? Как поведет себя? Как отреагирует на то, что хочу предложить?

Дождь, собиравшийся с раннего вечера, начал накрапывать, грозясь перейти в ливень, а слабые раскаты грома, доносящиеся издалека, предупреждали, что скоро придет гроза.

— Уф-ф-ф. — Выдохнул, толкая приоткрытую калитку, понимая, что такого не должно быть. Лера ее запирала, я точно слышал шарканье задвигающейся щеколды.

— Мама! — Взмыл в небеса громкий испуганный крик Агаты