После сражения при Тьюксбери Эдуард вдруг замечает, что Ричард исчез. На вопрос брата отвечает Кларенс:

Он спешно отбыл в Лондон, государь;

Должно быть, на кровавый ужин в Тауэр.

В Тауэре заключен Генрих VI; Кларенс намекает, что теперь, когда принц Эдуард мертв, а королева Маргарита попала в плен, Ричард намерен заняться Генрихом.

Действительно, следующая сцена происходит в Тауэре. Ричард Глостер смотрит на бывшего короля, сжавшегося от страха, а тот добавляет к перечню уродств Ричарда, выдуманных позднее противниками Йорков:

С зубами ты родился в знак того,

Что в мир пришел, чтобы терзать людей.

После этого рассвирепевший Ричард закалывает короля кинжалом.

Хорошо известно, что на самом деле все было не так. Король Эдуард и его армия снова триумфально вошли в Лондон 21 мая 1471 г., через две с половиной недели после победы у Тьюксбери. На следующее утро Генриха нашли в Тауэре мертвым. К тому времени ему было всего сорок девять лет. Всю свою жизнь он был королем, хотя не имел для этого ни сил, ни способностей. Им всегда управляли и командовали другие, своего мнения он не имел, шарахался из стороны в сторону, был (мягко говоря) человеком недалеким, а иногда просто душевнобольным и после долгой жизни, полной несчастий, возможно, приветствовал смерть, избавившую его от мучений.

Конечно, вряд ли можно считать смерть Генриха естественной; таких совпадений не бывает. Никто не сомневается, что король Эдуард приказал без лишнего шума убить бывшего короля; надо признать, что причины для этого у него были. Если бы Генрих был жив, для сторонников Ланкастеров он по-прежнему служил бы поводом для восстаний, мятежей и заговоров, а Эдуард был сыт ими по горло. Генриха VI убили по той же причине, по какой убили Ричарда II (см. в гл. 6: «Иль друга нет…»), а до Ричарда – Эдуарда II.

Однако весьма неправдоподобно, что Ричард Глостер, доставивший приказ короля в Тауэр, собственноручно убил Генриха. Наемных убийц в то время вполне хватало, никаких доказательств личной вины Ричарда нет, если не считать позднейших рассказов любителей жутких историй, которые обвиняли Ричарда во всех смертных грехах, стараясь оправдать сомнительное с точки зрения закона положение его непосредственного преемника. (Историю пишут победители.)