Клавдия удручают неприятности, которые увеличиваются как снежный ком. Полония схоронили второпях, чтобы избежать трудностей, но эти усилия привели к обратному результату: начались народные волнения. Дело не столько в безумии Офелии, сколько в гневе ее брата. Лаэрт спешно вернулся из Франции и готовится поднять восстание. (Легкость, с которой можно потерять популярность и восстановить против себя общественное мнение, показывает, что и Клавдий, и Гамлет одинаково правы, пытаясь действовать как можно осторожнее, используя обходные маневры.)

Внезапно раздается шум, и король кричит:

Швейцарцы где? Пусть охраняют дверь.

Что это там?

Перед нами очень любопытный анахронизм.

Затерянная в Альпах область Швиц в 1291 г. образовала федерацию с двумя соседними областями. Эта федерация стала ядром государства, которое по-немецки до сих пор называется Schwiz, а по-английски – Switzerland (Швейцария).

Соседняя Австрия хотела подчинить себе эти области (или кантоны), но в 1315 г. в Моргартене, на границе Швейцарии, войско австрийского герцога Леопольда I было наголову разбито стойкими швейцарскими пехотинцами. Кантоны сохранили независимость, и к ним присоединились соседние области. В 1386 и 1388 гг. швейцарцы одержали еще две победы и приобрели славу прекрасных пехотинцев, непобедимых в своей горной стране.

Эта репутация неизмеримо выросла, когда с 1474 по 1477 г. швейцарцы воевали против Карла Смелого Бургундского, считавшегося лучшим полководцем тогдашней Европы, и разгромили его. Карл проиграл им три сражения и в конце концов был убит.

После этого швейцарцы требовались повсюду. Горная почва была недостаточно плодородной, чтобы этот народ жил в роскоши, поэтому основным экспортным товаром страны стали солдаты, которые верно служили тем, кто им платил. Они считались непревзойденными копейщиками (орудовать длинным и тяжелым копьем нелегко), а потому всякое уважающее себя войско имело отряд швейцарцев.

Это наваждение продолжалось до 1515 г. В тот год французская армия под командованием короля Франциска I одержала победу над швейцарцами и венецианцами в кровопролитной битве при Мариньяно (северо-западная Италия). Впервые эти стойкие копейщики потерпели поражение, после чего миф об их непобедимости развеялся.

И все же короли не расстались с обычаем приглашать роты швейцарских наемников для собственной охраны. Они были неподкупны, преданы только королю (который платил им), практически не знали местного языка, а потому не поддавались на революционную пропаганду и не испытывали к властителям личной вражды. Когда в 1792 г. французские революционеры штурмовали Тюильри, дворец короля Людовика XVI, все швейцарские телохранители короля были перебиты за то, что они оставались верны ему и пытались сопротивляться в совершенно безнадежном положении.

Перед самой битвой при Мариньяно папа Юлий II пригласил в Ватикан швейцарскую гвардию, которая охраняет пап по сей день, хотя функции у этих гвардейцев теперь чисто церемониальные.

Для Шекспира, творившего в 1600 г., было вполне естественно снабдить швейцарскими телохранителями и Клавдия, хотя во время действия пьесы не существовало не только таких стражей, но и самой нации.