Многие преподаватели, как с моего факультета, так и с других, частенько недоумевали, почему я не пользуюсь возможностью на летних каникулах отправиться куда-нибудь из Школы. Многие даже предлагали мне включиться в их компанию, особенно когда отправлялись в далекие края на север или на юг нашего континента. Но я каждый раз отказывался, потому как предпочитал путешествия астральные, в которых мог за несколько дней посетить все эти крайние точки нашего континента и даже успевал залететь на соседние материки.

Кроме меня, подобными способностями обладали лишь Высшие Архимаги, да и то лишь двое из них могли хоть в чем-то переплюнуть меня, не по силе, конечно, тут они все дали бы мне сто миль форы, а по мастерству астральных путешественников. Зато в лимбе никто из них не был, лишь Агонир Алый, как я слышал от Вельгора, несколько раз «высовывал туда свой длинный нос», как со смешком, выразился однажды глава моего факультета, на одной из наших с ним посиделок.

После обретения тела, у меня исчезла возможность выходить из астрала в ином месте, кроме как там, где я его оставил. Нет, конечно, теоретически я мог выйти где угодно, я ведь не был астральным обитателем, запертым там навечно, но вот смысла в этом не было никакого. Если раньше, будучи Тенью, я при выходе из астрала мог летать, совершать какие-либо действия, используя свою теневую энергетическую оболочку, то теперь я срастился намертво со своим физическим телом и без потери его, не мог брать свою Тень с собой, ибо она стала неотъемлемой частью энергоканалов моего нового физического тела.

Без нее же, выходя в реал вдали от своего тела, я был чистым, голым разумом, не способным на какие-либо действия, или тем более воздействия на объекты в физическом мире. Иными словами, я потерял способность переносить свое, пусть даже всего лишь энергетическое тело, через астральное пространство в другую часть реального мира. Опять же, чисто теоретически, я мог, используя энергию, брать что-либо с собой в астрал и далее выводить из него обратно в ином месте, но это требовало ее чудовищного количества.

Экспериментируя с этим, я заметил две закономерности. Первая из них заключалась в том, что энергия тратиться тем больше, чем более массивную вещь я пытался забрать с собой. Вторая закономерность опять-таки была связана с потерей энергии, но уже в зависимости от времени, которое проходило с момента начала переноски материального объекта через астрал. Но тут уже наблюдалась не линейная пропорция. Я заметил, что после того как предмет оказывается в астрале, он начинает со временем, требовать все меньше моих сил, на то, чтобы удерживать его в астральном пространстве. Он словно напитывался этой энергией и начинал понемногу за счет нее, существовать в астрале самостоятельно, становясь, словно частью его. Зато при выносе предмета обратно, в физический мир, требовалось преодолеть обратное сопротивление и проходило некоторое время, прежде чем этот предмет полностью избавлялся от «астрального фона».

Пока что мои успехи оставляли желать лучшего, а идея переносить свое тело через астрал в иные миры оставалось лишь фантазией. К сожалению, спросить обо всем этом в свое время Росса я не догадался, а самому мне пока не удавалось придумать иной способ, кроме как прямое воздействие, с помощью траты своей энергии. На Росса надежда, у меня, конечно, была, но он был астральным обитателем и возможно и вовсе не раздумывал над данной проблемой, за неимением возможностей экспериментально подтвердить свои теории, а без этого, насколько я его успел узнать, он мог и вовсе не развивать их.

Астральная проекция Великого Леса, по-прежнему оставалась закрытой для меня и я, за все проведенные в этом мире годы, так пока и не удосужился еще раз посетить этот мегаразум. Исходя из всех вышеперечисленных проблем, я в итоге принял решение на следующих летних каникулах, совершить физическое паломничество на родину Перворожденных существ этого мира. Кроме Великого Леса, я надеялся поговорить и с его исконными обитателями, а возможно и с самим Владыкой, если он, конечно, заинтересуется мной, как иномирцем.

Кроме этого, на юг меня тянул еще и Южный континент, куда я хотел бы попасть, чтобы посмотреть, как живут там сейчас южане, после исхода из мира драконов. Я сильно подозревал, что не все драконы покинули вместе со мной Южный континент и этот факт меня немного тревожил. Кроме того на континенте могли, а точнее наверняка остались кладки, и я с удовольствием добыл бы себе одно из яиц, чтобы получить в свое собственное владение одно из этих, легендарного качества, существ. Я имел некоторое понятие, как следует правильно инициировать связь с такими существами, при их рождении, чтобы навсегда привязать их разум к своему. Подобным образом действовали их мастера зверей, когда проводили такое слияние между своими детьми и новорожденными дикими кошками, и мне очень хотелось понаблюдать за этим любопытным процессом, с точки зрения его энергетики.

Когда я помогал крылатым ящерам обрести новый дом, меня поразило как они с легкостью выживали в лимбе, практически не получая урона и избегая потерь своей энергетики, в этом крайне обедненном энергией пространстве. Тогда они сказали мне, что такими их придумал Создатель, и я провел немало дней в библиотеке Школы, чтобы найти там сведения о драконах и обо всем том, что было с ними связано.

Библиотека в Школе была поистине огромна. Она занимала несколько подземных этажей и была разделена по уровню допуска. Первый раздел был общим, и туда могли попасть все, кто учился в Школе. Следующий раздел был поделен на факультеты, а самый нижний этаж считался закрытым для учеников, за исключением тех, кто перешел на последний уровень обучения, для получения наивысшего звания Архимаг. Но, как оказалось, существовал еще один, секретный раздел, допуск в который не имели даже учителя, а попасть туда могли лишь Высшие Архимаги или те, кто получал от одного из них личный допуск.

Именно там я обнаружил настолько древние манускрипты, что каждый из них был для сохранности помещен в специальное хранилище, где не только поддерживались специальные по температуре, безвоздушные условия хранения, но и были наведены специализированные чары, предотвращающие любые деструктивные процессы, для хранимых в них листов. Листы же были в них абсолютно разные: бумага, папирус, выделанная и нет кожа, и даже срезы камня и тонкие пласты глины, на которых письмена, чаще всего рунические, были выбиты, а в случае глины – выдавлены самыми примитивными инструментами.

Не буду сейчас утомлять читателя всеми подробностями, скажу лишь, что первые письмена, фрагменты которых я тут нашел, были совсем не далеки от начала времен сотворения этого мира.

В этой библиотеке, можно было бы провести ни один год, но и тогда далеко не все удалось бы разобрать и расшифровать. Мне были известны многие языки, благо в период существования в виде Тени, я не имел проблем с запоминанием и не был подвержен такому процессу, как забывчивость или иным физическим процессам, связанным со старением и умиранием клеток головного мозга. В этот период мне удалось запомнить и навсегда отложить в разуме основные языки и руны рас, чаще всего встречающихся в Древе Миров. Законами этого Древа были прописаны нерушимые правила, запрещающие Создателям выдумывать какие-либо новые языки для стандартных рас, типа людей, эльфов, гном и так далее. Конечно, в процессе их эволюции, в каждом мире появлялись свои диалекты и со временем они немного менялись, но изначально, языки у всех Перворожденных Эльфов, Людей и Гномов были одинаковы, для любого мира, где бы тот или иной Создатель ни решил заселить в свой мир эту или иную из списка основных рас.

Я честно старался не отвлекаться на каждый попадающийся мне в процессе поиска интересный манускрипт, напрямую не относящийся к моим поискам, но, тем не менее, несколько раз все же ловил себя на том, что читаю совершенно не относящийся к теме документ, а сил прерваться и отложить в сторону подобный раритет у меня не находилось. В итоге поиск сведений о драконах, растянулся на несколько месяцев, вместо нескольких дней, которых мне бы, наверное, хватило, чтобы прочесть все то, что меня интересовало, касательно истории этих древних ящеров на Южном материке этого мира.

В итоге я потратил одни из своих очередных летних каникул, чтобы получить эти, а так же массу попутных знаний, касающихся Южного континента в целом. Вельгор, который выдал мне допуск, несколько раз появлялся в библиотеке, и даже разок помог мне найти нужный мне манускрипт. Он внимательно проследил, чтобы я выполнял все условия, прописанные в инструкции по работе с раритетами, помещенными в специальные хранилища. Видимо, удовлетворенный всем увиденным, он ушел, пожелав мне на прощание удачи в моих дальнейших изысканиях. Перед самым его уходом, я успел задать ему вопрос:

– Откуда в Школе сведения о тех временах, когда о людях в этом мире даже никто еще не слышал?

– Не спрашивай! – Получив весьма ожидаемый ответ, я кивнул в знак того, что осознал его слова, и тут же погрузился в чтение очередного свитка.

Драконы появились в этом мире раньше, чем на Южном континенте заселили людей. Они, а не южане были коренными обитателями этих теплых земель. Но как это обычно и бывает, люди, где бы они ни появились, постепенно начинают теснить даже исконных, законных обитателей, а если те сопротивляются, то начинаются войны и чаще всего в результате них, коренные обитатели либо вырезаются под корень, либо уходят с насиженных и облюбованных издревле мест. Драконы оказались одними из тех, кого выжили южане, но благодаря мне, они не были полностью уничтожены.

Так же я узнал о том, что совсем недавно, по меркам истории, эльфы отправили на Южный континент крупный боевой отряд, который повела на войну Владычица Амасил, законная супруга Эльсинора, бессменного короля Перворожденного народа. Судьба отряда была печальной, а супруга Владыки бесследно исчезла. Южане, видимо еще не отошли от войны с крылатыми ящерами и вырезали всех, кто бы ни причалил к их берегам. Любая торговля с этим континентом после этого прекратилась, а эльфы в ответ на этот акт агрессии, вообще ввели морскую блокаду всего Южного континента.

Мне попался так же документ, относящийся к разделу библиотеки, посвященному истории Южного континента. Я узнал, что до высадки на него эльфов, и до моего вмешательства в дела драконов, и эльфами и людьми были предприняты несколько попыток по установлению дипломатических связей. Так же людьми и эльфами туда посылались исследовательские миссии, для картографирования и налаживанию добрососедских отношений, но все они провалились, и никто так и не вернулся оттуда.

Я нашел официальное письмо, а точнее запрос короля людей, посланный в Школу, о предоставлении магов для направления их в составе экспедиционного военного отряда людей на Южный континент, который предполагался отправиться туда совместно с эльфийским отрядом. На свитке стояли росчерки Агонира Алого и Вельгора Бурого: «отказать» и «не рекомендую», и именно поэтому эльфы отправились туда одни, без помощи людей и, по-видимому, полностью погибли.

Мне стало интересно, что же случилось с Владычицей на самом деле, не могла же столь сильная эльфа просто так сгинуть, и я в тот же вечер поднялся к Вельгору. Но он отказался беседовать со мной по этому вопросу, а так же велел мне никогда и нигде не упоминать о том, что вообще видел это письмо и резолюции на нем его и Агонира:

– Не суйся в политику мира, сынок, и будешь жить дальше, гораздо счастливее, а главное здоровее!

Я понял его весьма недвусмысленный намек и больше темы Южного континента не касался при разговорах с ним. Мне в очередной раз стало немного жутковато при мысли о том, что бы со мной стало, если бы кто-нибудь из этой Четверки узнал о том, что я сделал, в той недавней истории с драконами. После последнего, весьма краткого разговора с Вельгором, я даже поставил себе дополнительный ментальный блок на тот временной участок, чтобы даже случайно, никто и никогда не смог прочитать мои мысли и тот раздел моей памяти, касающийся тех уже ставших давними событий.

Конец первой книги.