— Наташа, да ты волшебница! Я так давно вкусно не ел, — похвалил меня Эмиль. — А та порция для кого? — он указал на столик, на котором стояло тарелка с едой.

— Брату твоему. Я подумала, он наверно приедет голодный, вот решила и ему приготовить.

Он одобрительно кивнул головой:

— Спасибо, что позаботилась о моём брате, он будет доволен.

Остальной остаток времени за обедом, мы провели молча. Убрав со стола и помыв посуду, мы пошли прогуляться вокруг окрестностей дома. Я всё-таки решилась на разговор с ним, подумав, что такого случая возможно больше не представится.

— Эмиль, мне надо с тобой поговорить, — нерешительно начала я.

Он вскинул брови и вопросительно посмотрел на меня:

— Я слушаю.

— Эмиль, мы встречаемся с тобой уже четвёртый раз, и я поняла, что ты обладаешь многими сверхъестественными способностями для простого человека.

— Не только я, многие люди обладают ими, — ответил он.

— Я согласна, в отдельности, но не сразу всеми которыми обладаешь ты. Я посмотрела на его реакцию, но он казался спокойным.

— Наверно я уникум, — попробовал он пошутить.

— Я не шучу. Скажи мне правду, откуда эти способности у тебя?

Он закатил глаза:

— Наташа, скажи, ну какие у меня способности?

— Тебе перечислить Эмиль? — решительно сказала я.

— Да, — кивнул он головой.

— У тебя цвет глаз, необычный для человека. Хотя, можно сделать исключение.

— Хорошо, продолжай, — согласно кивнул он.

— Ты сильный и выносливый, даже для хорошего спортсмена.

— С чего ты взяла?

— Тогда в лесу, когда ты нашёл меня без сознания, ты нёс меня на руках довольно долго, при этом твои руки не тряслись после этого, как это было бы у обычного человека.

— Я время от времени отдыхал. Наташа, ты была без сознания и не могла этого видеть. Его слова казались правдивыми, и я не стала этого оспаривать.

— Ну, хорошо, а твоя кожа? Почему она была цвета жемчуга? — уже смелее продолжила я.

Он рассмеялся:

— Это эффект белых ночей. Всё в это время кажется таинственным, особенно в день Ивана Купала. Посмотри, сейчас она напоминает тебе жемчуг? — он протянул руку, демонстрируя мне её.

— Сейчас нет. Но тогда в лесу, я не слепая была, и у меня, в отличие от тебя, не было такого эффекта. И почему тебя не боятся птицы?

— Хорошо, хорошо, я — инопланетянин, — замахал он руками и рассмеялся.

— Нет, ты не инопланетянин, — серьёзно сказала я.

— Ну, и кто я по твоему мнению?

Я набралась смелости и выпалила:

— Лель!

Его лицо вдруг стало серьёзным. Он немного помолчал, а потом спросил:

— Ты серьёзно?

— Да, я серьёзно, — его изменение в поведении, подтвердили мою догадку.

— И, с чего вдруг такие выводы, что я являюсь сказочным персонажем? — он казалось, взял себя в руки и продолжил игру.

— Я не считаю тебя сказочным персонажем, — решила я идти до конца.

— Но лель, как мне известно, является именно сказочным персонажем. Сказку про Снегурочку, помнишь? Её в детстве всем читают, — Эмиль внимательно наблюдал за мной.

— Да, но эта сказка основана на легендах, — не хотела сдаваться я и продолжила: — Лель — это бог любви, а Лада — богиня любви, в гугле поищи.

— Значит, я — бог?! Неожиданно как-то, — он всё ещё пытался шутить, хотя я понимала, что я на верном пути.

— Нет, ты не бог, но и не человек, — настаивала я.

— Наташа, ну с чего ты взяла, что я являюсь этим лелем? — настороженно сказал Эмиль.

— Легенды говорят об этом, а ты подходишь под их описание в точности.

Он вдруг стал серьёзным.

— Где ты слышала эти легенды, и о чём они говорят?

Я вкратце рассказала ему историю о лелях и ладах.

Он удивлённо поднял брови и посмотрел на меня, и уже без шуток спросил:

— Кто рассказал тебе эту легенду?

— Тани Никконен бабушка, Раиса Арионовна, её предки — карело-финны, и эту легенду в своё время, ей рассказала её бабушка.

— И ты сразу поверила в эту сказку?

— Нет, не сразу, пока тебя не встретила.

Он тяжело вздохнул:

— Не знаю, что тебе сказать, если хочешь, верь, но тебе всё равно никто не поверит.

— Я не собиралась никому болтать. Я просто хотела узнать правду от тебя, — рассердилась я.

— Давай этот разговор отложим на потом, хорошо? — предложил он.

— Хорошо, но я надеюсь, ты не станешь меня обманывать?

— Постараюсь оправдать твоё доверие, — опять попытался он пошутить, но лицо его было серьёзным.

Я поняла, что я попала в точку, вот только Эмиль не хотел раскрывать, кем он на самом деле являлся.

— Мне пора ехать домой, бабушка будет переживать, — я остановилась и оглянулась на дом, от которого мы отошли на довольно приличное расстояние.

— Я отвезу тебя, как и обещал, — настроение Эмиля, после нашего разговора, резко изменилось.

Когда мы подошли к дому, я сказала:

— Я подожду тебя во дворе.

Эмиль вернулся через десять минут, вертя на пальце ключ от машины, а в другой руке он держал трёхлитровую банку мёда. Подойдя ко мне, он вручил банку мне:

— Это мёд, твоей бабушке.

— Спасибо, она будет рада такому подарку, да и причина у меня будет, для чего я поехала к вам.

Он открыл передо мной дверцу «Порше», и я села в мягкое кожаное кресло. Машина тронулась плавно, как будто оторвалась от земли.

— Когда мы ещё увидимся? — спросил Эмиль, и его вопрос застал меня врасплох.

— Можно завтра, я вечером свободна, — краснея от волнения, ответила я.

— Заеду за тобой часов в пять, если ты не против, — Эмиль улыбнулся мне.

— Хорошо. А что, мы куда-то поедем? — спросила я.

Он пожал плечами:

— Можем покататься по округе, здесь очень красивые места.

— Отлично, покатаемся! — поддержала я идею.

Машина тихо катилась по грунтовой дороге в сторону деревни, шурша гравием. Мы выехали на перекрёсток в тот момент, когда на нас с правой стороны вылетел грузовик. Он нёсся на бешеной скорости, похоже было, что водитель потерял управление. Эмиль резко вывернул руль, машину развернуло, и грузовик с сильным грохотом врезался в нас, в ту сторону, где сидел Эмиль. Всё произошло настолько быстро, что я не сразу осознала, что случилось. При резком толчке, меня швырнуло вправо, и если бы не ремень безопасности, я бы вылетела вместе с дверцей автомобиля на дорогу. Послышался звон битого стекла, и всё стихло.

Хотя я сильно ударилась о мягкую обивку салона, сознание я не потеряла, только звон стоял в ушах, и резко заболело плечо. В последний момент столкновения, когда стекла автомобиля разлетелись вдребезги, я заметила, как Эмиль нажал на кнопку, на приборной панели, и вместо разбитых стёкол появились другие, тонированные.

Придя в себя, я повернула голову к Эмилю. К моему ужасу, он лежал в своём кресле неподвижно, весь, залитый какой-то голубой жидкостью. Крови не было, чему я очень обрадовалась, значит, он не ранен. Я тихонько тронула его за плечо:

— Эмиль, Эмиль, очнись, — повернув его голову к себе, я взяла его лицо в свои ладони.

— Эмиль!!! — уже с ужасом, чуть ли не прокричала я, но он не реагировал.

Мои руки были перепачканы этой голубой жидкостью, которая непонятно откуда взялась. Я расстегнула на нём рубашку. Его тело и лицо, были изранены битым стеклом, а из его ран… текла голубая жидкость!

«У Эмиля голубая кровь!»

От увиденного я оторопела, теперь мне не нужны были доказательства, что он не человек, а лель из легенд карело-финнов. Я собралась с мыслями, и приложила ухо к его груди. Сердце билось — он жив!

Я с облегчением вздохнула: «Он просто без сознания».

Я начала искать аптечку в салоне автомобиля, она оказалась на заднем сиденье. С трудом дотянувшись до неё, я лихорадочно начала искать бинты. Голос Эмиля отвлёк меня от моего занятия:

— Не надо, не ищи, это, вряд ли мне поможет.

Я обрадовалась и обняла его:

— Эмиль ты жив! Я так перепугалась за тебя, ты был без сознания.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да, со мной всё хорошо, а вот ты сильно пострадал, — слёзы выступили у меня на глазах.

— Наташа, прости, что так всё получилось, — он поморщился, ощупывая свою голову.

— Тебе надо обработать раны и вызвать скорую помощь, — предложила я.

— Ну, и как я это объясню врачам? — он протянул мне руку испачканную голубой кровью.

— И, что нам делать? — я смотрела на него, не зная, что ещё можно предпринять.

— Ничего не надо делать, надо ждать, скоро всё заживёт, — он снял рубашку и бросил её на заднее сиденье.

В окно автомобиля постучали, и мужской голос спросил:

— Эй, кто там, вы живы? Откройте двери, мы вызвали «скорую», вам скоро окажут помощь.

Эмиль был недоволен таким стечением обстоятельств. Через закрытую дверь он крикнул:

— С нами всё в порядке, спасибо за помощь, но мы не можем открыть, двери заклинило.

— Хорошо, ждите, помощь уже близко, — ответил тот же мужчина и отошёл от машины.

— Эмиль, что делать? Скажи мне, как я могу помочь тебе? — я была на грани нервного срыва, меня всю трясло, а голова плохо соображала.

— Никак, само пройдёт, — устало сказал он и откинулся на спинку кресла. — Возьми спирт и вату в аптечке, надо стереть кровь, пока помощь не приехала, — попросил он, не открывая глаз.

Я опять схватила аптечку и начала в ней рыться.

— Вот нашла, — я вынула пузырёк с жидкостью, на котором было написано «медицинский спирт», вата лежала тут же.

Трясущимися руками я открыла пузырёк и намочила вату, по салону разнёсся характерный запах спирта. Аккуратно, чтобы не причинить Эмилю боль, я начала обтирать его лицо и грудь, и с удивлением заметила, что раны на его теле стали не такими глубокими, когда я первый раз увидела их.

— Невероятно! — произнесла я вслух.

— Давай я тебе помогу, — Эмиль взял спирт из моих рук, намочил вату, и стал обтирать себе голову.

Когда мы закончили, от ран не осталось и следа. Я была поражена, и ещё не веря своим глазам, провела рукой по его торсу, где только что зияли страшные раны. От моего прикосновения он вздрогнул и, притянув меня к себе, крепко обнял. Сердце из моей груди чуть ли не выпрыгнуло, и я задохнулась от жара, нахлынувшего на меня.

— Наташа, прости, я очень испугался за тебя, — шёпотом сказал Эмиль. — Всё в порядке, не переживай, — еле слышно ответила я.

В окно машины снова постучали:

— Люди, вы как там, живы?

Эмиль отстранился от меня и открыл окно:

— Всё в порядке, мы живы и здоровы.

Мужчина за окном сильно удивился:

— Повезло вам ребята, мы думали, вы в лепёшку разбились.

Мы вышли из разбитой машины. Собралось много народа, все с любопытством смотрели на нас. Ко мне подошёл фельдшер скорой помощи, и спросил всё ли у меня в порядке. Я ответила, что всё хорошо, и он отошёл.

— Наташа, тебе надо пойти домой, я сам разберусь здесь, — подойдя ко мне, сказал Эмиль.

— Точно справишься? — уточнила я.

— Конечно. Не волнуйся. Я надеюсь, наш договор о завтрашнем дне в силе? — с улыбкой спросил он.

— Конечно, о чём ты, — я взяла его за руку.

— Хорошо, иди, а то народу слишком много собралось, — он погладил меня пальцем по запястью и отпустил мою руку. Проявлять свои чувства на людях было неудобно, и я, повернувшись, зашагала к дому.