Отель Agincourt (Отель «Азенкур»)

4. Набрать вес

5. Снова напиться

6. Превратить пункт 5 в пункт 4

7. Подняться на Эйфелеву башню и поцеловать незнакомца на самом ее верху

8. Сделать операцию — грудь, попа и живот

9. Отрастить свои натуральные брови

Ава больше не могла продолжать читать. Ее восемнадцатилетняя версия, очевидно, была не в себе. Она потянула коктейль, стоящий перед ней, не будучи уверенной в том, из чего он состоял, кроме как вишни и блестящего ангела на палочке с настоящим листом остролиста. Она перевернула листок и посмотрела на Дебс.

Та в своих мигающих сережках сгорбилась над блокнотом, что — то записывая и издавая довольные звуки каждый раз, как ручка касалась бумаги. Ава понятия не имела, с чего начать. Взглядом она окинула отельный бар. Это была настоящая предрождественская сцена — большая черно — белая елка в углу, под которой были запрятаны подарочные коробки, словно в ожидании ребенка, который их распакует, и пылающие дрова в мраморном камине. Ава откинулась на спинку кресла. Нужно было расслабиться. Она все — таки была во Франции со своей лучшей подругой, в своем по — настоящему любимом городе. Надо было только забыть о том, что в последний раз она была тут весной с Лео, и он сказал, что любит ее. Снова ложь. Она вновь выпрямилась, обращая свое внимание на Дебс.

— Что написала?

Дебс прижала к себе блокнот, словно записывала в него государственные тайны.

— Пока не могу сказать, — ее взгляд упал на пустой листок и ручку с наконечником в виде оленя, которую она дала Аве. — Ты почему не пишешь?

— Не знаю, что, — пожала плечами та.

— Но мы в Париже, — подчеркнула Дебс. — Должно быть что — то, чем бы ты хотела тут заняться.

— Я узнала о том, что еду только пару дней назад и думала, что просто буду везде за тобой ходить.

— Ты должна прекратить это, — резко ответила Дебс.

— Что?

— Делать то, что не хочешь.

— Вообще — то, я делаю то, что хочу. Я это добровольно с волосами сделала, помнишь? — Ава потянула за один из локонов, подтверждая это.

— Но ты это сделала, потому что была расстроена. И ты устроилась квартиры продавать только потому, что твоя мать хотела, чтобы ты прошла кастинг для рекламы консервированных фрикаделек, и тебе нужна была отговорка, — она фыркнула. — Тебе не нужны отговорки. Знаю, что это тяжело, но тебе надо сказать ей раз и навсегда, что тебе это не интересно.

Сказать было легко, и хоть Ава понимала, что так ей и следовало поступить, на деле все было гораздо сложнее.

— Я не из — за этого на работу устроилась, — быстро вставила она.

— Разве? — недоверчиво спросила Дебс.

— Да, я просто всегда хотела продавать элитные квартиры, — слишком драматично ответила Ава, пытаясь звучать искренне, насколько можно. — Знаешь, если ты хочешь, чтобы я составила этот список, так уж и быть, я его составлю.

Ава схватила ручку с оленем и начала писать.

— Номер один: напиться? — воскликнула Дебс. — Нет, не копируй предыдущий!

— Почему нет? Почему я должна иметь планы и мечты, и знать, чего хочу от жизни? Не все мы одинаковые, знаешь ли. Не все обязаны работать там, где нравится, путешествовать по захватывающим городам и писать о них, иметь любящих родителей и прекрасный дом, где соседи приносят домашнее вино.

Как только она закончила мысль, или даже раньше, то тут же поняла, что не намеревалась ничего из этого говорить, и теперь звучала как полная идиотка.

Еще хуже стало, когда она взглянула на Дебс и увидела, как задрожала ее нижняя губа, а в глазах застыли слезы, вот — вот готовые хлынуть.

Чувство вины резко пронзило ее грудь. Почему она сорвалась на Дебс?

— О боже, я ужасна. Действительно ужасна, — заявила она, оглянувшись в поисках чего — то, что можно было бы дать Дебс — салфеток или подставки под пиво. Ее взгляд пал на карту, подобранную на Северном вокзале. — Вот, высморкайся в карту метро и расскажи мне, в чем дело.

Дебс взяла предложенную карту и аккуратно промокнула нос блестящей бумагой, потряхивая своей густой шевелюрой.

— Не могу.

— Что не можешь? Рассказать своей самой лучшей в мире подруге из — за чего ты плачешь? Я единственная, кому ты можешь рассказать, — Ава сглотнула и далее прошептала: — Ты же не беременна?

— Нет, — ответила ты, вытирая глаза фотографией Версаля.

Теперь Ава обеспокоилась так, что ей не захотелось задавать следующий вопрос.

— Ты же не больна?

— Нет, — зарыдала Дебс.

— Что — то на работе, значит?

Дебс двинула головой, не кивая и не отрицательно качая ею, но выражение ее лица сказала о многом. Ава лишь один раз видела этот взгляд — когда родители Дебс развелись. Сью и Джон разошлись менее чем через год после развода родителей Авы. В те времена несколько недель дни и ночи были наполнены бумажными салфетками, объеданиями и просмотром почти всех фильмов Джонни Деппа — Дебс изливала душу, Ава разливала диетическую колу, обнимала ее и говорила, что все будет в порядке… когда — нибудь. Но до тех пор они были у друг друга, и Ава уже проходила через это, зная, что будет свет в конце этого туннеля с разводом.

— Дебс, просто скажи мне.

— Дело в… Гэри, — наконец выпалила Дебс.

— Отчим Гэри? — уточнила Ава. — Лучший отчим в мире, который всегда готов заехать за нами в два утра и привезти кебабы? Такси — папа? — Ава вскинула руки ко рту. — Боже, Дебс, он не заболел?

— Нет, — всхлипнула Дебс. — Но вполне может после этой поездки.

— Нужны объяснения, — моргнула Ава.

— Мне кажется, у него роман на стороне.

Слова шокировали Аву настолько, что она сжала свой стакан. Она сразу покачала головой.

— Нет… это безумие. Гэри — лучший.

— Знаю.

— Да, он много работает, часто находится в разъездах, но он обожает твою маму.

— И я так думала.

— Брось, Дебс, так и есть. Помнишь их свадьбу? Он кружил ее на танцполе под ту ужасную, древнюю песню Брайана Адамса. На такое готовы только влюбленные по уши, — Ава скрестила руки на груди. — Я в это не верю.

— Я тоже не хочу в это верить, но то, что мама сказала…

— Расскажи, — приказала Ава. — Думаю, что смогу распознать сигналы, учитывая, что сама только что рассталась с изменщиком.

Неважно, что она сама не распознала никакие сигналы, даже и не знала, какие они могут быть. Она до сих пор не была уверена, были ли они вообще.

— Это такое клише, — Дебс промокнула нос Площадью Согласия. — Он шепотом разговаривает по телефону. Кто — то молчит в трубке, когда мама отвечает на звонки на домашний.

— В этом ничего такого нет. Мне постоянно такие звонки поступают. Это обычно рекламщики, которые пытаются понять, в какие часы я нахожусь дома.

— Он общается по скайпу.

— И?

— С кем — то по имени Франсин.

— Может, это его коллега? — предположила Ава.

— Ну, вообще да, — согласилась Дебс.

— Да?

— Она работает в его компании в каком — то из французских офисов, — призналась Дебс. — В Париже.

Ава задержала дыхание.

— Подожди — ка. Надеюсь, ты не думаешь о чем — то сумасшедшем?

— Не знаю, — ответила Дебс. — Думаю ли?

Ава потянула свой коктейль. Она понимала, насколько травмирует Дебс мысль о том, что у ее отчима интрижка. У Джона был роман с кем — то на работе. Если и Гэри поступает точно также, подвергая Дебс и Сью тому, что они уже пережили, Ава лично проткнет ему все шины.

— Я хочу за ней проследить, — заявила Дебс.

— Как частный детектив? Как Мирей Инос из «Ловушки»?

— Гэри будет во Франции на этой неделе, — добавила Дебс. — Он сказал маме, что будет в офисе в Тулузе, но…

— Ты думаешь, он будет изменять с Франсин в Париже.

— Не знаю! — воскликнула Дебс. — Но это очень похоже на ситуацию с папой. Мама говорит не переживать, но как я могу не переживать? Она мне сначала ничего не говорила… Она сказала Линдси из Лэдброукс, а та уже передала мне. Я лишь хочу во всем разобраться. Какая бы правда ни была. Хорошая или плохая.

Ава придвинулась ближе.

— Просто мысль… но вы с мамой не думали просто спросить Гэри?

Дебс посмотрела на нее так, словно та только что сказала, что Земля на самом деле не шар, а восьмиугольник, а море являлось Блю Кюрасао.

— Ава, ну как мы можем спросить его? После того, что случилось с папой… она просто в ужасе, — Дебс выдохнула. — Она заставила меня пообещать никому ничего не говорить, и…

— Ладно, ты права. Я понимаю, — вздохнула Ава, обдумывая ситуацию.

Дебс скептически покачала головой.

— Так, и что мы будем делать? Помимо слежки за этой женщиной.

— Ох, Ава, я не для этого тебя пригласила с собой. Я…, — начало было Дебс.

— Только попробуй меня остановить, — пригрозила Ава.

Дебс вздохнула.

— У нее назначена какая — то загадочная встреча на послезавтра, и… кто знает, может это встреча с Гэри?

— Или запись в салон, — пальцы Авы взметнулись к волосам. — Или встреча с кем — то другим… другом… коллегой… не с женатым мужчиной.

— Это не запись в парикмахерскую, — уверенно сказала Дебс. — Это обычно выделено розовым цветом, и ее стилиста зовут Дельфин.

Она тут же сглотнула.

— Ты что, взломала ее календарь? — спросила Ава.

— Возможно… это случайно вышло… Я пыталась взломать ее почту, и кто знает, может, если бы это получилось, у меня уже был бы ответ, и не пришлось бы думать, как себя замаскировать.

— Ты обещала мне никаких костюмов!

Дебс улыбнулась со слезами на глазах.

— Надеюсь, что я во всем ошибаюсь. Если маму снова обманули, я…

Ава наклонилась вперед и взяла Дебс за руки.

— Так не будет. Гэри…, — она сделала глубокий вдох, сдерживаясь от того, чтобы не начать говорить, как все будет хорошо. Она не знала этого наверняка и не могла это гарантировать, поэтому улыбнулась. — Будь что будет, Дебс. Я тебя поддержу.

Она отпустила руки Дебс и подняла свой бокал в воздух.

— За Азенкур!

— Азенкур, — подхватила Дебс.

Ава сделала большой глоток из своего бокала, опустила его и выглянула в окно, на бившийся об окна снег. Она понадеялась, что буря утихнет за ночь. Снег был приятным только будучи белым и сверкающим, а не шестифутовым сугробом. Он не был приятным, когда обжигал щеки в сопровождении штормовым ветром. Сильный снегопад помешает насладиться красотой города.

Лежащий на столе телефон завибрировал. Взгляд Авы переместился на экран. Лео.