целом следствие в случае чьей-то неожиданной или подозрительной смерти выглядело практически так же, как сейчас. Вызывали коронера, осматривали тело, изучали место происшествия, фиксировали место и время смерти – до прибытия коронера (а он мог приехать только через день-два) этим занимались местные власти. Когда он приезжал, они вместе с секретарем опрашивали свидетелей и записывали показания, снова осматривали тело, делали записи о характере и глубине ран и наличии каких-либо улик, указывающих на вероятную причину смерти.

Сразу скажу, что изучение европейской средневековой литературы позволяет сделать вывод, что на континенте англичан считали крайне несентиментальными, а их отношение к детям – довольно деловым и потребительским. В частности, иностранцев коробила очень широко распространенная в Англии традиция отправлять детей на воспитание в чужие семьи, поскольку считалось, что собственные родители будут ребенка баловать и испортят его, а посторонние люди будут суровы и лучше подготовят его к реалиям взрослой жизни. Правда, характерна эта сомнительная традиция была только для высшего и среднего класса, крестьяне так дармовыми работниками не разбрасывались.

К чему было это отступление? К тому, что документы показывают – при расследовании детских смертей коронеры часто делали более подробные записи, чем в случае гибели взрослого человека. Они тщательно фиксировали все обстоятельства смерти, а также опрашивали соседей и записывали возраст погибшего с точностью до месяца – и это в Средние века, от которых до нас даже точные даты королей не всегда дошли. Конечно, это можно частично объяснить тем, что в глазах закона погибший считался ребенком, только если был младше двенадцати лет – это был возраст уголовной ответственности, а заодно и возраст, в котором мальчик начинал считаться членом общины, а девочка становилась невестой. В деревнях кроме всего прочего в двенадцать лет мальчиков начинали включать в налоговые списки, поэтому в принципе их возраст мог иметь значение для представителей закона.

Но все-таки коронеры не ограничивались выяснением, исполнилось ребенку двенадцать лет или нет, а указывали его возраст максимально точно. При этом возраст взрослых людей начали так же внимательно фиксировать в документах только во второй половине XIV века.