Стоун

У нее невероятный вкус.

Как сахар и соль на моем языке.

Как стих.

Черт возьми, я мог бы написать песню об этой женщине, и я не имею в виду ее киску.

Я имею в виду то, как она кончает.

Это прекрасное зрелище.

Когда провожу языком по ее сладкому клитору, она выгибает спину, покачивая бедрами мне навстречу.

Часть меня ждет, чтобы услышать ее стоны.

Но потом я осознаю, почему не слышу их.

Потому что, когда отрываю взгляд от рая, который поглощаю, вижу, как мой лучший друг кормит ее своим членом.

И это горячо как ад.

То, как она принимает его.

Как расслабленно выдыхает, шире открывает рот и позволяет ему войти.

Мой член пульсирует от абсолютной сексуальности того, что я вижу, от того, как она может справиться со всем этим, от того, как втягивает член полностью.

Иви словно чемпион, когда обхватывает руками задницу Каллума и глубоко заглатывает его, покачивая бедрами напротив меня.

И я в зоне счастья.

Просто чертовски наслаждаюсь ее сладостью на моем языке. Я мог бы провести здесь часы, пируя этой женщиной.

Но, похоже, этого нет в повестке дня.

— Хватай ее за задницу, Стоун. Обхвати ее руками, — ворчит Каллум, проникая ей в рот.

Ну, а вот и указания.

Я всегда рад, когда в спальне есть общение.

Провожу руками под ее ягодицами, сжимая их.

И Иви стонет, несмотря на то, что член моего приятеля все еще у нее во рту.

Как я и сказал… она — чемпион.

— Не сдерживайся, — говорит мне Каллум во время толчка, входя и выходя из ее рта. — Вообще не сдерживайся. Хватай ее задницу, сжимай, стискивай и зарывайся лицом ей в киску.

О, я могу это сделать. Я определенно могу это сделать.