— Я тоже не стану вам докучать, — поднялся Дамиан из-за столика, когда Токарев, немного помешкавшись, все же вышел из ресторана.

Я поставила себе мысленную пометочку разузнать о Дамиане побольше. Если уж Влад, который никогда никого не боялся, опасался этого человека, нужно будет держать руку на пульсе.

— Всего доброго, — попрощалась я с новым знакомым.

Он постоял немного, всем видом говоря, что хочет сказать что-то еще, но сдерживающим фактором является тот момент, что мы не одни. Было бы даже забавно, если бы еще и Дамиан отвел меня в сторонку на разговор.

— Всего хорошего, — кивнул он и, положив на столик довольно крупную сумму, наконец, вышел.

Стоило только Дамиану скрыться, Власта сдерживаться не стала. Отставила бокал и взмолилась:

— Ну же! Рассказывай скорее!

И из меня тут же, словно в одно мгновение была убрана какая-то преграда, полился поток слов, в котором я поведала подруге все. А Власта слушала, не перебивая, лишь только округляла и округляла глаза.

— Надо же, какая же все же он циничная сволочь! — воскликнула подруга.

Жестом позвала официанта, чтобы он подбавил нам напитков. Про еду мы, разумеется, с такими новостями напрочь забыли.

— И что ты будешь делать? — спросила Власта, глядя на меня без капли жалости, чего бы я не перенесла ни в каком виде.

— Буду отвоевывать для себя лучшие условия, разумеется. Токарев уже пригрозил, что без него мое благосостояние и благосостояние наших дочек сильно упадет. Потому бросаться в бессмысленный быстрый развод, чтобы только избавиться от изменщика-мужа я не стану. Торопиться мне некуда, если уж на то пошло.

Я пожала плечами и отпила глоток вина. Немного лукавила, когда говорила, что у меня есть время. Если из-за каждого угла будут появляться любовницы Токарева с пузом наперевес — то скоро от состояния мужа не останется и десятой доли.

— Вообще, я к тебе ехала не просто так, — сказала подруга после небольшой паузы. — Хотела предложить тебе пойти со мной в одно дельце. А именно — в открытие магазина. Ты у меня девушка со вкусом…

Она помедлила, и я уже было хотела сказать первое, что пришло в голову: мол, сейчас, когда узнала правду про Токарева, уже не считаешь, что у меня остался вкус?

Но Власта, судя по ее последующим словам, задумалась о другом:

— Нам нужно сообразить, как выкачать из Владлена побольше денег. Но так, чтобы потом он не смог претендовать на наш бизнес, — размеренно сказала она, и я едва не подпрыгнула на стуле.

А эта затея мне определенно нравилась!

Но вот в чем я сомневалась — так это в том, что муж так просто даст мне нужную сумму, при этом не проконтролировав до копейки, на что я ее потрачу. Или, что хуже, но вероятнее, подложит себе соломки под одно известное место, чтобы только не остаться с носом.

— У меня пока есть порядка миллиона рублей — немногим больше, — проговорила я, глядя на Власту задумчиво. — И еще муж мне должен моральную компенсацию, но боюсь, последнее, что он станет делать — бросаться отдавать мне ее деньгами. Владлен вообще считает, что ничего особенного не произошло и теперь он, нагулявшись, просто вернется в семью и все будет как раньше.

Власта фыркнула и отпила глоток из бокала.

— А как же Дамиан? — спросила она. — Ты же видела, как Токарев на него реагирует. Может, стоить воспользоваться ситуацией?

Я пожала плечами.

— Пока сосредоточусь на предстоящем отпуске и на идее, которую ты мне предложила. Ну а когда вернусь, посмотрю, стоит ли лезть в игры больших мальчиков.

Власта кивнула и задумалась.

— Думаешь, если взять у Токарева деньги, но оформить их как подарок, — такое не прокатит? — спросила она по прошествии времени.

— Ты имеешь в виду, чтобы мы пошли к нотариусу и прописали там, что это дар от моего неверного муженька? — уточнила я.

— Ну да! — закивала Власта. — И эта история с беременной Ульяной, или кем там еще, тебе только на руку. Единственное что…

Подруга задумалась, а я сидела и ждала, что же за мысль пришла ей в голову.

— Я не пойму, почему он не хочет тебя отпускать, Варя. Уж прости… Нет, ты роскошная женщина и все такое… Но Владлен ведь довольно циничен и мало разборчив в связях. Если твое место займет какая-нибудь из его любовниц — он даже толком это не заметит.

Она наморщила нос и посмотрела на меня взглядом «извини, что говорю тебе правду». А мне не за что было ее прощать. Я понимала очень трезво, что Власта права.

— У меня нет ответа на твой вопрос, — вздохнула я. — Но пока во мне есть необходимость, будем рулить все так, как нужно нам.

Я подняла тост, на который подруга ответила, соединив край своего бокала с моим. Мы выпили, после чего погрузились в обсуждение будущего магазина. И я поняла, что проект у Власты запланирован очень и очень масштабный.

Что сейчас мне было исключительно на пользу.

Возвращаясь домой, я опасалась, что Токарев устроит мне обсуждение ресторанной сцены, но мужа дома не оказалось. Мама сказала, что он не приезжал, из чего я сделала однозначный вывод: не так уж Владлену и хотелось обговорить со мной Дамиана и Ульяну, вероятно, беременную от Токарева.

Может, я и была неправа, когда считала, что залет этой девицы ничего, в сущности, не изменит, но очевидным был факт: Токарев все сделает так, как нужно ему. Мои пожелания учитываться не будут.

Дни до поездки пролетели быстро. Владлен сообщил мне, что улетел вновь в срочную командировку, что я восприняла как благо. Хоть на Луну — лишь бы не мотал мне нервы.

И вот мы с девочками и мамой добрались до райского местечка, где планировали немного переключиться мыслями с того, что успело напроисходить стараниями Владлена. И в первый же день я поняла, что мне именно этого не хватало.

Солнца, океана и ощущения свободы. Если бы я не хотела наказать Токарева, пожалуй, просто бы с ним развелась, забрала наших дочек и уехала с ними жить в какой-нибудь прибрежный городок.

— Это просто волшебно! Здесь так кормят, что я за ужин успела съесть столько вкусных блюд, сколько не ем в ресторанах за месяц! — похвалила мама кухню при отеле.

Нам вообще очень повезло с путевкой — что милая маленькая гостиница, где мы остановились, что ее расположение, что ресторан — все было на высшем уровне.

— Я полностью согласна, — кивнула я и улыбнулась, взглянув на девочек.

Мои неугомонные крошки, которые готовы были сорок восемь часов в сутки носиться туда-сюда, сейчас выглядели совершенно вымотанными. А не нужно было скакать по самолету! Поспали бы, как все белые люди, и сейчас бы не было проблем.

— Отведу их в номер. Ты еще задержишься? — спросила мама, когда я откинулась на спинку стула и взяла бокал шампанского.

Имею право немного расслабиться…

— Да, если тебе будет нетрудно, побудь с ними одна. Я скоро приду.

Столик наш располагался в дальнем углу ресторана, обращенного к береговой линии. Стеклянная стена позволяла увидеть полосу прибоя, подсвеченную фонариками. А в открытые окна залетал легкий теплый ветерок, ласкающий кожу.

Девочки и мама ушли, а я осталась одна. Мне нравилось то ощущение, в котором я пребывала. И нравились мысли, мелькающие в голове.

Я прошла через предательство и не только выжила, но и весьма недурно себя чувствую. А уж от планов, которые меня охватили, вообще не отбиться. Ну и кто из нас потерял, когда решил, что семья и верность — это пустой звук?

— Варя… Только не говори, что ты мне привиделась! — донесся до меня голос, услышать который я совершенно не ожидала.

Только не здесь, не за тридевять земель от родного дома.

Чуть повернувшись, я свела брови не переносице и тут же все внутри меня ощетинилось. В паре метров от моего столика стоял Дамиан Разумовский.

Он что — за мной следил?

Мысль была дурацкой — согласна. Ведь Дамиана не наблюдалось, скажем, в самолете. Ну или во время трансфера в отель. Однако именно Разумовский сейчас был в паре метров от меня, что неимоверно напрягало.

— Тебе могу сказать то же самое, — процедила в ответ, поднимаясь на ноги.

Он усмехнулся и качнул головой, хотел что-то сказать, но я тут же очертила границы:

— Я здесь отдыхаю. С мамой и детьми. И не планирую обсуждать что-либо, связанное с тем, что осталось в России.

Надеясь, что намек понятен, я зашагала к выходу из ресторана. Возможно, с Дамианом я была резка, но мне и впрямь не хотелось сейчас расставаться с этим чудесным ощущением свободы и какой-то неземной эйфории.

Знаете такое чувство, которым наслаждаешься, и понимаешь, что когда оно исчезнет, его уже будет не ощутить, как ни старайся? Вот и сейчас мои эмоции от этого вечера таяли, и это меня злило.

— А я и не хотел тебе предлагать обсуждать то, что к этому месту не имеет отношения. Но поинтересовался бы: как тебе отель?

Я приподняла бровь, повернувшись к Разумовскому. Он просто искал повод меня остановить и продолжить общение. И как бы мне ни желалось просто уйти и отправиться отдыхать, я не стала сбегать, словно Золушка, платье которой вот-вот должно было превратиться в лохмотья.

Дамиан мог мне помочь в моем щепетильном деле, так что глупо было бы его отправлять куда подальше.

— Отель прекрасен, — кивнула я. — Ты остановился здесь же? Или в этом отеле по делам?

Разумовский улыбнулся и мне показалось, что он испытал нечто вроде облегчения.

— Да, я живу здесь, — ответил он. — На ближайшие пару дней занял один из номеров, а потом отправлюсь в Европу.

Между нами возникло молчание. Я не знала, что еще мне стоит сказать Дамиану. Вроде как пока беседовать нам было не о чем — не бросаться же в обсуждение того вечера, который до сих пор все еще был жив в памяти и оставил после себя множество вопросов?

— Надеюсь, мы завтра увидимся, Варя, — правильно истолковав тишину, что все больше приобретала осязаемые черты, проговорил Разумовский. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — тут же откликнулась я, и Дамиан, одарив меня еще одной улыбкой, ушел.

Я выдохнула, тоже не без облегчения, после чего отправилась к себе в номер.

Очень странная встреча, что и говорить…

— Девочки здесь просто уматываются! — не без восхищения в голосе проговорила мама, когда Аня и Маша (подумать только!) улеглись на дневной сон прямо на шезлонгах у бассейна.

Мы максимально укрыли близняшек от солнца — палящим оно не было, но мало ли что?

— Я надеялась, что мы успеем пообедать, — вздохнула в ответ.

Ранний подъем и три часа на море сделали свое дело — я успела адски проголодаться. И когда мы переместились к бассейну, где девочки еще успели искупаться и покататься на горках, желание отведать чудесных морепродуктов в ресторане а-ля карт стало невыносимым.

— Иди и пообедай! Я ведь съела с детьми по хот-догу, — проговорила мама. — Часа два у тебя точно есть. Насладись обедом, Варя.

Она уткнулась в книжку, которых с собой привезла аж половину чемодана. Электронные версии мама не признавала, бумага была для нее куда более предпочтительной.

Тем самым мама поставила точку в вопросе моего обеда в одиночку, и мне ничего не оставалось, как отправиться в ресторан.

Переодевшись в номере, я спустилась вниз и направилась к отдельно стоящему зданию. Гости отеля могли выбрать, где им обедать или ужинать. И я предпочла сегодня блюда из меню, которое, как мы успели изучить в сети, было особенно изысканным.

— Дамиан Маркович, вы забыли кое-какие бумаги! — донесся до меня голос, когда я вошла в ресторан, где меня встретила приветливая хостес.

Вторая девушка как раз передавала папку Разумовскому, что был одет с иголочки во что-то деловое.

— Спасибо, Маргарита, когда вечером приедут партнеры, хочу, чтобы все прошло по высшему классу.

Я так и замерла, игнорируя хостес, которая готова была проводить меня к столику. А когда мое присутствие заметил Дамиан, он подошел ближе и пошутил:

— Похоже, ты меня преследуешь!

Сопроводил слова смехом, не отреагировать на который было невозможно. Я тихо рассмеялась и проговорила в ответ:

— Готова летать за тобой по всему миру!

В ответ Дамиан обжег меня взглядом потемневших глаз и произнес:

— Осторожнее, а то я соглашусь! — И тут же перевел тему: — Ты пришла отобедать? Может, составишь мне компанию? У меня особая миссия на сегодня — нужно выбрать новые блюда для осеннего меню.

Я нахмурилась, пока Разумовский, не дождавшись моего ответа, взял меня под локоть и увлек в сторону столика, что стоял совершенно особенным образом. Будто бы вписывался в общую картину, но в то же время выбивался из нее своим отдельным расположением.

— Маргарита, нам бутылочку Шато о Брион, ну и то самое сифуд меню, о котором мы говорили с час назад. Надеюсь, Давид уже справился…

Эти слова могли бы показаться кому-то абракадаброй, но я, кажется, начала кое-что понимать.

— Ты владелец этого ресторана? — не без удивления в голосе спросила, когда Маргарита удалилась.

На что Разумовский расплылся в широченной белозубой улыбке и ответил вопросом на вопрос:

— Ну почему же только ресторана?

И пока я подбирала ответ, добавил:

— Весь отель мой, Варя.

Каюсь, отреагировала я на эти слова довольно некрасивым образом. Удивленно хмыкнула, но получилось что-то вроде фырканья. Дамиан смотрел на меня с восторгом, как будто прямо сейчас испытывал какое-то чувство, которое ощущалось им впервые. И он наслаждался этими новыми, неизведанными ранее эмоциями.

— Это… прекрасно, — кивнула в ответ.

Некоторое время мы посвятили тому, чтобы послушать того самого Давида, который подоспел к нам со своим сифуд меню. Это был мужчина лет шестидесяти, и он так вдохновенно рассказывал о придуманных им блюдах, что я даже заслушалась.

— Очень вкусно! — не смогла сдержать я восторга, попробовав свежий гребешок, приготовленный каким-то особенным образом.

Вроде бы не раз заказывала его в других ресторанах, но здесь он имел какой-то совершенно уникальный вкус.