Пролетев насквозь, через ставший теперь, по моим субъективным ощущениям, теплым, родной астрал, я вышел в реал. Как бы не показалось это странным, я не стал докладывать Осьминогу о своих злоключениях. К заданию это не имело прямого отношения, скорее это можно было счесть сопутствующими трудностями. Я сказал ему, что второй осколок пуст и в скором времени прекратит свое существование. Этим я и ограничился. Если Осьминог и удивился краткости моего доклада, мне было все равно.

После всех выпавших мне испытаний и проведенных дней в пути, мой внутренний запас аккумулятора немного подрос, но к моему искреннему сожалению, был все равно еще непозволительно мал, для осуществления предстоящих мне задач. Я посетил нашу столовую и зарядился почти на пять тысяч единиц. Я не питал неуместных иллюзий и понимал, что этого совершенно недостаточно для длительных путешествий через лимб, которые были неминуемы, при перелетах между мирами.

Поэтому я быстро закончил все свои дела в реале и тут же вернулся в астрал, для тренировок с Вирданом и очень важного для меня разговора с Россом, который, как я запомнил, отложил мой вопрос, когда я в прошлый раз спрашивал его о лимбе и о всем том, что с этим связано.

В первую очередь я нашел Вирдана и предложил ему провести несколько тренировок по ведению боя. Вирдан, как и говорил мне Росс, с радостью согласился, тем более его зарядка была практически завершена, и он уже неминуемо заскучал, проведя столько времени без какого-либо дела.

Он критически осмотрел меня и остался доволен тем, как выстроена моя защита. Кончено, ему было немного забавно наблюдать за силой моих оборонительных оболочек, но по их структуре у него вопросов ко мне особо не возникло. Он посоветовал мне немного поменять порядок моих щитов. Первым, то есть внешним, он посоветовал поставить энергетический силовой барьер, который отразит большую часть из всех возможных атак, а последним оставить, как собственно и было у меня сейчас, ментальный блок, защищающий сам разум от попыток атаковать именно его.

После этого мы провели несколько спаррингов на разных дистанциях и с помощью различного вооружения, которое в изобилии было представлено в его астральном теле в виде различных орудий. Он соизмерял силу своих выстрелов, взяв за эталон мои атаки, и в конце каждого раунда мы подсчитывали, сколько у каждого из нас ушло энергии, как на атаку, так и на компенсации потерь в своей обороне.

Если в первых пяти раундах можно было безоговорочно отдать победу Вирдану по очкам, то в последних трех, уже потребовался более точный подсчет. Если не брать в расчет коэффициенты, значительно ухудшающие мои показатели по атаке и обороне, то все равно Вирдан побеждал, хотя уже и не с таким разгромным счетом, как в первых раундах наших с ним тренировочных боев.

Коэффициенты, о которых я упомянул, прежде всего, уменьшали потери Вирдана, при моих атаках. Дело было, несомненно, в опыте построения оборонительных слоев защиты с одной стороны и прямолинейности моих атак с другой. Если Вирдан умело комбинировал свои удары, быстро определив самые слабые стороны из моих защитных редутов, то я не имел возможности принципиально менять свои атаки, имея в своем распоряжении лишь два своих носовых ствола.

Вирдан в своем атакующем виде мог себе позволить производить энергические выстрелы как из носовых и кормовых орудий, так и с бортовых, которые были не настолько гипертрофированы как носовые, но не менее мощные, чем кормовые. Всего в его распоряжении я насчитал двенадцать выстроенных стволов, четыре из которых к тому же имели возможность корректировать направление своих выстрелов по высоте.

Я исходил белой завистью к такому арсеналу, но даже в мечтах не стал ставить себе задачу уподобляться такой милитаристской направленности развития своего астрального тела. Если у Вирдана, похоже, это стало своего рода пунктиком, то я решил пойти немного другим, как обычно, своим собственным путем.

Мне не импонировал и стиль Росса, который превратил свое астральное тело в походный исследовательский центр, Хотя если честно, его подход был мне намного ближе. Дельфин тоже не послужил мне эталоном. Не смотря на свою явно узкую направленность к длительным полетам, мне не нравилось в его развитии явно прослеживаемая однобокость. Этим, по сути, страдали все трое из спасенных мною сущностей, и я решил взять все хорошее, что было у них, и превратить свое тело в симбиоз исследователя и силовика, с одновременным развитием своего разума в сторону ментальности.

Если кто-то посмеется и решит, что я самый умный, раз решил сложить очевидные плюсы от каждого и вылепить идеальное унифицированное тело, отвечающее всем критериям, то пусть сначала попробует совместить несовместимое, а зачастую и противоположное и при этом получить удобоваримый результат. Я потратил несколько дней только на расчеты, взяв вначале всю статистику по проведенным с Вирданом боям, затем по своим и совместным с Дельфином путешествиям по астралу и лимбу, а в конце присовокупив к результатам запас энергетического потенциала по развитию и апгрейду ментальной части развития своего разума.

Сколько бы я не бился над балансом, никак не выходило компенсировать все вылезающие результирующие факторы. Получался либо перекос в сторону скорости и маневренности, с ущемлением силы удара, либо страдала моя зашита, при компенсации в развитии энергетических потоков на орудия, количество которых я запланировал довести хотя бы до шести. Я чуть было не стал первопроходцем в части зарабатывании астральной мигрени, тасуя свои энергетические потоки и перераспределяя их положение в своем астральном теле. В итоге я плюнул на свою первоначальную форму астрального тела и сдался, признав, что всё, что я с таким пестованием лелеял, неправильно и, решительно поменял свой облик кардинально, отдав предпочтение эффективности, в угоду не особенно нужной в астрале обтекаемости и красоте линий своего тела.

В нарисованном мной проекте, я буду выглядеть теперь не как капля с двумя носовыми орудиями, а как акула, у которой на месте плавников и хвоста торчат стволы, которым для законченности образа, я постараюсь хотя бы внешне придать соответствующую оригиналу форму. В самом мощном, спинном плавнике, я решил разместить что-то наподобие основного носового орудия, которое сможет двигаться вверх-вниз в пределах формы плавника. Нижние, диагонально расположенные плавники, будут служить мне активной защитой, позволяя опять-таки по аналогии с Вирданом, выпускать энергетические снаряды-ловушки, перехватывающие чужие атакующие импульсы. А в раздвоенном, как у настоящей акулы хвосте, я отращу и то и другое.

Ментальными инжекторами я решил оснастить свои глаза, для максимального упрощения и снижения длины энергетических линий, между разумом и средством воздействия. По сути, мне даже не потребовалось для этого протягивать новых энергетических линий. Перестройку тела я начал немедленно, после того как показал свой проект Вирдану и Россу и получил одобрение от обоих. Каждый из них внес небольшие поправки и остался не слишком довольным тем, что я трачу, по мнению каждого из них, слишком много на несвойственное вооружение. Но я понимал, что данные замечания скорее носят индивидуальное неодобрение, а в купе каждый из них доволен тем, что я не упустил в своем построении ничего особо важного и действительно, жизненно необходимого.