Первым к Нортумберленду прибывает человек, не участвовавший в битве, но слышавший о ней от одного из солдат. Нортумберленд тревожно спрашивает:

Что нового, лорд Бардольф?

Прибывший – это Томас, пятый барон Бардольф. Он примкнул к восстанию с самого начала. Это реально существовавшая личность. К несчастью, Шекспир уже использовал это имя в первой части «Генриха IV»; так зовут пьяницу из окружения Фальстафа. Он присутствует и во второй части, поэтому в пьесе два Бардольфа. Сподвижника Нортумберленда отличает то, что его реплики озаглавлены «лорд Бардольф», в то время как спутник Фальстафа именуется просто Бардольфом.

Сообщение лорда Бардольфа оказывается таким же радостным, как и известие о триумфе и победе у Олицетворения Молвы. Он говорит:

Не правда ли, великая победа?

Что Цезаря триумфы перед ней!

В Средние века Древний Рим отождествляли главным образом с Римской империей; этот взгляд был распространен вплоть до XVIII в., когда английский историк Эдвард Гиббон показал, что империей Рим был только в период своего расцвета. А самым знаменитым из римских полководцев был Юлий Цезарь. Поэтому одержать величайшую победу со времен Цезаря было трудновато.

Затем прибывает Треверс, еще один из мятежников. Он тоже не участвовал в сражении, но получил вести, которые полностью противоречат вестям лорда Бардольфа.

На какое-то время воцаряется неуверенность, но тут приезжает третий гонец по имени Мортон. Он был при Шрусбери, так что его новости, по крайней мере, из первых рук, но все проясняется еще до того, как Мортон произносит первую реплику.

Нортумберленд смотрит на него и в отчаянии говорит:

Так, верно, именно пришел гонец

Сказать Приаму о пожаре Трои,

Так бледен был, растерян и убит.

Но прежде чем он выговорил слово,

Из-за откинутой полы шатра

Приам увидел сам огонь пожара.

Так точно гибель Перси я прочел

В твоих глазах.

Конечно, речь идет о десятилетней осаде Трои – города, которым правил престарелый Приам, – и ее окончательном разрушении.