Лир не замечает окружающих. На мгновение он узнает Кента, и Кент пытается объяснить, что, когда короля настигли несчастья, он сохранял ему верность. Он говорит:

А где слуга ваш Кай?

Видимо, так называл себя переодетый Кент, но это имя упоминается в пьесе впервые.

Лир не обращает на это внимания и остается безучастным к известию о смерти Эдмунда. Думая только о Корделии, он стонет:

Мою

Бедняжку удавили! Нет, не дышит!

Похоже, что слово «бедняжка» [в оригинале: «бедная дурочка». – Е. К.] выражает его любовь к Корделии. Поскольку в английском языке существительные не имеют рода, это может значить и «бедный дурачок» (то есть шут). Нам очень хочется, чтобы Лир вспомнил шута (даже если это будет известие о том, что беднягу тоже повесили), но рассчитывать на такое прочтение не приходится. В тот миг Лир просто не может думать ни о ком, кроме Корделии. Перед смертью Лиру чудится, что его дочь ожила. Он говорит:

Вы видите? На губы посмотрите!

Вы видите? Взгляните на нее!

После этого Лир умирает – возможно, счастливым.

Финал «Короля Лира» считают самым жестоким и душераздирающим у Шекспира. Почему Эдмунд не заговорил раньше? Тогда Корделия осталась бы жива. Шекспир вполне мог сделать это, поскольку в «Хрониках» Холиншеда говорится, что войска Корделии одержали победу и вернули Лиру трон, после чего он правил еще два года.

Но подобное решение в корне изменило бы смысл пьесы. Для Холиншеда счастливый конец не в том, что Корделия осталась жива, а в том, что Лир вернул себе престол, после чего умер у дочери на руках.

Для Шекспира счастливый конец – это перерождение Лира. Поэтому совершенно ясно, что завершить пьесу по-другому он просто не мог.