Если бы в 1445 г. удалось заключить прочный мир, а не перемирие, то для Англии сто лет спорадических войн закончились бы тем, что по крайней мере Нормандия осталась бы в ее руках. То, что это завоевание стоило такой крови и таких лишений, весьма сомнительно, но зато следующим поколениям англичан было бы чем гордиться.

Однако уже в момент подписания перемирия Алансон шепчет на ухо королю Карлу:

Ведь вы всегда вольны его нарушить.

Естественно, нельзя было ожидать, что Карл когда-нибудь смирится с потерей Нормандии. (Впрочем, нельзя было надеяться и на то, что Англия откажется от своей агрессивной политики, если Франция ослабеет.)

Однако годы, последовавшие за заключением перемирия, показали, что Франция становится все сильнее, а Англия продолжает скользить по наклонной плоскости. В 1447 г. Йорк, лучший из английских полководцев, был отправлен не доверявшими ему сторонниками Ланкастеров в неофициальную ссылку в Ирландию, а в 1448 г. Карл разорвал перемирие и начал новое наступление.

Как было описано выше (см. в гл. 11: «…Разгром и смуты»), это быстро привело к утрате Нормандии и финальной битве у Кастильона в юго-западной Франции.