Вот это уют. Снаружи ревет ледяной ветер и бушует залив; внутри печка мурлычит симфонию осины и клена, а под ней Горчица вылизывает свое прекрасное семейство.

Большой Сэм глубоко вздохнул от удовлетворения. Им с Маленьким Сэмом многое предстояло обсудить: инциденты, которые они могли обсуждать со спокойной отстраненностью тех, кто не играл в клане большой роли. Например, чье имя было в письме, которое съела свинья Денди. Поразительное чудо выздоровления Лоусона Дарка. То, что Джослин Дарк преодолела свое затянувшееся дурное настроение. Свадьба Питера и Донны и все предполагаемые расходы Утопленника Джона. Все, что произошло или не произошло в клане из-за кувшина тети Бекки. И какая-то удивительная байка о том, как черная кошка Уолтера Дарка упала в чан с бензином и выбралась оттуда белой.

Гороховый суп был воистину божественным.

В конце концов, серьги очень даже шли Маленькому Сэму. Уравновешивали усы, если можно так сказать. А Аврора… Но что это с Авророй?

– Что это ты сотворил со своей старой лепной нечестивицей? – требовательно спросил Большой Сэм, со стуком поставив недопитую чашку крепкого чая на стол.

– Выкрасил ее бронзовой краской, – гордо ответил Маленький Сэм. – Выглядит очень изысканно, не находишь? Я знал, что рано или поздно ты таки прошмыгнешь домой, и решил показать тебе, что уважаю твои принципы.

– Тогда соскреби все это, – твердо сказал Большой Сэм. – Думаешь, я стану терпеть здесь нагую негритянку? Если уж смотреть днями напролет на голую женщину, то пусть уж ради приличия она будет белой.