Без сомнений, процесс был не быстрым. Кхаласар разбился на несколько поменьше, новые кхалы обзавелись кровными и повели своих людей в бой, но были разбиты так же, как и Дрого до них. Змее вновь срубили голову. Процесс повторялся из раза в раз, до тех пор, пока орда не разбилась на тысячи ватаг, редко превышающих сотню человек каждая. Они разбрелись по лугам Простора и Речных земель, пытались укрыться в Королевском лесе и предгорьях Красных гор.

Самые умные из лидеров ватаг повели своих людей в Дорн или к побережью Штормовых земель, чтобы попытаться нанять корабль, который переправит их через солёную воду в обмен на часть награбленного и рабов. Многие сгинули в пути, а погрузившиеся на судна «счастливчики» вскоре оказались не в родных степях, а на невольничьих рынках Эссоса в качестве товара. Награда нашла своих героев.

Зверства остатков орды, которой было больше не за что воевать, оказались неописуемо жестоки и кошмарны. Их пик пришёлся на период сражения с Иными, когда простой люд некому было защитить. Барды пели песни о дикарях, которые видели лишь презрение в глазах немногочисленных солдат короля, попадающих к ним в плен. Презрение, но никакого страха, ведь только так на них мог смотреть свободный человек. Но куда было дотракийцам понять, что такое свобода.

Прошли годы, прежде чем эта проблема была полностью решена. Стены из голов кочевников украсили королевские дороги, способные работать взрослые дотракийцы отправились в шахты, трудом искупать преступления против государства. Стариков просто казнили.

Монарх смилостивился над женщинами и детьми, позволив Кошмарному Волку попытаться их ассимилировать. Прошло время, и спустя пару десятков лет о дотракийцах напоминали лишь новые породы выведенных в Закатных королевствах лошадей и бронзовокожие простолюдины, матерей которых в своё время успели «потоптать» кочевники.

Некоторые вестеросцы даже находили получившуюся в результате подобного смешения кровей внешность до странного привлекательной. Тут и там в государстве возникали очаги гонений против «дикарских детей», но тут же подавлялись силами короля и его лордов. Быстро, решительно и жестоко. Монарх и его новый Мастер над законом не терпели нарушения последнего и защищали всех подданных короны.

Эпилог 2

Речные Земли

К моменту коронации Эдрика Баратеона центральный регион его государства представлял собой откровенно жалкое зрелище. Огни религиозной войны и восстания против тирании Джоффри превратили большую часть королевства в руины, именно этот регион пострадал от войн больше всех прочих и именно ему была выплачена львиная доля ланнистерских репараций. Похвально, но сей факт скорее угнетал, чем поднимал речникам настроение.

Разорённые войнами, разобщённые и покинутые крестьянами, Речные земли стали прибежищем для разбойников и дезертиров всех мастей, а также лёгкой наживой для горцев и остатков дотракийской орды. Когда-то процветающий регион ждало множество трудностей, а зримое будущее виделось далеко не самым благоприятным.

Братство Соратников

Как только лидерами Ковенанта Зимы был утверждён кодекс, клятвы, правила, формальный суверен и обговорена возможность женщин нести службу, в Закатных королевствах был утверждён орден рыцарей-старобожников. Близнецы стали официальной резиденцией Братства Соратников, а все земли, ранее принадлежавшие дому Фрей, полностью перешли под его управление и защиту.

Король Эдрик и Вера были не в том положении, чтобы противостоять подобному решению, к тому же официальная религиозная доктрина старобожья не предполагала агрессивных религиозных войн с целью навязать кому-то веру предков, что в будущем лишило противников идеи формальных поводов для беспокойства.

Пусть земли дома Фрей по большей части и были опустошены войной, пошлины, взимаемые с путников и караванов за проход через Близнецы, смогли полностью обеспечить Братство на первом этапе его существования. Поначалу их было всего пять сотен, пять сотен мужчин и женщин, преданных вере своих предков. Они занимались обеспечением порядка, сопровождением караванов, отловом разбойников с дезертирами, а также восстановлением деревень на своей территории и её границах. Дочери Мары оказывали им свою посильную помощь, собирая пожертвования и заботясь об обездоленных.

Сначала речные лорды отнеслись к новым соседям скептически, но, как и любые прагматичные люди, вскоре начали извлекать из них пользу. Мир и порядок около границы с Перешейком позволяли перебросить солдат в более приоритетные места, а обеспеченная орденом безопасность торговли избавляла дома неподалёку от необходимости возводить сторожевые заставы.

Шло время, орден рос, обретал силу и политическое влияние. Когда мир и покой воцарились на всей бывшей вотчине Фреев, рыцари-старобожники вместе с Дочерьми Мары отправились дальше, южнее и восточнее, туда, где в них нуждались наиболее всего. Знамёна с чардревом, чьи ветви раскидываются так же далеко, как и корни вскоре виднелось на территории всех Речных земель, а надпись «под защитой Братства» у въезда в деревни отбивала всякое желания появляться рядом даже у неграмотных дотракийских ватаг.

Когда в регион в полной мере вернулся королевский мир и воцарился порядок, Братство Соратников расцвело во всей своей силе. Сотни идейных энтузиастов спустя десятилетия стали тысячами верных клятвам и обетам дисциплинированных вояк. Мужчины и женщины, дворяне и простолюдины, богачи и нищие стояли плечом к плечу, защищая веру предков и всех, кто не мог защитить себя сам.

Братство никогда не испытывало дефицита в новых рекрутах. Кто-то соблазнялся красивой формой и солдатским пайком, другие — социальным лифтом, дающим возможность обрести рыцарский титул и крохотный участок земли, кто-то бежал от гонений или просто желал начать новую жизнь.

Когда после Битвы за Рассвет нужда в ночном дозоре отпала, именно сюда отправлялись на службу младшие дети дворянских домов со всех концов государства. В их числе были и Дейны обоих ветвей. Героические деяния, военные победы и подвиги Соратников воспевались бардами и менестрелями в каждом из королевств материка.

Титос Блэквуд

В самое тяжёлое для региона время владыка Древорона возложил на свои плечи невероятно тяжкую ношу, став регентом Речных земель при Бране Старке, пока последний не достигнет зрелости и не закончит своё обучение. Проделав долгий путь от родного замка до Королевской Гавани, немолодой лорд увидел лишь руины некогда процветающего региона. Блэквуд принялся за работу без жалоб, вздохов и рефлексии. Мужчина прекрасно понимал, что за столь короткое время он попросту не успеет восстановить порядок и отстроить всё, что было разрушено. Зато он мог заложить основу всего этого для своего будущего зятя.

Понимая, что без денег ничего сделать попросту невозможно, лорд Титос использовал каждую выплаченную Ланнистерами в качестве репараций монету максимально эффективно. Восстанавливал обороноспособность замков и крепостей, чинил мосты и дороги, строил постоялые дворы и сторожевые заставы. Дабы беженцы вернулись, каждому, кто в своё время покинул Речные земли, была обещана крыша над головой, земля для обработки и освобождение от налогов на следующие пять лет.

Ввиду множества свободных замков, деревень и городков, ранее принадлежавших Фреевским и Таргариенском лоялистам, при дворе Древорона было не продохнуть от льстецов, подхалимов и лизоблюдов, которых не становилось меньше, даже несмотря на то, что Титос из раза в раз гнал их взашей.

По примеру Родрика Харлоу, Титос даровал освободившиеся земли людям достойным, образованным и амбициозным. Тем, кто был готов не покладая рук трудиться на благо своего региона. По большей части новая знать Железных островов и Речных земель формировалась из межевых рыцарей, нетитулованной аристократии, торговцев и городских элит. Сейчас это был наилучший вариант, пусть в будущем он и грозил конфликтами между старым и новым дворянством.

Зная, что он не справится со всем сам, Титос попросил помощи у старых союзников. Северяне в лице Дейнов Заката и церкви Старобожья откликнулись первыми. В народе поговаривали, что скорее из личной заинтересованности в порядке на территории Трезубца, чем из исполнения союзнических обязательств. Но в любом случае с их приходом северная часть Речных земель впервые за долгое время начала напоминать место, в котором появились ростки стабильности и безопасности. Люди Кошмарного Волка патрулировали и охраняли дороги. Дочери Мары кормили голодных и помогали обездоленным. Закон и порядок появлялись в местах все южнее и южнее Перешейка, но спасти весь Трезубец силами северян было попросту невозможно.

К моменту, когда Бран Старк вернулся в Риверран, фундамент его будущего правления был заложен. Сам же Титос Блэквуд был вписан в летописи, как человек, чья мудрость решимость и стратегический ум спасли Речные земли от окончательной катастрофы и полного упадка.

Брандон Блэкстарк

Третий сын Эддарда Старка предпочёл закончить своё обучение, прежде чем самолично браться за управление королевством. Бран продолжил нести службу в качестве оруженосца своего деда. Годы, проведённые бок о бок с ним в составе патрулей и карательных отрядов, стали для юного лорда школой мужества и справедливости, куда лучшей, чем огни религиозной войны и противостояния Юному Грифу. Вместе они охотились на вездесущих разбойников и дезертиров, верша над ними королевское правосудие и защищая от горцев с дотракийцами окрестные деревни.

Сей суровый опыт закалил юного северянина. Бран научился владеть мечом, копьем, луком и кистенем, убивать ими уверенно и без колебаний, вести за собой людей и защищать тех, кто не мог защитить себя сам. Посвящение в рыцари спустя пару лет скитаний по Речным землям было для Барана одновременно и грандиозной кульминацией взросления, но в то же время и всего лишь маленьким шагом на жизненном пути. Пути обретения славы и следования долгу. Долгу — восстановить регион, вернуть в его земли мир и защитить вверенный ему любимой матерью народ.

Когда леди Бетани Блэквуд вошла в возраст, Бран вернулся в Ривверан. Их свадьба и официальное основание дома Блэкстарк стала символом надежды для больших, малых и благородных домов Речных земель. После неё регенство лорда Титоса подошло к концу, Бран принял управление родиной матери в свои руки. Дом Блэквуд стал надёжной опорой его правления, а мечи Старков были готовы обеспечить этому самому правлению достаточное для полного укрепления количество времени.

Период правления Брана Блэкстарка запомнился восстановлением городов и деревень, укреплением обороны королевства, возрождением сельского хозяйства и рассветом речной и сухопутной торговли.

Брандон Блэкстарк описывался королевскими хронистами как лорд, который не только вернул Речным землям их былое величие, но и превратил их в символ справедливости и порядка. Место, где королевский закон защищал всех, вне зависимости от их сословия и происхождения. Его имя с уважением упоминали не только в Речных землях, но и за их пределами, как имя человека, что не прятался за спинами солдат и прислуги, а сам сражался за мир, закон и порядок, в которые верил.

Долина

Предатель совета, Ланнистеровская прошмандовка, шлюха Джоффри Беззубого, Хранитель на один раз, как бы ни называли в Долине Гарольда Хардинга, нужно отдать ему должное и заявить, что этот человек сполна воспользовался как своим временным положением, так и всеми ресурсами, которые корона нескончаемым потоком вливала в регион, дабы обеспечить его верность Железному трону в целом и оккупировавшим его Ланнистерам в частности.

Лунные горы и воды Узкого моря обеспечили региону полную защиту от религиозной войны и вторжения Юного Грифа, но никак не спасли его подданных от восстания Бейлиша. К концу Битвы за Рассвет Долина не лежала в руинах, как Речные земли или Железные острова, не была выжжена огнями партизанской войны и набегов, как Простор или Штормовые земли, но всё равно нуждалась в долгой, а главное кропотливой работе по своему восстановлению.

Как известно, Железный трон не стал требовать с лордов Долины военных репараций после восстания, но и денег на восстановление не выделял. Вернее выделял, но лишь в руки своих шлюх. Ныне же, когда на троне сидел новый король, а Ланнистеры ничего не были им должны, лорды Долины остались со своими проблемами один на один.

Как и Речные земли с Железными островами, Долина изобиловала замками, городами и деревнями, «внезапно» оставшимися без владельцев. В своём правлении Бронзовый Джон Ройс полагался на возвышение достойных благородных из древних семей с хорошей родословной, зачастую имеющих родство с влиятельными людьми из числа его вассалов.

Быть может, упрямый консерватизм не позволял ему доверить бывшим простолюдинам даже деревню, возможно, он просто не желал «повторять» за Титосом Блэквудом и Родриком Харлоу или просто слишком сильно полагался на благородные традиции, которым были верны соотечественники. Его современники предполагали, что в памяти Ройса просто было свежо всё то дерьмо, до которого государство и Долину способен был довести всего один выскочка сомнительного происхождения, и он просто не желал возвышать подобных Бейлишу, боясь повторить ошибку Джона Аррена.

Морская торговля, изоляция от бушующих в соседних регионах разбойников и остатков орды, а также компактность помогли Долине восстановиться быстрее всех прочих. Каких-то пять лет, и регион вновь обрёл свою былую силу и величие.

Однако не только благородным лордам Долины было суждено прийти в себя. Потерпевшие сокрушительное поражение и бежавшие зализывать раны в горы племена вновь подняли голову, принявшись с новой силой совершать набеги на еретиков, потомков оккупантов, поселившихся в низовьях их гор.

Бронзовый Джон понимал, что горные кланы всегда будут оставаться бичом Хранителя Востока, какой бы дом это место ни занимал. Эту проблему нужно было решить. Раз и навсегда. Не имея возможности справиться с ней собственными силами, Ройс обратился за помощью к Железному трону.